Мы находились в купальне при постоялом дворе.
— М-м-м… потрогай ещё, учитель…
— Называй меня полным именем, чтобы окружающие не предавались кривотолкам.
Сразу оговорюсь: ничего предосудительного я не делал.
Просто мыл голову Адель, которая блестяще справилась с домашним заданием.
— Я ничего не могу с собой поделать, до того мне приятно.
— Не знал, что тебе так нравится принимать ванну.
— Да дело не в одной только ванне.
— ……
Черт, тут стоило оступиться хоть на шаг — и меня бы прирезали на месте.
Понятия не имею, где она подцепляет такие двусмысленные словечки.
— Как жаль. Зачем вообще в ванной заранее заготовлена повязка на глаза?
— На то есть причины, и даже не думай исподтишка её стягивать.
Адель барахталась, пытаясь сорвать повязку.
Я крепко схватил её за голову, удерживая на месте.
— Ух, держи сильнее…
Да боже ж мой.
Стоит ей выкинуть подобное, как у меня опускаются руки — хоть караул кричи.
— Изучила черную магию — и сразу стала такая ушлая, просто слов нет.
— Хи-хи, весело же.
— Ни капли. У меня от таких шуточек кровь в жилах стынет.
Повторяю в сотый раз: я не педофил.
Это у Адель с Хейли напрочь отсутствует инстинкт самосохранения, а крутить романы с детьми я и в мыслях не держал.
— Ради всего святого, прекрати меня подкалывать. Я уже говорил: трогать вас я не собираюсь.
— А я тебе вечно повторяю: я не шучу.
— ……И чем же я заслужил такое отношение?
Впору было задаться вопросом.
Разве между мной и ими не слишком большая разница в возрасте, чтобы нас сводить?..
— Я вообще-то демон, Адель. Если захочу, могу порвать этот контракт и сожрать тебя с потрохами.
Впрочем, я и правда всегда относился к ней неплохо.
Адель получала от меня заменители магии, а Хейли я уберег от облавы Священного Королевства.
Но это уже перебор.
Свуш.
— Хм, пожалуй?
И точно: она снова тайком подалась назад, норовя прижаться ко мне.
Силы у неё хватало, так что отбиваться стоило немалых трудов.
— Ты же слышала, во мне течет Похоть. Разве тебе не страшно? Перед тобой жуткое чудовище.
Хотя на самом деле я и сам толком ничего не понимал.
То ли я впрямь Похоть, то ли просто заурядный демон с избытком мощи — одни лишь смутные догадки.
И тем не менее я завёл этот разговор по одной причине.
— Ни капли, даже наоборот — сердце трепещет.
Я заранее знал, что и это на Адель не подействует.
— Подумать только, первой исследовательницей Похоти — единственного из Семи Первородных, чей облик до сих пор никто не видел, — суждено стать мне.
Шлёп.
Во влажном воздухе раздался звук чего-то упавшего.
— Погоди-ка. Ты ведь только что не снял повязку?
Дело дрянь.
Что бы там ни стряслось, но вляпался я знатно.
— Разве смерть во время сбора информации — не высшая награда?
— ……!?
Адель резко крутанулась на месте.
Я вцепился ей в голову, отчаянно защищая повязку.
— Умоляю. Сними её.
— А-адель!? Прекрати. Ты слишком возбуждена!
— Взгляни на меня, учитель, — я живу лишь благодаря тебе. Я — душа, что принадлежит тебе!
Мы сцепились прямо в ванной, отчаянно сражаясь из-за какой-то тряпки.
Схватка кипела вовсю, пустить в ход магию не оставалось ни времени, ни возможности.
Скрип.
Вы затеяли тут тесно переплетенные игры.
Из-за излишней сосредоточенности я совершенно упустил из виду появление Хейли.
— Хейли, это ты!?
— Да. Твоя контракторка Хейли.
И слава богу.
Руки у меня были связаны, но уж она-то наверняка угомонит Адель.
— Останови её! Она пытается сорвать с меня повязку…!
— Не хочу.
……Чего?
— Каждое утро всё внимание Адель да Адель, ученице. А когда же ты вспомнишь обо мне?
Погодите-ка, всё начинает катиться куда-то не туда.
— Нет, остынь и выслушай меня —
— Прости, Дэмиан, но на этот раз я и сама не сдержусь.
Хлюп — у меня за спиной ощутилось чье-то присутствие.
По спине прокатилось мягкое и нежное касание.
— Не бойся, учитель. Просто расслабься, —
— Мы сами о тебе позаботимся.
О, теперь-то до меня дошло.
Это был…
***
— Сон.
Я поднялся с постели и огляделся.
— Дэмиан-н, сопротивляться бесполезноо…
— Хи-хи-хи, учитель…
Обе мои контракторки спали крепким сном, зажав меня посередине.
Ха, когда в последний раз я чувствовал угрозу для жизни?
«Точно, вчера же я искупал обеих и завалился спать вместе с ними».
Стоило затуманенному разуму проясниться, как память вернулась.
Возвращение Адель с насаженным на пику папой римским.
В ту ночь мы упивались победой, празднуя триумф, а затем притащили обеих — мокрых и вспотевших — прямо в купальню.
«До чего же я переволновался, раз мне такое даже во сне привиделось».
К слову, обошлось без приключений.
То во сне с меня пытались сорвать повязку, то роняли мыло и просили поднять.
