Глава 11
— Ой, погодите! Такое чувство, будто меня правда ведут на казнь.
— Тогда лежите смирно. Я накрою вам лицо.
Относится ко мне как к клиенту в парикмахерской. В прошлой жизни сотрудники салонов тоже вечно накрывали моё лицо полотенцем, пока мыли голову. Немного грустно.
Я повернулась и легла ровно. Он намылил шампунем мои волосы, взбил пену и спросил:
— Температура воды вас устраивает?
— Да…
Просто райское наслаждение. От его прикосновений я быстро разморилась. Конечно, мыть лицо заодно с головой — это уже перебор, но в целом я была довольна.
— Очень приятно. Вы работали в массажном салоне?
— Я никому и никогда подобного не делал.
Видимо, польщенный моей похвалой, он начал давить сильнее.
— Кажется, мне начинает становиться больно.
— Просто показалось, что вам нравится посильнее.
У него что, талант делать такие двусмысленные заявления?
И тут это случилось.
— Какое жалкое зрелище.
Откуда-то донесся насмешливый голос Матиаса.
Я убрала полотенце с лица и увидела Матиаса в перевернутом виде. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на меня сверху вниз.
— Здравствуйте. Доброе утро, сильный и прекрасный человек.
— Вы это кому?
На вопрос Данте я лишь скосила глаза, глядя на него снизу вверх.
— А, это хозяин особняка, о котором я упоминала.
— …Давайте сегодня обязательно сходим к врачу.
Похоже, он смотрит на меня как на ненормальную.
Я повернула голову, чтобы спросить Матиаса, почему он не спас меня вчера, но он уже давно исчез.
Теперь я точно выгляжу как странная личность.
* * *
Перед выходом я обмотала голову платком. Раз по столице поползли злобные слухи, лучше скрыть свои каштановые волосы.
— Не думаю, что есть необходимость прятать волосы. Это довольно распространенный цвет.
Это было мнение Данте, который по моей просьбе надел тонкие очки в серебряной оправе.
В своем джентльменском котелке и костюме-тройке он выглядит невероятно интеллектуально.
— Данте, вам очень идут очки.
— Вам тоже идет. Этот… платок.
Это он сейчас из вежливости хвалит, да?
Вскоре мы сели на велосипед и направились к столичной площади. Данте крутил педали, а я сидела сзади.
У него широкие плечи и грудь, но при этом тонкая талия. И такая крепкая. Это все бытовые мышцы, наработанные домашней работой…
— Прекратите. Щекотно.
Он отчитал меня за то, что я обхватила его за талию и начала возиться.
— Да…
Я постаралась сдержаться и напрягла кончики пальцев, которые жили своей жизнью.
Данте, усердно крутивший педали, произнес:
— В этот велосипед можно вливать ману.
— А? Разве это не обычный велосипед?
— Это магический артефакт для передвижения. Мы уже приехали.
Этот мужчина добрался быстрее, чем когда я сама вела велосипед. Неудивительно, что путь, который казался длинным, занял так мало времени.
Значит, это был особенный велосипед. Но у меня же нет никаких способностей! Если бы были, я бы получила государственную лицензию Одаренного.
— Но я же им пользовалась, хотя у меня нет маны.
— Вероятно, в нем оставался запас маны. Видимо, предыдущий владелец был Одаренным.
Оставив велосипед на площади, мы сразу направились в больницу. Одаренных целителей мало, и их услуги стоят дорого, поэтому такие простолюдины, как я, обычно лечатся у обычных врачей.
Пожилой врач потрогал мои совершенно здоровые лодыжку и запястье, посмотрев на меня так, будто спрашивал, зачем я вообще пришла.
— Ночью в дом вломились воры, я немного пострадала. Собираюсь в полицейский участок.
Я взглядом передала ему свои намерения.
К счастью, он оказался опытным и проницательным врачом.
— Хм, я выпишу вам справку о растяжении и ушибах. Восьми недель лечения будет достаточно?
— Да, именно то, что нужно.
Я показала большой палец под столом, и врач наложил мне «показательную» повязку.
Оплатив прием, мы вышли из больницы и дошли до полицейского участка в соседнем квартале.
Я рассказала полицейскому, который выглядел так, будто страдает от послеобеденной сонливости, о ночном происшествии.
— То есть вы их заперли?
Вялый полицейский тер глаза и постоянно зевал. С каждым зевком мое доверие к нему таяло.
— Да, пожалуйста, идите и арестуйте их немедленно.
— Сейчас все на выезде, людей нет. Давайте завтра. Подержите их у себя еще один день.
Я была ошарашена. Почему полицейский такой безответственный? Он что, считает их просто мелкими воришками?
В этот момент Данте, лениво откинувшись на спинку стула, приподнял подбородок.
— Тогда можно мне разобраться с ними самостоятельно? Как раз завтра день вывоза горючего мусора.
Полицейский вытаращил глаза, услышав опасное заявление от мужчины, который даже на вид внушал страх.
— Что вы сейчас…
— Я Данте ван Дайк, бригадный генерал Магических спецвойск. Даже в отпуске мои права на проведение следствия и вынесение приговора на месте остаются в силе.
