— Что?!
Голос Антона мгновенно стал ледяным.
— Ты хочешь сказать...
— Life Foundation забрала Эдди?
Даже через телефон Фил почувствовал вспыхнувший гнев.
Но, вспомнив всё, что произошло совсем недавно, он всё же взял себя в руки и уверенно ответил:
— Да.
— Но прежде чем его увезли...
— Эдди успел оставить нам видеозаписи из приюта для бездомных.
— Видеозаписи?
Антон нахмурился.
— Расскажи всё по порядку.
Фил быстро пересказал случившееся.
По мере рассказа ярость Антона постепенно утихала.
Её место заняло холодное спокойствие.
— Отправь мне видео.
Затем он добавил:
— И оставайся в Сан-Франциско.
— Продолжай наблюдать за Life Foundation.
— Если заметишь что-нибудь подозрительное — немедленно сообщай мне.
— Понял.
Фил сразу согласился.
Спустя несколько минут Антон получил файл.
Он молча включил запись.
С каждой минутой выражение его лица становилось всё мрачнее.
Эти необработанные кадры, снятые внутри приюта, наглядно показывали настоящий ад, скрывавшийся за благотворительной вывеской.
Глядя на грязных, измученных людей...
Антон словно сам оказался рядом с Эдди.
Он почти физически ощущал безысходность этого места.
Тяжело вздохнув, он тихо пробормотал:
— Приют для бездомных...
— Карлтон Дрейк...
— Я думал, уже представляю, насколько ты отвратителен.
— Но, похоже...
— Ты оказался ещё хуже.
После недолгой паузы он тихо произнёс:
— Эдди...
— Отличная работа.
— Теперь...
— Моя очередь.
Не теряя ни минуты, Антон сразу же забронировал билет в Нью-Йорк.
Перед отъездом он собрал своих помощников, ассистентов режиссёра, актёров и ключевых членов съёмочной группы.
Окинув всех взглядом, он спокойно сказал:
— Мне нужно ненадолго уехать.
— Основная часть фильма уже снята.
— Думаю, вы сможете закончить работу без моего участия.
С момента исчезновения Эдди прошло уже больше двух недель.
Съёмки подходили к финалу.
Благодаря невероятно высоким темпам работы оставалось снять лишь несколько важных сцен.
Причём большинство из них не требовало личного присутствия Антона.
Он полностью доверял своей команде.
Поэтому спокойно решил оставить последние этапы производства на них.
Ассистенты режиссёра уверенно кивнули.
— Не волнуйтесь, режиссёр.
— Максимум через двадцать дней съёмки будут полностью завершены.
Тем временем команда специалистов по визуальным эффектам уже работала по заранее подготовленным эскизам.
Все основные решения были приняты заранее.
Теперь профессионалам оставалось лишь закончить монтаж и добавить спецэффекты.
Отдав последние распоряжения...
Антон сел на самолёт, направлявшийся в Нью-Йорк.
На следующее утро Джим узнал, что Антон уже улетел обратно в Нью-Йорк.
Первой его реакцией было раздражение.
Он тихо выругался себе под нос.
Но быстро успокоился.
В конце концов...
Антон был одновременно инвестором и режиссёром фильма.
Он имел полное право принимать любые решения.
Джиму оставалось лишь следить за тем, чтобы съёмочная группа продолжала работать без сбоев.
Антон прилетел в Нью-Йорк ранним утром.
У выхода из аэропорта его уже ждала Бетти.
По выражению её лица было нетрудно догадаться...
Она была далеко не в восторге от того, что её подняли с постели ещё до рассвета.
Улыбнувшись, Антон сел на пассажирское сиденье её BMW.
— Бетти...
— Вообще-то я всё ещё твой начальник.
Он лукаво посмотрел на неё.
— Могла бы хотя бы улыбнуться.
— Тем более что твоя зарплата на девяносто процентов выше средней.
Бетти фыркнула.
— Если говорить юридически...
— Daily Bugle принадлежит Джоне Джеймсону.
— А вовсе не Антону Джеймсону.
Антон беззаботно пожал плечами.
— Всё равно это семейный бизнес.
— Значит, технически газета тоже немного моя.
На его лице появилась хитрая улыбка.
Когда машина подъехала к зданию редакции, он спокойно добавил:
— И думаю...
— Сегодня утром многие согласятся с моей точкой зрения.
Бетти недоумённо посмотрела на него.
— О чём ты вообще говоришь?
Но стоило им подъехать к штаб-квартире Daily Bugle...
Как она всё поняла.
Несмотря на ранний час...
Во всём здании горел свет.
Редакция буквально кипела жизнью.
За рабочими столами сидели все сотрудники.
