"И зачем он мне?" Аврора протянула мне цилиндр. На вид он был довольно хорошего качества, вот только я не понимал, зачем он мне.
"Как зачем? У вас же его носят, и это как знак достатка или моды," — говорила Аврора одновременно с очень смелым лицом, а я хотел сказать:
"А ты будто часто там была. Ты же приехала в Каэр Эндат тогда же, когда и я". Хотел я сказать вслух, но побоялся и сказал только про себя.
Хотя она же уезжала какое-то время… Хорошо, что не сказал вслух… А может, Джон был прав про мой нейтралитет? Так, стоп! Ты уже не в то русло думаешь. Я же не хочу просто сказать что-то обидное. Я же не хочу казаться всем хорошим и добрым. Я просто могу фильтровать слова.
"Ну, не знаю, меня этот вид головных уборов не сильно привлекает. Тем более, у меня нет комплексов на счет роста," — мой голос был уставшим или сонным.
"Поверь, во многих мероприятиях тебя попросят его надеть. Если ты понял… А этот у нас валялся от старой компании Эм…" — Аврора посмотрела на внутреннюю сторону цилиндра и нашла неброскую эмблему. С подписью:
"Речной Олаф. Ее сейчас нет, как я помню. Но качество здесь очень хорошее. Лучше было бы, конечно, именно под тебя сделать, но думаю, в этом ты не привередливый. Можно сказать, это как подарок". Она протянула мне этот цилиндр с явной искренностью в душе и мягким взглядом. Редко встретишь такую мягкую эмоцию у нее на лице.
Я взял этот цилиндр и машинально надел его на голову. После сразу посмотрел на Аврору и на ее эмоции. Она задумчиво просканировала меня глазами и слегка усмехнулась.
"А вам идет, мистер Леонард". На это я просто тоже усмехнулся про себя и начал вертеть его в руках, пока мы продолжали идти по коридорам до моей комнаты.
Амарин ушел в другую сторону и обещал, что заглянет ко мне.
"Благодарю, Мисс Аврора Элливария," — театрально поклонившись, я чуть не упал, пока еще пытался идти.
"Черт, как жалко, что даже не осталось той физической подготовки из прошлой жизни… Да хоть из детства в этом мире. Будто тело все забыло."
Аврора сдержала свой смешок, но рука, закрывавшая рот, сама о себе говорила.
"Может, надо было продолжать хоть какие-то тренировки?" — говорила Аврора это как шутку, а не с издевкой. Я же просто недовольно посмотрел.
Зайдя в тот коридор, мы дошли до моей комнаты. "Может, тебя проводить к своей?" На это она просто покачала головой.
"А ты знаешь, куда?"
"Ну, хоть ради вежливости," — сразу я ответил. Девушка проводила меня до комнаты, а я нет. Как-то не по-джентльменски.
"Идите отсыпаться, мистер Вежливость. Все равно думаю, у нас завтра не будет времени поговорить."
Ах, да, к ним приезжает их родственник, как его там… Анарик?… Акарик?… Аааа, Алакрик. Ну да, лучше тогда посидеть и не отсвечиваться.
"Ну, тогда спокойной ночи."
"И тебе того же."
После этого я вошел в комнату. Было темно, и я не стал включать ни газовый, ни рунный свет, который здесь был, а просто решил зажечь лампу.
Полумрак — более приятная обстановка для моих попыток.
Кинув на стол цилиндр, я сел, сделал глубокий вдох и выдох и начал вспоминать.
"Как же он там говорил… Мир снов, мой сон. Жест, аномальная магия и воля. Вроде бы, это…"
Я начал пытаться с помощью своих воспоминаний подключить мышечную память, чтобы вспомнить движения рук. Со стороны я, наверно, выглядел как идиот, который машет плечом, предплечьями, кистями, пытаясь найти в этом порядок и смысл.
Аномальная магия отличалась от аномальной энергии, по сути, это были разные вещи. И магия в моем прошлом мире… аномальная, она была проще, так же — жестами, волей и словами, как и по его словам, и в других мирах. Здесь же были вены энергии, магна и генезис, которые с какого-то перепугу и просто энергия магии. Хоть здесь такая банальная и напоказ, умерла. Факт как факт.
Сука, ладно, во мне осталось аномальной энергии по минимуму и практически исчезла, и это даже хорошо. Но аномальная магия — почему! Это из-за моей трансмиграции в новое тело? Так, тогда почему признаки моей прошлой внешности вернулись? Почему теперь я могу узнать образ прошлого себя в зеркале, а способности не вернулись?
Спустя неопределенное количество времени я наконец-таки увидел появление зеленых изумрудных частиц. И в последний момент я сложил ладони вместе так, что пальцы правой руки положил поверх левой руки. А кончики больших пальцев я соединил и поставил их сверху так, что они образовывали своего рода овал. После этого я сразу их распрямил и хлопнул в ладони. Зеленая вспышка, и теперь я был не в комнате.
Моргнув, я уже находился на островке. Он маленький, пять на пять метров. Его поверхность была плоской, и росла небольшая трава. Кроме нее я видел разного цвета кристаллы: от кроваво-красного до туманно-белого, фиолетового, синего. Они были будто полурасплавленные в землю.
"У меня получилось? Сонное измерение все-таки осталось… Или что точнее будет сказать — сонные измерения."
Во мне у меня в этот момент была буря эмоций. Но посмотрев на небо, мое сердце сжалось и от масштаба, и от красоты, которую я увидел.
Сверху небо было будто как огромное космическое небо, наполненное звездами и огромной, переливающейся космической туманностью. Смотря наверх, я будто оказался в космосе. Разноцветные волны газовой пыли плыли в разные стороны, оставляя за собой шлейфы изумрудно-аметистового сияния. Было ощущение, если я подпрыгну, то упаду в эту пучину.
