Бум!
Внезапно в лестничный пролёт между этажами упала ручная граната и остановилась прямо перед двумя Воинами Легиона.
— Плохо!
— Ложись!
Оба мгновенно изменились в лице.
Бах!
Граната взорвалась без малейшего промедления.
Их защитные артефакты были способны блокировать пули, но не могли нейтрализовать ударную волну взрыва.
Мощная воздушная волна отбросила обоих в стороны.
...
Куя с трудом пришёл в себя.
В ушах стоял непрерывный звон, всё тело пронзала боль, а сознание оставалось затуманенным.
Когда зрение постепенно прояснилось, он обнаружил, что крепко связан.
Его хороший друг Харри погиб ещё во время взрыва.
Тело было разорвано на части.
Оторванная рука лежала прямо у его ног.
Увидев это, Куя на мгновение полностью опустошил сознание.
Спустя некоторое время он медленно перевёл взгляд.
Неподалёку стоял молодой мужчина.
Светлая кожа.
Небрежно растрёпанные волосы.
Обычная чёрная боевая форма.
В одной руке — нож, которым он спокойно очищал яблоко.
— Очнулся? — молодой мужчина поднял голову.
В тот миг, когда Куя увидел его лицо, он невольно замер.
Лицо было самым обычным.
Ничего примечательного.
Но больше всего поражали глаза.
Именно глаза.
Этот мир был миром Бедствия.
Миром конца света.
Миром, где ради выживания приходилось убивать.
Каждый, кому удавалось прожить достаточно долго, неизбежно менялся.
В их взгляде отражались холод, безумие, настороженность, жестокость или другие следы пережитого.
Но взгляд этого молодого мужчины был...
...совершенно обычным.
Настолько обычным, словно он вырос в спокойном и безопасном мире.
Если бы перед ним стоял обычный мирный житель, это никого бы не удивило.
Но этот человек сумел выжить в мире Бедствия.
Подобные личности либо становились безжалостными убийцами, либо приобретали крайне жестокий характер.
Такие не могли сохранить настолько спокойный и естественный взгляд.
Именно поэтому происходящее казалось особенно странным.
Доев яблоко, Цяо Юй спокойно спросил:
— Ты из Священного Легиона Чэньхао?
Немного поколебавшись, Куя честно ответил:
— Да.
— Понятно.
Цяо Юй слегка улыбнулся.
— Опять ваш легион.
— Раньше мне уже встретились трое ваших бойцов. Кажется, одного звали Оно. Должен признать, ему очень не повезло. Он пытался меня обмануть, но в итоге погиб от моей руки. Ещё была девушка по имени Бэйбэйя. У неё оказалось очень хорошее тело...
Последняя фраза заставила Кую внутренне содрогнуться.
Оно и Бэйбэйю он прекрасно знал.
Но сейчас его внимание привлекли совсем другие слова.
«Очень хорошее тело...»
Мышцы его лица непроизвольно дрогнули.
В мире Бедствия многие убивали без колебаний.
Однако большинство всё же сохраняло хотя бы остатки моральных принципов.
Или, иначе говоря...
Последнюю человеческую границу.
Но, согласно материалам Священного Легиона Чэньхао, существовал особый тип людей.
Те, кто полностью изменился, пройдя через бесчисленные смерти.
Их называли...
Падшими.
Такие личности не признавали морали.
Не признавали границ.
Не испытывали сочувствия.
Они следовали лишь одному принципу.
Тёмной справедливости.
Основной закон Тёмной справедливости был предельно прост.
«Убить можно любого. Ограничений не существует.»
В их мире не существовало сострадания.
Не существовало этики.
Не существовало нравственных норм.
Куя прекрасно помнил объяснение этого понятия из внутренних материалов легиона.
Что вообще определяет добро и зло?
В обычном обществе критерием становятся общепринятые нормы, законы и государственная сила, обеспечивающая их исполнение.
Иначе говоря...
Так называемая справедливость — лишь ценности большинства.
То, что признаёт большинство, считается правильным.
Но если справедливость принадлежит меньшинству...
Разве она перестаёт быть справедливостью?
С точки зрения Тёмной справедливости всё наоборот.
Истинная справедливость принадлежит не большинству.
Она принадлежит самому себе.
Если общество не принимает подобную справедливость, её называют Тёмной.
Именно так рождаются Падшие.
Хуже всего было другое.
Куя прекрасно понимал истинную природу мира Бедствия.
Здесь действовал закон сильнейшего.
Мир был холоден, жесток и беспощаден.
И эта реальность идеально совпадала с философией Тёмной справедливости.
Человек перед ним считал убийства естественными.
Грабёж — правильным.
Право сильного — единственным законом.
А Тёмную справедливость — своим принципом.
Всё это указывало лишь на одно.
Перед ним стоял настоящий Падший.
Лишь подобные личности могли настолько спокойно относиться к убийствам и смерти.
— О чём задумался? — вновь спокойно спросил Цяо Юй.
Понимая, что сегодня ему уже не спастись, Куя тихо произнёс:
— Ты... Падший?
— Нет.
Цяо Юй слегка покачал головой.
— Я всего лишь жалкий выживший, который пытается остаться в живых в этом ужасном мире. Я просто хочу выжить. Но этот мир слишком опасен. Поэтому мне приходится использовать любые средства. Ради жизни я готов на всё. Какая разница, считают ли меня Падшим? Это ничего не стоит.
Эти слова лишь окончательно убедили Кую.
Перед ним действительно находился один из тех самых Падших.
Цяо Юй медленно поднял автомат.
Ствол оказался направлен прямо ему в голову.
— Я знаю, что ваш Священный Легион Чэньхао очень силён.
Он сделал короткую паузу.
— Но лучше вам больше никогда меня не провоцировать.
— Все, кого я убил из вашего легиона, сами первыми полезли ко мне. То, что я до сих пор не пришёл уничтожать вас сам, уже можно считать проявлением моего великодушия.
— Поэтому запомните.
— Если в каком-либо мире находится Цяо Юй, пусть ваш Священный Легион Чэньхао убирается как можно дальше.
— Иначе...
— В следующий раз я буду убивать каждого, кого встречу.
— Одного — убью одного.
— Двоих — убью двоих.
— Так что...
— Проваливайте от меня как можно дальше!
Куя прекрасно понимал.
Эти слова предназначались вовсе не ему.
После смерти запись последних событий попадёт руководству легиона.
Именно им Цяо Юй сейчас бросал вызов.
Бах!
Раздался выстрел.
Куя погиб.
...
Высказывание Цяо Юя было не просто высокомерным.
Оно выглядело откровенной провокацией.
После такого Священный Легион Чэньхао не только не прекратит охоту.
Напротив.
Он станет преследовать Цяо Юя ещё ожесточённее.
Именно этого Цяо Юй и добивался.
— Хе-хе...
На его лице появилась слабая улыбка.
— Приходите.
— Чем больше вас будет...
— Тем больше я убью.
Если бы убийство приносило лишь пять Божественных монет Бедствия, он никогда бы не стал намеренно наживать себе такого врага, как Священный Легион Чэньхао.
Но сейчас всё было иначе.
Каждый убитый противник приносил ему доход, увеличенный в шесть раз.
Вместо пяти — тридцать Божественных монет Бедствия.
Шестикратная прибыль.
Этого было достаточно, чтобы Цяо Юй сознательно разворошил осиное гнездо под названием Священный Легион Чэньхао.