ОТ ЛИЦА ЛЕОНАРДО ЭВАНС:
Давно я не писал в этот дневник записи, которые как раз по логике и надо записывать в дневник, но, как всегда, чем-то отличаюсь. Прошло где-то месяца два где то так после моего приезда в Кэар Эндат, уже недалеко до зимы. Если говорить в общем, то мне тут приятно, люди будто не слишком фанатичны, не сильно придерживаются традиций, а просто пытаются жить по совести. Конечно, есть индивидуумы, бывают приезжали дети богатых, которые не смогли сдержать здешнюю нагрузку и уезжали. Зная мой опыт, учебная программа здесь для меня золотая середина.
Да, я довольно наблюдательный.
Если еще что-то вспомнить…
Так ладно, вернемся обратно. Библиотека здесь реально есть, выглядит она довольно заброшенной, но я тут прибрался немного. Хорошо, что я не единственный книжный червь. Книги на древнеэльфийском реально есть. Хотя языки мне не сильно даются, но почему-то внутри хочется изучить их.
Что говорить про соседей по комнате. Костян, хоть как он и говорил, из высокородных, я в нем вообще не вижу кого-то подобного: всегда позитивный, любит учиться и тренироваться, всегда надо в любую щель засунуть шутку. А еще, как он сказал, у него гетерохромия. Я не видел большой разницы в цвете глаз, но у него один черный, другой карий. Как это я так не увидел?
Селена — это главный художник всего континента, обожает творчество, вечно рисует, когда появляется возможность. Довольно спокойный человек, позитивный, но вот что-то есть в ней, не в романтическом плане, а чуйка какая-то. Еще, когда просишь показать способности, она всеми способами увиливает.
Аврора — эльфийка, которая не сильнее любит высшее общество. Когда появляется возможность, ей всегда надо полить грязью кого-то свыше, а спокойная, но и одна из главных моих соперниц по уму. И, как оказалось, у эльфов белые веснушки — не именно болезнь, а именно белые или даже серые, их трудно заметить, но если заметишь, не разглядеть.
Ну и если честно писать, чувствуется ебанца в них, хотя знаю, моя биография тоже не в порядке.
Нас учат ориентироваться в естественности, простой алхимии и рунологии, а также математике. Всему понемножку.
В этот момент перестал писать не из-за того, что меня кто-то отвлек, а просто такое состояние, когда ты делаешь что-то просто так, то общество не принимает это.
"Аххх, что за странные мысли пошли", — я говорил сам с собой в пустой библиотеке. Был вечер, и все уже вскоре ложились спать, а я любил ночь.
Потерев глаза, я обратно взял ручку в руки, но вдохновение пропало. Зевнув несколько раз, я решил перелистать дневник; там были части маминых записок, были мои. Я решил сюда записывать все, что я помнил из прошлого мира, от того, как работает двигатель внутреннего сгорания, до космоса и все, что я о нем знал.
Все знания я записал на здешнем языке, а вот часть, где я о себе рассказываю, я записал на родном языке, на всякий случай.
Я присел на подоконник, уличные фонари и редкий свет из комнат и домов светились среди гор, лесов и этого мира. Глаза уже начинали слепаться, я чуть было не ушел в царство Морфея, как услышал, как что-то упало. Приоткрыв второй глаз, я посмотрел на входную.
"Никого? Ах ладно, что там упало", — я начал проходить полки, везде книги стояли на месте, но в самом углу, где свет прикрывала полка, торчала книжка. Я подошел забрать, поднял, и на ней было написано "Vingt Mille Lieues sous les mers". Это была латиница…
"Что за хрень…" От усталости книжка упала из моих рук. Я тут же поднял, пошел за керосиновой лампой. Взяв ее, я быстрым шагом побежал к тому месту и, осветив это место, увидел пустующее место. Половина этого места была занята книгой с другой стороны. "Понятно, почему ты упала", — на стеке было написано "Коллекция книг из катакомб Фендера".
