2020 год. Апрель.
Прошло полгода с тех пор, как убийца мамы получил по заслугам. Как я раздавил его сердце собственными руками. Полгода с тех пор, как я дал обещание. Маме. Самому себе. Уничтожить любого, кто стоял за её смертью.
Разумеется, то, что я сделал с Су Рэ, не осталось без последствий. Но всё было таким… Странным. Председатель устроил нам с Риной разнос. Орал так, что слышно, наверное, было на пару кварталов. Он был в ярости. Причиной его гнева было не само убийство Су Рэ. К его-то смерти он как раз отнёсся с цинизмом. Его выбесило то, что я повесил его тело на всеобщее обозрение. Он знал, что Рина страховала меня, помогла, прикрывала тылы, пока я, весь в крови пламенного ублюдка, вешал тушу на импровизированный эшафот. И, конечно, председатель знал, за что он был убит.
— Мразь заслужила то, что ты сделал, — процедил он сквозь зубы. Вены на его висках так выпирали. Думал, вот-вот лопнут. — Это не обсуждается само собой. Я бы сам вырвал ему глотку. Но ты… Ты подставил своей выходкой всю Ассоциацию. Ты хоть понимаешь, что каждая шавка, каждый журналист, каждый продажный чиновник из Совета, если узнают, поднимут такой шум, что АГО едва ли сможет справиться. Нас будут обвинять в самосуде… В его покрывательстве…
Я молчал. Что я мог сказать? Председатель был прав на счёт этого.
Факт моего участия в казни, разумеется, скрыли. АГО запустила свою машину дезинформации, и уже к утру все газеты кричали о том, что убийство Су Рэ — дело рук того же таинственного преступника, который расправился с Сон Бэком.
Убийца, которого всё ещё не нашли…
Удобный фантомный враг, на которого можно повесить всё что угодно.
Но от наказания меня это не уберегло. Председатель объявил свой вердикт: «За необдуманные, импульсивные поступки, которые могут поставить под удар репутацию Ассоциации Гильдий Охотников, Ан Минхо запрещено участвовать в рейдах. Его деятельность как Охотника S-ранга, как одного из основных активов гильдии, замораживается до неопределённого момента.».
Меня это разозлило. Но я снова промолчал, стиснув зубы.
Но затем произошло то, чего не ожидали ни председатель, ни, признаться честно, даже я сам. Рина… Прежде она защищала председателя, его действия и слова. Но теперь… Она заявила, что если отстраняют меня, то она пойдёт вслед за мной.
Председатель настаивал. Просил. Затем требовал. Потом начал давить на неё, ссылаясь на контракт, на долг. Давил на неё своим авторитетом, опытом, многолетней историей их сложных отношений. Рина была непреклонна.
Это был первый случай, когда она открыто выступила против воли председателя.
Ради меня…
Я пытался разложить по полочкам свои чувства, эмоции по отношению к ней после её решения. Я определённо чувствовал гордость за Рину. Она отстояла своё перед председателем. Чувствовал воодушевление рядом с ней, что вместе мы сильны, как никто другой. Абсолютно точно, я был ей благодарен за то, что она ни при каких обстоятельствах не желает оставлять меня одного. Я чувствовал себя важным… Для неё… И я чувствую, что…
Я решил, что чувствую всё сразу.
Председатель в конце концов отступил. Видимо, понял, что терять двух S-рангов из трёх, не считая его самого, — непозволительная роскошь, даже для него. Компромиссом стало временное отстранение на месяц. Только на месяц. Я и Рина.
Наша статистика предсказуемо просела. Доход гильдии Тени упал, но это было некритично. Запас, который мы успели создать, позволял пережить этот небольшой кризис без особых сложностей.
Но это было не последним испытанием от председателя.
Гильдия Пламени осталась без руководства, обезглавленная, раздираемая внутренними дрязгами. И тогда председатель принял решение, которое могло бы стать очередным рычагом давления на меня. Через месяц, после нашего с Риной отстранения, он предложил мне возглавить её.
Я выслушал его и выдвинул контрмеру: полное слияние гильдий. Единая структура, единое командование, где Ли Рина — бессменная глава, а я — её заместитель. Это было логично и правильно. Это усиливало нас.
На этот раз председатель спорить не стал. Результаты нашего союза с Риной говорили сами за себя.