Когда он достал и предъявил свой жетон, полицейский вытянулся в струнку, словно мгновенно проснувшись.
— А, простите, господин командующий! Не узнал вас. Мы прибудем до вечера, пожалуйста, подождите.
Стоило раскрыть личность, как его отношение кардинально изменилось. Мог бы сразу так себя вести. Все-таки мир держится на деньгах и власти.
Хорошо иметь такого выдающегося домохозяина. Я с гордым видом поднялась со стула.
Ой, погодите. Если подумать, кажется, маскировка потеряла всякий смысл. Получается, полиция теперь знает, что я связана с этим человеком?
Я вздохнула, опустив плечи. Раз уж я впустила этого революционного мужчину в свой особняк, избежать тесной связи, похоже, не удастся. Остается лишь надеяться, что мои опасения не сбудутся.
Заявив о происшествии, мы снова вышли на улицы площади.
Он предложил руку, словно приглашая на танец. Я немного поколебалась, но все же продела руку в его локоть.
Вау, а рука-то невероятно твердая…
— Это у вас привычка — все ощупывать?
— Да. А нельзя?
Пальцы сами собой задвигались. Я решила просто вести себя нагло.
Тогда он, словно смирившись, кивнул.
— Что ж, ничего не поделаешь. Придется следовать воле госпожи.
— Кстати, вы в отпуске? В резюме было написано «бывший командующий.» Я думала, вы совсем уволились.
На мой вопрос он ответил с сожалением на лице.
— Я тоже так думал, но пришло письмо, что меня отправили в отпуск с отсрочкой увольнения. Похоже, армия не хочет меня отпускать.
На их месте я бы тоже не отпустила. Такой человек — невероятный талант.
Прогуливаясь по улице, я заметила кафе, где продавали разнообразные десерты и напитки, и остановилась.
— Данте, хотите зайти туда?
— Как пожелаете.
Стоило войти, как в нос ударил сладкий аромат. Витрины были заставлены кусочками тортов, шоколадом и выпечкой всех видов.
Правда, места выглядели очень неудобными. Крошечные стулья и низкие столики, которые, казалось, развалятся через десять минут, если на них сядут мускулистые громилы. Все посетители сидели сгорбившись, с трудом попивая чай.
— Что-то вроде… «атмосферного» кафе…
Я отбросила лишние мысли и подошла к сотруднику, чтобы сделать заказ. Но правильно ли я говорю? Там все написано на каком-то древнем языке. Пришлось просто указать на торт в витрине.
— Э-э, дайте два таких и две чашки кофе.
Сотрудник в фартуке сложил руки и опустил брови.
— Клиент, пожалуйста, называйте точные названия позиций.
— Да нет же…
Как это вообще читать, псих ты такой!
В этот момент подошел Данте и просмотрел меню.
— Два φρουλα τορτα и два καφ, пожалуйста.
Как он это прочитал?!
Даже после того, как Данте назвал все правильно, сотрудник не разжал сложенные руки.
— Клиент, пожалуйста, соблюдайте вежливость при запросах и заказах. Это тяжело.
— Прошу вас.
Данте оказался на удивление терпеливым. Благодаря ему мы смогли сделать заказ. Я достала кошелек и спросила сотрудника:
— Сколько с нас? Цены не указаны.
— Они указаны в журнале «Инстелла», который выходит ежедневно. Нам тяжело, когда клиенты только спрашивают цену, но не заказывают. Пожалуйста, имейте в виду, что просто так интересоваться не стоит.
Черт возьми. Так и хочется врезать. Я скрыла свои истинные чувства и постаралась улыбнуться.
— Посчитайте сами…
— Хорошо, клиент. С вас 80 000 гив.
Насколько же нужно быть помешанным на вежливости, чтобы даже к деньгам обращаться на «вы»?
Эту бессовестную сумму оплатил Данте.
Так, после всех злоключений, мы наконец закончили этот сложный процесс заказа и смогли насладиться десертом и кофе.
— Данте, приятного аппетита.
— Хм, кофе неплох. Хотя орфография в меню — полный кошмар.
Данте, будучи горожанином с рождения, видимо, привык к подобному, так что особых жалоб у него не было.
— Кажется, с рукой все в порядке.
Это сказал Данте, заметив, как свободно я двигаю рукой перед едой.
Я неловко улыбнулась и почесала щеку.
— Наверное, врач в той больнице, где мы были, — настоящий мастер. Все прошло.
— Рад это слышать.
Опустошив тарелки с тортом и допив кофе, мы собрались уходить. Несмотря на сложности с заказом, торт был довольно вкусным, поэтому я заказала еще один с собой.
Перед выходом из кафе я подошла к сотруднику, чтобы забрать упакованный торт.
— Скажите, уважаемый сотрудник, я просила упаковать один торт, не могли бы вы его выдать?
— φρουλα τορτα?
— А, да, его.
На мой ответ сотрудник сложил руки и сделал жалостливое лицо. Что опять не так?!
— Он только что закончился. Мы объявляли об этом в журнале, который вышел сегодня.
Да чтоб тебя…
Жизнь в столице — это слишком тяжело. Больше я сюда ни ногой.