Кто-то коллекционировал книги из катакомб, больше спасибо тебе, мужик. Я тут же начал осматривать все полки; тут были книги от арабского до японского, и английский тоже был, только русского не увидел. Начал дальше осматривать. Все было в пыли; похоже, кроме самого Андерсона, никому не было интересно разглядывать книги, которые были на языках, уж тем более непонятных и незнакомых.
"И нигде не было написано про эти книги, неужели никто о них не говорил…" Я начал осматривать другие полки, пока не наткнулся на табличку "Любимые". Их все достал и положил на стол, где светила люстра.
"Пиковая дама, Евгений Онегин, Преступление и наказание, Герой нашего времени, Мастер и Маргарита, Братья Карамазовы — это не все". Да, ты у нас любитель русской литературы. Я смотрел на эти книги, видел знакомые буквы и слова, у меня непроизвольно появилась улыбка, и слезы потекли из глаз.
"Братья Карамазовы". Моя рука потянулась к этой книге, я взял ее и присел на подоконник. "Предисловие от автора:
Начиная жизнеописание героя моего, Алексея Федоровича Карамазова, нахожусь в некотором недоумении".
------------------------------
"Леонард Эванс, вставай!" Резко проснувшись, я начал оглядываться. Я все так же сидел на подоконнике, только теперь с левой стороны от меня стояла Аврора в ночнушке, по виду тоже из викторианской эпохи. Что удивительно, даже здесь они были популярны, а поверх её джинсовый комбинезон.
Сонным голосом я начал ей отвечать: "Ты даже спишь в этом комбинезоне, подаренном от Эны?" Она смотрела на меня довольно строгим взглядом, будто мама застала сына, не пришедшего домой вовремя. "На меня сегодня напала бессонница. Я знала, что ты можешь сидеть столько долго только в библиотеке. Я лежала, но сон так и не приходил. Как и ты. Было уже три часа ночи, и я решила от скуки проверить, где ты, и нашла тебя спящим в библиотеке с книгой даже не на древнеэльфийском. Это за язык?"
Я только сейчас заметил, что у неё в руках была книга Достоевского. Чёрт, а на какой странице я остановился? – думал я, пока Аврора разглядывала, как будто вообще не понимала, что там написано, хотя языки не сильно отличаются.
"Ты не понимаешь?" Я не знаю, зачем спросил про очевидное, и было бы странно получать такой вопрос, сразу говоря, что я его знаю. "Я хорошо знаю древнеэльфийский, а здесь вообще не могу понять. Что за бред? Как она его может не понимать, хотя там кириллица, практически такие же буквы, как в здешнем языке? – думал мой мозг, пока я пытался проснуться.
"Три часа ночи… Аххххххх, надо бы пойти в комнату, только положу обратно".
Я встал с подоконника и жестом попросил у Авроры книгу. Она её отдала, и я пошел за другими. Я их убирал обратно на ту самую дальнюю полку, где не доходит свет, и периферийным зрением я вижу, как эта длинноухая следит, куда я кладу. После того как убрал все книги, я заметил в углу что-то еще. Пододвинув лестницу ближе, я достал коробочку, будто из черного стекла, и, открыв её, я увидел карты, и первая лежавшая была нулевая – Шут в классическом стиле: как в моём мире, юноша в ярком кимоно и жёлтых сапогах, в шляпе с пером. В одной руке он держит цветок, в другой – посох с котомкой на конце. Он шагает к краю утёса с весёлым и беззаботным выражением лица, смотрит в небо и не замечает опасности.
"Начало чего-то нового… ха… иронично".
