Точнее, трупы были. И это были тела мёртвых зомби, которых не трогала пара во время своего маленького путешествия.
Подойдя к одному из них, мужчина присмотрелся. Обойдя ещё несколько лежащих тел, он заметил одну странность: на них не было и следа повреждения.
Будто это умерли обычные люди, и не важно — от сердечного приступа или другой болезни.
Заглянув в несколько блёклых глаз, Фламель не заметил той черноты или тьмы, что видел ранее.
Видимо, пробудившись, «это» и неважно какое из двух, они больше не «угрожали» мёртвым. По крайней мере сейчас.
Не зная, что думать по поводу увиденного, мужчина направился дальше. Как-никак рано или поздно ответы вскроются сами собой. Достаточно вернуться в центр города.
Выйдя из парка на проезжую часть, Фламель маневрировал между мёртвыми автомобилями, прежде чем столкнуться со второй странностью.
Перед его глазами предстала донельзя сомнительная картина, из-за которой в действительности можно усомниться в реальности происходящего.
Рядом с витриной строительного магазина друг с другом сражались два зомби.
И всё бы ничего, можно было подумать, что это случайность — редкий разовый случай.
Вот только если первый зомби, специализация которого была ловкость, сражался вполне обычно — кидался на врага, а если это было неэффективно, кружил вокруг него в ожидании нужной возможности, то другой зомби отличался.
Не внешне, а своим поведением.
Это был гигант. Сейчас он, находясь в тени, терпеливо чего-то ждал, принимая на своё крепкое тело все удары противника.
В тот же миг произошли сразу две вещи, которые поразили наблюдающего за ними мужчину.
Ногти поджарого зомби, больше похожие на когти хищного зверя, покрылись уже знакомой дымкой пепельно-чёрного цвета.
В свою очередь, гигант отступил на шаг назад, позволив противнику полностью войти в тень козырька магазина.
Следом его рука выдвинулась вперёд, и меньше чем за секунду она стала прозрачной, а если попробовать посмотреть внутрь неё, то будто смотришь на саму бездну.
Пепельно-чёрный цвет встретился с абсолютной тьмой, и противники разминулись ударами.
Ногти поджарого зомби прошли сквозь руку гиганта и полоснули его по груди.
Атака крепкого и высокого зомби, минувшая не только руку противника, но и всю его защиту, втянулась в голову мертвеца и что-то сжала.
Миг — и оба противника упали на землю.
Первый — от мистической атаки внутрь головы. Второй — от энергии, что впилась в него в момент рассечения плоти и, войдя в голову гиганта, уничтожила что-то внутри.
Мужчина бесчувственно стоял на месте, пока через пару секунд размышлений не заговорил:
— В моих ожиданиях, после начала апокалипсиса, различные группировки людей начнут бороться за ресурсы вокруг себя. Это бы приводило к конфликтам интересов, войнам и поглощением противника.
— Но… — Фламель подошёл к двум трупам и пнул их ногой. — Тогда какого чёрта вместо анклавов людей я вижу две стихии, что воюют друг с другом? И главный вопрос: за что? Какая у каждой из них сфера влияния?
Эти вопросы в действительности заинтересовали мужчину. Ведь если он не разберётся в этом, то по незнанию вступит в чужие разборки.
— Может… это трупы? Глаза, наполненные «этим» и с разным оттенком, единственное, что их отличает и делает общим.
Вглядевшись в блёклые зрачки, как и в первый раз, он не увидел внутри них энергии.
Что неудивительно, ведь на его глазах они совсем недавно взаимоуничтожили друг друга.
— Даже если это трупы, всё равно это мало что объясняет. Точнее, для стихии смерти это может быть в чём-то естественно, да? — неуверенно продолжил мужчина. — Но что касается второй сущности, похоже, это тьма в её первозданном виде. Какой ей толк от контроля трупов?
Но, подумав над этим ещё немного, он вдруг вспомнил одну деталь, которую изначально упустил из вида.
«Чтобы ни случилось, сути не меняет — нежить обрела подобие сверхспособностей, и уровень их угрозы вырос пропорционально».
