Святая Эрдель.
Её настоящее имя – Эрдельфия нель Демуресиан.
Будучи последней выжившей из герцогства Демуресиан и святой, она присоединилась к отряду героя уже после того, как туда вошли Йохан и Юпирна.
Герцог фактически ничем не уступал королю; напротив, правители бесчисленных королевств нередко совмещали свой титул с должностью наместников в других землях, так что герцогский род Демуресианов по сути мало чем отличался от королевской семьи.
Однако времена стояли лихие. Справедливый, строгий и неподкупный дом Демуресианов был для всех бельмом на глазу. Демоны с лёгкостью затесались среди людей, сея смуту, и в конце концов нанесли удар.
Эту бойню возглавил коррумпированный Культ Богини. Земли были охвачены пламенем, замки пали, а слуги и вассалы были преданы мучительной смерти.
Эрдель, которую звали ледяным цветком Демуресиана и которой все восхищались за её красоту, нрав и острый ум, в лохмотьях выволокли на эшафот, где она трепетала от ужаса.
Она до сих пор видит во сне тот день.
Стук стучащих друг о друга зубов, грохот бешено колотящегося сердца и безжизненное тело главного дворецкого с искажённым от боли лицом, зарезанного при попытке оказать сопротивление.
Тяжёлое дыхание, потоки брани и проклятий, грязных оскорблений, что обрушивались на неё.
Те самые люди, что некогда были еёданниками, теперь отвернулись от неё и жаждали её крови.
Герцог издал властный окрик. Отец Эрдель, герцог Демуресиан.
Его голова покатилась по помосту. Она закричала. Собственного голоса было не слышно, но она вопила и рыдала так, что разрывала горло.
И всё же кошмар не прекращался. Мать умоляла пощадить хотя бы ребёнка, но гильотина рухнула и на её шею, оставив в разбитом молотом черепе зияющую рану.
Две головы покатились по земле. Сидевшему рядом младшему брату стало дурно – крошечному существу, которому едва ли исполнилось десять лет.
И гильотина снова падает.
В этом не было ничего реального. В её кошмарах три головы скатывались вниз и замирали, а затем взоры всех мертвецов неизменно устремлялись на неё.
Она слишком хорошо знала, что произойдет дальше. Она знала, что лезвие обрушится на её голову и её шея будет перерублена.
А сразу после этого в её теле пробудится дремавший доселе потенциал и вспыхнет божественная сила.
Она предстанет перед Богиней и без единого слова вернется в реальность с целой и невредимой головой.
Даже то, что последовало за этим, было именно таковым. Сон с пугающей живостью и без единого искажения воспроизводил действительность.
Она спасла свою семью.
Ожившие родные с ужасом в глазах осознавали, что их обезглавили, и вновь умирали в страшных муках.
С тех пор святая Эрдель почти не знала покоя. Каждый день начинался с того, что она просыпалась в слезах, терзаемая всё тем же кошмаром с неизменным финалом, либо падала без сил, неспособная даже зарыдать.
Она очистила Культ Богини, предав смерти всех порочных, извращенных слуг тьмы и пособников демонов.
Её земли отошли во владение королевства, а каждого из местных жителей, причастных к случившемуся, она казнила собственными руками.
Дело было вовсе не в жажде мести. Месть свершилась. Счёт был закрыт. И всё же пустота в груди и страх, отравлявший каждую ночь, никуда не исчезли.
Успокоить её смог только Йохан.
Тот самый мужчина, что сидел рядом, делился воспоминаниями о прошлом,
тот, кто умел и посмеяться, и погрустить, и утешить.
Святая довольно быстро осознала, что влюбилась.
Для той, кто за всю свою жизнь никогда ни к кому не испытывал подобных чувств, удар оказался сокрушительным.
Гордая княжна Эрдельфия, способная с холодным презрением отвергнуть любого кавалера на самом пышном балу в столице и неизменно сохранявшая рассудок, теперь оказалась не в силах придумать ни единого хитрого плана или способа обольщения.
