Том 1 Глава 3
Философия Смерти
— Я — Смерть, — произнесла девочка, её голос был тихим и спокойным.
Александр застыл, услышав её слова. В его представлении Смерть всегда была старухой с косой, чьё лицо скрыто мраком, а её холодные пальцы неумолимо забирают жизни. Но девочка перед ним, с её невинным и даже трогательным видом, вызвала у него не удивление, а скорее странное чувство растерянности. В какой-то момент его уже не волновала её внешность, его больше пугает сама мысль о том, что он умер, о том, что он теперь здесь — в этом мире, чуждом и непонятном. Он пытался осознать происходящее и, в конце концов, смирился с этой реальностью. И всё же один вопрос не давал покоя.
— Зачем ты это сделала? — его голос был хриплым, но решительным.
Смерть поняла суть его вопроса, и в её глазах мелькнуло нечто, похожее на понимание. Она задумалась на мгновение, а затем ответила, как будто решив открыть ему часть своей правды.
— Люди всегда видят во мне источник всех бед, — начала она, её голос звучал мягко, но с каким-то неуловимым оттенком боли. — Они винят меня в последствиях своих собственных ошибок. Но ты — другой. Ты понимаешь, что сам виноват в своей смерти. Я знаю твою душу так же хорошо, как и ты сам. Ты старался сделать всё возможное для своей страны, для своего народа, но у тебя не получилось. Ты не успел прожить свою жизнь счастливо, вот почему я выбрала тебя. Этот мир, в который ты попал, наполнен страданиями. Люди здесь умирают не по своей вине, а из-за алчности правителей, королей и императоров, тех, кто держит в своих руках власть. И когда я забираю их души, они осознают, что были ничем иным, как скотом, ведённым на убой. Они умирают с горечью и яростью, потому что всю свою жизнь были обмануты, использованы и преданы. Мне было безразлично, что происходит с ними, пока я не встретила тебя. Ты — исключение. Твои смерть и жизнь были преждевременными. Ты не винил меня, не чувствовал злости. Ты просто принимал свою судьбу. Люди видят во мне порождение дьявола, не зная, что я — лишь продолжение жизни, её неизбежная часть. Вот кто я. Я решила дать тебе этот шанс, чтобы ты мог помочь не только себе, но и другим. Этот мир не должен быть таким, каким он есть. Но в конце концов, всё зависит от тебя. Ты сам выберешь свою судьбу. Ты можешь прожить эту жизнь в тишине и покое, но когда твоё время придёт, ты не должен сожалеть.
Услышав всё это, Александр оказался в полном замешательстве. Он был благодарен за второй шанс, но, узнав о мире, в который он попал, почувствовал тревогу: этот мир отставал от Земли и находился в раннем средневековье. Мысли смешивались, когда он осознавал, что впереди его ждут голод, войны и страдания, о которых он и не мечтал.
Его раздумья прервала Смерть.
— Скоро ты вернешься в своё тело, — сказала она, её голос не прерывался, как если бы она говорила о чём-то само собой разумеющемся. — Я должна передать тебе несколько даров, чтобы облегчить твоё бремя. Один из них ты уже получил, когда увидел, как кинжал пронзил твоё тело.
Александр замер, услышав эти слова. Он почувствовал, как его сердце пропустило удар, а разум попытался осмыслить сказанное.
— Я могу знать, как я умру? — тихо спросил он.
— И не только, — ответила Смерть, её глаза были спокойными, будто она давала ему простое объяснение. — Теперь ты не подвержен страху. Это первое из твоих даров. В будущем ты откроешь и другие способности.
Александр медленно кивнул, пытаясь переварить информацию. Мысли не покидали его, они бились в голове, пытаясь найти выход. Вопрос, что беспокоил его больше всего, наконец прорвался наружу.
— А что, если я не справлюсь? — спросил он, будто это был единственный вопрос, на который не было ответа.
