Изредка мерцания звезд в темноте, создававшие странные узоры в полупрозрачном тумане, танцевали перед моими глазами, пока я пытался понять, что происходит.
Я слышал какие-то неразборчивые голоса… или голос. Невозможно было различить в этой какофонии. Потом начали появляться очертания лиц, очень непонятные.
Вскоре появилось ощущение тела. Как только стало понятно, что это сон, я сразу проснулся. Всё одновременно чувствовало себя отдохнувшим, но и одновременно так усталым.
"Твою мать… я будто спал под многотонным одеялом целый год…" — бормотал я себе под нос, пока пытался прийти в себя.
Мое тело было укрыто довольно теплым одеялом, а голова так и проваливалась. На мне была только моя майка и трусы, а своей длинной куртки, джинсов и кроссовок.
Облокотившись на локти и начал осматривать комнату. Я лежал на деревянной кровати, будто кто-то ее забрал у моей бабушки во времена советов, а рядом висел точно такой же кавер. В этой комнате была тумбочка и большой сундук, и полки, на которых стояла глиняная посуда, какие-то платки с узорами и детские игрушки, сделанные из дерева, будто наспех.
Из окна, будто доставленного тоже из бабушкиного дома, был виден лес — обычный лес, не было тумана, и погода, по ходу, была нормальная, но уже вечерело.
Посмотрев под кровать, нашлись мои кроссовки, но сначала надо найти джинсы.
Стоп. Мое оружие тоже забрали!
Сразу же пронеслось в голове. Я сразу начал осматривать тумбочку, но кроме каких-то украшений, платков и другого не нашёл. Но, осмотрев сундук, сразу же лежали мои аккуратно сложенные вещи. Сразу же их достав, я начал одеваться, но только надев джинсы, за дверью послышались голоса и шаги.
"Ты скоро, а ты опоздаешь?"
"Да, да, только проверю состояние того парня. А то Шеф попросил, сами знае…"
В комнату вошла девушка, светло-русые, немного веснушек под глазами, которые смотрели удивленно на меня. Она была одета в длинное белое платье свободного кроя, как Василиса, только вышивка была красной, с орнаментом на груди, рукавах и подоле. Красный пояс с кисточками на талии. Ожерелье из зелени на шее, и на голове был венок из цветов и трав.
Мы секунду друг на друга посмотрели, и я на мышечной памяти приподнял руки, будто готовился драться.
Она приподняла руки, немного испугавшись меня, и немного попятилась назад. Поняв, что я не нападаю, и попыталась встать в мне угрожающую позу. Но меня зацепила фраза про Шефа.
"Ой, вы проснулись…" — с тихим, удивленным голосом, она сказала.
"Извините. Вы говорили что-то про Шефа?"
На вопрос она пришла в себя и кивнула, показав пальцем куда-то на улицу.
"Да, я сейчас его позову."
"Ну где ты там?"
"Да секунда уже прошла."
Раздались чужие голоса, и я увидел в проходе двери я увидел четыре лица. Два женских и два мужских, тоже по виду мои ровесники. Они были одеты примерно так же, как и та девушка. И увидев меня, на их лицах сразу же возникло удивление.
"Ого, этот парень проснулся!"
"Я уже думала, что он скоро в нежить превратится."
"Алиса, а его как зовут?"
Они все начали галдеть и донимать девушку.
Пока они были около нее, я успел одеть кроссовки, но теперь они переключились на меня.
"Пацан, а вы правда в тех руинах живете? Большие, каменные, как там можно жить?"
"Или те металлические повозки, которые гудят, как речной волк."
"А вот эта одежда. А она не изо льна. И не из шерсти. из чего оно?"
Один из них взял мою куртку и начал осматривать.
Я же руками отодвинул их. А то у меня так появится социо- и клаустрофобия, и забрал свою куртку и, надев ее, я посмотрел на ту девушку.
"Где можно найти Шефа?"
Она хотела что-то сказать, но в дверном проеме я увидел крупную, но немного полноватую фигуру с темно-каштановыми волосами и густыми усами.