Коробку с картами я решил забрать и положил в сумку, которую я обычно с собой ношу. После этого я замечаю Аврору, рассматривавшую мой дневник. На обложке дневника было звёздное небо со резко обрывистой скалой, на которой стояли Скелет в элегантном костюме с сияющими синими глазами и с моноклем на одном глазу в черных отверстиях для глаз в черепе и девушка с двумя парами рук и гладью, тканью закрывавшую её лицо, как у невесты, смотрели на небо.
"Редко встретишь оставшиеся работы с этими персонажами". Меня заинтересовали её слова. Я не знал, что это что-то известное, хотя картины здесь очень популярны, это не является тонким произведением искусства, как в моём мире. Здесь художники очень распространены.
"И ты знаешь, что это?"
На лице Авроры появилась мягкая улыбка, и будто немного глаза заслезились.
"Эта история у людей не сильно популярна, а у вампиров и эльфов очень. Два бога, прибывшие из пустоты, не знали ни сладости, ни горя, лишь ощущение того, как жизнь низших существ идет, а они будто жили в стагнации. Поэтому они спустились на землю, и каждый нашёл свою любовь и прожили жизнь с ними до их смерти. И было понятно, что они переживут их. После смерти своих возлюбленных они встретились на краю обрыва в океане роз и горевали и, не найдя выхода из своей ситуации, одна ушла на небо, став звездой, которая указую путь к своей любви, а другой остался на земле, провожая души, потерявшие воспоминания и свою энергию, в другие миры, чтобы там они смогли прожить жизнь, которую заслужили". Я смотрел на неё с удивлённым лицом.
"Ты что так смотришь?"
"Слишком много для тебя слов за один раз".
А выдохнула она и подошла ко мне: "Мне просто чуйка подсказывает, что ты хороший". О как… – подумал я в тот момент. "Ну ладно, пойдём". Мы выключили свет и пошли по коридору. Обычно свет ночью выключают, но в этот раз свет горел в коридоре. Мы шли молча, и эта тишина начала меня раздражать.
"Ветки тебе в глаза!" Я повернулся к Авроре, она смотрела на свою обувь. Я посмотрел вниз и увидел, что весь пол был залит водой, а она, походу, наступила в неё. Посмотрев в соседний коридор, я увидел картину: разбитая ваза, из которой как раз и пошла вода, и наш, можно сказать, одногруппник:
"Антон, у тебя совсем нет мозгов!?"
Антон не отреагировал на зов Авроры. Перейдя лужу воды, подошёл к нему. Он был одет в рубашку, жилет, брюки и туфли, которые явно были ему великоваты. Раздвинув веки, посмотрел в глаза.
"Не пьяный". Я закрыл ему нос, и при первом вдохе он сам открыл глаза. "Ты чё делаешь?" – абсолютно спокойным голосом спросил он меня.
"Тихо, а то Баба-Яга услышит и затащит в лес. Нас съест, а из костей сделает забор для огорода". В его взгляде так и писался вопрос. "Ты чё несёшь, напился?"
"Скажу так, ты сейчас выглядишь как пьяный", – присоединилась Аврора к нашему высокоинтеллектуальному разговору. Антон посмотрел на себя, перевернулся на левый бок и опять закрыл глаза. "Слушай, нам пофиг. Тебя будут наказывать, но, может, хоть расскажешь, что ты лежишь?"
"Мы были в веане, потом… потом нашли костюм, я его надел и сильно устал и решил прилечь здесь".
Веан – один из районов за стенами Каэр Эндата. В принципе, все это место называют Каэр Эндатном, но не как крепость, а, можно сказать, мелкий городок. Это были единственные мысли, которые удерживали меня не уснуть стоя.
"Ахххх, ладно, давай спокойной ночи". Она стукнула себя по лбу средним и указательным пальцем. "Ага, спокойной ночи, извини, руку лень поднять".