Поднявшись, Фламель направился к одному из жилых домов.
«Даже если две стихии воюют друг с другом, для людей это ничего не изменило. Кругом одни враги».
Войдя в подъезд, дверь которого была привычной, магнитной и не закрытой из-за отсутствия электричества, мужчина подходил к одной двери квартиры за другой, что были закрыты.
Но, на его удивление, таких было подавляющее меньшинство.
Потоки воздуха опоясывали мир и были повсюду.
В том числе и в замочных скважинах многочисленных дверей.
Воля Фламеля создавала оболочку вокруг нужных потоков и позволяла им двигаться в правильную сторону.
Щелчок за щелчком раздавались то тут, то там.
Обследуя одну квартиру за другой, он обнаруживал, что они были девственно пусты на признаки жизни.
В том числе и на мёртвые тела.
Это не просто насторожило мужчину, но и в его голове нарастающая тревога забила набатом.
Ранее он просто хотел поискать людей, чтобы спросить у них информацию о произошедшем ночью и, как ни странно, найти среди них учителя по физике или человека, что хорошо в ней разбирается.
Последнее было вызвано посредственными знаниями в голове Фламеля. В то же время его воля вместе с изменившимися законами реальности могла компенсировать шероховатости магии. Но он был уверен, что знания человечества, пережившие неисчислимые бедствия на протяжении всего своего существования, чего-то да стоили.
С беспокойством в сердце и не выполненными целями, Фламель не стал заходить в другие дома.
Он чувствовал, что столкнётся с похожей, что и в первом небоскрёбе, картиной.
— Я могу понять тот факт, что обычные люди, попавшие под ментальные волны этой ночью, могли открыть дверь квартир и выйти к источнику внушения.
— Но что не так с пустыми квартирами? В некоторых из них до сих пор теплилась недавняя жизнь.
Схватив на ходу шоколадный батончик, он начал его неспешно жевать, постоянно сканируя окружающее пространство.
Такая разведка могла бы пригодиться и в поиске людей внутри квартир, и Фламель даже делал это, но, во-первых, на его уровне такой способ сбора информации не давал абсолютно точного результата.
Ведь в мире стихии ветра понять, что перед тобой стоит человек, а не манекен, почти невозможно.
Человекоподобная фигура просто рассекает потоки воздуха своим существованием, очерчивая линии фигуры.
Во-вторых, стены и окна по понятным причинам не пропускали сквозь себя потоки воздуха.
Ну а в-третьих, мужчина сам хотел во всём убедиться и увидеть плачевность ситуации собственными глазами.
«Если что-то где-то и происходит, о чём я не знаю, так это в центре города».
И он направился туда.
Центр находился севернее того места, где был дом Фламеля.
Сейчас же он заходил с восточной стороны, двигаясь на запад.
На его пути то и дело встречались трупы. И если бы мужчина не видел недавний бой, он бы до сих пор не понял, что близкое расположение мертвецов друг к другу — это схватка, что произошла между нежитью двух лагерей.
В какой-то момент времени он понял, что вышел к границе между светом и тьмой.
Огромный купол беспроглядного мрака перекрывал любую возможность узнать, что творится внутри него.
И сколько бы мужчина ни шёл вдоль его границы в попытке найти некий вход, он ничего не мог обнаружить.
И, как изначально думал мужчина, купол тьмы покрыл весь центр города.
Оттуда не издавалось никаких звуков и не было видно фигур исчезнувших людей.
И как бы мужчина не развёртывал домен разума, он не мог проникнуть на территорию тьмы.
Будто всё, что он видел, — это совершенно другой мир со своими законами и правилами, отделённый пеленой пространства от привычной реальности.
Решившись, мужчина усилием воли послал лезвие ветра в сторону купола.
В тот же миг, как поток воздуха коснулся его, воля Фламеля была отрезана. Нахмурившись, он повторил подобные действия ещё несколько раз, но разницы не было.
Этот купол действительно был границей, которая не пропускала внутрь себя ничего, что не было его частью.
