— Ты правильно сделал, — пытался утешить меня Джин Хо.
— Тебе-то откуда знать? — Бросил я.
— В своё время я поступил иначе. И вот где я теперь.
Я замер. Джин Хо редко говорил что-то о себе. Каждая такая оговорка всегда заканчивалась одинаково.
— Что? Опять кинешь намёк на своё прошлое и съедешь с темы?
— Как только разберёмся с нашей проблемой… Обещаю, расскажу о себе больше.
Я понимал, что он пытался сделать. Он хотел отвлечь меня. Переключить внимание с того, что ждало впереди. Дать хоть что-то, за что можно было зацепиться в бездне паники. Но сейчас история его происхождения волновала меня меньше всего.
Сейчас… Я сижу на низком бетонном ограждении и смотрю на порт издалека. Огромные железные коробки складов, подсвеченные редкими фонарями.
Всё, что я могу сейчас делать — винить себя.
Я даже не помню, когда звонил маме последний раз. Совсем забросил. Погрузился в мир Охотников, в интриги, а она осталась там, в Кисане… Одна…
Ждала. Надеялась. А потом решила приехать сама. Проведать сына.
И чем всё обернулось?
Из-за меня она теперь в опасности. Если с ней что-то случится…
Эта мысль не находила завершения. Она обрывалась, как натянутая струна.
— Хватит накручивать себя, Минхо, — Джин Хо встрял в поток моего сознания.
— Ты считаешь иначе?
— Нет. Ты виноват. Но самобичевание тебе не поможет.
Он был прав. Но я не мог перестать думать об этом. Мысли крутились по замкнутому кругу, заставляя выдёргивать из памяти одни и те же образы: мама, садящаяся в самолёт до Омгёна; мама, которую похищает Су Рэ.
Время тянулось мучительно медленно. Рины не было уже очень долго. Я достал телефон. Набрал её номер.
Недоступно.
— Блядь! — Вырвалось у меня.
— Пацан, только не делай… — Начал Джин Хо.
— Заткнись! — Оборвал я его и решительно направился в сторону порта.
Внутри всё тряслось. Если ещё и с Риной что-то случилось по пути, если Су Рэ как-то узнал… Если её перехватили…
Я не мог ждать. Каждая секунда промедления могла стоить жизни и ей, и маме.
Порт встретил меня лабиринтом одинаковых железных коробок. Боксы. Сотни боксов. Я двигался быстро, сверяясь с номерами. 1251… 1275… 1296.
Внешне он ничем не отличался от других. Такая же огромная коробка, выкрашенная в блёклый серый. Ворота приоткрыты ровно настолько, чтобы мог протиснуться человек.
Я вошёл.
Свет прожектора ударил в лицо, ослепляя меня. Я инстинктивно прищурился, прикрывая глаза ладонью.
— Ну наконец! Только тебя и ждали! — Раздался радостный голос Су Рэ откуда-то сверху.
Прожектор дёрнулся, и луч переместился в центр помещения. Я проследил за ним и почувствовал, как внутренности скручиваются узлом.
Мама.
Она сидела на стуле посреди пустого пространства. Без сознания. Руки стянуты за спиной, голова безвольно свесилась на грудь. Свет выхватывал черты её лица. Она дышала. Я видел, как едва вздымаются плечи.
Хотел броситься к ней немедленно. Мышцы напряглись, готовые к рывку.
— Нет. Нет. Нет. — Су Рэ остановил меня и перевёл луч немного левее. — Я же просил тебя, Минхо. — Вздохнул он. — А ты, зараза такая, не послушал… Ожидаемо. — Его голос звучал наигранно разочарованно.
Я увидел, на что — вернее, на кого — он перевёл свет.
Рина.
Она стояла на коленях, руки связаны за спиной. На шее — металлический ошейник с какими-то контактами. Лицо разбито, на скуле кровоподтёк. Но она была в сознании.
Страх сжал горло. Я с трудом заставлял себя дышать. Рина — S-ранг. Одна из сильнейших. И он сумел поставить её на колени.
— А, да. Должен предупредить, — продолжил Су Рэ слащавым тоном. — Включишь свою скрытность и… — Он не договорил.
Я услышал треск разряда. Тело Рины выгнулось дугой, мышцы свело судорогой. Она закричала. Её крик причинял мне боль. Ошейник. Он управлял им дистанционно.
— И в следующий раз разряд будет намно-о-ого сильнее, — закончил Су Рэ и рассмеялся.
Смех отразился от железных стен, заметался эхом. Он наслаждался. Каждой секундой.
В этот момент я заметил, как голова мамы начала медленно подниматься. Она приходила в себя.
— Что? — Прошептала она. Я едва услышал её голос. — Где я?
