Лимон и Закриэль двигались к красной машине, в которой копался слегка тучный мужчина. Лимон пытался не упасть — хоть он уже и принял гуманоидную форму, ходить на двух конечностях постоянно было откровенно неудобно. Конфигурация, напоминающая паука, с широко расставленными опорными ногами, подходила ему куда больше. Однако он инстинктивно чувствовал, что выделяться нельзя, и всеми силами подавлял желание отрастить дополнительные суставы.
Мужчина уже заметил их и смотрел с плохо скрываемым раздражением. На его лице буквально читалось: «Валите отсюда». Инкуб, впрочем, был уверен в своём обаянии, хоть оно и действовало в первую очередь на женщин, а не на мужчин. Нравиться же сразу всем могли лишь высшие инкубы, приближенные к Уроборосу — отцу Закриэля и по совместительству прародителю всех инкубов и суккубов.
Закриэль отчётливо знал его, как и любой демон: все они следуют строгой иерархии. Знать существо, что сильнее тебя, — основа выживания, а служение ему — основа жизни. Демоны ценят прежде всего силу, и на ней же строится иерархия, за исключением разве что демонов бреда. Но у тех свои дела, о которых Закриэль не имел ни малейшего понятия.
— Эй, вы двое, зачем подошли? — спросил мужчина, когда Лимон и Закриэль приблизились.
— Сэр, мы путники, затерявшиеся в этих краях. Я увидел вас и подумал, что вы сможете помочь нам добраться до города. Ваша пони явно выглядит сильной, думаю, она выдержит ещё немного попутчиков, — сказал Закриэль.
Для инкуба, чьи познания о мире застряли в средневековье, лошадь была скрыта где-то под машиной. Хвалить то, чего не видишь, было глупо, но он улыбнулся — то ли чтобы очаровать, то ли чтобы прикинуться безобидным дурачком.
— Лошадиных сил у моей крошки правда много… Но это ничего не меняет, мы не возьмём вас в попутчики. Ищите другого человека. Я вам не помощник, — сказал он, скрестив руки и становясь в закрытую позу.
Неожиданно из машины высунулась голова женщины, которую можно было бы назвать взрослой. Одета она была довольно просто — в лёгкий свитер и джинсы. Хоть она и была уже в возрасте, но не растеряла природного обаяния и, можно сказать, очень хорошо сохранилась. Для Лимона это не имело ровно никакого значения. Он вообще не понимал красоты, с трудом различая пол существ. Среди его вида значение имела только сила, а все его представители были гермафродитами, так что нашего героя и мальчиком-то можно было назвать с большой натяжкой. Благо у него хотя бы имелось имя, которым его можно называть.
Неважно это было и для Закриэля: он питался эмоциями, которые оседали в эфире, словно пыль на коллекционных фигурках. Никаких калорий они ему не давали, он жил за счёт подпитки от призвавшего его мага и потому не беспокоился о пропитании, предпочитая наслаждаться лишь вкусом чужой похоти. Впрочем, эфир — материя сложная и к одним лишь эмоциям не сводится.
Высунувшись из машины, женщина посмотрела сначала на Закриэля, потом на Лимона, который своим пустым, немигающим взглядом напоминал аквариумную рыбку.
— Фрейд, давай лучше их подвезём. Они не выглядят опасно, один из них вообще, мне кажется, говорить не умеет. Вы же братья?
— Да, конечно. Я Лин, а он Линь. У наших родителей было очень мало фантазии. Мой брат… он немой.
Глаза Лимона неестественно вращались, осматривая окрестности, но делали это в пределах допустимой для человека нормы. Его ошибка была поведенческой, а не биологической — и он изо всех сил старался её не выдать.
— О, соболезную. Садитесь сзади, нам всё равно недолго ехать.
Фрейд хотел было возразить, но жена жестом показала, что говорить не стоит.
— Эх, ладно, садитесь. Если что произойдёт — будете нести ответственность, — он подошёл ближе к Закриэлю и процедил ему на ухо: — Сделаешь что-то с моей дочкой — урою. А теперь садись со своим братом-аутистом.