Мы компенсировали выпавший месяц, поглотив ресурсы Пламени и поставив их на службу нашим целям.
Всё обернулось нашей победой.
Пак Чон.
Он тоже удивлял нас.
Я ожидал от него злобы, мести, интриг. Но нет. Он не проявлял признаков ненависти. Казалось, ему было плевать на смерть пламенного ублюдка. Чон был вежлив с нами. Иногда предлагал помощь в координации рейдов. Иногда обменивался с нами разведданными. Его отношение к нам было настолько неестественным, что настораживало куда больше, чем открытая агрессия.
Но доверять Пак Чону — всё равно что довериться ручной кобре: рано или поздно она вспомнит, для чего ей нужен яд. Поэтому мы с Риной оставались настороже.
И всё это время, день за днём, ночь за ночью, меня преследовали слова Су Рэ:
«Думаешь… В Кёмёле… Всё было моей затеей?».
Они сверлили мне мозг.
Каждую чёртову ночь я лежал в постели, глядя в потолок, и прокручивал в голове его слова. Анализировал его интонацию, тембр, дрожь в его голосе.
Глава Гильдии влиятелен сам по себе. И если у Су Рэ за спиной кто-то стоял, значит, этот «кто-то» обладал властью и ресурсами, многократно превосходящими крупную гильдию. И этот «кто-то» может быть гораздо опаснее.
Все нити вели к председателю АГО. Идеальный кандидат на эту роль. Вся власть, все рычаги — под его полным контролем. Джин Хо, разумеется, согласился со мной без колебаний.
Но Рина…
Я обещал ей. Мы договорились не строить догадки, пока не найдём неопровержимые доказательства вины её наставника. Ей было нужно увидеть их своими глазами, подержать в руках, прежде чем она открыто выступит против него.
Я не мог пойти против её воли.
Не имел права.
Я слишком многим ей обязан, чтобы просто отмахнуться от её просьбы ради утоления собственной жажды мести. Она — единственная причина, по которой я всё ещё остаюсь человеком, а не превращаюсь в бездушного убийцу-психопата.
Я не могу предать её доверие. Это стало бы тем рубежом, пересекая который, я потерял бы самого себя окончательно и бесповоротно.
Подумать только, сколько всего изменилось после нашей первой встречи в том клубе.
«Ты именно тот, кто нужен мне», — сказала она тогда.
Уверен, в тот момент Рина вкладывала в эти слова совершенно иной смысл. Я был для неё инструментом, частью её задания, кем-то ещё. Но ни я, ни она и подумать не могли, что спустя годы крови, боли, предательств и отчаяния мы будем стоять плечом к плечу, готовые отдать жизни друг за друга.
Кстати. Раз уж заговорили о переменах.
Чуть не забыл рассказать про один момент, который сыграл не малую роль в рутине последних месяцев. Хоть Рина и обещала не давить на меня. Ей это не помешало методично, шаг за шагом, протолкнуть своё решение о моём переезде.
Из отеля я перебрался к ней.
— Чтобы не повторилась ситуация с Су Рэ, — заявила она, не оставляя места для возражений.
Да я и не собирался спорить.
Джин Хо, услышав это, расхохотался, заявив, что красотке опять приходится делать шаг первой. Я проигнорировал его. Он часто нёс чушь, когда дело касалось меня и Рины.
До дня моего переезда я ни разу не был у Рины дома. Всегда представлял, что она живёт в квартире, возможно, дорогой, двухуровневой, в элитном районе Омгёна. Но когда увидел дом, то все мои представления о её скромности разбились вдребезги.
Это была целая крепость, умело замаскированная под элитный двухэтажный особняк с современным дизайном. Под землёй скрывалось истинное логово. Ещё два этажа. Один служил подземной парковкой с запасом оружия в шкафах. Второй — полноценным тренировочным полигоном, оснащённым по последнему слову техники. Звукоизоляция, имитация любой среды, манекены для отработки ударов из сверхпрочных сплавов. Раньше она тренировалась одна, оттачивая смертоносное мастерство. Теперь я составлял ей компанию. Каждый день. Без выходных.
Рина выделила мне комнату на втором этаже. Хотя я бы назвал её апартаменты. Сюда могли поместиться спальня, гостиная и кабинет одновременно. Мои пожитки терялись в огромном помещении, оставляя большую его часть удручающе пустой.
