Глава 25 - Начало нового дня
Гоэн вот-вот собирался всех убить одной мощной атакой. Его тело светилось всё ярче, воздух вокруг начинал плавиться, а раненые герои лежали на полу без сил, понимая, что это может быть их последний миг. Но вдруг он остановился. В последний момент пришёл хромой Шинбо - он едва передвигался на сломанных ногах, но держался прямо, сжав зубы от боли. Позади него стояли его вице-адмиралы.
- Да вы издеваетесь? Сколько можно, я уже устал драться со всеми подряд, - с раздражением сказал Гоэн.
- Все твои союзники в башне погибли. Тебе никто не придёт на помощь, - твёрдо ответил Шинбо.
- Это даже к лучшему. Вам некого допрашивать. У нас уже всё готово, лишь дело времени. Вы проиграли.
- Мы допросим тебя.
- Ну, это только в том случае, если вы меня поймаете. А этого не случится.
- Сатоши, не теряй ни секунды! Срочно спаси их всех, пока не прибыла Чие! - крикнул Шинбо.
Сатоши Омура сразу кинулся к раненым, даже не взглянув на Гоэна. Он приложил каждому огромный зелёный липкий лист на место раны. Листья были странными - они пульсировали и источали едва заметный целебный пар, который проникал прямо в открытые раны. Ёшинори надел на каждого специальную кислородную маску, которая мягко зашипела, подавая чистый воздух.
- Думаю, мне здесь делать больше нечего. А вот у вас, я вижу, грядёт война. Удачи вам, - сказал Гоэн.
- Она нам не нужна, и вас мы всё равно всех поймаем, - ответил Шинбо.
- Ну да, конечно. Не сомневаюсь.
Гоэн медленно отошёл назад в огонь и словно растворился в нём. Языки пламени сомкнулись за ним, и через мгновение от бывшего адмирала не осталось и следа.
- Как их состояние? - поинтересовался Шинбо, с трудом удерживая равновесие на сломанных ногах.
- Миман в тяжёлом состоянии, но его жизни ничего не угрожает. Что касается этих троих... Если Чие не прибудет сюда в течение десяти-пятнадцати минут, они умрут, - ответил Сатоши.
- Она уже должна была сюда отправиться. Я вызвал её сразу после того, как услышал взрывы, - сказал Шинбо.
Неожиданно всё здание начало греметь. Верхние этажи стали падать. Огромный кусок башни, в котором находились Шинбо и все остальные, стал откалываться от основной конструкции с противным скрежетом.
- Надо отсюда срочно уходить! - кричал Ёшинори, хватая Май за руку и пытаясь оттащить её к краю обломка.
Коридор стало трясти, они все перевернулись. Часть башни полетела вниз, и ветер со свистом ворвался в образовавшуюся пустоту.
- Мы все умрём! - кричал Сатоши, вцепившись в край ближайшей балки.
От быстрого полёта вниз они попали в невесомость. Каждый цеплялся за что мог - за обломки стен, за арматуру, за обгоревшие трубы.
Неужели это конец? В такой ситуации нас некому спасать. Когда мы приземлимся, то заденем основание башни, тогда весь «Мир роскоши» может рухнуть. Погибнут тысячи, - думал Шинбо.
Когда до земли оставалось несколько десятков метров, скорость падения заметно уменьшилась, а потом и вовсе всё остановилось. Отколовшийся кусок башни повис в воздухе, недалеко от земли, словно его удерживала невидимая рука.
Все, кто только что был в невесомости, попадали вниз, больно ударившись о бетон. Часть башни стала медленно опускаться вниз и вскоре аккуратно приземлилась, издав глухой гул.
- На такое способен лишь один человек... - тихо прошептал Шинбо.
- Ура, мы живы, мы спасены! - кричали вице-адмиралы.
Шинбо закинул себе на плечи Кайдзена и Ренджи, Ёшинори подхватил Май.
- А Мимана вы на меня оставили? Я его не дотащу, он весит небось килограммов двести, - жалобно кричал Сатоши, пытаясь сдвинуть с места неподвижное тело вице-адмирала.
- Прям как ты, - пошутил Ёшинори, улыбнувшись сквозь усталость.
Они стали пробираться по обломкам на свет. Вокруг горели остатки башни, дым поднимался в ночное небо, смешиваясь с искусственным светом Гераклиона. Вскоре все благополучно выбрались живыми.
