Ночной парк без единой живой души, прохладный ветер, что трепетал волосы и остужал кожу после целого дня постоянного движения.
Всё это было бы романтично для двух фигур, что стояли достаточно близко друг к другу, если бы не странные звуки, что начали зарождаться в центре города.
Мужчина и женщина синхронно повернули головы и резко стали предельно серьёзными.
Шум тем временем нарастал, словно тысячи голосов шептались друг с другом, пробуждая в каждом, кто услышал их, желание присоединиться и соприкоснуться с ними…
Фламель резко вытащил нож из-за пояса и вонзил его себе в ногу — настолько сильно было внушение, обрушившееся на его разум.
Богине пришлось легче, и она лишь сильно нахмурилась.
Один из зомби рядом с ней безжизненно упал на землю, словно из него вытянули душу.
Чёрный туман взметнулся вверх, окружая пару и облегчая, но не снимая внушение.
— Знаешь, — начала женщина без капли веселья на лице. — Всё же, мне действительно жалко тех людей. Никто не заслуживает такой смерти.
Мужчина с удивлением посмотрел на неё, и, заметив его взгляд, пояснила:
— «Это» натуральным образом сожрёт их. Но мне нужно, чтобы люди страдали как можно дольше, создавая очаги негативной энергии и…
Фламель отвернулся и больше не слушал её.
Для лучшей концентрации мужчина закрыл глаза и вошёл в ментальный мир.
В нём происходили невиданные до этого изменения.
От города со всех сторон, а в особенности с центра, исходили незримые для обычных людей волны.
Они имели такую же структуру, что и купол разума над головой мужчины: тёмный, как смоль, и обтекаемый, будто чёрная вода.
Эти волны, большие и малые, сталкивались с двумя куполами разумов двух людей, делящих пространство пополам.
Волны не ударялись. Они не причиняли вреда, а наоборот, без затруднения проходили сквозь оба барьера и направлялись в сторону мужчины и женщины.
Но стоило волнам коснуться области чёрного тумана, как они встречали некое сопротивление и только потом, ослабленные, проходили сквозь тела людей, влияя на их сознание и мысли.
Фламель размышлял:
«Во-первых, если происходящее — ментальная магия, то из этого бедствия можно получить благословение — возможность наблюдать за более тонкой настройкой магии».
«Во-вторых…» — мужчина обратил внимание на место с чёрным туманом. «Если он — сгусток негативной энергии, в нём предположительно обитают остаточные эмоции мёртвых. Это в целом подтверждает влияние той атаки у магазина одежды, которая свела с ума более сотни людей».
«У нас с Богиней тоже есть эмоции. Но, проходя сквозь наши тела, волны не встречают сопротивления и не слабеют. Значит, отличие в том, что негативная энергия изначально проецирует мир в своих глазах как врага, мы же — нет».
Задумавшись лишь на секунду, мужчина в тот же момент изменил ход своих мыслей и повлиял на купол разума, как это делал в момент ментальной битвы.
Ситуация резко изменилась. Волны начали разбиваться о купол, и, хоть мужчина больше не чувствовал внушения, давление на разум не исчезло, а увеличилось в разы.
Нахмурившись, он сузил купол до двух метров от своего тела, и это помогло — площадь поражения волн уменьшилась, как и урон по разуму Фламеля.
И, к сожалению для тех, кто испускал эти ментальные волны подчинения, мужчина на этом не остановился.
Его уже нельзя было ничем остановить.
Только смертью.
Если он видел что-то — то учился.
Если он слышал что-то — то старался ничего не забыть.
А если он начал размышлять о магии и своих способностях — то эти размышления будут бесконечны, пока он не достигнет предела своего развития.
Таков был характер человека, раскрывшийся в момент постапокалипсиса и сформированный виртуальной реальностью, игры которой позволяют практически безболезненно совершать любые ошибки, повторять снова и снова, достигая пика совершенства.
Таков был менталитет Фламеля — в его разуме не было рамок, что сковывали бы большинство людей его возраста.
Тем временем в стороне от мужчины Богиня наблюдала за его действиями и просто повторяла их спустя несколько секунд изучения.
— Щёлк, щёлк!
— Джеки, заткнись! Я в курсе, что получаю гораздо больше, чем он, от нашего совместного путешествия.