Мы не сидели без дела.
Днём с головой погружались в дела гильдии, которая теперь была непомерно большой. Совещания, отчёты, перераспределение ресурсов, кадровые перестановки. Ночью же мы погружались в расследование с головой.
Первой нашей целью стали доверенные лица Су Рэ. Мы установили за ними тотальную слежку, ожидая, что они приведут нас к своему тайному кукловоду. Потратили недели, выслеживая каждого из них, прочёсывая их маршруты, прослушивая разговоры. Но всё было тщетно. Они оказались вполне обычными. После работы выпивали в дешёвых барах и шли домой. Кто-то — к семье, к детям. Кто-то — к пожилым родителям. Кто-то — в съёмную конуру, где их встречало одиночество. Никаких подозрительных контактов, никаких тайных встреч.
Перетряхнули каждый сантиметр в здании гильдии Су Рэ, в его кабинете, взломали личную почту, проанализировали все отчёты, вскрыли сейфы. Мы искали хоть какую-то зацепку, хоть один клочок бумаги, способный пролить свет на его связи.
Ничего.
Кто-то опередил нас, вычистив всё, что представляло хоть какую-то ценность, сразу после его смерти. Складывалось ощущение, что мы пытаемся ухватиться руками за дым, разбирая дело, в котором все улики сожжены.
Но это не останавливало нас. Мы должны что-то найти. Хоть кого-то. Хоть одного человека, мелкую пешку, секретаря, любовницу, кого угодно, кто был связан с делами Су Рэ.
И наконец, настал тот самый день.
***
— Минхо! Осторожно! — Крикнула Рина, предупреждая об опасности.
— Вниз! — Скомандовал Джин Хо мгновением позже.
Я пригнулся, чувствуя, как над головой пролетает кинжал эльфа, рассекая воздух.
— Коли назад! Быстрее! — Джин Хо не давал мне и секунды времени.
Я перехватил кинжал обратным хватом. Рукоять привычно легла в ладонь, и, не тратя драгоценное время на визуальный контакт с жертвой, ткнул назад. Клинок вспорол брюхо твари. Кишки тут же вывалились, и эльф осел на каменный пол. В его глазах застыло удивление.
— Неплохо… Неплохо… — Похвалил Джин Хо.
— А то… — Фыркнул я, чувствуя, как уголки губ растягиваются в ухмылке.
Я перевёл взгляд на Рину, она добивала ещё одного эльфа в другом конце туннеля. Каждое её движение было частью танца смерти. Два коротких взмаха клинками — и обезглавленное тело рухнуло на груду мана-камней.
Я уже собирался выдохнуть, когда краем зрения заметил движение в тёмном зеве за углом. Там, в тени, припав на одно колено, замер ещё один эльф. Арбалет в его руках был направлен точно в спину Рины. Время замедлилось. Я видел напряжённый палец на спусковом крючке. Видел, как Рина, всё ещё находясь в инерции после добивающего удара, не замечала угрозы. Расстояние — метров пятнадцать.
Я сорвался с места. Скорости Охотника хватит, чтобы успеть.
— РИНА, ПРИГНИСЬ! — Проорал я во весь голос.
Она тут же рухнула на землю, вжимаясь в камень, и болт просвистел над ней, выбив искры из стены. Эльф перезаряжал арбалет. Я активировал скрытность. Добежал до него, и мой кинжал вошёл в его глазницу, пронзая мозг.
— Медленно… — Процедил я сквозь зубы, склонившись над его трупом. Затем вытер клинок о его одежду и, сунув кинжал в ножны, направился к Рине. Она уже поднялась на ноги и осматривала место боя. — Вроде, был последний…
— Да… Но босс так и не явился… — Она была озадачена.
— Может, испугался? — Предположил я, пожав плечами.
— Он мёртв, — раздался голос.
Мы оба обернулись. Из сумрака рудниковых туннелей выглянула фигура Пак Чона, облачённая в тёмно-сером боевом костюме.
— Где он был? — Спросила Рина.
— Внизу. Пришлось погоняться за ним.
Я смотрел на него и чувствовал, как что-то не сходилось. Упорно не желало складываться в единую картину.
— Признавайся, Чон… — Начал я, делая шаг в его сторону. — Зачем председатель послал тебя с нами в рейд?