На выходе их уже ждал Тоширо. Рядом с ним стояла Чие, которая с ужасом смотрела на погибших. Её глаза быстро пробегали по лицам выживших, пока не нашли сына. Как только она увидела раненого Кайдзена, она с плачем бросилась к нему. Она не могла спокойно смотреть на него - всё его тело было покрыто ранами и пеплом, одежда превратилась в лохмотья, а на лице застыла маска боли и усталости.
Чие приложила руки на живот Кайдзену, закрыла глаза и сосредоточилась. Через несколько минут все раны затянулись. После Кайдзена она сразу стала исцелять Ренджи и Май - её руки двигались быстро, уверенно, будто она делала это тысячи раз.
Тоширо заметил, как вдалеке Сатоши тащил за собой израненного Мимана. От этого он пришёл в ярость.
- Кто его так изуродовал?!
- Хинохара Гоэн. Там очень долгая история, - сказал Шинбо, опираясь на плечо Ёшинори.
В это время множество солдат разбирали завалы в поисках раненых. Прямо на улице установили медпункт - белые палатки с красными крестами, в которых врачи на месте оказывали помощь пострадавшим. Зрелище было ужасное: повсюду лежали тела, кто-то стонал, кто-то уже не подавал признаков жизни. Специальные команды прочёсывали обломки в поисках выживших, а медики носились между палатками с носилками.
- Кто посмел поступить так с моим народом? - голос Тоширо дрожал от гнева.
- Мордум. Они объявили нам войну, наверняка знали, что вы должны были сегодня отсутствовать в Гераклионе. Дата выбрана не случайно, - ответил Шинбо.
- Шинбо, пошли ко мне в кабинет. Ты мне всё расскажешь о случившемся.
Рабочая комната адмирала флота выглядела так, будто сама морская стихия застыла в благородных материалах и строгих линиях. Просторное помещение с высоким потолком было отделано тёмным морским дубом - каждая доска отполирована до зеркального блеска, а стыки между ними едва заметны, словно их и вовсе нет. Вдоль стен тянулись массивные шкафы из того же дерева, инкрустированные латунью: в них хранились карты, отчёты и личные дела офицеров. В углу стоял высокий аквариум с редкими светящимися рыбами, их мягкое свечение придавало кабинету почти мистическую атмосферу.
В центре комнаты стоял монументальный стол из цельного куска дуба, его поверхность украшали тонкие гравировки - контуры морских течений и звёздных путей. На столе - позолоченные письменные приборы, тяжёлые чернильницы и аккуратная стопка бумаг, скреплённая серебряной печатью.
В углу тихо тикали старинные часы с морским орнаментом, их мерный ход словно задавал ритм всей комнате - ритм дисциплины, силы и власти. Тяжёлые шторы цвета морской волны были задвинуты, но сквозь них пробивался тусклый свет, создавая в кабинете полумрак.
Шинбо обо всём доложил - от начала операции до взрывов и появления Гоэна. Тоширо слушал, не перебивая, лишь нервно постукивая пальцем по столу. Его лицо становилось всё мрачнее.
- Нам не стоит отдавать все силы на поиск этого безумного посланника. Это как искать иголку в стоге сена. Мордум - очень серьёзный противник. Сейчас большая часть наших солдат и адмиралов находятся за пределами города. Ещё одну часть нужно оставить здесь, сторожить Гераклион от внешних угроз и посланника. Вдруг ещё один город решит воспользоваться моментом. Остаётся лишь небольшая часть солдат для отправки на фронт. Это очень плохо, - произнёс Тоширо, поднимаясь из-за стола. - Максимум, который я могу выделить на войну с Мордумом, это два адмирала и их отряды. Первым, разумеется, будет адмирал, отвечающий за наши военные дела, человек, который руководит каждой войной Гераклиона, - адмирал одиннадцатого отряда Хэйхатиро Того. Нам не хватает солдат, которые умеют пользоваться Дыханием, поэтому нам не обойтись без самого молодого адмирала. Он отвечает за боевую подготовку солдат и может быстро развить их сильные стороны. Это адмирал пятого отряда - Хаджиме Мориясу. Пока у нас будет идти война, я дам ему месяц, чтобы натренировать перспективных солдат, после чего они присоединятся к бою. Шинбо, мы с тобой и Чие останемся охранять Гераклион. На этом у меня всё, можешь идти.