Мы ушли дальше по коридору, но больше интересных индивидуумов не было. Зайдя в комнату, было все обычно. Селена спала руками на восток, ногами на запад, а головой на юг. А Костян спит так, как будто сейчас хоронить будут. Я уже собирался лечь и уснуть…
"Лео, можешь, пожалуйста, сделать…" Аврора попросила сделать этот жест. "Странные у вас, эльфов, в Сильварии пожелание хороших снов". Я сделал этот же жест, и мы легли спать.
Проснулся я от звука таскания чего-то тяжёлого по полу и, подняв голову, я увидел, как Селена и Костян что-то тащили. "Господи, пожалуйста, дайте мне отдельную комнату", – тихо я сказал про себя. Но эти двое всё равно увидели, что я проснулся. "О, доброе утро."
"Доброе утро". Я встал с кровати и немного размялся. "Вы что тут тащите?" Наконец-то обратив внимание на то, что они тащат: это был мольберт и напольный глобус. "Я понимаю, Селена, мольберт, а тебе нафиг глобус?" Я подошёл к глобусу. На нём был нарисован Ахрей. И если соотношения равны земле, то Ахрей где-то с Северную Америку, но всё остальное было в нарисованных облаках.
"Это глобус времен начала первых годов". Я крутил глобус и даже смог открыть его, и внутри было ничего, кроме красиво нарисованного ночного неба.
"Зачем он тебе?" Костян подошёл и тоже начал рассматривать внутреннюю часть глобуса.
"Меня попросили его немного похранить, потом уберут". "А кто?" Он почесал голову, и как будто он чего начал стыдиться.
"Брат старший, что-то они там с родителями не подарили насчет этого глобуса. Сказал, что через недельку заберёт".
"Ладно".
После нашего разговора я направился в ванную, умылся, помылся, сходил в туалет, зубы почистил. После я вышел. Костяна не было. Селена с большим энтузиазмом что-то рисовала, а Авроре сегодня до середины дня нечего не надо делать, поэтому она спала как убитая. Я подошел к Селене и посмотрел, что она там рисует.
Было похоже на чёрное поле и лес, над которым возвышалось небо зелёного цвета со звёздами и луной красного цвета. "Почему небо зелёное?" Она не повернула на меня голову и просто ответила: "Я так хочу".
Посмотрев ещё несколько секунд, я оставил художника, взял свою сумку, куда я всё складываю, и вышел из комнаты. "О, дарова, Лео." В коридоре стояли наши соседи.
"Привет, Эльтон, Клеш и Ники". Эльтон – умный вампир, длинные кудрявые чёрные волосы и зелёные глаза. Клеш – рыжий и весь в веснушках, вечно оптимистичный тип, аж начинает бесить. И Ники – хорошая девчонка, каштановые волосы и голубые глаза, сильна в рунологии..
"Лео, а Аврора там?" Ники спрашивала с какой-то озабоченностью, плюсом они хорошо поладили. "Ага, та спит как слон".
"А я думал, что опять чмырит какого-нибудь высокомерного аристократа".
Пока меня не затянули в диалог, я удалился. Пройдя по коридорам, я пошёл в столовую часть. Здесь столовые работаут не стандартно. Есть стандартная еда, но есть типо забегаловки, которые могут устраивать ученики. Но так как гробовщиком мало есть максимум две. Я забрал еду и Присев, я начал быстро есть. Я никуда не спешил, просто мне так было удобнее. Спустя минут пять ко мне подсела Селена, хоть не сильно, но были видны следы краски по телу.
"Так быстро нарисовала?" На набитым едой ртом отвечает: "Нет, конечно". Доев свой обед, я пашел в Мирославу и как всегда пришел раньше. Подождав минут десять, я увидел его. "Вот почему ты всегда приходишь даже раньше, чем мы договорились?" Сегодня он был просто в брюках и рубашке с сумкой на ремне и мечом за спиной. "Не люблю опаздывать". Он присел рядоо со мной и закурил трубку?
"Ты когда трубку вместо сигарет начал курить?" О посмеялся и потеребил мои волосыГосподи почему всем нравится мои волосы!?