"Опа, спящая красавица проснулась. Не дурно тебя лес потрепал. Ты аж до Ивана Купалы проспал."
Шеф выглядел немного подвыпившим, даже до первой стадии не дошел, поэтому он был в нормально состоянии. А я ощущал, что был медведем, проснувшимся от спячки.
"Кого купали?"
"Ивана."
"Купалу?"
Помассировав виски и всё лицо, мозг начал немного работать, и глаза смотреть.
"Погоди… Иван и Купала… это вроде два имени, как я помню. При чем здесь это? Где мы?"
Он же усмехнулся и вытянул и опустил руку, будто хотел сказать: "Не беспокойся".
"Мы там, где сейчас его будут отмечать, не беспокойся."
Я взглянул на тех девушек и пацанов, которые стояли за мной. Они ждали, пока мы закончим диалог. Но не успел я что-то сказать, как у меня сильно загудел живот, что я аж скрутился.
"Ты не ел две недели, поэтому давай тебя сейчас накормят." Шеф вышел из комнату в соседнюю, а я опять посмотрел на тех, кто был за мной. Они ждали, а я чего ждал? По быстрее выйдя из этой комнаты в другую, стало теперь видно большой массивный стол и такую же большую печку.
За ней стояла какая-то женщина, на вид ей было тридцать лет, а тогда она хорошо сохранилась. Шеф сидел за столом на длинной скамье и взглядом приглашал за него сесть.
Я не противился и присел напротив него.
"Итак, гусарик, как зовут этого молодого пацана?"
Шеф же достал свою мелкую флягу и чуть-чуть глотнул и ответил ей:
"Виктор, но обычно его зовут Вик."
"Приятно познакомиться, Виктор. Сколько же тебе лет?" С позитивным настроем и голосом спросила та женщина, достав из печи тарелку с кашей и ложкой и поставила передо мной.
"В ноябре двадцать." Я ощущал себя в этот момент, когда я жил с бабушкой и дедушкой, примерно так всё выглядело, и я так же, как утром, отвечал коротко и устало.
"О! Так ты ровесник моей дочки Алиски!"
Я посмотрел в сторону выхода, куда и шли все остальные, и та девушка. Мы с ней пересеклись взглядами, но сразу отвели.
В этот момент меня больше интересовала каша, чей запах проникал через нос прямо в мой дофамин. На вкус она была на удивление сладкой и очень нежной, не слишком горячей и не слишком холодной.
Съев ее буквально за меньше минуты, я сразу посмотрел на Шефа.
"Где мы? И сколько я пролежал в этой спячке?"
Шеф же, докурив сигарету, сказал:
"Во-первых, эта деревня в лесу, который находился рядом с городом. Сейчас таких закрытых поселений много. Теперь, как бы это ни странно, жить вот так намного легче."
После его слов я сразу вспомнил, что говорила та ведьма Василиса про тех, кто живет в городах и деревнях…
Как она там говорила… Те, кто живут в мире, вместе с миром, а те, кто нет, и находят кошмары. Как-то так она говорила…
Но не успел я додумать, как мне пришлось рефлекторно резко убрать руку, так как там теперь торчал нож.
"Но ты инвалид решил сам пойти в лес, не дожидаясь моего ответа. А как ты понял, лес не простой был. Пойдем выйдем на улицу."
Его слова прозвучали довольно грозно, но я не сильно беспокоился по этому поводу, когда он выпивает, такое не редкость. Но я все-таки отправился за ним.
Выйдя на свежий воздух, я увидел и другие дома. И как оказалось, и они сделаны по типу славянских домов. Справа была улица и что-то вроде главной улицы, окруженная домами. Были костры, через которые многие прыгали, что-то кидали, либо просто сидели около него.
"И взрослые, и молодые…"
"Мда, этот праздник стал очень популярным в наше время." Теперь с приятным и теплым голосом говорил Шеф, забыв, что хотел секунду назад мою руку раздвоить.
Слева была большая речка и мост, ведущий на другую сторону реки к другим домам. А в речке же купались люди, как я понял, без одежды, и девушки, и пацаны.