Кайдзен проснулся наутро. Он лежал в больнице, в чистой белой палате. Сквозь занавески пробивался мягкий свет, пахло лекарствами и стерильной чистотой. Рядом с ним сидел Шинбо.
- О, ты проснулся. Поздравляю, ты выжил.
- А Май и Ренджи? - с тревогой спросил Кайдзен, пытаясь приподняться на локтях.
- Они в порядке. Чие их быстро поставила на ноги. Я вот чего пришёл: ты очень храбро сражался. Ты помог мне в этой непростой ситуации. На этом твоя миссия закончена. С радостью сообщаю, что теперь ты повышен в звании. Теперь у тебя звание главного старшины. Зарплата будет пятьдесят тысяч ноев - на десять тысяч больше, чем раньше. Сможешь на что-нибудь откладывать, - улыбнулся Шинбо.
- Ну, это приятно, в этот раз хотя бы не пришлось никого убивать, - ответил Кайдзен, чувствуя, как внутри разливается облегчение.
- Я тебе принёс твою форму, на ней уже новые погоны, - сказал Шинбо, указывая на аккуратно сложенную одежду на стуле. - А ещё Чие попросила передать тебе гостинцев. Она всё время не отходила от тебя, пока ты был тут, но сейчас её куда-то срочно вызвали. Кстати, забыл кое-что сказать. Тебе придётся участвовать в войне с Мордумом.
Кайдзен замер.
- Но я не хочу. Даже если мне дадут за это звание. Я уже убил достаточно людей, до сих пор не могу простить себя за это. Поэтому, пожалуй, откажусь от этого предложения.
- Ты не понял, Кайдзен. Тебе никто не предлагает. Я знаю, что ты записался добровольцем в город Бент. Но это было другое дело. Сейчас на нас самих напали, и враг намного сильнее тех, кого ты видел в Бенте. Нас будут убивать на родной земле. Тебе никто не даёт выбора - ты обязан защитить свою Родину. К твоему сведению, тебя записали в число перспективных солдат. С завтрашнего дня ты будешь лично тренироваться у адмирала пятого отряда. Многих солдат разбили на группы по пять человек. Своей пятёркой вы вместе будете тренироваться у него. Там у тебя выявят, к какому из четырёх стилей владения Дыханием ты относишься. Ты попал в одну команду с Май, Ренджи, Реем и Рью, так что вы все друг друга знаете. Через месяц вас отправят на войну. Поэтому, раз ты такой пацифист, молись, чтобы война закончилась раньше, чем ты там окажешься. Сейчас можешь идти домой и набираться сил. В восемь утра под дверью будет записка с координатами, куда надо будет подойти для тренировки. Удачи тебе.
Шинбо поднялся и вышел из палаты.
Кайдзен не мог поверить случившемуся. Он обещал себе больше никого не убивать. Он долго сидел на кровати, глядя в одну точку, чувствуя, как внутри поднимается глухое отчаяние. По дороге домой он слышал, как солдаты шептались насчёт войны. Их голоса доносились из-за углов, из открытых окон казарм.
- Не бойся ты так, я слышал, там будет Меткая смерть. Интересно, сколько в этот раз он убьёт, - говорил один из них, не подозревая, что Кайдзен слышит каждое слово.
Кайдзен старался оправдать себя тем, что в этот раз на них самих напали. Он пытался убедить себя, что защита родного города - это не убийство, а необходимость. Но придя домой, он достал спрятанный под кроватью гидропульт, взятый из города Бент. Он служил напоминанием ему о том, скольких он убил. Кайдзен с ужасом его осматривал. Металл был холодным, гладким, на корпусе всё ещё виднелись царапины от той миссии, от той бойни. Вглядываясь в оружие, он сразу вспоминал крики, взрывы и лица погибших товарищей.
Он понимал, что в этот раз всё будет ещё хуже. Мордум - не толпа мятежников. Это целый город. Целая армия. И он снова будет убивать. Снова будет смотреть в глаза людям, которые падают от его пуль.
Кайдзен закрыл глаза и погрузился в глубокие раздумья о том, что ему вновь придётся убивать. Он слышал, как за окном тихо шумит искусственный ветер, как вдалеке гудит город, как кто-то смеётся на соседней улице. Мир продолжал жить, а он сидел в своей маленькой комнате и сжимал в руках оружие, которое уже давно стало его проклятием.
Арка «Не вдыхай» закончена.