Он пристально посмотрел мне в глаза.
— Не знаю… — Произнёс он наконец. — Сам был удивлён. — Его взгляд скользнул к Рине, задержавшись на ней дольше, чем требовалось. — Вы прекрасно справляетесь и без меня… Чёрт знает, что у него в голове, — пожал он плечами.
— Ладно. Раз закончили… Пойдём отсюда, — предложила Рина.
Все согласились, и мы отправились к выходу.
Подъёмник медленно тащил нас на поверхность.
— Зуб даю, что это совместная вылазка не ради благой цели, — поделился тревогой Джин Хо.
— Легко раздавать то, чего нет, — усмехнулся я.
— Не придирайся к словам.
— Ладно… Ты прав. Мне тоже это кажется странным. Но что мы можем сделать?
— Мне кажется подозрительным, что он чист как слеза невинной девки…
— Наши враги стали осмотрительнее. Су Рэ стал для них хорошим примером…
— Жалеешь, что выставил на показ его тушу?
— Жалею, что рядом не висели остальные!
Джин Хо усмехнулся.
Мы поднялись наверх. Я вдохнул полной грудью свежий воздух, прочищая мысли.
— Что с кольцом решил? — Снова подал голос Джин Хо. Он помнил про него. Удивительно. Не ожидал от него инициативы в романтике.
— Думаешь… Сегодня?
— А когда? Вы уже живёте вместе… — Вздохнул он. — S-ранговые Охотники, а ведёте себя как дети…
— Здесь мы разойдёмся, — голос Пак Чона вернул меня в реальность. Пока мы с Джин Хо болтали, я и не заметил, как мы дошли до дороги, где нас ждали машины. — Я доложу председателю об успехах. Думаю, ни к чему нам идти всей толпой в АГО, — добавил он.
— Согласна, — кивнула Рина. — Тогда мы с Минхо поедем домой.
— Вы что… Живёте вместе? — В его голосе проскользнуло искреннее удивление.
— Недавно съехались, — ответил я, не вдаваясь в подробности.
— Понял, — усмехнулся Чон.
Когда мы подошли к машине, я уже предвкушал дорогу домой и разговор, который должен был состояться. Но Рина внезапно остановилась. Её рука, уже взявшаяся за дверную ручку, замерла. Она повернулась и посмотрела на меня умоляющим взглядом. Точь-в-точь как у кошки, выпрашивающей лакомство.
— Минхо… — Начала она, её голос дрогнул. Она старательно избегала смотреть мне прямо в глаза. Это было так на неё не похоже, что я насторожился. — Езжай домой на такси, — вдруг сказала она.
— Почему? — Спросил я растерянно.
— Мне нужно кое-куда съездить… — Всё так же неловко отвечала Рина.
— Куда? — Задал я вопрос, когда она уже села в машину.
Лёгкий ветер шевелил её волосы, выбившиеся из строгого хвоста. Она улыбнулась.
— Ты же по-прежнему мне доверяешь?
— Конечно, — ответил я без тени сомнений.
— Тогда не задавай вопросов. — Ответила Рина, продолжая улыбаться.
Отдала команду водителю, и машина тронулась с места, оставив меня одного стоять посреди улицы. Я проводил взглядом удаляющийся автомобиль.
— Мне кажется, или сегодня она по-особенному красива? — вдруг сказал я про себя, не заметив, как мои губы растягиваются в улыбке.
— Определённо сегодня! — Дал ответ на вопрос с кольцом Джин Хо.
Я достал телефон и вызвал такси. Пришлось подождать полчаса. Не каждый водитель решится подъехать к руднику. И всё это время образ Рины не уходил из головы.
***
Как только я переступил порог её… Нашего дома, я направился прямиком к дивану в гостиной. Буквально рухнул на него, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Немного полежав, начал чувствовать, как я мерзко воняю. Пришлось идти в душ.
Горячая вода смыла грязь, но не мысли.
Вышел. Оделся в чистое — чёрная футболка, чёрные джинсы.
Вспомнил про кольцо.
Поднялся в свою комнату, перебирая в уме, куда я его мог положить. Покопался в вещах. Нашёл. Сел на край кровати, вертя кольцо в пальцах.
— Только не зассы, и не перенеси на другой день. Иначе это будет долгой песней. — Вставил Джин Хо, и его голос прозвучал непривычно.