Всё ещё сомневаясь, Фламель вспомнил, с какой целью вообще решил отправиться в центр города, несмотря на знание о том, что здесь что-то произошло.
Эта причина — совершенствование под угрозой постоянной смерти.
И на пути сюда, не говоря уже об опасности, он не встретил ни одного бродящего зомби.
Больше не колеблясь, мужчина шагнул вперёд и протянул левую руку.
Ладонь коснулась купола тьмы, и, слегка надавив, она без труда прошла вовнутрь.
Постояв так несколько секунд, Фламель ничего не почувствовал. Уже собираясь убрать руку, он резко изменился в лице и с криком упал на землю.
На месте его безымянного пальца был окровавленный обрубок.
Однако новой атаки не последовало, и, успокоившись, мужчина отошёл от купола тьмы на значительное расстояние.
Смотря на свою ладонь, он впервые позавидовал способности Богини быстро восстанавливать своё тело.
Хотя это и выглядело сомнительно.
Благо, его магия уже давно не зависела от физического тела. Его руки — воля, а разум — дирижёр.
— Хотя…
Он о чём-то задумался и с некоторым предвкушением направил волю на поток воздуха.
Тот быстро уменьшился в размерах, но не до уровня отсутствующей части тела, а гораздо длиннее.
Шевеля пальцами, вместе с волей мужчина двигал и прозрачным безымянным пальцем.
Хоть это и выглядело ни в коей мере красиво, а также было неказисто от того, что у Фламеля ещё не хватало сил, чтобы уменьшать поток воздуха до очень малых размеров, это не значило, что он не был счастлив увиденному.
— Сколько возможностей… — прошептал он и усилием воли отогнал мысль о том, чтобы в далёком будущем полностью заменить всё своё тело на силу стихии ветра.
Сейчас перед ним стояла другая задача — исследовать купол тьмы и понять, какую возможность он может получить с этого.
Взяв камень с земли, он кинул его вперёд. Тот словно вошёл в глубокие воды. Вот только ни звука погружения, ни удара камня о поверхность бетона не было слышно.
«Видимо, единственный выход — войти внутрь».
И он вошёл.
Если раньше его рука не чувствовала ничего необычного, пройдя сквозь барьер, то сейчас, погружаясь всем телом во тьму купола, мужчина чувствовал себя насекомым, попавшим в вязкую субстанцию.
Он тут же захотел вернуться назад — настолько была невыносима мысль о том, что его тело покрыто чем-то липким и облегающим каждую пору тела.
Но это не мешало ему привычно дышать, хоть и с затруднением.
В миг полного перехода, лишь на секунду, он почувствовал дезориентацию в пространстве.
Его глаза открылись. Однако он ничего не смог увидеть.
Разум заклинило, и, повторяя из раза в раз, Фламель пытался открыть глаза. Только спустя пару попыток к нему пришло осознание, что они действительно открыты и он не видит абсолютно ничего.
Лишь непроглядную тьму, даже не мрак и даже не подобие тёмного тумана, где есть возможность рассмотреть объекты хотя бы на несколько метров от себя.
Столь непривычное знакомство с реальностью заставило мысли в голове мужчины, такие же вязкие, как окружающее пространство, поспешно прийти в движение.
Инстинктивно Фламель ускорил восприятие разума реальности и, наконец-то осознав себя, вошёл в ментальный мир.
Только это его и спасло, когда непривычные потоки воздуха, подавленные незримой волей, рвались под натиском неизвестного существа, очерчивая в пространстве фигуру зверя.
Мужчина инстинктивно наклонился всем телом назад. Окровавленная пасть прошла над тем местом, где ранее было мягкое и сочное горло.
Имея слабый показатель ловкости, Фламель не смог удержать равновесия и начал заваливаться назад.
И он знал из своего опыта, что упасть на землю в битве — зачастую это прямая дорога к смерти.
Однако, хоть и имея слабое тело. Точнее, обычное по человеческим меркам до начала апокалипсиса, не обделённое развитыми мышцами в некоторых местах, это не мешало мужчине использовать смекалку, как минимум проявленную в момент открытия дверных замков квартир.