— Щёлк…
Никто не знал, был ли этот скелет разумен, обладает ли он душой или сама Богиня манипулирует им, чтобы подыгрывать себе.
Но Фламель ничего этого не слышал и не видел. Перед его сознанием было лишь одно — ментальные волны.
Это не были сами по себе волны, как в море, скорее линии сжатого воздуха, которые прорывались только вперёд.
Чем больше мужчина наблюдал за ними, тем активнее работал его мозг.
Подумав, что этого недостаточно, он ускорил восприятие разума реальности и только тогда в бесчисленных мыслительных процессах создал ту самую нить, ту самую идею, за которую мгновенно ухватился, как утопающий за спасательный круг.
Барьер разума дрогнул. Он снова пропускал сквозь себя ментальные волны, и на сознание Фламеля с новой силой навалилось внушение.
— Дьявол, поторапливайся. Моя магия долго не продержится, — крикнула женщина в попытке достучаться до мужчины.
Но он не слышал.
Купол вокруг него расширился до изначального состояния в тридцать метров.
Через несколько секунд он уменьшился. Затем ещё и ещё, пока не покрыл расстояние в десять-пятнадцать метров.
Только тогда произошли изменения в окружающем пространстве ментального мира вокруг двух людей.
Очередная ментальная волна только успела коснуться купола, как тут же поменяла свой вектор и отправилась в другую сторону.
Так повторялось несколько раз, пока из носа Фламеля привычно не пошла кровь.
Он же в свою очередь чувствовал, как стремительно утекает энергия внутри него, и, подумав, мужчина остановился.
То, что он делал, так это насыщал пространство внутри купола разума своей волей.
Если купол разума — это граница королевства, которая может заблокировать или пропустить врага по своему желанию в виде ментальной волны, то воля — солдаты этого королевства или же небесный закон, в ограниченных рамках меняющий реальность внутри домена.
«Да, домен разума», — так он отныне решил назвать своё состояние в ментальном мире.
То, что он сделал ранее, было похоже на создание ментального молота с проецируемой концепцией — «прочность».
Сейчас же он поступил практически аналогично. Только вместо «прочность» было «отражение».
Фламель понимал, что всё это работает лишь по одной причине — ментальные волны не были настоящей атакой, направленной полноценной волей.
Да, они содержали внутри себя её отголоски, но она была автономной. Как игла ветра и оболочка вокруг неё. Только в разы хуже по степени контроля.
Затем ему в голову пришла новая идея, и он непременно решил воплотить её в реальность.
Следующей концепцией внутри домена стало «рассечение».
Очередной ментальный поток коснулся домена и был разрезан по центру.
Оболочка из воли, что составляла его основу, была «мёртвой» и не могла противиться этому, а тем более восстановить собственную структуру и форму.
Мгновенно энергия внутри волны хлынула во все стороны, и большая её часть попала внутрь домена Фламеля.
Его идея была проста: чтобы беспрерывно поддерживать ментальную защиту без траты собственной энергии, он использует для этого заёмную, ставшую общей.
И идея увенчалась успехом.
Следуя воле мужчины, энергия начала перетекать к незримому сгустку концепции в центре домена — к телу мужчины.
Именно его сознание было тем, что проецировало подобие закона.
Энергии было с избытком. Она тут же затопила концепцию, насыщая её и обеспечивая постоянным существованием.
Открыв глаза и вернувшись в реальный мир, мужчина убедился в том, что его энергия больше не тратится, и только воля оставалась в ментальном плане, из-за чего ему приходилось разделять своё внимание на два мира.
Но он уже привык. И тем более в его понимании это было отличным способом тренировки.
Богиня же сидела на спине одного из зомби, который упал на четвереньки. Закинув нога на ногу, она игралась пальцем с серной дымкой, похожей на шар, и иногда внимательно кивала, будто слушая некого собеседника.
— Закончил? — обратилась она к мужчине, подняв голову.
Фламель смотрел на лужу крови под своими ногами.
Схватив из рюкзака шоколадку, он быстро съел её и, запив всё это водой, наконец-то заговорил:
— Вижу, ты нашла собственный способ справиться с проблемой?