"Друг подарил вот решил попробовать". Он встал, размялся, я за ним. "И как?" Он сильно закурил и выпустил тонкую струю дыма в солнечное небо. "Не слишком ли ты мелкий для таких вопросов? Хотя тебя нельзя считать за десятилетнего".
--------------------------------
"Так, давай фляку назад, вперед, потом отскок на другой столб. Хоть у тебя и хорошая акробатика, но повторение — мать учения."
Тренировки по владению мечом проходили обычно, мы не дрались друг с другом, так как изначальная наша цель — убивать монстров, но так как бывают и гуманоидные сущности, приходится и этому учиться. Но, кроме владения, учат и другим прелестям меча, кроме драки. Довольно удивительно, в обществе в стиле викторианской готики и других похожих стилей нужны люди, владеющие мечом.
У меня есть опыт владения холодным оружием из прошлой жизни, правда это была что то вроде катаны или меча, но все равно все удивлялись, поэтому учимся заново. Но что я точно не видел, так это огнестрел. Смешно, а поезд видел.
"Лео, аккуратнее, не пытайся делать шпагат, а то потеряешь свои достоинства, и если об этом узнают Эна или Калипсо, то мои достоинства оторвут с корнем". Плюсом к этому здесь висели бревна, которые качались.
"Лео, я понимаю, ты левша, но работай правой рукой, перекинь в нее меч, может, она и не главная, но должна быть вспомогающей, кроме держания меча в двух руках".
С моей аномальной энергией это сильно упрощает. Забравшись на одно из качающихся бревен и перепрыгнув на другое: "С такой хорошей ловкостью в цирк, на акробата идти". Я спрыгнул и присел на лавку, положив рядом меч.
"Зачем я это повторяю? У меня и так акробатика хорошо получается, может, другие стили или танцевальный начнем? Хотя я бы на разделку монстров пошел, меня до сих пор тошнит".
"Хмм, могу тебе предложить сходить в маленькую катакомбу".
Он немного заулыбался и глотнул немного спиртного. "Серьезно?" Мне было интересно, что это за катакомбы, и как они работают. "Ну, видно, ты согласен, значит, сообщу Ярику и Эне, они как раз туда едут и не против будут тебя взять".
У меня сразу поднялось настроение, хотя этого не было на моем лице. Наконец-то съезжу в другое место, кроме Кэр Эндата, — думал я в тот момент, пока по небу летели облака по светлому небу.
"Я вам не помешаю?"
Я услышал сзади женский голос, и, повернувшись, я увидел Калипсо, "Привет". Она тоже присела между мной и Мирославом. "Не против, если я заберу мальца?"
Седовласый закурил и куда-то пошел. "Бери, только он едет с Яриком и Эной!" — крикнул он нам и удалился, походу, куда глаза глядят. Калипсо почесала нос и посмотрела на него будто с сочувствием
"У меня есть вопрос. Ты что-то забирал у родителей, когда мы уезжали?"
И тут я вспомнил про кольца, которые забрал у родителей. "Ну да кольца забрал" Она встала и в спешке махнула мне рукой, чтобы я за ней пошел.
Мы пошли в мою комнату, в ней никого не было. "Где они?"
Я начал рыться в шкафу. "Щас". Я достал сумку, она была полностью пустая, и как раз в один из мелких кармашков я отставил их там. Но, нащупав где они лежат, там было что-то другое. И, достав это, оказался кулон.
Чего?
Серебряная цепочка с кулоном, украшенным металлом того же оттенка, на котором был закреплён камень в форме глаза или с его очертаниями.
"Да, это оно". Сам кулон был как будто из красного аметиста. "И что с ним делать?" Она положила себе в карман, уходя к двери: "Разберемся, и ты соберись к поездке в Унрентист". Она закрыла дверь, и я остался один.
"Такое ощущение, будто меня сейчас ограбили".