Брачное предложение
Глава 21 из 33
Настройки чтения
18px
1.8
1

Брачное предложение

Глава 21

Брачное предложение

На следующий день Мириам начала читать новую сказку — «Рапунцель».

— Давным-давно одна благородная дама слегла от болезни. Она чувствовала, что смерть уже бли… близко…

Когда произношение сбивалось, привычка тереть бедро никуда не исчезала. Луиза внимательно следила и за движением её руки, и за настороженными взглядами, которые девушка то и дело бросала исподтишка.

По правде говоря, накануне, помогая Мириам купаться, она заметила шрамы на её бёдрах. Тогда Луиза не решилась сразу спросить — боялась, что это прозвучит как упрёк её недостаткам. Но теперь ей вдруг стало казаться, что это, возможно, вовсе не кожная болезнь.

— Я буду смотреть на тебя с небес и всегда оставаться рядом. А потом дама скончалась.

Мириам уже успела снова увлечься книгой, а вот Луиза никак не могла сосредоточиться.

— Подождите. Подождите минутку, Мириам. Я вдруг кое-что захотела спросить.

Мириам прекратила читать и стала ждать вопроса. Она не произнесла вслух «что именно?», но её добрые глаза цвета морской воды замигали быстрее, словно подталкивая Луизу продолжать.

Та почему-то занервничала и судорожно сглотнула. Несколько мгновений она думала, как лучше начать, а потом всё же заговорила:

— Я слышала, что некоторые страшные наставницы наказывают учеников, если те ошибаются при чтении или неверно играют на фортепиано. Бьют по ладоням, по икрам… или по бёдрам. Что вы об этом думаете, Мириам?

— Что?..

Мириам вздрогнула так резко, будто её ударили, и поспешно глазами вернулась к прочитанной строке. А затем жалобно спросила:

— Я опять… неправильно прочитала? Поэтому вы будете ругать меня?

У Луизы болезненно сжалось сердце при виде того, как легко девушка пугается, но страшная догадка не отпускала, и потому она всё же заставила себя продолжить:

— Не знаю. Я никогда не наказывала учеников… А какой была наставница Зара?

Мириам, побледнев так сильно, что лицо стало почти синеватым, переспросила:

— Наказывать… это как? Ко… колоть иголкой?

Луизе показалось, будто сердце с тяжёлым стуком рухнуло куда-то вниз. Но она изо всех сил постаралась сохранить спокойный вид и уточнила:

— Наставница Зара… колола вас иглой, когда вы ошибались при чтении?

Глаза Мириам всё больше краснели, и наконец слёзы покатились одна за другой.

— Я… я виновата, наставница. Я буду стараться. Буду больше заниматься. Не опозорю вас. Только… только не иголки… Я не хочу иголки…

Она даже сложила руки и принялась умоляюще кланяться. Луиза сама испугалась сильнее некуда и порывисто обняла Мириам.

— Нет, Мириам. Не говорите так. Я просто спросила из любопытства.

«Если бы я только знала… надо было внимательнее рассмотреть те раны».

Тогда ей помешали и чувство неловкости, и нахлынувшие воспоминания о матери.

— Я виновата, наставница. Только… только не продавайте меня торговцам, что едут в Седей…

От слов девушки, дрожавшей всем телом, словно в судороге, кровь отхлынула от лица Луизы.

Она и сама когда-то слышала на рынке слухи о том, что в Империи Седей до сих пор существует рабство, но считала это сомнительной болтовнёй. И всё же какая наставница способна запугивать столь робкую и наивную воспитанницу подобными угрозами?

Луиза снова заговорила, стараясь вложить в голос как можно больше тепла:

— Вы хорошо читали, Мириам. И даже если ошибётесь, я никогда вас не накажу. Не причиню вам боли и никуда не отправлю.

— П… правда обещаете?

Девушка ещё долго плакала у неё на груди, совсем как маленький ребёнок.

И только тогда Луиза наконец всё поняла.

И разговоры о том, будто тихая Мириам устраивает шумные сцены. И тот крик, когда она не захотела показываться новой горничной во время купания. И даже её ненависть к занятиям.

Всё это оказалось следами жестокого обращения.

История о том, что наставница осмелилась колоть иглой сестру маркграфа, казалась настолько чудовищной, что Луиза стала расспрашивать подробнее. Тогда Мириам нерешительно достала из шкатулки для шитья длинную вязальную спицу и показала её.

Стоило присмотреться внимательнее, как по коже пробежал холод: кончик потемнел так, будто впитал кровь.

«А правда ли наставница заболела?»

Внезапно Луизой овладело сомнение. Ей даже захотелось верить, что женщину выгнали и наказали именно потому, что вскрылись издевательства над Мириам.