— Я — богиня, — естественно сказала женщина, будто это всё объясняло. — Разве ты не видишь моих слуг? — провела она ладонью по группе нежити вокруг пары.
Те, в свою очередь, странно вели себя, иногда мотая головой, будто от удара.
Этой маленькой детали хватило Фламелю, который уже более искусно разбирался в новой для себя магии.
— Значит, разделила давление между всеми и используешь эмоции живых мертвецов для сопротивления?
— Щёлк!
— Джеки!
— Ты больше не мой любимец. Убирайся отсюда.
Скелет застыл, будто ошеломлённый. Неуверенный в приказе хозяйки, он потоптался на месте, пока и вовсе не скрылся в густой тьме ночи.
— Ты снова пытаешься от меня что-то скрыть?
— Это так заметно? Смотри, а то влюблюсь.
Женщина махнула рукой, и скелет вернулся назад с виноватым видом. Опустив голову, он на мгновенье взглянул на Фламеля.
— Но в чём-то Джеки прав. Я задолжала тебе, хотя ты, по-видимому, не знаешь об этом. А я плачу по долгам. Спрашивай, что хочешь, — Богиня приподняла палец и загадочно улыбнулась. — Но только ответ на один вопрос.
— Не интересует, — и, не оборачиваясь, пошёл прочь в сторону двухэтажного здания вдалеке.
Это был ресторан, и чаще всего молодые пары, устраивающие свадьбу, арендовали его для празднества.
Конечно, были и просто корпоративные группы, но их было меньше по сравнению с первыми.
— Что? — но Богиня не могла отправиться от такого удара и побежала за мужчиной.
Выглянув из-за его спины, она посмотрела ему прямо в лицо.
— Теперь, когда ты вырос, волчонок, собираешься манипулировать моими принципами? Тебе жить надоело? Озвучь. Свой. Вопрос... Немедленно, — на последнем слове её голос понизился, а глаза подёрнулись чернотой, превращая аквамариновую планету во что-то завораживающее, но от этого и пугающее.
— Нет, — произнёс мужчина, остановившись.
Так они и смотрели друг на друга, и в этот раз никто не мог помешать страсти захлестнуть их с головой.
***
На утро четвёртого дня сознание Фламеля медленно пробуждалось.
Первое, о чём он подумал, было:
«Где звук будильника?»
В этих мыслях было что-то знакомое, но одновременно и дикое.
А затем он вспомнил.
Вспомнил всё, что произошло с ним за эти четыре дня от начала апокалипсиса, и какую ночь он впервые провёл за всю свою жизнь.
Это была ночь необузданного желания, где обе фигуры, переплетаясь, выплёскивали наружу всё, что успело накопиться в них за все эти дни гонки со смертью.
Той же ночью внутри ресторана они обнаружили большие запасы воды в различных бочонках. Проявив немного креативности, они смогли смыть с себя запёкшуюся кровь и многочисленные пласты грязи с ссохшимся потом.
Только когда блага цивилизации исчезают, ты понимаешь, насколько важно иметь их.
Встав с кровати и не обнаружив поблизости женское тело, что набрасывалось на него с некоторой остервенелостью совсем недавно, мужчина весело хмыкнул.
Но тут же остановился и закрыл глаза.
А когда открыл, наваждение блаженства и чувство выполненного долга исчезло.
Безжалостность внутри его серых глаз, подобных озеру, не угасла. Лишь обросла ещё большим слоем неизведанной глубины.
Очистив разум от ненужных мыслей, он вышел на террасу, где было развешено его выстиранное бельё.
Там же он и нашёл нагую женщину, по спине которой струились волнистые волосы до самого копчика.
Их чёрный цвет, как воронье крыло, был словно землёй, над которой восходило солнце, не в силах изгнать тьму и греховность этого мира.
Женщина обернулась. Внимательно посмотрев на мужчину, она заговорила, облокотившись руками о перила балкона:
— На твоём лице ни грамма смущения. А я хотела поиздеваться.
Волосы струились вниз, как водопад, закрывая для неискушённого взгляда всё самое запретное. Но от этого и порождая изгибы тела, подобные холмам посреди леса, наполненных жизнью и скрывая в себе таинственную глубину.
Мужчина приблизился к своей ещё не высохшей одежде, и потоки воздуха закружились вокруг них, обдувая влагу ветром.