— Ты прав… Сегодня, точно это сделаю.
— И не только кольцо подаришь, но и признаешься! — Съехидничал он.
— Точно! Мы же так и не поговорили с тобой после той… После той ночи… — Вспомнил я о его обещании рассказать о себе.
— Да. Я… — Начал он, но его прервал телефон.
Я достал его и посмотрел на уведомление.
— Странно… Томин что-то написал.
«Минхо. Я в аэропорту Омгёна. Встретишь меня?»
Я перечитал сообщение дважды. Трижды. Чувство тревоги, которое я оставил на руднике, вернулось.
— Сука… Зачем он приехал? — Прикрикнул я вслух, чувствуя, как раздражение и страх перемешиваются в груди.
— Нужно встретить дурачка… — Поддержал моё недовольство Джин Хо. — От греха подальше…
Я посмотрел на кольцо в своей руке. Синий камень, казалось, смотрел на меня с немым укором. Разговор с Риной откладывается. Чему я удивляюсь? В нашей жизни любой план мог рухнуть в любую секунду под натиском непредвиденных обстоятельств. Я положил кольцо в карман.
Всё равно я сделаю это сегодня.
— Напишу ей, чтобы не волновалась, если что…
«Рина, я поехал в аэропорт. Томин прилетел. Не спрашивай. Сам ничего не знаю».
Она ответила почти сразу. Ждала моего сообщения?
«Будь осторожен!».
— Как мило… — Протянул Джин Хо, стараясь сделать умилительный голос.
— Собираемся, — бросил я, поднимаясь с кровати.
***
Я заметил Томина издалека. Он вертел головой по сторонам у выхода из терминала. Заметил меня. Радостно замахал рукой, привлекая к себе ненужное внимание окружающих.
— Вот же дебил, — усмехнулся Джин Хо.
Я зашагал быстрее к нему навстречу. Томин тоже ждать не стал. Когда нас разделяло несколько метров, я заговорил, не давая ему шанса раскрыть рот.
— Какого чёрта ты тут забыл? Ты же знаешь, что здесь творится. Зачем подставляешься? — Сыпал вопросами, не делая пауз.
Раздражение росло, смешиваясь со страхом за этого идиота. Он стоял и по-дурацки улыбался. Ждал, когда я выговорюсь.
— Я пробудился, Минхо! — Он едва ли не прокричал это. Я замолчал на полуслове, переваривая услышанное.
— Что ты сделал? — Отказывался верить своим ушам.
Просто не мог поверить. Томин… Он не Охотник. Он лишь… Он обычный человек. Всегда был обычным.
Он исчез. Растворился в воздухе прямо передо мной. Я застыл. Взгляд метался по толпе, пытаясь выхватить его среди чужих лиц. Почувствовал хлопок по плечу. Резко развернулся.
Томин стоял у меня за спиной.
— Как ты…
— Могу перемещаться туда, куда смотрю, — выпалил он, не убирая свою дебильную улыбку, которая сейчас раздражала до зубного скрежета. — Или туда, где уже был, но только если это место недалеко.
— Ты… Пробудился… — Выдохнул я обречённо, осознавая масштаб катастрофы.
— Нам пиз… — Начал Джин Хо, но я перебил его, не дав закончить.
— Тем более… Тебе нечего тут делать. Если АГО узнает… — Я пытался вразумить его, достучаться до его рассудительности. Должен донести до него, что Омгён смертельно опасен для Томина.
Его выражение лица стало серьёзным. Он положил руку мне на плечо.
— Сколько помню себя, Минхо… Всегда был для тебе бесполезен. Ни побить кого-то не мог… И маму не помог уберечь… Но теперь, когда есть возможность, я не хочу упускать шанса помочь другу в его тайной войне. — Он сказал это твёрдо. Без пафоса. Даже Джин Хо не нашёл слов.
— Это опасно… — Начал я, но собственный голос прозвучал слабее, чем хотелось бы.
— Я знаю… — Он снова улыбнулся. — Поэтому и прилетел помочь тебе, брат.
Я вздохнул, понимая, что сейчас ничего не смогу сделать. Спорить с ним было всё равно что биться головой о бетонную стену.
— Ладно… Поехали… Рина нас убьёт.
Дурацкая улыбка снова натянулась на его лице. Мы двинулись к выходу. Я прокручивал в голове то, как теперь всё будет складываться.