Закриэль прекрасно понял намёк, хоть и не собирался ему следовать. Он с трудом открыл дверь и забрался внутрь, запуская следом Лимона.
На заднем сиденье, забившись в угол у окна, уже сидела девушка. Выглядела она так, словно старательно выстраивала между собой и окружающим миром невидимую стену. Чёрная толстовка с капюшоном, на пару размеров больше нужного, свободно свисала с её худых плеч, открывая край чёрной же футболки с выцветшим принтом какой-то группы. Чёрные джинсы, узкие на бёдрах, были небрежно подвернуты, а на ногах красовались грубые ботинки на толстой подошве со стоптанными задниками — она явно носила их не первый сезон. Длинные волосы, крашенные в иссиня-чёрный, были собраны в небрежный пучок на затылке, из которого во все стороны выбивались тонкие пряди. Несколько выбившихся волосков она то и дело заправляла за ухо, унизанное серебряными колечками, — жест, выдававший её скрытую нервозность. На бледном, нетронутом загаром лице выделялись тёмные глаза с чуть подведёнными веками, а на переносице сидели очки в тонкой металлической оправе. Она беспрестанно теребила телефон в руках, то включая, то выключая экран, и активно печатала что-то в чат. Судя по быстрым движениям больших пальцев и сосредоточенно сдвинутым бровям, переписка была бурной.
Она поначалу даже не подняла головы, когда в машину забрались двое попутчиков. Лишь мельком скользнула взглядом по Закриэлю и тут же вернулась к экрану, словно происходящее снаружи её совершенно не касалось. Но коварный инкуб прекрасно знал, как вести себя с женщинами: ничего не бояться — и однажды непременно повезёт. Тем более он уже принял тот самый образ, который эта девушка рисовала в своих мечтах, а потому был полностью уверен в успехе. Достаточно было одного мимолётного взгляда на её приоткрытые губы и на то, как она нервно крутила колечко на пальце.
— Привет. Откуда едете?— начал о диолог с мягкой улыбкой,- Я просто подумал, что слишком тихо, и решил поговорить
— Э… эм… — она вздрогнула, пальцы замерли над экраном. Потребовалась пара секунд, чтобы собраться: — Мы с отдыха едем. А ты откуда?
— Я хотел переехать в эту страну, но все мои документы и деньги украли…
— Ты из Восточной империи? — спросила она, и в голосе мелькнула плохо скрытая заинтересованность. Она даже телефон отложила на колени экраном вниз — верный признак того, что незнакомец завладел её вниманием.
Хоть познания Закриэля о мире и застряли на уровне средневековья, он знал, что такое Восточная империя. Так называли множество государств на азиатском полуострове, вечно погрязших в гражданских войнах. Их культура веками развивалась обособленно и сильно отличалась от Святого Герцогства, которое, скорее всего, уже давно кануло в небытие. Закриэлю было искренне любопытно узнать, что изменилось в этом мире.
— Можно и так сказать, — проговорил он, чувствуя, что поймал девушку на её же желания. Инкуб всегда знал, куда двигаться в разговоре.
В это время Лимон жадно вслушивался в беседу, пытаясь подбираться к смыслу слов. Его стихия — адаптация, его вечное учение — изменения. Существа его расы никогда не останавливались на достигнутом. Даже когда демоны ещё не были запечатаны, его сородичи постоянно вели собственную игру, не вписываясь в привычную экосистему бездны. Впрочем, до того как Лимон поглотил кристалл, его природный дар находился под семью печатями, а сознание было подавлено до уровня домашнего животного. Ему невероятно повезло что кристалл находился рядом с ним.
— А ты расскажешь мне свою историю? — спросила девушка, и в её тёмных глазах вспыхнула искра жгучего интереса. Она подалась чуть вперёд, машинально поправив очки на переносице.
— Конечно, я расскажу тебе абсолютно обо всём, — мягко начал Закриэль свой долгий, пусть и целиком выдуманный рассказ.
Голос его звучал размеренно и убаюкивающе, окутывая сознание девушки приятным туманом. Она слушала, не отрывая взгляда, забыв и про телефон, и про переписку, и уже не могла заметить многочисленных несостыковок в его истории.