Глава 9
* * *
А ведь сработало.
Из приоткрытой двери повеяло странной энергией и холодом.
Неужели она на самом деле не была заперта? Я постаралась сохранить невозмутимый вид и посмотрела на мужчин.
— Ну, теперь заходите и делайте свои дела.
Мужчина с рыжевато-коричневыми волосами сузил свои серые глаза и посмотрел на меня сверху вниз.
— За кого ты нас принимаешь? Думаешь, мы не знали, что тот, кто войдет туда, умрет?
О, правда? А я и не знала. Значит, фраза «войдешь — умрешь» не была просто угрозой.
Мужчина добавил:
— Похоже, это существо действительно исчезло.
— О чем вы говорите?.. Что исчезло?
— Хозяин особняка. Я узнал об этом, когда увидел твое объявление о найме в газете.
Матиас? Он никуда не исчезал. Хотя сейчас я и не знаю, где он и что делает. Но откуда эти типы вообще знают о существовании Матиаса?
И что же еще написал этот проклятый сотрудник! Я потерла лоб и, притворившись незнающей, спросила:
— Какой еще хозяин особняка? Здесь никто такой не живет. И вообще, газета еще даже не вышла, а вы уже ее читали?
— Не прикидывайся дурочкой. Разве это не секретная информация, которая вовсю ходит в преступном мире и среди Одарённых?
Мужчина усмехнулся и добавил:
— А газеты мы крадем заранее, чтобы получать информацию быстрее остальных. Мы уже слышали, что здесь живет ведьма.
Мужчина, который до этого отвечал на удивление вежливо, больно схватил меня за плечо.
— Ты не можешь использовать силу из-за этого, верно?
Он порылся в кармане пальто и вытащил у меня перед носом очищенный чеснок и распятие.
Эй, это вообще-то от вампиров.
Мужчина своей пахнущей чесноком рукой подтолкнул меня в спину.
— Иди принеси. Если не сделаешь быстро, я запихаю тебе в рот свежий чеснок.
— У-у, а что именно принести?
— «Философский камень.» Предмет, который даровал хозяину особняка бессмертие.
Бессмертие не бессмертие, но разве вы не говорили, что тот, кто войдет внутрь, умрет? Я с окаменевшим лицом обернулась к рыжевато-коричневому мужчине.
— Я сама там ни разу не была. Вы же сказали, что можно умереть?
— Да? Ну вот сейчас и узнаешь, если войдешь.
Мое мнение никого не интересовало. Мужчина распахнул дверь и сильно толкнул меня в спину, так что я в одно мгновение оказалась в подвале.
Словно окунувшись в ледяную воду, я почувствовала, как по всему телу пробежала дрожь.
Нет, я умру! Дедушка, спаси меня!
Я рухнула на твердый каменный пол и крепко зажмурилась.
— А?
Похоже, я пока не умерла.
В груди разлилось тепло, прогоняя ледяной холод, сковавший мое тело. Я осторожно приоткрыла глаза и вытащила кулон, висевший на шее.
«Всегда носи его с собой. Он будет тебя защищать.»
Вспомнив голос дедушки, я почувствовала, как к горлу подкатил ком.
— Дедушка…
Кулон с красным камнем, оставшийся от дедушки и принадлежавший моему отцу, мягко светился.
Это он меня защитил?
В этот момент я подняла голову и увидела на стене картину в золотой раме.
Это был портрет женщины в белом платье, с пышными каштановыми волосами и зелеными глазами. Справа внизу, словно подпись, было выведено имя.
[Святая мира, Рильке]
Рильке? Так же зовут розу, которую так бережет Матиас.
Может, из-за того, что это гиперреализм, но мне показалось, что прекрасная женщина на картине мягко улыбается мне.
— Может, это бывшая управляющая особняком?
Я пробормотала это про себя и огляделась. Виднелось еще несколько картин, накрытых тканью. Это что, своего рода зал славы в память о прошлых управляющих?
Господин Матиас, ты так притворялся, что тебе плевать на прошлое, а сам устроил здесь место памяти.
Мой взгляд упал на накрытую тканью раму, прислоненную к соседней стене. В небольшом просвете виднелись белый мундир и ордена. Лица не было видно, но форма была похожа на ту, что носит Матиас.
— Эй, чего ты там копаешься?
Из-за двери донесся яростный голос, подгоняющий меня.
Они боятся войти, потому что думают, что умрут, да? Я тут же сменила тон и одарила их презрительной ухмылкой.
— А что такое? Заходите и ищите сами, если хотите.
— Мелкая, ты слишком много на себя берешь.
При этом никто из них не решился сделать шаг вперед. Словно порог был границей между жизнью и смертью.
— Может, вы и не умрете. Наберитесь смелости, как я!
Хотя меня саму сюда толкнули.
От моих слов нос мужчины гневно сморщился.
— Я тебя прикончу.
— Ага, конечно, прикончишь? Сами же боитесь войти. Ростом вышли, а духу — ноль.