— Господин Ан… Господин Ан! — Женский голос вырвал меня из размышлений.
Я обернулся. К нам быстрым шагом приближалась женщина. Невысокая, в тёмном пальто, с лицом, на котором застыло выражение тревоги и спешки. Она почти бежала в нашу сторону.
— Ваша Ассоциация так быстро всё узнала? — Прошептал Томин.
Он напрягся. Я заметил, как его плечи дёрнулись. Он начал теребить лямку рюкзака. Старая привычка.
— Господин Ан, простите, можно поговорить с вами наедине? Прошу, пожалуйста. Это серьёзно! — Она протараторила это быстро, нервно оглядываясь по сторонам. Явно была напугана.
— Что ей нужно? — Спросил я у Джин Хо, чувствуя, как холодок пробегает по позвоночнику.
— Будешь столбом стоять, то не узнаем.
— Я отойду, — бросил я Томину.
Женщина отвела меня в сторону, подальше от потока людей. Томин остался стоять на месте, провожая нас взглядом.
— Господин Ан, простите, это всё немного сумбурно и глупо выглядит со стороны, я понимаю… — Начала она оправдываться, не прекращая оглядываться по сторонам. — Даже пришлось ехать за вами от самого дома…
— Не переживайте, госпожа, просто объясните. — Я старался говорить вежливо. Сказала, что ехала за мной от самого дома. Наверняка у неё были серьёзные причины для этого.
— Меня зовут Пак Соён, — представилась она.
— Простите… Пак?
— Да, вы всё верно поняли. Я жена Пак Чона.
— У него есть жена? — Я удивился.
Пак Чон — холодный, бесстрастный Глава Гильдии Пустоты. Человек, которого мы с Риной проверяли вдоль и поперёк. А у него есть семья? Скрытая настолько, что даже мы не нашли о ней информацию…
— Ну что за вечер… — Пробурчал Джин Хо.
— Господин Ан, у нас мало времени. Да, я жена Пак Чона. Председатель помог ему скрыть существование семьи, потому что то, чем они занимаются, может нам навредить. Это было условие Чона. — Соён говорила быстро, сбивчиво.
— И что вы хотите рассказать? — После услышанного, я даже перешёл на шёпот.
Она снова оглянулась несколько раз и сунула мне в руку флэшку.
— Возьмите. Здесь находятся все файлы, что нужны вам. Компромат на председателя АГО. Плану по убийству вас и госпожи Ли. Видео с убийством Сон Бэка. Переписка с Су Рэ, где он сказал, что собирается похитить вашу маму. И самое главное… Планы по узурпации власти страны.
Каждое её слово било под дых. Я держал в руках ответы на все вопросы. Доказательства, которые были нам так нужны. Меня накрыла буря эмоций. Переписка с Су Рэ? Если бы я получил эту флэшку полгода назад, мама была бы жива… Злость. Ярость. Я чувствовал, как во мне вновь всё закипает, но… Меня охватывал и холодный, парализующий страх.
— Зачем вам всё это? Почему вы предаёте мужа? Почему сейчас? — Я искренне не понимал. Женщина, которая живёт в тени, скрытая от всего мира, вдруг выходит в свет и передаёт мне оружие, которое погубит и её собственного мужа.
— Потому что… Господин Ан… Чон… Он хороший человек… — Слёзы выступили на её глазах. Голос задрожал. — Председатель затянул его в свои планы. Не оставил выбора, угрожая нам. Но… Когда я узнала, что погибла ваша мама… Я поняла, что в их кошмарных делах незащищён никто. Я начала собирать доказательства с того самого дня. Пришла к выводу, что председатель решил уничтожить высокоранговых Охотников… И боюсь, что следующим будет мой муж. — Она сделала паузу, пытаясь справиться с голосом. — Чон говорил, что вы пытаетесь что-то накопать, но у вас ничего не выходит. И если я не помогу вам сейчас, то для нас всех всё может кончиться плохо. — Она снова оглянулась. — Мне нужно идти, пока он не вернулся. Пожалуйста, господин Ан… Если у вас выйдет, пожалуйста… Пощадите моего мужа.
Она не стала ждать ответа. Просто ушла быстрым шагом, скрывшись в толпе. Я сжал флэшку в руке.