Всё, на что её хватало, – это заливаться краской, деревянными движениями куклы отвечать на слова, едва реагировать на происходящее и судорожно пытаться восстановить сбившееся дыхание.
Святая Эрдель ничем от неё не отличалась. Более того, она вела себя еще хуже.
Хотя за время недолгой разлуки она вроде бы успокоилась и обрела прежнее хладнокровие, стоило ей вновь увидеть Йохана, как всё рухнуло.
О, я пропала.
О Богиня, со мной покончено.
Говорят, что любовь слепа. Что ж, судя по масштабам бедствия, слепнут здесь явно не только глаза.
В её случае этот недуг выражался в стремительном отупении. Проклятие такой силы, перед которым пасовала даже защита несокрушимого разума!
Святая, густо покраснев, заикаясь, произнесла:
─ О, я, эм, господин Йохан так хоте… то есть, я хотела справиться о вашем, ─ она запнулась, ─ то есть, о здоровье… нет, просто побеспоко… ─
Слова никак не складывались в предложения. Острый ум, способный на лету рассчитывать доходы и урожайность целых владений для составления стратегии, скатился до уровня, при котором стало невозможным элементарное общение.
Дошло до того, что даже сидевший рядом с Йоханом Герой одарил её жалостливым взглядом, в то время как Юпирна скучающим взором косилась то на сестру, то на святую.
─ Эм, нуу… ууух… кхм, ─
лицо вспыхнуло пуще прежнего. До чего же позорно. Стыд-то какой. Провалиться сквозь землю? Нет, даже умерев, она не упокоится. В конце концов святая просто закрыла лицо ладонями и низко опустила голову.
─ …Вы не меняетесь, ─
голос Йохана долетел до ушей святой. Она судорожно вздрогнула и подумала:
Ох, до чего же у него красивый голос.
Наверняка думает, что я полная дура. Хочется умереть.
Впрочем, раз он больше не видит её лица, стало чуточку легче. Хотя щеки по-прежнему горели лихорадочным огнем.
Святая лишь молча кивнула.
─ …Эрдель, что это вы вдруг здесь объявились? Разве вы не должны быть по горло в делах? ─
Подала голос принцесса, до этого молча наблюдавшая за разворачивающейся сценой.
Улыбка на её губах казалась мягкой, но от неё веяло холодом. Лишь услышав этот ледяной тон, святая почувствовала, как прилившая к голове кровь немного отступила.
Правда, стоило ей хоть краем глаза заметить стоявшего рядом Йохана, как её лицо вновь заливалось румянцем.
«Вот так… просто закрою пол-лица рукой», –
рассуждала она с поистине детской наивностью, но вполне серьезно.
─ Дел и правда невпроворот, но разве могла я остаться в стороне, когда вы вершите великий подвиг по искоренению остатков демонов, я же – светоч самой Богини? ─
─ Ах, вот оно что… забавная отговорка. На самом деле никаких демонов тут нет, мы просто путешествуем. Впереди нас ждут такие хлопоты, что свободного времени больше не останется, и я захотела провести последние деньки с самыми дорогими боевыми товарищами, ─
лучезарно улыбаясь, она обвила руку Йохана выше локтя.
Йохан принимал эти знаки внимания с совершенно безмятежным видом. Это разительно отличалось от реакции Юпирны, которая недовольно хмурилась, явно испытывая глухое раздражение.
Пусть вид Йохана и повергал святую в состояние мгновенного отупения, словно под действием проклятия слабоумия, не стоит забывать, кем она была на самом деле – человеком, которого с детства готовили к управлению землями, превосходящими по размерам иные королевские уделы.
Она молниеносно оценила обстановку.
«Она захватила инициативу. Предложение руки и сердца, признание, романтический союз – что бы там между ними ни было, скорее всего, дело уже решено. Если давить на мораль и человечность, Юпирна, слабая в этих вопросах, ничего не сможет противопоставить… к тому же их боевая сила равна», –
правда, стоило Йохану чуть наклониться и попасть в поле её зрения, как интеллект снова стремительно покатился по наклонной.