Я сразу отвел взгляд, когда, буквально пялюсь на них.
"Не могли бы они где-нибудь в другом месте?"
Шеф только рассмеялся с моих слов и похлопал по плечу.
"А у них это в норме. Ты говорил, что такой же праздник в твое время был?"
"Да, был, но потом пришла церковь, и нагое тело стало грехом, а вот купание перестало быть." Сказав быстрым тоном, чтобы отмахнуться от этой темы.
"Иии они просто живут, да, даже не контактируя с городскими?"
Получается, еще большинство людей просто решило уйти из городов и стать язычниками? Хотя… логично, что язычниками — с усмешкой подумал я.
"Существа по типу леших или русалок могут нормально относиться к нам, сталкерам, кто налаживает работу, либо вот к таким деревенским жителям, именно кто уважает их, чтит." Достав сигарету, он опять закурил и пошел куда-то в сторону реки.
"Вы куда?" На мой вопрос он опять жестом сказал идти за ним.
Я же, пытаясь не смотреть на тех, кто купается, последовал за усатым. Он же нас привёл на возвышенность на берегу реки к лавке, где мы сели.
"Красиво здесь, да? Может, когда уйду в отставку, перееду сюда. Хотел бы здесь жить? Выращивать овощи или ковать топор. И не знать всей херни в мире и прожить просто и тихо."
Я не раз это представлял. И никогда не думал, что смогу так жить. Слишком однообразно? Можно ли так сказать? Хотя любой вид жизни становится монотонным…
"Думаю, в этом что-то есть… Но чтобы от рождения до смерти… не знаю."
Все-таки боковым взглядом я смотрел на моих ровесников, представлял себя с ними. Жизнь без учебы девять или одиннадцать лет, плюс четыре года в колледже, а потом работа на кого-то, а еще новости по всему миру, где кого убили, законы и войны…
И что-то после таких мыслей мне одновременно стало грустно, что по сути в мое время люди жили только в стрессе, но и находить в этом что-то свое, умиротворение, тоже некая способность.
После этого я заметил, как они начали мне прямо из речки махать. Было непонятно, кому они машут — мне или Шефу, но я на всякий вяло помахал, чтобы не выглядеть прямо некультурным.
"Они практически не видели людей из городов. Для них ты очень интересный человек. Пообщайся с ними потом по лучше. Думаю, буду брать тебя с собой."
Я никак не ответил, было уже понятно, что теперь мне придется сюда ездить.
А я против? — Сразу пронеслось в голове.
"Как вам угодно."
Тело до сих пор гудело, и я решил сделать мини-зарядку, а сразу спросить:
"Так что это за лес был?"
"Это был лес, у которого вместо лешего был кот Баюн." В голове сразу всплыл образ этого кота, который спал на каком-то железном столбе и мурлыкал на весь лес.
"Ну, видал одного," — произнес это, вспомнив его доставучие рассказы.
"Так вот, есть голос, путал и усыплял похлеще лешего. И из-за этого ты там проглядел два дня, а потом две недели спал, как мертвый."
Я уже ожидал, что будет молитва о том, какой я безответственный и лентяй, но этого не оказалось.
"Так ты с ней встретился? Рассказывай все, что узнал."
Даже не надо было объяснять, про кого он говорит. Я рассказал про свои блуждания в лесу, про кота, всё, что знал про картежника. Но я решил опустить другие наши темы в разговоре.
Шеф почесал усы и умно покивал: "Ну, думаю, этого будет достаточно", — сказал он и, облокотившись на спинку лавки, просто начал рассматривать небо.
"А вы что тут сидите? Там, там огромный стол накрывают костром, её больше жгут, там только сейчас целое веселье начинается!"
Позади нас оказались те ребята, которые были дома, на них длинные рубахи, новые веники, только теперь волосы были мокрые.
Та самая Алиса взяла меня за предплечье и начала тянуть меня. У неё, конечно, не получалось, пока не толкнул со спины, и я чуть не поцеловал землю.
"Ладно, идём, ребятишки", — сказал шеф, пошёл с ними, а мне пришлось…
Ну, хоть поем нормально.