— Тогда я пыталась что-то сделать, — произнесла Смерть, её голос был тих и почти безразличен.
Александр понимал, что его душа скоро будет выброшена из камня души, который он видел перед тем, как оказаться здесь. Слабая тревога охватила его, но он знал, что это его последний шанс задать вопрос.
— Как тебя зовут? — спросил он, чувствуя, как слова ускользают из его уст.
Смерть, услышав его вопрос, слегка улыбнулась, и в её глазах мелькнуло нечто живое, как отражение давнего воспоминания.
— Эр… — не успев ответить до конца произнесла девочка.
И в тот момент, когда её слово слилось с тишиной, душа Александра вернулась в его тело.
Хэнк и Марта сидели напротив священника, держащего их сына. Он напряжённо всматривался в младенца, а в глазах его отразился страх, словно камень души, лежащий в его руках, мог обрести красный свет. Время тянулось, туманная тишина поглощала всё. Но вот, наконец, Гэбриэль почувствовал, что младенец не является творением дьявола. Он убрал камень души в пояс, а затем спрятал его в сумку. Это вызвало у Хэнка и Марты облегчённое дыхание. В этот момент они заметили, что их ребёнок начал медленно открывать глаза. Марта, не в силах скрыть волнения, позвала своего первенца.
— Риммер, войди в комнату.
Через мгновение в дверях появился мальчик, едва достигший четырёх лет, с золотистыми волосами и ярко-голубыми глазами. Увидев младенца на руках матери, он быстро подбежал и, с присущей ему прямолинейностью, спросил:
— Мамочка, почему он не плачет?
Молодая пара удивлённо обменялась взглядами, поражённые ясностью ума своего сына. Однако Хэнк, немного растерявшись, ответил:
— Потому что он такой же воин, как твой дядя Ричард.
Риммер, не удовлетворённый ответом, тут же продолжил:
— Тогда мы назовём его тоже Ричардом?
Хэнк задумался на мгновение и, наконец, произнёс:
— Нет, он должен сам создать свою репутацию в будущем, а не полагаться на имя твоего дяди. Я думаю, что имя Эрлик ему подойдёт.
Риммер, почесав затылок, сказал:
— Хм, странное имя.
На что Хэнк не ответил, лишь оторвался взглядом от сына и молча проводил Гэбриэля к двери. Он собирался расплатиться. Вынув из мешка 30 медных монет, он передал их священнику. Гэбриэль принял деньги, но с тревогой продолжал смотреть на младенца, который мирно спал в руках своей матери. Уже у дверей, выходя, Гэбриэль мысленно решил написать письмо в ближайший город, чтобы проинформировать кардинала о том, что произошло сегодня.
Гэбриэль спешил вернуться в свою хижину, сквозь тёмную ночь, где лишь тусклый свет луны пробивался сквозь облака. Добравшись до своего дома, он поспешно достал звериную кожу и принялся быстро писать послание кардиналу, который жил южнее, в небольшом городе с населением всего 40 тысяч человек. Закончив, он вскользь прочитал написанное и, удовлетворённый, выбежал из хижины. Направился к воротам деревни, где стоял небольшой гарнизон местного ополчения.
Находившийся у ворот командир отряда, услышав его требование, сразу понял серьёзность ситуации. Гэбриэль, не теряя времени, вручил ему сообщение.
— Быстро доставьте это послание кардиналу Леониду, — сказал он, отдавая приказ.
Командир, не раздумывая, отдал распоряжение гонцу, и тот немедленно отправился в путь, исчезая в темноте.
Вернувшись в свою хижину, Гэбриэль снова задумался о младенце. Мысли о нём беспокойно крутились в голове, и священник не мог избавиться от чувства тревоги. Он размышлял, какие беды может принести это дитя, и что оно значит для судьбы всего мира. Вскоре, в этом беспокойном раздумье, он не заметил, как его глаза закрылись, и сон поглотил его.