Она мотала головой, пыталась понять, что происходит. Взгляд блуждал по помещению, пока не наткнулся на меня.
— Минхо? — Её голос дрогнул. — Сынок, что здесь творится?
Су Рэ прыгнул с высоты, где стоял, управляя прожектором. Приземлился мягко, по-кошачьи, между мамой и Риной. Выпрямился, раскинул руки, будто обнимал их обеих.
— Ну что, лица такие кислые? — Спросил он, злорадно улыбаясь. — Поиграем?
— Отпусти их!
— С чего бы? — Усмехнулся он. — Видишь ли… Ты так долго доставал меня. Лез не в своё дело. Теперь ещё и раскрыл меня раньше времени… — Он говорил спокойно, лениво. Но с каждым словом его голос набирал силу. — ЗАДОЛБАЛ! — Вдруг прокричал он, срываясь. — Тебя нужно наказать. И я придумал как. — Гордо объявил он. Затем указал руками на маму и Рину.
— Две женщины, которыми ты дорожишь. Или… — Теперь его палец направился на меня. — Ты, паскуда мелкая.
— Я! — Выпалил, не раздумывая ни секунды.
— Минхо! Слушай внимательно. Ублюдок — маг. Может бить на расстоянии. Будь предельно внимателен, — тут же вступил Джин Хо. Он оценивал обстановку, просчитывал варианты.
— Так банально, что тошнит… — Пробурчал Су Рэ себе под нос.
— Минхо? — Снова подала голос мама. Она была не на шутку встревожена. — Сынок, объясни мне, что происходит? Почему мы здесь? Кто этот человек?
Она нервничала. Я видел, как мама пытается освободиться. Как пыталась сохранять спокойствие. Но какая мама будет ждать молча, когда её сыну ставят такой выбор?
Су Рэ развернулся к ней и ударил тыльной стороной ладони по лицу.
— Да завали! — Бросил он ей. — Низкоранговые все такие невоспитанные?
Мама вскрикнула. Голова дёрнулась в сторону, на щеке мгновенно проступил красный след. Она закусила губу, но не заплакала. Просто замолчала, глядя на меня глазами, полными непонимания и ужаса.
Я рванул вперёд.
Ноги сами понесли меня на него. Я не думал. Не просчитывал. Просто хотел порвать на куски ублюдка, посмевшего поднять руку на мою маму. Хотел срезать кинжалом его ухмылку. Забрать его жизнь!
Я успел заметить его улыбку — довольную, предвкушающую. Он щёлкнул пальцами.
Вокруг мамы и Рины одновременно вспыхнули огненные кольца. Пламя взметнулось вверх. Жар ударил мне в лицо, заставляя остановиться. Я замер в нескольких метрах, глядя, как огонь пляшет вокруг двух самых важных для меня людей.
— Не дёргайся, дурак, — произнёс Су Рэ. Он больше не насмехался. — Как долго я терпел твои выходки. Терпел то, что председатель тебе многое позволяет, в то время как нас держит в кулаке. Думаешь… В Кёмёле… Всё было моей затеей?
Он злился. По-настоящему. Его лицо исказилось в свете пламени.
— О чём ты?
Я старался тянуть время. Дать себе хоть несколько секунд, чтобы осмотреться, оценить обстановку, найти выход. Огненные кольца. Ошейник на Рине. Мама… Су Рэ между ними.
— Неважно, — осёкся он. — Важно лишь то, что ты должен усвоить урок… — Он направил на меня раскрытую ладонь.
— Минхо! Приготовься! — Скомандовал Джин Хо.
— За всё, сука, НУЖНО ПЛАТИТЬ! — Выкрикнул Су Рэ, и из его ладони вырвалось пламя.
Огромный вихрь огня, ревущий, пожирающий кислород, устремился на меня. Я метнулся в сторону, используя свою скорость. Пламя пролетело в сантиметрах, опалив плечо. Я почувствовал, как кожа вздувается волдырями, и тут же начало работать исцеление.
Я отбежал в тень, за груду каких-то ящиков. Прижался спиной к холодному металлу, переводя дыхание.
— Куда ты делся, мудень? — Раздался голос Су Рэ. Он растягивал слова, смакуя каждое. — Дядя тебя не обидит… Выходи играть…
Я активировал скрытность.
Передвигался в тени так аккуратно, как только мог. Каждое движение выверено до миллиметра. Забрался на балку под потолком, используя выступы и крепления. Отсюда открывался вид на весь бокс.
Су Рэ стоял в центре, медленно поворачиваясь, всматриваясь в темноту. Мама сидела неподвижно, только следила за происходящим. Рина… Рина смотрела прямо на меня. Она чувствовала? Её взгляд был устремлён точно в ту точку, где я находился.
