ТОМ 1
ОТ ЛИЦА ВИКТОРА ИЗМАЙЛОВА:
Я всегда был атеистом, даже после того, как я своими руками... А если точнее, словами, которые я тогда сказал...
И даже после всего, что со мной случилось, я не верил, что после смерти есть ещё какой-то путь. А со мной случалось много чего. Даже как-то вспоминать не хочется... Хотя что мне ещё делать? Где я сейчас? Что это... за ощущение?
Я сейчас думаю... а значит, существую, что логично. Правда, ощущение, будто я сейчас сплю и размышляю во сне, осознавая это. Но тела я абсолютно не ощущаю, даже пытаясь двигать глазами, у меня их не было. Но что более страшное — я... спокоен.
Я не ощущал абсолютно течение времени, а как и времени, ни странно. Вспоминалась музыка, моменты. За это время я будто вспомнил то, что забыл за жизнь: от жизни с бабушкой до совместной жизни.
Так, ладно, чтобы не сойти с ума в этой пустоте, хочу вспомнить, кто я, чтобы не потерять себя. А то будто какая-то тревожность наступает.
Я Виктор Измайлов, без отчества. Мне двадцать лет.
Жил с бабушкой и дедушкой, вскоре в интернате, потом переехал и учился на технической специальности, если вкратце, это только до восемнадцати... или двенадцати? Черт.
А дальше я нашёл этот сранный камень, и мир перевернулся с ног на голову. А потом, после всего, через что я прошёл, я...
Я начал слышать хор, медленно нарастающий. А вскоре... самую жуткую головную боль. В этот момент я очень отчетливо начал ощущать свою башку. Ощущение было такое, будто по ней били четырьмя кувалдами с каждой стороны, и она сама одновременно давила черепную коробку и в этот же момент хотела сжаться до размера пылинки. Хор окончательно перестал слышаться, и на миг я начал слышать чьи-то голоса, но жуткий гул в несуществующих ушах перекрыл всё это. По ощущениям, что в нескольких сантиметрах от моего уха взорвали светошумовую гранату.
Хотелось прикрыть уши, но рук не было, чтобы это сделать. Мне хотелось всё что угодно сделать, лишь хоть что-то сделать, это было невыносимо. Время ушло в закат, эта боль продолжалась минуту или же сразу целый день. К этому ещё начали появляться обрывки воспоминаний непонятно каких и чьих, нельзя было разобрать, что это вообще такое.
Вдруг я отчётливо почувствовал взгляд — холодный и пробирающий, тяжёлый и монотонный. Я чувствовал, что я начинаю нервничать, но ни сердцебиение, ни дыхание этого не было. Это больше сводило меня с ума. Вскоре темнота исчезла, и я начал видеть мир будто в ярких вспышках, в мире зеркал. И в момент я прочувствовал, будто из меня или извне будто щупальцами схватило меня за что-то, хотя как меня можно было схватить, если моего тела нет. И в момент резко меня потащило, и я почувствовал воздух, и начал чувствовать тело и видеть. Это был я. Похоже, пронесло, подумал я в тот момент, но пространство вокруг меня так не подумало, и меня будто гравитацией понесло куда-то и...
"Мама, ты в порядке?"
"А ты не видишь, что Мама очень устала?"
Что это за язык? И почему я его понимаю? Я открыл глаза, и яркий свет как стрела влетел в мои глаза, а тело инстинктивно начало их закрывать. А я, как уже было привычно, пыталось сделать обратно. Но больше я был рад снова задышать, и паника постепенно начала спадать, но я понимал, что это ненадолго.
"Вижу, но спросить нельзя, что ли?"
"А ты думаешь, она ответит нормально после родов?"
"А ты как будто знаешь, ты даже не девочка!"
Спор неизвестных мне персон мне было абсолютно без разницы. Тело ощущалось очень странно, всё короткое, и я будто абсолютно не имел к нему контроля. Я мог слышать, видеть, дышать и даже пытаться говорить, но выходили звуки, будто младенец пытался что-то сказать.
"Тихо вы, после родов маме надо отдохнуть", — красивый голос какого-то мужчины перекрыл всё, что говорили те другие.
"А на брата можно посмотреть?" — те два голоса спросили, и не услышав ответа от мужчины, по вибрациям я понял, что они подошли ко мне.
Что-то двигало меня, и со всей силы попытавшись подчинить себе веки глаз, я смог увидеть, что нахожусь на чьих-то руках, похоже, женских, с накрашенными ногтями в цвет обсидиана. Со временем ощущения стали проявляться всё более чётче. И исчезло самое неприятное — это отсутствие ощущения времени, которое даже нельзя было описать. Теперь тот момент, когда... у меня не было тела? Казался таким мимолётным, что сразу после того... я оказался там, где я сейчас.
Мне хотелось заново открыть глаза, но сил не было абсолютно, и я будто упал в какую-то кому, услышал перед этим.