От моих постоянных провокаций на виске у рыжевато-коричневого мужчины вздулась вена. Было видно, как он скрежещет зубами.
— Тогда подождем, пока ты сама выйдешь. Будешь там сидеть, пока не умрешь от голода. Или ты думаешь, что кто-то придет тебя спасать?
Мужчина уселся прямо перед дверью. Я фыркнула и задрала подбородок.
— Кто сказал, что я живу одна? С разведкой у вас совсем туго.
— Что?
Мужчины, стоявшие за дверью, в недоумении уставились на меня.
В этот момент у них за спиной послышался голос, в котором смешались раздражение и вздох.
— А я-то думал, кто это натоптал грязью по всему дому.
Из-за плеч воров показался высокий мужчина. Это был Данте, появившийся как нельзя кстати.
Когда воры в испуге обернулись, он, откинув со лба черные волосы, молча смотрел на них. Его холодный взгляд прошелся по их грязным ботинкам.
На лице мужчины, который обычно сохранял невозмутимость, скрытую за вежливой улыбкой, теперь читалась жажда убийства.
Я впервые видела такое свирепое выражение лица. Похоже, эти типы нажали на кнопку ярости нашего «черного кардинала»-домохозяина.
— Приходя в чужой дом, принято вытирать ноги. Даже если вы гости, я не могу этого простить.
Он начал отчитывать воров строгим тоном.
Я поспешно закричала:
— Господин Данте, это не гости, это ночные воры! Настоящие грабители!
Глаза Данте за дверью сузились еще сильнее. В полумраке зловеще блеснули его глаза.
Главарь воров с невозмутимым видом задрал голову.
— Ха, а это еще кто? Видимо, хозяин дома.
— Хозяин дома — это я!
Они даже не обратили внимания на мой возмущенный крик.
Лысый мужчина сделал шаг вперед и сжал кулаки, отчего раздался хруст.
— Главарь Теодор, разобраться с ним?
Значит, рыжевато-коричневого зовут Теодор. Какое пафосное имя для человека, которого я больше никогда не увижу.
Теодор, уперев руку в бок, кивнул.
— Да, закиньте его внутрь вместе с ней.
Данте уже закатал рукава рубашки. Он вытащил из кармана брюк черные кожаные перчатки, надел их и посмотрел в мою сторону.
— Вы в порядке?
— Я получила тяжелую травму. Они ранили мою душу.
Я максимально преувеличила свой ущерб. Если сказать, что все в порядке, он может не так сильно их наказывать.
— Господин Данте, сзади!
Это был мой крик, когда я увидела, как лысый бросился на Данте со спины.
Бам!
По коридору подвала разнесся оглушительный звук удара.
Это лысый отлетел от руки Данте и врезался в стену.
По каменной стене пошли трещины, а тело мужчины безвольно скатилось на пол.
От такой невероятной силы я невольно ахнула.
— Обо мне не стоит беспокоиться.
Как только он это сказал, на него внезапно наставили дула пистолетов.
И это он говорит «не беспокоиться»? Проклятые воры, они даже пистолеты принесли.
Теодор, державший пистолет, хихикнул, глядя на мое побледневшее лицо.
— Эй, лучше отдай вещь. Если не хочешь, чтобы в голове этого парня появилась дырка.
Я поспешно закричала:
— Подождите! Я сейчас найду!
Что делать? Нужно спасти нашего домохозяина. Что вообще такое этот «Философский камень»? Я в панике оглядывалась по сторонам. Дедушка, если ты меня видишь, дай мне подсказку!
Вдруг я вспомнила слова дедушки, когда однажды сожгла хлеб.
«Миа, ничего страшного, если у тебя что-то не получается, не падай духом и всегда делай все, что в твоих силах. У каждого есть свои сильные и слабые стороны. Именно поэтому люди не могут жить в одиночку.»
— Точно, надо хоть что-то сделать.
Я замерла, глядя в пустоту, а затем резко обернулась и уставилась на Теодора. В одной руке я что-то держала.
— Итак, на счет три я брошу, ловите внимательнее. Если разобьется — будет взрыв.
Теодор протянул руку.
— Понял, кидай быстрее. Я сохраню жизнь этому парню…
— Три!
Обман, идиоты!
На самом деле в моей руке ничего не было. Пусть я не умею драться, но зато отлично умею привлекать внимание.
— Куда, куда оно делось!
Из-за моего внезапного маневра взгляды воров заметались в замешательстве.
— А?
Это был голос Теодора, у которого Данте в мгновение ока отобрал пистолет.
Данте уже держал мужчину, стоявшего за его спиной, за руку и приставил дуло к его лбу.
Увидев, что оба пистолета теперь в руках у Данте, я протерла глаза.
Что это? Магия? Его руки быстрее глаз?
Теодор приподнял бровь и уставился на Данте.
— Ты кто такой?
На вопрос Теодора Данте поднял голову, посмотрел на него сверху вниз и ответил:
— Домохозяин.