— Посмотрим, что ты там разнюхал. Имей в виду, даже у меня в этом городе есть свои моральные принципы. — сказала она.
— Два года назад, Элина.
Дворфийка‑хозяйка вытянула палец, прижала золотые монеты, незаметно сунула их за пояс и посерьёзнела.
— Что именно хочешь узнать? Девчонки этой уже нет в городе, хотя слава о ней должна была остаться. Теперь она вроде бы святая дева в церкви Святого Света?
— А ведь раньше, говорят, молчаливая была, тёмная такая девчонка.
— Если ты её добиваться собрался, брошу совет: брось. Я слышала, такие, как она, не способны к человеческим чувствам. Да и поклонников у неё – хоть отбавляй, всю эту улицу заполнишь. Даже сосед старый Ван к ней неровно дышит. — При упоминании соседа дворфийка сжала челюсти.
Можно было бы выудить побочный квест, но Су Бэя это не заинтересовало.
— Меня интересуют её родные, — прямо сказал он.
Повисла долгая пауза.
Хозяйка глядела на него, потом усмехнулась, хмуря лоб, опрокинула кружку пива.
— Хочешь правду или байку? За правду ты заплатил мало.
— За ложь можешь пойти к любой болтушке, я на сказках не зарабатываю.
— Сколько нужно? — Спросил Су Бэй.
— Дело не в деньгах… хотя за хорошие деньги я тоже бы не отказалась. — Она подмигнула.
У Су Бэя денег почти не осталось, из ценного разве что «Обжорство». Он потянулся к поясу.
— Братец, не надо! Не надо, говорю! — Взвизгнул «Обжорство». — Деньги у меня есть! Я в деревне Тишины целый клад запрятал! Только не бросай меня, брат!
«Обжорство» завопил, не ожидав, что разговор затронет и его, и торопливо заговорил шёпотом, слышным только Су Бэю, надеясь загладить вину.
Ему нельзя было уходить. Рядом с юным Владыкой демонов он обрел шанс – а теперь всё рухнет.
Он мечтал быть первым военачальником. Потеря этого – всё равно что смерть.
Су Бэй слышал его панику, но не дрогнул. Уже собрался действовать, пока дворфийка не произнесла следующее:
— Чувствую, на тебе артефакт мастерской работы, совершенной ковки, из дела рук наших дворфов. Даже вижу отблеск Святого Света на нём. — Её взгляд стал настороженным.
Святой Свет. Слово кольнуло память.
Деревня Тишины. Кольцо.
— Если заплатишь такой ценой, расскажу всё, что знаю, — продолжила она. — На этой улице народ не богомольный, но связываться с церковью Святого Света никто не хочет. Разве что я.
— Клянусь богиней Свободы, от этих лживых фанатиков одни беды. Пусть убираются прочь. — В её глазах вспыхнулся странный огонь.
Су Бэй понял неважную, но любопытную деталь: перед ним вряд ли была верная служительница богини Свободы. Те не любят деньги. А вот жрица бога сделок – запросто.
Он не раздумывая достал кольцо. То самое, что Элина оставила ему в деревне Тишины.
Кольцо подтверждало её личность и давало возможность говорить в церкви от её имени. Для Су Бэя бесполезная вещь.
И всё же – заплатить за спасение Элины её собственной реликвией… Смешная случайность. Или фатальная закономерность.
Он бросил кольцо дворфийке.
Та поймала его без лишних слов, сразу оживилась.
— Вот это мужчина по душе! И прямой, и молчаливый. По нашим меркам красавец. Будь я моложе лет на пятьдесят, мы бы закрутили роман. Увы, мне шестьдесят и дочь есть. — Она гордо повела плечом.
𝟨𝟫𝒔𝒉𝒖𝒙.𝒄𝒐𝒎
— Впрочем, дочке шестнадцать, и внешность в мать. Уже в возрасте невесты… — Подпив, хозяйка разговорилась.
— Побыстрее, прошу. Мне к обеду ребёнка кормить, — оборвал её Су Бэй.
Настоящий убийца беседы.
Та лишь цокнула языком, вздохнула:
— Эх, жаль. Такой мужчина, да уж семья есть… — И, осушив кружку, зло добавила: — Ладно уж, пусть эта история будет залогом нашей дружбы. К чёрту Святой Свет, слушай.
Она на мгновение закрыла глаза, вспоминая.
— Отец Элины умер. И умер страшно – буквально задохнулся на улице. Народ видел. Формально болезнь, но все знали – замешан епископ Иэн.
— Старик присвоил церковные деньги, предназначенные отцу Элины на лечение, и промотал их на пьянки да карты. В итоге не осталось даже на полпузыря зелья. — Слова отскакивали, как ножи.
Су Бэй молчал. Смотрел, как она осушает бокал.
— Я тоже тогда в делёжку влезла. Дал мне эти две несчастные серебряные монеты. Будто я на них куплю совесть. — Она сплюнула. — А старшая сестра Элины, по слухам, у него в руках. Держит как заложницу, чтоб, когда тайное всплывёт, торговаться.
— И ведь добился своего, – хмыкнула она. — Несчастная семья: годы труда – и всё в корм убийце её отца. Кто ж не проникнется жалостью?
Да. Элина сама бы расплакалась, узнав правду.
Су Бэй кивнул.
— А против Иэна никто не пойдёт. В городке Кули церковь Святого Света – его царство. Да и с лордом Слотом они дружки не разлей вода. Один прикрывает другого, сверху проверки – будто по нотам. — Она презрительно фыркнула. — Смрад и разруха. Народ стонет, я не могу смотреть спокойно. Ты мне скажи, это государство Дузе лучше старой Фран? Сомневаюсь.
— Новое дворянство совесть потеряло, власти у них – выше крыши. Войны затевают без меры. Даже наше Королевство Белой Сосны едва в горах уцелело. — С этими словами она пригубила ещё глоток.
Су Бэй больше не слушал. Эмоциональные речи дворфийки про родные земли ему впрок не шли.
Он поднялся и покинул трактир.
Пока шёл обратно, прокручивал в голове расстановку сил в Кули.
Лорд Слот – представитель знати. Церковь Святого Света – власть над народом. Объединившись, они держат всё под контролем. Неудивительно, что соседи Элины в один голос твердят одно и то же.
К полудню он ускорил шаг. По дороге крестьяне, обливаясь потом, трудились под палящим солнцем; авантюристы спешили в подземелья за добычей. А где‑то в стороне знати верхом катались на лошадях, беззастенчиво хватаясь за прилавочные плоды, да ещё смеялись.
Жарило всё сильнее, свет заливал землю, добавляя крестьянам пота и усталости.