"А как его зовут?"
.....................
ОТ ЛИЦА ЛЕОНАРДО ЭВАНС:
Проснувшись, я увидел женщину. Острые черты лица, блондинистые цвета пшеницы волосы, зелено-малахитового цвета глаза смотрели на меня спокойным видом.
"О, ты проснулся, Леонард"
Кто Леонард? Я!?
"Скотт, посмотри, кто проснулся!"
Подошёл хорошо одетый мужчина: брюки-рубашка с жилетом и цепочкой, будто из времён королевы Виктории. Он был высоким, с широкими плечами. Его лицо было красивым, а возраст — средний. Чёрные волосы с тёмно-бирюзовыми волосами.
Он улыбнулся и взял меня на руки.
"Ну, здорово, мелкий".
"Кстати, а малыши разве не должны плакать, а не смотреть глазами, как будто изучая меня?"
Я понял, что не веду себя как нормальный младенец. Хотя у меня плохо получалось плакать в той жизни, подумав об этом, я понял, что переродился... Или трансмигрировал? Как назвать надо?
Я осознавал своё положение, но не мог до конца это переварить и осознать? Непонимание того, что произошло и насколько я потерялся, и то, что сейчас я проснулся и теперь чувствую, как мое тело стало будто взрослее, как будто я проспал несколько месяцев, не сильно давало времени подумать. Я даже ходить нормально не могу и сказать, и этот физический дискомфорт не давал мне спокойно существовать.
С того момента я вообще ощущал себя спокойно, как дома? Самое спокойное время было это, когда я выпустился из интрената и просто жил, учился, подрабатывал и просто жил...
Жизнь после того, как тот мир поехал крышей, присоединение к сталкерам, тренировки с мисс Марией, жизнь в одной квартире с Джоном, Юрой и Эльвиной...
Это тело походу нормально не могло воспринимать мое прибывание или сознание, и сама дала волю эмоциям.
Спустя еще какое-то неопределенное время:
Так ладно, другой мир…
В моей жизни происходило много странного, особенно после того, как тот камень превратил мой прошлый мир в постапокалиптический хаос, населенный всеми фантазиями человечества. Из-за этого большая часть людей погибла, потому что большая часть мира стала непригодна для обычной жизни. Катаклизм мир назвал, как это назвал Джон.
Новый Орлеан и Нью-Йорк. — и несколько других штатов, в которых нормально живут жители Северной Америки. Южная Америка была практически затоплена, как и большая часть Азии, кроме Японии и Китая, а также Австралия ушла под воду с югом Африки.
Большая часть Западной Европы стала кладбищем человечества как доминирующего вида. Единственное нормальное место осталась Восточная Европа.
А за год или больше, похоже, пока я в детском теле, то ощущение мира более непонятное. Неужели так все в младенчестве чувствовали? Но я понял, что мою маму зовут София, отца Скотт, а также у меня есть старшие брат и сестра Виолетта и Брайан.
Одна с темно-русыми волосами и темно-синими глазами. А другой с отцовскими черными волосами и такими же, как у него, темно-бирюзовыми глазами.
Я к этому моменту заинтересовался, как я сам выгляжу, и где-то достав зеркало, я узрел свое лицо. В первые моменты мое сознание пыталось переварить это все. Даже к этому моменту у меня продолжались приступы жуткой боли, которые с каждым днем все реже и реже возникали.
Мы все вчетвером жили до вчерашнего дня. Брайана и Виолетту забрали к друзьям родителей. К каким-то горобощикам? Странно, но ладно. Забрала их группа, состоящая из девушки с темной кожей и черными волосами, мужчины с обложки журнала «Самый красивый мужчина мира» и девушки, бледной как смерть, с волосами цвета красного вина, вечно сонной. Потом, как отец сказал, если сдадут все успешно, то поступят в какую-то академию, что такое, но тогда мое состояние не давало мне четко мыслить. Из-за этого все думали, что я родился каким-то больным ребенком.
Еще интересная заметка: у них у всех были наличие татуировок как у моих родителей, так и у этих знакомых.
Похоже, это будет и меня ждать.
Ах да, еще луна, это было большим сюрпризом, когда я выглянул в окно, а там луна ближе к земле раз в десять с четырьмя спутниками именно у луны, а не у земли. Еще разноцветность луны здесь намного чаще, нежели в моем мире. А звездное небо, которое было здесь, навсегда отпечатается в моем сознании...
Такой красоты на небе я никогда не видел.
Хмм, Джон я когда-то спрашивал меня насчет космоса...
Что я думаю о космосе после катаклизма аномалий?
Появились ли инопланетяне или они всегда были, и есть ли они вообще?
"Ой, ты проснулся? Давай, мама возьмет тебя на руки и мы сходим в магазин за едой."
Ах да, я же ребенок в новом мире.
