Поцелуй не закончился сразу. Он продолжался долго, но этого всё равно было мало. В его голове роились самые разные мысли.
Не слишком ли он торопится? Действительно ли он влюбился в неё? Или это просто влечение?
Он немного боялся. Ему не хотелось заводить мимолётные интрижки. Он желал лишь долгих и прочных отношений. Именно поэтому он игнорировал девушек, которых не мог понять. Только разобравшись в человеке, можно постичь его чувства и подстроиться под него.
Шарлотту и правда было трудно понять. Пусть он и сторонился её, она всё же оставалась его близкой школьной подругой. Долгое время в его Зоне под началом Универсального боевого альянса бок о бок жили оборотни и люди.
Но он и в страшном сне не мог представить, что влюбится в неё. Неужели всё дело в её улыбке? Действительно ли это стало причиной признания? Ему хотелось во всём разобраться. Ему нужны были ответы. Но прямо сейчас он не хотел отпускать этот момент.
Ему хотелось просто целовать её. Он хотел погрузиться в это чувство с головой.
В то же время Шарлотта совершенно не осознавала, что именно она только что сотворила. Казалось, будто в её тело вселился некий дух и заставил её сделать этот шаг. От одной мысли об этом ей становилось невероятно стыдно.
Но, как и Брайан, она не хотела слишком долго размышлять. Ей хотелось просто наслаждаться этим поцелуем. Ощутить вкус его губ. Вдруг она внезапно почувствовала, как что-то упирается ей внизу живота.
Ощутив это, она машинально протянула руку, но, осознав, к чему именно прикоснулась, едва не лишилась рассудка, и поцелуй тут же прервался. Она оцепенела и резко отпрянула.
В тот же миг Брайан тоже понял, что произошло. Семь лет… прошло уже семь лет с тех пор, как он в последний раз испытывал подобное. Никакого разочарования он не почувствовал. Зато ужасно смутился. Он тоже отвернулся, и как только собрался уходить, Шарлотта заговорила:
— Едва ли любовь может быть искренней, если ты влюбляешься в человека лишь из-за его улыбки. Я никогда так не считала.
Услышав это, Брайан замер. Его настроение помрачнело, и он сжал кулаки. Но она не остановилась и продолжила.
— Когда я была маленькой, я спросила маму: почему она полюбила папу? У мамы была чистокровная и сильная волчья кровь, а у папы — слабая. Обычно среди волков принято заключать браки только с обладателями сильной крови, даже если это твои двоюродные братья и сестры.
— И всё же мама полюбила папу. Когда я спросила её почему, она ответила: «Пусть это миф или легенда, но я всегда верила: если оба полюбили друг друга по одной и той же причине, такая любовь никогда не рухнет». Сначала я думала, что верить в это глупо. Но… теперь… — произнеся это, они одновременно повернулись и заглянули друг другу в глаза. На прекрасном лице Шарлотты появилась та самая нежная улыбка.
— Теперь я хочу в это верить. Ведь я полюбила тебя по той же самой причине.
При этих словах на губах Брайана тоже заиграла улыбка. Та самая улыбка, что украла её сердце. Она была прямо перед ней. И в этот миг она принадлежала только ей.
— Ох-хо-хо… Папа, ты до сих пор без одежды.
Голос Эли внезапно заставил их обоих вздрогнуть. Они синхронно обернулись.
— Эли, я сейчас же соберусь! — Брайан бросился в свою комнату.
— А я пока приготовлю обед. Поедим и сразу отправимся в путь! — Шарлотта метнулась на кухню.
Добравшись до своих убежищ, оба обнаружили, что их лица пылают алым румянцем.
— Она и правда любит меня в ответ! / Он и правда любит меня в ответ!
— Ура! — крикнули они оба одновременно. Брайан подпрыгнул с широкой улыбкой на лице, а Шарлотта продолжала радостно хихикать.
Тем временем Эленор Батори сидела на диване, приложив палец к щеке.
— Что случилось? Почему мне кажется, что пока я спала, произошло что-то сверхважное?
Однако девочка тут же помотала головой и потянулась.
— Да нет, ерунда. Они ведь только начали жить вместе. Да и папа явно не испытывает к ней того же. Я просто накручиваю себя.
Спрыгнув с дивана, она побежала на кухню. Заметив, что Шарлотта хихикает с надутыми щеками, Эли скрестила руки на груди и подозрительно прищурилась:
— Чего это ты тут хихикаешь?
— Ась?! — Шарлотта подпрыгнула, словно испуганный кролик. Повернувшись к Эленор Батори с застывшим лицом, она тут же отвернулась и принялась озабоченно свистеть.
— В смысле? Я просто улыбнулась, потому что сегодня такая прекрасная погода для поездки в парк развлечений.
— Погоди-ка, а кто тебе сказал, что ты едешь с нами? В парк развлечений отправляемся только мы с папой. И хотя я пила твою кровь, ты мне всё равно не нравишься. — Эленор Батори мило помотала головой, решительно отвергая эту идею.