Только тогда Томин подошёл ко мне. Его лицо выражало смесь напряжения и непонимания ситуации.
— Что ей было нужно?
— Нужно как можно скорее найти красотку, — вставил Джин Хо.
Я не ответил Томину. Не ответил Джин Хо. Достал телефон, написал Рине:
«Ты где?»
Ответ пришёл через секунд двадцать:
«Уже дома, жду тебя. Ты скоро?».
Я начал печатать следующее:
«Встретил Томина. Скоро будем».
— Минхо? — Томин снова позвал меня. Он был встревожен.
— Расскажу, когда приедем домой.
Томин кивнул.
Он понял: произошло что-то серьёзное. Настолько серьёзное, что я не могу обсуждать это в людном месте. Мы поймали такси и отправились домой. По пути Томин рассказывал подробности своего пробуждения. Как он впервые почувствовал изменения в организме. Как проспал сутки. Как обнаружил в себе навык телепортации. Как долго тренировался, прежде чем решился приехать.
Я почти не слушал его. Мои мысли крутились вокруг разговора с Пак Соён. Я прокручивал в голове каждое её слово. То, что она сказала. То, как она говорила. И что теперь предстоит сделать. Я думал о том, как рассказать это Рине. И о том, что будет после того, как она увидит содержимое флэшки. Последние десять минут пути Томин молчал. Только мы с Джин Хо говорили…
***
Как только я открыл входную дверь, увидел Рину. Она стояла на пороге. Встречала нас. Она… Она… Не подобрать слов, какой она была в этот момент красивой. Я понял, где она была. Делала причёску, макияж. Покупала платье. Она готовилась к чему-то? Выходит, и её планы на сегодняшний вечер провалились.
Её взгляд скользнул к Томину, стоящему за моей спиной. Она принялась отчитывать его ровно так же, как и я отчитывал его в аэропорту. Он подверг себя риску. Усложнил нам задачу.
— Рина… — Я прервал её. Она замолчала. Посмотрела на меня. Томин тоже уставился. — Кое-что произошло…
Мы прошли в гостиную. Томин сел в кресло, Рина осталась стоять, скрестив руки на груди.
Я кратко пересказал то, что случилось. Про разговор с женой Пак Чона. Про флэшку, которую достал из кармана и положил на журнальный столик, между нами.
Смотрел на Рину. Взглянув в её глаза, всё сразу понял. В жизни Рины будет новая травма. Как только она посмотрит на содержимое флэшки, она поймёт… Тот человек, который помогал ей в самые трудные периоды жизни. Который прикрыл дело об убийстве её отца. Который помог возглавить гильдию… Который защищал её… Он предал Рину.
Мы увидели всё.
Пак Чон снимал на видео, как доказательство, убийство Сон Бэка.
Рука Чона не дрожала. Бэк — избитый, весь в крови — умоляет его не делать этого. Чон молчал. Смотрел на него сверху вниз. А затем хладнокровно толкает его с крыши. Тело исчезает из кадра. Глухой удар об асфальт.
Мы посмотрели его переписку с Су Рэ. Ублюдок даже председателю похвастался. Правда, тот не ответил.
Планы по захвату власти…
Схемы, даты, списки людей, которых необходимо устранить. Списки коррумпированных чиновников, организаций. Даже наёмники. Председатель собирал ресурсы годами.
Мы видели письма с чёткими приказами, адресованные Пак Чону и Су Рэ. Убить Ан Минхо. Убить Ли Рину. Дата — вчерашнее число…
Рина не двигалась.
Я смотрел на неё и видел, как внутри неё рушится что-то огромное, важное, то, на чём она строила свою жизнь после смерти матери.
Она была опустошена.
Мне было больно видеть её такой.
Невыносимо больно…
Звонок разорвал тишину. Мы с Томином переглянулись.
— Рина… — Аккуратно коснулся её плеча. Она не отреагировала. Продолжала смотреть в экран. — Я… Я открою.
Она лишь кивнула.
Я поднялся и направился к двери. Пока шёл, думал, как помочь ей. Как успокоить. Как облегчить боль. Как вытащить из этого состояния, в котором она сейчас находилась.
Дошёл до двери. Открыл её.
Замер.
— Добрый вечер, Минхо.
Пак Чон стоял на пороге. За его спиной сгущались сумерки. Он был один. Без оружия. Без сопровождения.