Даже стажёры уже были на своих местах.
По их уставшим лицам было видно...
Их тоже подняли ни свет ни заря.
Бетти нахмурилась.
— Антон...
— Что ты задумал?
Она ясно ощущала необычную атмосферу.
Весь коллектив выглядел растерянным.
Никто не понимал, зачем заместитель главного редактора внезапно вызвал всех сотрудников на работу ещё до рассвета.
Антон уверенно прошёл в центр редакционного зала.
Окинув взглядом собравшихся, он спокойным, но твёрдым голосом произнёс:
— Спасибо всем, что пришли так рано.
— Я собрал вас здесь, чтобы сделать важное объявление.
Он сделал короткую паузу.
— Завтрашняя первая полоса отменяется.
С этими словами Антон нажал кнопку на пульте.
На большом экране, установленном в редакции, появилось видео.
В помещении мгновенно воцарилась тишина.
Все взгляды были прикованы к экрану.
По мере того как шли кадры...
По залу прокатился приглушённый ропот.
Кто-то не выдержал первым.
— Что за...
Он ошеломлённо посмотрел на Антона.
— Ты вообще понимаешь, что делаешь?
Но Антон даже не взглянул на него.
Спокойно указав на экран, он сказал:
— Это и будет нашей новой первой полосой.
Он медленно обвёл взглядом сотрудников.
В редакции снова повисла тишина.
На лицах журналистов постепенно исчезло недоумение.
Его сменили шок...
И тяжёлое осознание.
Бетти первой нарушила молчание.
Её голос заметно дрожал.
— Что...
— Что это за место?
Через секунду её глаза широко раскрылись.
До неё наконец дошло.
— Подожди...
— Это...
— Запись Эдди?
Антон молча кивнул.
— Да.
— Эти кадры Эдди снял во время расследования в приюте для бездомных.
— После этого он внедрился туда под прикрытием.
— А затем...
— Его забрала Life Foundation.
В редакции стало совсем тихо.
Сотрудники переглядывались между собой.
Многие ещё недавно удивлялись внезапному исчезновению нового главного редактора.
Одни думали, что он уволился.
Другие — что его просто перевели.
Теперь же правда открылась.
Эдди...
Их главный редактор...
Рискнул собственной жизнью, чтобы разоблачить Карлтона Дрейка и Life Foundation.
Антон снова заговорил:
— Для тех, кто не знает...
— Эдди — опытный журналист.
— Именно мистер Джеймсон лично пригласил его на должность главного редактора.
— Он один из лучших репортёров, которых я знаю.
— Именно расследование против Карлтона Дрейка привело к тому, что его внесли в чёрный список в Сан-Франциско.
— Но даже после этого он не отказался от своего расследования.
— И ради правды добровольно проник внутрь этого приюта.
Видео продолжало идти.
Один за другим на экране мелькали страшные кадры.
Ложный образ благотворительной организации, который годами создавала Life Foundation, рассыпался на глазах.
За красивыми лозунгами скрывалась чудовищная правда.
Приют для бездомных оказался не местом помощи.
Он был настоящей фермой для человеческих экспериментов.
Эдди заснял всё.
Измождённых людей.
Нечеловеческие условия содержания.
И грузовики, которые регулярно увозили так называемых «добровольцев».
После этого...
Они уже никогда не возвращались.
В редакции снова повисла тяжёлая тишина.
Наконец один из репортёров осторожно спросил:
— Антон...
— Что мы собираемся делать?
Антон посмотрел на него.
В его глазах не было ни малейшего колебания.
— Всё очень просто.
Его голос прозвучал твёрдо и спокойно.
— Мы опубликуем это.
Он указал на экран.
— Это крупнейший скандал Life Foundation.
— И именно Daily Bugle первой расскажет о нём всему миру.
Он сделал шаг вперёд.
— Этот приют — лишь прикрытие.
— Под его защитой они проводят незаконные эксперименты над людьми.
— Эдди потерял работу.
— Потерял дом.
— Потерял всё...
— Только потому, что пытался раскрыть правду.
Антон сделал короткую паузу.
Затем продолжил ещё более жёстким тоном:
— А теперь...
— Его самого похитила Life Foundation.
— Если мы хотим защитить Эдди...
— И не допустить появления новых жертв...
— Мы обязаны немедленно опубликовать эти материалы.
— Пусть вся страна узнает правду.
Он медленно оглядел всех присутствующих.
— Поэтому...
— Завтрашний номер полностью меняется.
— Эта история станет главной новостью.
Последние слова Антон произнёс особенно отчётливо.
— С этого момента...
Он сделал небольшую паузу.
— Daily Bugle официально объявляет войну Life Foundation.