Я достал один кинжал. Прицелился. И в момент, когда Су Рэ повернулся ко мне спиной, швырнул его.
Лезвие вошло ему в правое плечо. Он заорал. Схватился за рукоять.
— Вот же мразь! — Взревел он, выдёргивая кинжал из плоти.
Я увидел, как кровь хлынула по его рукаву. Он смотрел на оружие, потом перевёл взгляд туда, откуда оно прилетело. Но меня там уже не было. Я сместился, оставаясь невидимым.
Су Рэ бросил кинжал. Тот зазвенел по полу и остановился рядом с Риной. Она мгновенно поняла. Её глаза блеснули. Теперь у неё был шанс достать оружие. Нужно было лишь отвлечь его.
Мама тоже вела себя на удивление спокойно. Она была низкоранговой Охотницей, но опыт тоже имел значение. Да, она сейчас боялась. Но за меня.
Я отключил скрытность и прыгнул.
Прямо на Су Рэ, с высоты балки. Он не ожидал. Не успел среагировать. Я врезался в него всем весом, опрокидывая на пол. Мы покатились по бетону. Я успел заметить, как огненные кольца потухли. Сбил его концентрацию. Не мог достать второй кинжал — руки были заняты тем, что держал его, вжимая в пол, не давая направить на меня ладонь.
Он скинул меня с себя, и тут же оказался сверху. Его руки поглотило пламя.
Начал бить меня по лицу.
Каждый удар сопровождался шипением горелой кожи и мяса.
Удар. Кулак в скулу. Голова дёрнулась, перед глазами вспыхнули искры.
Ещё удар. В висок. Звон в ушах.
Удар. В челюсть. Я почувствовал, как рот наполняется кровью.
Впервые я прочувствовал на себе силу S-рангового Охотника в полной мере. В настоящем бою. Где каждый удар нацелен на убийство. С каждым попаданием я слабел. Исцеление едва успевало залечивать кожу от ожогов, но боль никуда не уходила. Он бил снова и снова, методично, с яростью.
— Хотел… — Удар. — Меня… — Удар. — Убить? — Удар.
Я уже не мог держать его. Руки разжались. Тело обмякло. Я едва оставался в сознании, лёжа на холодном бетоне и глядя в потолок, который расплывался перед глазами.
Он перестал бить. Встал. Отряхнулся. Подошёл к маме. Схватил её за волосы, заставляя поднять голову.
— Ну что, долбоёб мелкий, — произнёс он, глядя на меня. — Сам выбор сделал.
Мама смотрела на меня. В её глазах больше не было страха. Только любовь. Только боль за сына, который лежит на полу и не может пошевелиться.
— Минхо… — Прошептала она. — Сыночек, всё хорошо. Не бойся, маленький мой…
Она пыталась утешить меня. МЕНЯ. Когда этот мудак держал её за волосы и направлял ладонь в лицо.
— Ма-ма… — Только и смог выдавить я. Губы не слушались. Язык отказывался шевелиться.
Су Рэ выпустил пламя.
Я смотрел. Смотрел, как пламя охватывает её лицо, как плавится кожа… Слушал, как она кричит — недолго, но… А потом лишь хрип, и она перестала сопротивляться.
А я… Я… Я НЕ МОГ ПОШЕВЕЛИТЬСЯ!
— Минхо! Закрой глаза! — Кричал Джин Хо. — Пожалуйста, Минхо!
Я не мог. Не мог отвезти взгляд. Смотрел, как мама сгорает заживо в руках этой твари. Смотрел, как то, что было моей мамой, превращается в обугленную плоть. Смотрел, как её голова запрокидывается, и пламя пожирает всё, что осталось от неё.
Я никогда прежде не испытывал такой боли. Этот ад шёл изнутри, из самой глубины, разрывая грудную клетку. Он рвал горло, выдавливал слёзы, которые обжигали лицо сильнее любого огня.
Я даже не мог кричать.
Только смотреть.
— Одной суке конец, — прошипел Су Рэ, осматривая то, что осталось от тела мамы.
— Минхо! Умоляю! Закрой глаза! — Взмолился Джин Хо. Его голос дрожал. Впервые я слышал, как ему больно.
— Теперь вторая… — Продолжил Су Рэ и направился к Рине. — Как же я мечтал об этом…
Он схватил её за волосы точно так же, заставляя поднять голову. Она смотрела на него с презрением.
Я попытался пошевелиться. Мышцы не слушались. Собственное тело предало меня.
«По-жа-луй-ста… По-мо-ги…»
Я молился. Я, который никогда не верил ни в Бога, ни в дьявола. Молился про себя. Чтобы хоть что-то произошло. Чтобы случилось чудо.