И всё же, прикрывая лицо рукой, она сумела сохранить холодный рассудок и ответить:
─ Ах, вот как всё обернулось. С одной стороны, я рада за вас, а с другой – немного жаль. Мне казалось, это отличная возможность послужить Богине… неужели мне придется повернуть назад? ─
─ Эм-м, святая. ─
Что это за интонация?…
Святая судорожно вздрогнула и с трудом выдавила из себя:
─ Да, дааа. ─
─ Быть может… хм, впрочем, не знаю, уместно ли… но мы тут подумали, не хотите ли составить нам компанию в путешествии… ─
─ О, нет же! Я, то есть, я… ─
─ Выходит, вы против? ─
─ Ч-что вы, совсем нет… я, то есть, я тоже хочу путешествовать с господином Йоханом… ─
─ Правда? ─
─ Ууу, да, дааа… ─
Приоткрыв пальцы, святая заметила, что даже Юпирна смотрит на неё с легким недоумением и откровенной жалостью.
Ей стало обидно. На неё так глядит соратница, заслужившая прозвище Красный Дракон за свою звериную ярость в бою.
Ощущение было такое, будто над тобой потешается человек, который сам вечно слывет глупышкой, но теперь тыкает в тебя пальцем из-за одной-единственной ошибки.
С трудом справившись с бурей в груди, уняв безумный стук сердца и согнав с лица багровый румянец, святая опустила руку.
Хотя глаза по-прежнему держала крепко зажмуренными.
─ Я, я тоже непременно хочу поехать вместе с господином Йоханом… ─
Язык заплетался так, что ей снова захотелось умереть на месте, но половина задачи была выполнена.
Разве не Йохан говорил, что лиха беда начало? Она вспомнила слова утешения, сказанные им в один из прошлых дней.
А раз начало положено, считай, половина дела сделана. Утешив себя этой мыслью, она уже было кивнула,
─ Как удачно. Наш путь лежит как раз туда. ─
─ Путь…куда? ─
─ Да, вы же знаете, что впереди? ─
Пускай святая Эрдель и страдала от «проклятия умственной деградации» (которого на самом деле не существовало), природой она была одарена феноменальным умом. Её острейший рассудок мгновенно развернул перед мысленным взором карту континента и указал её текущее местоположение.
Место для отдыха, которое вполне могло находиться недалеко от этой деревушки.
Долина, где некогда обитали драконы, – живописнейший край парящих островов, отвесных скал и глубоких ущелий.
Это был вполне в духе Йохана выбор – человека, который как-то раз восторженно заявлял, что мечтает своими глазами увидеть как можно больше прекрасных уголков света во время странствий. На её губах проступила мягкая улыбка.
─ Да, это Долина, где покоится дракон. В таком случае… ─
─ О, верно. Как и подобает святой. ─
Она почувствовала, как к лицу снова приливает жар, но руку поднимать не стала. Похвала из уст Йохана неизменно наполняла её душу сладким, согревающим теплом.
И по злой иронии судьбы, из-за временного отупения она совсем забыла подумать об одной важной детали.
Вполне в её репертуаре – прослыть растяпой, сама того не замечая, за что за глаза её нередко называли простофилей.
─ Мы ведь собирались заглянуть в тамошние горячие источники! ─
При звуках радостного голоса Йохана святая вздрогнула и окаменела.
Горячие источники в Долине, где покоится дракон – воспоминание запоздало всплыло в памяти. За ними никто не ухаживает, и никакой коммерции там отродясь не было. И неудивительно, они ведь находятся высоко в небесах.
А значит, купальни там не разделяются на мужские и женские. Это общие источники.
Пусть даже в белье или прикрывшись полотенцами, но…
─ О, боже… ─
Святая Эрдель.
Застенчивая недотепа, которая теряет дар речи рядом с любимым мужчиной.
Ей предстоит разделить с ним общую купальню.