Никто не ожидал от Линь Чаншэна столь внезапного выпада. Сердца старейшин затрепетали от дурного предчувствия.
─ Глава Линь, часом не рехнулись ли вы? ─ хриплым голосом процедил Шэнь Шицзе из Тяньюя.
─ Это не я рехнулся, это вы потеряли рассудок, ─ холодно отрезал Линь Чаншэн, с гневом парируя: ─ Не думайте, что, собравшись здесь толпой, вы сможете запугать секту Сюаньцин. Коль решили идти напролом – так тому и быть, мы примем бой!
─ Мы лишь хотим докопаться до истины. Если Чэнь Цинъюань пойдет на сотрудничество, простая проверка памяти не причинит вреда его основе, к чему же доводить до кровопролития? ─ хмурились старейшины, застигнутые врасплох несгибаемой твердостью хозяев и оказавшиеся в ловушке собственной самоуверенности.
─ Живы еще мой наставник и боевой дядя – посмей вы явиться сюда с подобными речами в те дни, они выбили бы из вас всю дурь одним ударом! ─ Линь Чаншэн предавался воспоминаниям о былом могуществе.
В те времена секта Сюаньцин беспрекословно властвовала над регионом Фулю, не преследуя чужие территории, не жаждая пустой славы и воспитывая в учениках железное братерство и взаимовыручку вопреки любым соблазнам.
Будь старцы живы по сей день, они бы пинками вышвырнули зарвавшегося Шэнь Шицзе и его компанию за порог.
─ Неужели компромисс невозможен? ─ тяжело вздохнув, осведомился выступавший глашатаем Шэнь Шицзе.
─ Могу предложить вариант: если уважаемый Шэнь позволит мне покопаться в его памяти, мы подумаем, ─ с издевкой бросил Линь Чаншэн.
Смысл ответа дошел до старейшины мгновенно – лицо его почернело, а в жилах закипела ци.
Согласиться на такое? Шутите!
В его собственной биографии хватало секретов – начиная с тайного демонического грота под сектой Тяньюй и заканчивая грехами молодости. Позволить чужаку рыться в мыслях он не мог, но при этом с маниакальным упорством требовал того же от Чэнь Цинъюаня.
Скрипнув зубами, делегаты дружно поднялись со своих мест. Обе стороны застыли в боевой стойке, готовые в любую секунду сойтись в смертельной схватке.
Вспыхни драка здесь – и секту Сюаньцин неминуемо ждало полное истребление.
Однако адепты даже не думали отступать, замкнув ряды смертоносных формаций.
Чужаки никак не могли взять в толк: ради какого-то захудалого Чэнь Цинъюаня эти безумцы готовы положить головы всей сектой? В любом другом месте ради спасения общего блага ученика давно выдали бы головорезам.
Но в том и дело: предай они хоть единого человека сегодня, завтра рухнула бы вера в саму обитель.
Люди смертны, но достоинство – нет.
Многочисленные поколения предков Сюаньцина вбивали в головы потомков простую истину: секта – это убежище, за которое стоит стоять насмерть. Без веры подобный оплот обратится в прах от дуновения первого же ветра.
─ Поднять защитную формацию! ─ отдал приказ Линь Чаншэн.
Послушный взмаху руки Дун Вэньцзюня, защитный купол заискрился первозданной энергией.
Лучи формации взяли на прицел Шэнь Шицзе и его соратников. Столкновение висело на волоске.
Пусть общая мощь пришельцев превосходила силы хозяев, бой на чужой территории грозил взаимным истреблением и гибелью большинства бойцов.
Даже гранды на Стадии Преодоления Скорби не могли гарантировать себе выживание в мясорубке такого масштаба.
Напряжение достигло пика, никто не решался сделать первый удар, опасаясь необратимых последствий.
─ И что теперь делать?…
─ Мы-то думали, стоит припугнуть их силой, как Сюаньцин тут же сдастся на милость победителя. Кто же знал, что они окажутся такими отморозками?
─ Уж больно крепкие орешки эти ребята!
─ Честно говоря... родиться учеником секты Сюаньцин – великое счастье. По крайней мере, за твою спину здесь действительно встанут.
Перешептываясь через внутреннюю связь, старейшины исподлобья поглядывали на хозяев. Многие из них в глубине души позавидовали врагам, с тоской вспоминая крысиную возню и подковерные интриги в собственных сектах.
Медленно сойдя с возвышения, Линь Чаншэн остановился напротив Шэнь Шицзе и с вызовом произнес: ─ Шэнь Шицзе, в молодости тебя всю жизнь гнобили мой наставник и боевой дядя. Не хочешь ли теперь попробовать сойтись со мной?
─ Как бы ни был силен твой наставник, он всё равно подох раньше меня, ─ проскрипел дряхлый старик, чувствующий близость могилы и отчаянно ищущий продления жизни через секреты Чэнь Цинъюаня.
─ По крайней мере, он прожил яркую жизнь, в сто крат превосходящую твое жалкое существование.
─ Что ж, проверим, так ли крепки твои кулаки, как твой язык.
С этими словами Шэнь Шицзе сделал шаг вперед, готовясь к схватке.
Будучи главой делегации, отступать он не имел права – иначе союзники разочаровались бы в нем, и вся операция пошла бы прахом.
─ Ого, как тут у вас шумно!
В самый разгар противостояния из дверей главного зала неторопливо вышел Чэнь Цинъюань.
Позади него семенил бледный Линь Пинъянь, уставившись в пол и боясь поднять глаза на старших.
Стоило огромных трудов уломать племянника выпустить его из кельи, но в конце концов он добился своего.
В ту же секунду сотни глаз скрестились на незваном герое.
─ Младший дядя! ─ в один голос выдохнули выстроившиеся во дворе белоснежные шеренги учеников, вскидывая кулаки в синхронном поклоне.
─ Приветствую всех, ─ улыбнувшись, кивнул в ответ Чэнь Цинъюань.
После чего легко перешагнул порог и вошел внутрь зала.
─ Младший брат, какого черта ты приперся сюда?! ─ на лицах Линь Чаншэна и остальных застыл ужас. Завяжись бой прямо сейчас, уберечь парня живым они не смогли бы.
─ Иди ко мне, племянник, ─ позвала старейшина со сморщенным от тревоги лицом, посылая ему закрытое сообщение.
Игнорируя предупреждения, Чэнь Цинъюань успокаивающе поднял руку: ─ Не переживайте так сильно, предоставьте это дело мне.
Бросив яростный взгляд на сына, Линь Чаншэн взревел: ─ Линь Пинъянь! Я же приказал тебе глаз не спускать с младшего дяди, какого хрена ты нарушил приказ?!
─ Отец, виноват, ─ сглотнув ком в горле, попытался оправдаться тот.
Не дав ему договорить, разъяренный отец оборвал: ─ Твои извинения коту под хвост!…
В условиях столь близкой дистанции, если чужаки решат в мгновение ока покончить с Чэнь Цинъюанем, даже защитная формация не спасет от роковой случайности.
─ Старший брат, оставь Сяо Яньцзы в покое, это я так захотел, ─ облаченный в светлые одежды, с черными волосами, собранными деревянной шпилькой, Чэнь Цинъюань выглядел безупречно изящным и спокойным. ─ Доверьтесь мне.
Посмотрев на него долгим взглядом, Линь Чаншэн шумно выдохнул и кивнул: ─ Ладно.
Повернувшись к залу, Чэнь Цинъюань встретился взглядом с лидерами сект. На его лице не было ни тени страха – лишь безмятежная, легкая улыбка.