— Скажи «пока-пока» своей шлюшке, — прошипел Су Рэ и направил ладонь в лицо Рине.
— МИНХО! — Взвыл Джин Хо.
В этот раз я послушал его. Зажмурился. Сжал веки так сильно, что перед глазами заплясали цветные пятна. Я не мог смотреть, как умирает ещё и она.
Не мог…
— Ах ты дрянь… — Вдруг вскрикнул Су Рэ.
Я распахнул глаза.
Рина всадила кинжал ему в живот. Тот, что он бросил. Она успела. Пока он наслаждался моментом, пока тянул время, играя с нами. Она успела.
Су Рэ загнулся, хватаясь за живот. Из раны хлестала кровь.
Зрение расплывалось. Сознание ускользало. Я видел всё как в тумане. Рина наносила ему один удар за другим. Кинжал входил в его тушу снова и снова. Она не останавливалась. Её лицо… Да и она сама была забрызгана кровью.
Она мстила. За себя. За меня. За мою маму.
Потом она бросила его и подбежала ко мне.
— Минхо! Ну же! Вставай!
Она схватила меня за плечи, попыталась поднять. Я едва шевелил конечностями. Ноги подкашивались. Но я цеплялся за неё. С каждым шагом силы понемногу возвращались. Исцеление делало своё дело, затягивая раны, сращивая кости.
Мы подошли к телу мамы.
Я рухнул на колени.
Не потому что не было сил. Потому что не смог устоять, видя её такой.
Обугленное тело… Запах горелой плоти… Руки, скрюченные в последней судороге…
Я смотрел на неё.
На женщину, которая родила меня… Которая терпела выходки пьяного мужа… Которая отправила меня в академию, чтобы дать шанс на лучшую жизнь… Которая гордилась мной, когда я стал Охотником… Которая приехала проведать сына, потому что тот не звонил…
Её больше нет…
Я почувствовал, как каждая клетка моего тела наполняется яростью. Не просто злостью или ненавистью. Это было нечто большее. Всепоглощающее пламя, которое сжигало всё внутри.
Слёзы текли по щекам. Они обжигали лицо, смешиваясь с кровью.
Я услышал стоны.
Су Рэ.
Ублюдок всё ещё был жив. Пытался залечить свои раны.
Я посмотрел в его сторону.
— Если есть силы… Делай, что должен… — Произнесла Рина ласковым голосом. Она знала, что мне было нужно.
Я встал.
Силы возвращались.
Ярость не только жгла моё тело изнутри — она подпитывала его. Каждая капля ненависти становилась энергией.
Я медленно пошёл в его сторону.
Тварь лежала на боку, зажимая раны руками. Кинжал был всё ещё в нём. Кровь растекалась под Су Рэ. Но он смеялся.
— Ублюдок! — Выплюнул я.
ОН СМЕЯЛСЯ!
Я упал на колени перед ним. Схватился за кинжал. И начал протыкать его тело.
Удар. В плечо. Он дёрнулся. Ещё удар. В бок. Хрип. Ещё в бедро.
Механические движения. Как будто рутинная работа. Я не чувствовал ничего, кроме ненависти. С каждым ударом кинжала она росла. Я слушал, как он захлёбывается кровью, как хрипит, как стонет, и злость во мне закипала всё сильнее.
Этого было мало. Слишком мало за то, что он сделал.
Я положил кинжал рядом. И вонзил руку ему в живот.
Пальцы прорвали мышцы, проникли внутрь. Горячая кровь обожгла запястье. Я копошился в его внутренностях, раздвигая органы, пока не нащупал то, что искал.
Сердце.
Оно ещё билось.
Как же мудак цеплялся за жизнь!
Я сжал его. Оно лопнуло в ладони. Как перезрелый помидор. Кровь просочилась между пальцев. Су Рэ дёрнулся в последний раз и затих.
— Что? Уже сдох? — Прошипел я. — Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Ты не можешь так просто сдохнуть.
Я вновь взял кинжал и начал бить ему в лицо.
— Ты мало получил, тварь. СЛИШКОМ МАЛО!
Я бил. Бил. Бил. Снова бил. Ещё. Ещё. И ещё.
Рина схватила меня за руку.
— Минхо… Он мёртв… — Она старалась говорить тихо. Старалась успокоить меня. Но как… — Мы должны уходить, Минхо…
— Нет, — прорычал я. — Мы должны оставить послание…
— Какое?
Я перевёл взгляд на маму. На то, что от неё осталось. Потом снова на Су Рэ. На его выпотрошенное тело.
Мир потерял краски. Остались только враги. И та, кого я больше никогда не подведу!
— Мы слишком долго ждали, Рина… Но теперь… — Я посмотрел на свои окровавленные руки. На тушу рядом. — Охота началась!