На горизонте, если можно было так выразиться, небо, лишенное красок, оно состояло из белых, дымчатых, словно размытых акварелью завихрений. Слои облаков закручивались в плавные, похожие на мрамор узоры. Смотря на эту часть неба, чувствовалась какая-то безмятежность. Только на этом моменте я увидел, на этот островок, на котором я стоял, был летающим, и небо продолжалось ниже, и внизу тоже было другое небо.
Оно напоминало застывшую бурю. Густая, тяжелая пелена цвета закипевшей крови. В центре или внизу центра была звезда, ослепительно-рубинового алого цвета, вокруг которой и крутились все багровые туманности. Многих бы напугало такое небо, но я не чувствовал в нем что-то отталкивающего, наоборот, красный цвет и его разновидности были мне приятны. Что-то в этом было.
Такое небо бывает у окрестностей Кровавого залива на юге, когда вода туда как раз и впадает много жил Дунацион и задерживается в этом заливе.
По словам, там такие же облака были в родном мире Сангвина… Хмм, а может, они как раз связаны с вампирами?… Не слишком вероятно, но стоит потом у Эны спросить.
Увидев всю картину этого измерения, я погрузился в какое-то необычно странное состояние.
"Сон разве так влиял…"
В глазах все начало плыть, и ноги начали подкашиваться, а в голове начался жуткий гул. Было ощущение, что на все тело положили двухтонную плиту и дополнительно прямо на голову. От бессилия я упал на землю и просто начал кряхтеть от боли.
Твою мать! Господи, как… как будто сейчас спиной мозг выплюну, а из носа потечет другой…
Вдруг передо мной появилась фигура. У меня не было сил поднять голову, чтобы ее рассмотреть, я лишь видел очертание абсолютно черных ботинок и низ темно-серого или черного плаща или пальто…
Когда эта фигура появилась, я через боль и гул по всему телу почувствовал дрожь, сильный холод и пустоту, но и одновременно четкое ощущение чего-то было непонятно. Вокруг него клубился и расплывался то тяжелый, то легкий серый или черный туман.
Я инстинктивно начал ползти к нему без особой причины, просто тело само решило потратить все силы к нему. Но спустя несколько сантиметров ползанья сил не осталось. Периферийным зрением было видно, как даже космос, который считался тёмным местом, исчезал во тьме… А может, и нет, все цвета перемешались в моих глазах.
Мне уже начали слышатся голоса, которые заставляли меня бояться и дрожать намного сильнее, чем боль. Я прямо начал ощущать, как из моего тела начали высасывать что-то из чего-то…
Но опять какое-то золотое свечение, и я падаю, ударяясь прямо затылком об угол кровати.
"Ай… Сука!… А-а-а-а-а…. Надо же было прямо на острый угол." Встав с пола, я еле как дотащил себя до стола, глядя ладонью на новообретенную шишку.
Что это было? Почему я вдруг потерял все силы, а в мою голову будто засунули отбойный молоток… Еще эта фигура, от нее прямо веяло открытой морозилкой. Плюс, что меня вытащило из сна… Опять больше вопросов, чем ответов.
Единственное, что я понял — в свой сон можно пробраться, и аномальная магия работает… Вот только стоит ли оно того? А то я себя чувствую выжатым, как… не знаю, как…
После этого я прямо в одежде лег на кровать, закрыл глаза, положив руку себе на лоб. Попыток уснуть у меня не было. В этот момент хотелось, чтобы мозг начал работать по нормальному.
Так я пролежал, по ощущениям, полчаса. Хотелось уже надеть что-то удобное для сна, но моральных сил не было встать. Мне было все равно на луну, светящую через окно, и на лампу, которая тоже светила.
Всё произошло быстро. Я успел только разглядеть разнослойное небо и островок, и сразу после я упал без сил. Всего. Но как я вышел из сонного измерения? Хотя я и тогда не знал, как вышел…
…Хммм… Интересно… Церковь Безликого Бога Луны в Финрее, Церковь Тайного Знания, а здесь, в Архее, Церковь Всеведущего Света, Церковь Красного Жнеца, Церковь Бога Развития, Церковь космоса, звезд... Или тьмы? Они же вроде так и не приняли единое название во всех местах. Ах, интересно, почему. Также можно вспомнить церковь Евы и другие более малые церкви, они не сильно влияют на континент и главные церкви. Это, во-первых, очень странные названия. Такие названия я только в этом встре… А нет, встречал одну такую. И не сильно хочется вспоминать.
А второй. Логично, что эти церкви поклоняются определенному богу. Это даже больше напоминает какое-то слияние язычества и религии. Видно и понятно, что это церкви, конфессии и т. д. Но каждая церковь поклоняется определенному богу, и есть общая религиозная версия зарождения мира. Это как если бы в моем мире были церкви поклонения Зевсу, другие — Афине, другие — Перуну и так далее. Хе-хе-хех… Надо, конечно, не забывать о цели: разузнать, что это за мир. Можно ли вернуться в мой, или просто узнать, что произошло.
И третий — это Адонаи. Они не имеют церкви, не видно вообще какого-то влияния или вмешательства. Просто де-факто континент под их контролем. И Кассандра... Мне верится с трудом в ее доброжелательность и милость, что даже имя будто не настоящее. Может, даже хорошо, что мы теперь не видимся.
Размышляя обо всем в своей голове, я постепенно начал засыпать и решил перевернуться на левый бок, и когда я это сделал, мой взор устремился на стол. На нем лежал цилиндр внутренней стороной ко мне. Мои глаза уже привыкли к темноте, чтобы я смог разглядеть один глаз, который смотрел на меня прямо из цилиндра.