Муки одиночества

Май просыпается на полу. Рядом — тюбики с краской, кисти, вчерашний холст с чёрной дверью.

Тело ломит. Глаза слипаются.

Она садится, трёт лицо руками. Поднимает телефон.

Нет сообщений от Юмы.

Она открывает диалог с ним. Листает вверх. Старые сообщения.

«Май, я сегодня сыграл новую песню. Прохожие хлопали!»

«Май, ты где? Я купил пончики. Сладкие, как ты любишь.»

«Май, спишь? Я тут на крыше. Холодно без тебя.»

«Май, прости, что не пришёл. Завтра обязательно.»

«Май, я скучаю. Скоро увидимся.»

«Май…»

Она листает всё ниже. Тёплые слова становятся реже. Потом исчезают совсем. Остаются только её сообщения — без ответов.

Она закрывает диалог.

— Раньше ты отвечал сразу, — шепчет она. — А теперь…

Кладёт телефон на пол. Смотрит на холсты.

— Не о чем жалеть. Работай.

Май за мольбертом. Рисует. Быстро. Ожесточённо.

На холсте — фигура, смотрящая в окно. Спиной. Одиночество.

Она заканчивает. Отходит. Смотрит.

— Не то, — говорит она. — Слишком тихо.

Берёт новый холст.

Май сидит за столом. Перед ней — ноутбук. Открыто несколько вкладок: «Галереи Токио», «Открытые конкурсы», «Портфолио онлайн».

Она отправляет письмо за письмом.

«Уважаемые господа, прилагаю свои работы…»

«Меня зовут Май Кинута…»

«Буду благодарна за обратную связь…»

Копирует, вставляет, меняет названия галерей.

Десять писем. Двадцать. Тридцать.

Ни одного ответа в тот же день.

Она закрывает ноутбук. Смотрит в потолок.

— Хоть бы кто-нибудь ответил. Хоть отказом.

Май выкладывает в соц. сети свой последний рисунок — чёрную дверь.

Подпись: «Новая работа. О чём она?»

Лайки. Три штуки. Один комментарий: «Красиво, но грустно».

Она листает ленту. Видит пост Юмы: афиша его концерта. Тысячи лайков, сотни комментариев.

«Жду с нетерпением!», «Ты лучший!», «Обожаю твою музыку!»

Май смотрит на экран. Потом закрывает приложение.

— Хорошо ему, — шепчет она. — У него есть зрители.

Она ложится на кровать. Смотрит на его портрет на стене.

— У меня только ты. И ты даже не настоящий.

Репетиция, ночь. Юма

Юма на сцене. Вокруг — техники, свет, камеры. Араи сидит в зале.

— Давай с начала, — говорит режиссёр.

Юма играет. Поёт. Пальцы бегут по струнам автоматически.

В голове — Май. Её голос в трубке: «Я устала, Юма».

Он сбивается.

— Стоп! — режиссёр. — Юма-сан, вы где? Это уже третий раз.

— Извините. Давайте ещё раз.

Араи поднимается с места. Подходит к сцене.

— Вы думаете о ней, — тихо говорит он. — Забудьте. Хотя бы на время репетиции.

— Не могу.

— Научитесь. Иначе провалите концерт.

Юма сжимает гитару. Кивает.

Начинает снова. Громче. Злее.

Но внутри — пустота.

Мастерская Май, несколько дней спустя

Май рисует без остановки. Холсты штабелями стоят у стены.

Она пробует новую технику — яркие цвета, резкие мазки. Но всё равно выходит мрачно.

Телефон пиликает.

Письмо из галереи.

Она открывает. «К сожалению, ваши работы не соответствуют нашей концепции. Удачи».

Май читает. Кладёт телефон.

— Четвёртый отказ за неделю.

Берёт кисть. Продолжает рисовать.

Май не спится. Она снова открывает диалог с Юмой. Листает в самый верх — к их первым сообщениям.

«Привет, дурак. Ты забыл гитару у меня в мастерской.»

«Ой, правда. Завтра зайду.»

«Не завтра, а сегодня. Я голодная, принеси еды.»

«Хорошо. Что хочешь?»

«Пончики. Сладкие.»

«Договорились.»

Май улыбается сквозь слёзы.

Листает дальше.

«Юма, ты где? Я жду.»

«Прости, задерживаюсь. Репетиция.»

«Опять?»

«Я быстро. Обещаю.»

«Ты всегда так говоришь.»

Она закрывает диалог.

— Раньше ты приносил пончики, — шепчет она. — Теперь приносишь только обещания.

Ещё одна ночь. Портрет

Май стоит перед мольбертом. Берёт новый холст.

Начинает рисовать.

Знакомые черты. Тёмно-синие волосы. Гитара.

Но лицо не получается.

Она пробует снова — не то.

Пробует ещё — мимо.

В итоге оставляет холст. Фигура человека с гитарой стоит спиной к зрителю. Лица нет.

Май отходит. Смотрит.

— Ты уходишь, — говорит она. — На всех моих картинах ты уходишь.

Она не перерисовывает. Оставляет как есть.

Мастерская Май, рассвет за день до концерта

Май не спала всю ночь. Рисовала.

Перед ней — стопка новых холстов. Все — одиночество, двери, пустые комнаты.

Она смотрит на телефон. Нет сообщений от Юмы уже четыре дня.

Она открывает его профиль в соцсетях. Он выложил видео с репетиции. Подпись: «Скоро. Я готов».

Май смотрит видео. Его лицо, его голос.

— Ты готов, — шепчет она. — А я? Я готова?

Она не знает ответа.

Ложится на пол среди холстов. Закрывает глаза.

— Завтра твой концерт. Я буду смотреть. По телевизору.

Пауза.

— Ты даже не пригласил меня.

Тишина.