Подойдя к перилам, он посмотрел на не столь далёкие небоскрёбы большого города.
Совсем недавно он жил там.
А сейчас никто не знал, что происходит в их глубине.
— Так и будешь игнорировать меня? — спросила женщина, облачаясь в новый комплект одежды, который нашла в ресторане.
Ведь от мотокомбинезон за это время уже мало что осталось.
— Я тут подумал, — начал мужчина, продолжая смотреть на центр города.
— И что же, мой дьявол?
Подойдя, женщина облокотила голову на его плечо.
— Нам пора разделиться.
— Знаешь, если бы я была какой-то потаскухой или влюблённой курицей без капли мозгов, я бы могла не понять тебя. Но я-то знаю, что ты имеешь в виду совсем не это.
Фламель закрутил поток воздуха и отправил его в даль.
Наблюдая за тем, как он поднял слабый ветер, что встретился с более сильными ветрами на этой высоте, рассеявшись без остатка, в сердце мужчины зрела решимость.
Встав прямо, он посмотрел на Богиню, а она на него.
Но в их глазах больше не было никаких чувств по отношению друг к другу. Скорее, как мимолётная встреча и время, что они разделили вместе.
Взрослые люди, которым не нужно много слов, чтобы понять друг друга.
— Некогда я прочитал одну книгу. В ней была примечательная, даже в каком-то месте клишированная цитата: «Я отрицаю существование рая на этой земле и иду в ад, чтобы стать королём демонов».
Развернувшись, он направился прочь.
В центр города.
Там, где не будет напарника, что прикроет спину.
Там, где опасность будет на каждом шагу, а секунда промедления равняется смерти.
Фламель не хотел стать сильнее. Его цель — совершенствование. И только в бесконечных убийствах и редких размышлениях он сможет стремительно развиваться и стоять нога в ногу с такими удивительными людьми, как Богиня, и другими, ещё не встреченными.
А может…
Стоять выше их всех.
Женщина смотрела, как спина мужчины удалялась всё дальше и дальше, и лишь понимающе улыбнулась.
У неё была своя цель. Свои стремления и желания.
Ей было весело в столь короткое время путешествовать с Фламелем. Но оба они понимали, что путь возвышения — это одиночество.
А если ты и хочешь идти с кем-то рука об руку, то только с равным.
***
Идя по утреннему парку, Фламель вдыхал свежий запах трав и деревьев, что смешался вместе со слабой влагой в воздухе, порождая бодрящий коктейль, прочищающий разум лучше любого кофе.
Однако он не переставал сканировать окрестности.
Его воля была свободна. Ментальные атаки прекратились ещё в начале ночи.
«Наконец-то выдалось свободное время, чтобы просмотреть все системные сообщения», — подумал мужчина, и перед его глазами быстро замелькали виртуальные окна.
[Поздравляем! Вы убили зомби 4-го уровня]
[Поздравляем! Вы убили зомби 4-го уровня]
[Поздравляем! Вы убили зомби 5-го уровня]
…
[Поздравляем! Вы убили зомби 7-го уровня]
[Поздравляем! Вы убили зомби 6-го уровня]
[Поздравляем! Вы убили зомби 8-го уровня]
[Получен опыт!]
[Получен опыт!]
[Получен опыт!]
…
[Получен опыт!]
[Получен опыт!]
[Получен опыт!]
[Поздравляем! Уровень навыка повышен]
[Медитация] — 2-й уровень.
...[Поздравляем! Уровень навыка повышен]
[Медитация] — 4-й уровень.
По обыкновению пропустив все однотипные сообщения, мужчина лишь отметил тот факт, что зомби прогрессировали в развитии не хуже, а то и лучше людей.
И Фламель понимал, что он — адепт стихии. Неизвестно, как обычные люди справляются с этим.
А те редкие, что встречались на улицах и сражались с нежитью, они быстро скрывались, как только замечали мужчину или уже в более ранее время — пару из Фламеля и Богини.
Те, кто смогли побороть свои страхи и выйти из квартиры в одиночку, никак не могли быть обычными и наивными людьми.
Закончив просматривать сообщения, первое, что он увидел, войдя в ранее оживлённую черту города, — это отсутствие трупов.