Я медленно вышел из строя, прислушался к ощущениям – головокружение не проходило. Тогда я просто бросил упражнение, присел на корточки у края площадки и стал наблюдать за остальными.
Господин Цай окинул меня озадаченным взглядом, но расспрашивать было неудобно. Когда тренировка завершилась, он подошел ближе и поинтересовался: ─ Почему ты закончил раньше?
Я обрисовал свое состояние, и господин Цай спросил: ─ А сейчас подняться можешь?
Я не спеша встал, попробовал – о, отпустило?
Господин Цай подвел меня к наставнику У. Учитель, не дожидаясь наших вопросов, с улыбкой спросил: ─ С кем-то из домашних недавно ссорился?
─ А? ─ я растерялся.
Наставник У пояснил: ─ Новичков я обычно ставлю в центр шеренги: там ток Ци самый мощный, это помогает прочистить все меридианы и каналы в теле.
Но если на душе кошки скребут и есть обида, под воздействием сильного потока Ци кровь начинает бежать слишком быстро, вызывая головокружение и тошноту. В таком случае лучше перебраться на периметр, где поле слабее, и постепенно привыкать.
─ А… вот оно что.
Стоило учителю дать пояснение, как все встало на свои места.
Хотя он упомянул обиду, в памяти ничего конкретного не всплыло.
Поразмыслив, я решил, что всё дело в тяготах первых дней по приезде в Сингапур: столько всего шло наперекосяк, что я, сам того не замечая, затаил в себе глухое раздражение.
Но характер у меня легкий: что прошло, то забылось.
Обида вроде бы позабылась, но застарелый комок остался сидеть внутри. К нему привыкли, и когда каналы внезапно пробило, организм просто отвык от нормального тока.
Не зря в Хуан-ди нэй цзин сказано, что все болезни зарождаются от эмоций.
Человек жив пока в нем есть дыхание, но стоит Ци сбиться с пути – жди хворей.
Потому-то и в даосизме, и в буддизме столь высоко ценят сидячую медитацию и созерцание дыхания.
Любые незаметные колебания душевного равновесия приводят к застою Ци, а сам человек остается в полном неведении.
Истину изрекал Будда в Сутре из 42 глав: богатство и страсти для человека – что мед на острие ножа.
Вся эта погоня за выгодой, славой и почестями раскачивает человеческие чувства, губит правильный ток крови и Ци, нанося порой смертоносный удар.
Большинство жизненных недугов рождается именно из эмоций.
Лишь теперь я по-настоящему постиг смысл учения о лечении через эмоции из Тяньи бицзи.
Я глубоко поклонился наставнику У.
Этот поклон предназначался не только за простоту и поразительную силу его практики, приносящей благо людям, но прежде всего за те слова, что открыли мне глаза и позволили прозреть.
***
На обратном пути господин Цай принял рабочий вызов, переведя звонок на громкую связь в машине.
─ Шеф, завтра на площадке в Тампинесе по адресу дом 468 не хватает людей, ─ раздался деловитый женский голос.
─ Сходи одолжи пару человек у А-Куня, пусть поработают сверхурочно сегодня и завтра вечером, подтянут хвосты. И одновременно обнови объявления о найме на всех платформах, пусть висят еще несколько дней, ─ распорядился господин Цай.
Завершив вызов, он повернулся ко мне: ─ Сингапур такой крошечный, а рабочих рук вечно не хватает.
─ Почему бы вам не нанимать людей из Китая? Там зарплаты низкие, многие бы с радостью поехали за рубеж на заработки, да возможности не упускают!
─ Эх, ─ тяжело вздохнул господин Цай. ─ Мы не можем нанимать иностранцев бесконтрольно, действуют строгие квоты. Только когда трудоустроишь шестерых сингапурцев, получаешь право взять одного китайца, а у меня лимит уже исчерпан.
Он продолжил: ─ Квоты на рабочие визы категории SP у меня имеются, но там жесткие требования к образованию кандидатов.
Требования к образованию?
Это сразу заставило меня вспомнить Ли Гуана – выпускника элитного вуза C9, для которого корочка о высшем образовании не была проблемой.
─ Какая там зарплата? – поинтересовался я.
─ Две тысячи сингапурских долларов в месяц, сверхурочные оплачиваются полуторно. Сумма немалая, но моя компания занимается монтажом уличных сценических конструкций, а местная молодежь боится тяжелой работы и бежит от нее. Да и образованные иностранцы не горят желанием марать руки.
Две тысячи долларов составляли добрый десяток тысяч юаней ежемесячно, да еще с надбавками за сверхурочные – по сравнению с внутренними китайскими заработками в две-три тысячи это казалось просто баснословными деньгами.