Но Шарлотта лишь хихикнула и погладила её по голове.
— Разве мы не семья? А семья должна держаться вместе.
— Ишь чего! Папа сказал так только для того, чтобы меня утешить. Мы не семья. И убери руку с моей головы! — Эленор Батори смахнула её руку и отвернулась с надутым видом.
— Брайан~ Эленор Батори вовсе не…
— Стоп! Стоп, не впутывай сюда папу! Так и быть, я разрешаю тебе поехать с нами, — стоило Шарлотте позвать Брайана, как Эленор Батори поспешно вернула её руку себе на макушку и смилостивилась, состроив сердитую, но милую гримаску.
— Хи-хи! — Шарлотта захихикала и продолжила хлопотать на кухне. Она подала рис, суп, рыбу и немного овощей. С помощью палочек для еды она аккуратно вынула косточки из самой маленькой рыбки, предназначавшейся для особого гостя.
Она принадлежала Эленор Батори.
Рядом с кухней стоял обеденный стол среднего размера.
— Брайан, еда готова! — позвала Шарлотта и в тот же миг густо покраснела.
— О боже! Такое чувство, будто я зову своего мужа. Как же это приятно…
В этот момент она не осознавала одного: всего одно признание полностью меняло её жизнь. Она хихикала, смеялась как безумная, то смущалась донельзя, то вновь обретала самообладание. Но сейчас она была счастливее, чем когда-либо.
«Она что, превратилась в дурочку только потому, что папа назвал её частью семьи? Видимо, неразделённая любовь и впрямь сводит людей с ума. Стоп, неужели это значит, что и мама тоже сойдёт с ума?»
При этой мысли Эленор Батори отчаянно затрясла головой, прогоняя её прочь.
«Нет-нет, мама — сильнейший человек в мире. Как она может превратиться в дурочку? Она не станет такой, как эта женщина. Я слишком много думаю. Нехватка крови начинает сказываться на моём мозге. Завтра же обязательно выпью папиной крови». С такими мыслями
Эленор Батори подошла к стулу и уселась за стол, сложив руки в ожидании трапезы. Заметив, что еда уже перед ней, но приступить к ней пока нельзя, она уставилась на Шарлотту и спросила:
— Можно начинать?
— Разве тебе не стоит подождать папу? Ой, он приш…
В следующее мгновение её рот широко раскрылся, и она не смогла вымолвить ни звука. Перед ней стояло само божество. Ну, по крайней мере, богом он был в её собственных глазах — общепризнанным божеством его, конечно, не назовешь, скорее это было то искреннее обожание, с каким любящая жена смотрит на мужа.
Но Брайан действительно выглядел потрясающе. На нём была тёмно-серая рубашка с закатанными рукавами и аккуратно уложенные волосы. Чёрные классические брюки дополняли образ, а от него самого исходила невероятная мужская харизма.
— Что? Я плохо выгляжу? — заметив их взгляды, Брайан неожиданно засомневался в своём наряде.
— Нет, ты выглядишь потрясающе! — Шарлотта тут же подскочила к нему и заботливо пригладила выбившуюся прядку волос. Увидев её так близко, Брайан слегка покраснел и произнёс:
— Давайте есть!
— Вау! Папа, ты выглядишь просто супер! — Эленор Батори со стула прыгнула прямо в его объятия, оттеснив Шарлотту.
— Спасибо, Эли! — улыбнулся ей Брайан, направляясь к своему стулу. Эленор Батори же обернулась и показала Шарлотте язык.
Брайан усадил девочку на место, и они наконец приступили к трапезе. Поели они довольно быстро, но вот следующий этап затянулся на целую вечность.
Женские сборы!
На то, чтобы привести себя в порядок, у девушек ушёл ровно час. За это время Брайан успел даже вздремнуть. Зато результат часовых модных мук превзошел все ожидания.
Шарлотта облачилась в зелёный костюм-двойку. Он состоял из аккуратных классических брюк и длинного верха, похожего на рубашку без воротника. Всё было выдержано в строгих темно-зелёных тонах, что невероятно ей шло и подчеркивало её красоту.
Рукава её наряда были слегка прозрачными, а шею украшало золотое ожерелье с ярко-красным рубином посередине. Выглядела она просто ошеломляюще.
Эленор Батори тем временем тоже сменила наряд. На ней было бирюзовое макси-платье с оборками: темно-синий верх с открытыми руками плавно переходил в длинную юбку нежно-зеленого оттенка. Сочетание темно-синего и светло-зеленого смотрелось на ней просто великолепно.
Увидев их парадные наряды, Брайан широко раскрыл рот и выдал:
— Мы точно в парк развлечений едем, а не на светский раут?
— Мы точно в парк развлечений едем, а не на светский раут?
Не оставляйте Эли в неведении! Подарите ей парочку камней силы, чтобы подбодрить её в поисках того, что происходит у неё за спиной.