Помедлив, Луиза осторожно спросила:

— Кто знает о том, что наставница Зара причиняла вам боль?..

Мириам всхлипывая ответила:

— Только наставница Зара… и Ниэль…

— Ниэль? Кто такая Ниэль?

— Моя горничная… которую наставница увезла с собой.

От возмущения Луиза невольно приоткрыла рот.

Теперь становилось ясно: прежняя наставница увезла служанку не просто так. Стоило забрать её — и в доме, по-видимому, не осталось бы никого, кто знал о случившемся.

Луиза почувствовала настоящий гнев.

Теперь у неё появилась ещё одна причина встретиться с Кайусом.

***

Примерно в то же время виконт Энгель в смятении спешил в полицейское управление Мелька. Он только что узнал: его единственного сына Пьетро арестовали по совершенно нелепой причине.

— Послушайте, вы что, все с ума сошли? В прошлом месяце меня, ни в чём не повинного, объявили отравителем и бросили за решётку, а теперь делаете из моего сына вора?

Инспектор неловко склонил голову.

— Ваше Сиятельство, вы прибыли… Мы и сами оказались в крайне затруднительном положении. Дело в том, что вашего сына задержали на месте преступления…

— Что? На месте преступления? Ты хочешь сказать, мой сын воровал в доме этой несчастной гувернантки?

Инспектор отвёл виконта туда, где их никто не мог услышать, и тихо прошептал:

— Я говорю это не для красного словца: мы сами не знаем, что делать. Госпожа Эрмоли, которая жила в том доме, теперь, говорят, служит в резиденции маркграфа Бурка. А Его Светлость маркграф, похоже, необычайно заботится о своих людях.

— И какое отношение это имеет к моему сыну?

— Самое прямое. Уже несколько дней частные солдаты Бурка оцепили Мельк и, не смыкая глаз, ищут вора. А ваш сын открыто наведывался в тот самый дом!

— Мой сын лишь пожалел гувернантку и хотел починить её разрушенный дом!

— Без разрешения хозяйки?

Виконт Энгель от возмущения лишился дара речи.

Голос инспектора стал ещё тише.

— Но зачем вашему сыну понадобилось чинить тот дом? Она ведь больше у вас не служит. Или вам что-то известно о головорезах, которые там всё разнесли?

Виконт в полном изумлении переспросил:

— Ты сейчас меня допрашиваешь?

— И это ещё не всё. Есть свидетель, который видел, как ваш сын вошёл в дом и стал рыться в вещах. Его Светлость маркграф лично следит за этим делом, так что мы, со своей стороны, не могли не задержать вашего сына для выяснения обстоятельств!

Однако, когда виконт пришёл к сыну в камеру и спросил, правда ли тот рылся в вещах, Пьетро не сумел даже отрицать.

— Пьетро! Разве так я тебя воспитывал? Ни стыда, ни совести — рыться в вещах одинокой женщины!

— Простите, отец. У меня не было дурных намерений. Я лишь заметил, что кто-то открывал её сундук, и хотел проверить.

Виконт знал, что сын, недавно вернувшийся со службы, немного заглядывался на хорошенькую наставницу. Он считал это мимолётным увлечением и не придавал значения, но теперь из-за него Пьетро оказался в участке и подвергался нелепому расследованию.

Как он посмотрит в глаза жене, когда встретит её после смерти?

Слушать невнятные извинения сына сейчас было некогда. Придётся забыть о приличиях и достоинстве и лично отправиться в Бурк, чтобы встретиться с маркграфом.

А ещё лучше — если удастся поговорить с Луизой и всё ей объяснить.

Виконт несколько раз попросил позаботиться о сыне и вышел из полицейского управления. Пока не стало слишком поздно, нужно было отправить в Бурк человека и сообщить о завтрашнем визите.

***

Луиза впервые сама пришла к двери покоев маркграфа. Чёрное платье, подаренное им, вдруг показалось таким, будто неприятно щекочет кожу.

Как всегда, она глубоко вдохнула и постучала. Даже когда Кайус делал ей чрезмерно щедрые предложения и обходился с ней любезно, он по-прежнему оставался для Луизы трудным и пугающим человеком.

Вскоре изнутри прозвучал низкий голос:

— Войдите.

Когда Луиза открыла дверь, его взгляд — на редкость — уже был обращён к входу. Увидев её, мужчина криво приподнял уголок губ.

— Похоже, я наконец угадал ваш вкус, наставница. Вам идёт.

Золотой взгляд откровенно скользнул по ней с головы до ног.

назадназад
1 ... 19 20 21 22 23 ... 33
впередвперед