Ох, ей-богу, проще было бы вымыть кота.
— Хейли, Адель, просыпайтесь. Утро уже.
— Учитель, даже связанный и беспомощный, ты такой классный. Хе-хе.
……Что за хрень мне вообще снилась?
Пожалуй, стоит разбудить их пораньше.
Не хватало ещё, чтобы они во сне набрались какой-нибудь дури.
Встрях-встрях.
— ……М-м. Т-ты уже проснулся, Дэмиан?
— Учитель всегда встает рано. Х-хорошая привычка.
— Девочки, вы чего это заикаетесь?
Тц. Наверное, показалось.
Видимо, ещё не до конца проснулись. Утром всякое бывает.
— Давайте-ка для начала перекусим. Раз уж утро, сварю чего-нибудь полегче, суп например.
— Сделай ещё и десерт, учитель!
— Да, разумеется.
Щелк, хлоп.
Распрощавшись со сном, я отворил дверь спальни и вышел.
— Так-с, чем бы таким побаловать девчонок на десерт?
Обе вчера изрядно вымотались — и телом, и душой.
В качестве награды я решил состряпать им что-нибудь особенное.
«Может, банально торт? Слишком избито, но ничего лучше всё равно не придумаешь —».
— С ума сойти, что я только что видел…
Тьфу ты, напугал до смерти.
У двери примостилась скорчившаяся Ладан.
Всю норму потрясений на всю оставшуюся жизнь я, кажется, вычерпал разом.
— Какого чёрта ты вообще здесь околачиваешься? Есть дело — заходи внутрь.
— Эти девчонки с катушек съехали. Никакой Похотью там и не пахло.
— Эй? Ты меня вообще слышишь?
Ладан выглядела совершенно потерянной.
Я ухватил её за плечи и потряс, но в ответ — ноль реакции.
— Т-ты… Какого хрена ты притащил в дом такое безумное чудовище!?
— Какое ещё чудовище, о чём ты…
Ладан заметила меня, уставилась в упор — и принялась допытываться с безумным видом:
— Погоди, чего?!
Шаг, еще шаг.
— Сонная черно-магия, которую даже мне трудно давать волю, да еще и примененная Похотью... Хищник и жертва поменялись местами. Такая слава, как я, может лишь прятать хвост.
— Слышь, хорош кривляться, давай нормально объясняй...!
...Улизнула.
И с чего бы порождению Зависти так перепугаться, что аж кукуха поехала? Чего она вообще испугалась?
«Как бы не то... Да нет, вряд ли».
Чего бы там ни было, надеюсь, я себе нафантазировал не то, о чем подумалось.
Пожалуйста.
***
Лязг!
— Фуу, сявка! Ррр...
— Дикая сука, чтоб тебя. И чего ломалась-то, зашла бы тихонько — делов-то?
Дело происходило в какой-то имперской работорговой лавке.
Из-за холодных железных прутьев со всех сторон доносились полные боли крики.
Как водится.
— Не кипятись так, мадам, твоего гнева эти твари и впрямь не стоят.
— О-хо-хо! И то верно, нынче покупатель пошел солидный!
Женщина, которую назвали мадам, прикрыла лицо веером и рассмеялась.
Звали ее Скарлетт Хендерсон.
Комплекцией она обладала под стать размаху собственных аппетитов.
— Да как тут не злиться? Эта проклятая девка-рабыня меня до белого каления довела.
— Хм, ну-ка глянем.
Бац!
Скарлетт стукнула по клетке с рабыней.
Покупательница наклонила голову, заглядывая за прутья.
— Р-р-р-р...
— Зверолюдка-собака. В нынешние времена такую с руками оторвешь, а ты вон как ловко добыла.
Заношенные донельзя одежды на девочке внутри клетки, и их глаза встретились.
— И не говори! С трудом на аукционе отхватила, так покупателей ноль, да еще и характер вредный — того и гляди взбрыкнет.
— Понятно, гордая.
Покупательница на секунду изобразила задумчивость.
А затем достала из-за пазухи увесистый мешок, который так и веял тяжестью, и протянула его.
— Беру! Эту девчонку я забираю.
— ...А? О-о, давай! Забирай скорее и делай с ней что хочешь!
Будь Скарлетт чуточку менее жадной, заметила ли она черную вещицу, проступающую сквозь ткань?
Теперь, когда подмена уже свершилась, гадать не имело смысла.
— Гырк, кья-а-ак!!
— Ой, да не стоит так бояться.
Выйдя из лавки, она отперла клетку, где томилась зверолюдка.
Лязг — и наручники бесполезно упали на землю.
— ...Кр-р?
— Присядь рядом и смотри. На то, как твой бывший хозяин отдает концы.
Пять, четыре, три, — она загибала пальцы, отсчитывая секунды.
Наконец тонкие пальцы опустились до конца, Гро-о-о-ом —!!!
— Ур-рынг?!
Место, где стояла работорговая лавка, взлетело на воздух под грохот взрыва.
— Какая прелестная вспышка. Хотя с той, что я видела в прошлый раз, не сравнить.
— Кья-рунг...?
— Пойдем, зверолюдка, знакомиться с тем, кто станет твоим хозяином.
Закинув на спину остолбеневшую от неожиданности девочку, она облизнула губы и куда-то зашагала.
— Скоро увидимся, моя любовь.
Это было путешествие ради встречи с прошлой возлюбленной.