Язык здесь был другой, но я быстро его осваивал. Он напоминал смесь русского, итальянского и французского, и то с натяжкой, только слышался знакомо. Я хоть и не лингвист, даже по текстам, которые мне нужно было учить, сразу понял, что здесь нет артиклей. Вместо них были падежи, окончания и другие особенности, как в русском, что ускоряло его освоение.
"Хорошо, мама."
"Ну вот и хорошо, наконец-то покажу тебе город."
Город Рестесс и весь мир, если смотреть на него, похож на викторианскую эпоху, дома построены из кирпича различных оттенков. В их архитектуре сочетаются керамика, чугун и другие материалы, придающие зданиям некий колорит. Вдали изредка мелькали трубы с дымом, как я понимал, заводская часть города. Асимметрия и многогранные крыши. Террасы с колоннами и уютные сады, расположенные у дома или за его пределами, и в принципе такой архитектурный стиль... Откуда я всё это знаю? Походу, много сидел с Ильвиной и слушал ее дизайнерские увлечения.
"Наш город основала богиня Кассандра, ей так понравилась долина водопадов здесь, что она раз в год приезжает сюда посмотреть на долину и сказала провести сюда много железнодорожных путей ради развития города." Сказала она, смотря на довольно хорошую погоду сегодня. Но боги, вот было очень интересно, все о них знали, как будто это нормально.
"Мам, а кто такие боги?"
"Сынок, боги - это сильнейшая раса, которая спасла нас и другие расы от бесконечных войн друг с другом. Кассандра - одна из немногих богов, которые контактируют с нами и является наместником нашего региона."
Ага... То есть боги не в том понимании, в котором я думал. Но что же или кого я в тот момент чувствовал...
"А железные дороги?"
"На железных дорогах ездят поезда. Это большие помещения на колесах, которые ездят с помощью магии рун."
Магия рун. Я видел руны у нас дома, они помогают включать что-то по типу плиты, а также туалет выглядел как из моего мира, и отопление. Наверно, мне надо уже привыкнуть, что здесь вроде средневековье, а вроде здесь есть и туалет, отопление, уличные фонари, люстры и так далее.
Мне было интересно, как это работает. Руны создают движение или они создают, к примеру, топливо для двигателя, и отдельно нужна руна для свечи зажигания?
"Богиня Кассандра будет в городе через три месяца, а перед тем как пойти в магазин, мы зайдем и купим тебе твой первый учебник по языку."
"О, спасибо, мама," — с смешком погладив по голове, сказала она, когда мы проходили лавки с разными вещами, входя в маленький магазин с книжками.
"Сам себя благодари за то, что так быстро научился говорить и никогда не капризничаешь!"
Ну спасибо себе за то, что до этого прожил одну четвертую века и сам видел детей, которые вечно ноют.
Это была не библиотека, а магазин книг, и мама попросила учебник по архейскому языку для детей. Мужчина лет пятнадцати пошел к полкам и принес книгу, на вид там было страниц пятьдесят. Мама дала мне книжку, и мы пошли в магазин, и я не могу не удивиться, как в этом мире все сделано под людей моего времени, но в обложке из стандартного фэнтези. А валюта, как я понял, называется «Океаны», довольно странно называть валюту как и огромный объем воды на земле.
"Мама, а можно посмотреть на поезд?"
Мне было очень интересно, как здесь выглядит поезд.
"Хмм, ну это займет не более двадцати минут через центр. Если пойти к змеиному мосту, то и на водопады посмотрим."
"Спасибо большое."
Мост и реально оказался большим и извилистым из тёмно-серого камня с редкими вкраплениями каких-то зелёных узоров, по центру его держали большие балки с спиральными узорами, хоть и по краям он выглядел как арочный мост, но водопады хоть и были довольно далеко и площадки над обрывом, но они были настолько завораживающим зрелищем, что я реально почувствовал себя ребёнком, восхищающимся чем-то. Было видно и большие и широкие высокие, но я остался в оцепенении от которого, который напоминал Ниагарский водопад, но в 5 раз шире и в два раза выше. Также было видно много непонятных мне животных, летающих над водопадами для ловли еды.
После моста шёл маленький, но очень красивый вокзал, где на каждом углу стояла статуя девушка с волосами, скрестившая руки за спиной. А вот поезда больше выглядели как из стимпанка, нежели из викторианской эпохи, хоть это практически одно и тоже, но разница. Вагоны тоже выглядели наполненными со всякими узорами, шторами, картинами, барами, лишь бы заполнить пространство. Но что отличается, так это доминирование красного цвета, как у наших поездов.
"Красиво выглядят" Сказал вслух, осматривая вокзал, сделанный из светлого камня, с немалым количеством больших ламп в виде люстр и женских статуй у каждой стены или колонны.
"Мне тоже нравится.Но мне больше нравится ездить на них нежели смотреть"
А у нас с мамой довольно много одинаковых вкусов.
И уже без удивления я вижу, как моя мама закуривает, и мы идем домой под гул отправляющегося поезда.