Вот и сейчас его разум, имеющий мало границ для воображения и ставший ещё более креативным с вхождением в его жизнь стихии ветра, заработал на полную мощность.
Воля Фламеля привычным потоком сконцентрировалась на участке пространства позади спины его физической оболочки, и потоки воздуха, скрипя, будто несмазанные детали механизма, пришли в движение.
От такого вмешательства мужчина почувствовал, как резко начал опустошаться его резерв энергии.
Потоки же воздуха стали осязаемыми и подхватили тело, как любящие руки матери.
Ещё секунда — и они толкнули мужчину вперёд. Он резко встал, затем поспешно отпрыгнул в сторону.
Войдя в этот мир, привычные звуки вернулись, хоть и отдавались в ушах с задержкой.
И он слышал, как на том месте, где только что стоял, снова прозвучало клацанье челюстей.
Не успел он получше рассмотреть фигуру неизвестного существа, как оно стремительно скрылось во тьме.
И что больше всего напрягло Фламеля, кроме отсутствия видимости в реальном мире, так это тот факт, что радиус его домена разума был значительно сокращён — не более чем до десяти метров.
Всё дело было в пассивном подавлении, которое оказывало это место на любые формы жизни и их мыслительные процессы, вошедшие сюда.
«Неужели такова сила стихии тьмы?» — не мог не задаться вопросом мужчина.
Если ранее ускорение восприятия разума позволяло ему мыслить быстрее обычного, то сейчас ему казалось, что этот навык и вовсе не активирован.
И стоило ему перестать использовать его, как мысли, подобно потокам воздуха, пришли в уныние и абсолютное подавление.
А следом мужчина узнал ещё одну горькую правду об этом месте.
Его лёгкие с трудом пытались втянуть в себя воздух, а из него — такие желанные уставшему и ломящему в суставах телу кислород.
Будто у него никогда и не было десяти пунктов в стойкости, и он вернулся в бытность жизни обычным человеком.
«Какое ужасное место…» — не мог не поразиться мужчина.
В попытке вырваться из этого мира, он попытался найти границу тьмы.
Но её не было.
Прошло несколько секунд. Затем секунды переросли в минуты, и в бесцельных, медленных и чрезвычайно осторожных скитаниях мужчина понял.
Выхода нет.
Эта ситуация явно была не та, где обычному адепту стихии, ещё не переступившему порог десятого уровня, есть здесь место.
Но в то же время в воспалённом разуме мужчины зародилась извращённая мысль.
И он не препятствовал её появлению.
«Разве это место не даёт возможность отточить навыки и контроль в условиях постоянного давления? Как тренировка под водой для физического тела?»
Остановившись, мужчина впервые заметил изменения в окружающих потоках воздуха и начал идти к этому месту.
«Если я задержусь здесь, а затем смогу пересечь границу тьмы, не значит ли это, что мой разум сбросит оковы весом в несколько килограммов и, вернув привычную реальность, обострится во много раз, став сильнее, как никогда прежде?»
В его восприятии перед ним предстал участок пространства, который обтекали потоки воздуха стороной.
Уже сталкиваясь с подобным, мужчина понял главное: он всё ещё находится на Земле, в центре города, ведь увиденное, а затем ощупанное рукой, было ничем иным, как стеной какого-то здания.
Начав обходить его по кругу, он в конечном итоге вышел к двустворчатой двери и вошёл внутрь.
Многочисленные очертания предметов предстали в его восприятии как маленькие фигурки непонятной формы.
Схватив одну из них, он почувствовал гладкую и твёрдую поверхность полированной древесины.
«Это магазин с сувенирами?»
Продвигаясь дальше в глубь, он вошёл во что-то похожее на подсобное помещение, а затем нашёл и склад.
Обе комнаты были пусты, и хоть Фламель особо не надеялся найти здесь живых, чтобы расспросить о ситуации, некоторые надежды теплились в его сердце.
Подумав, что безопаснее этого места все равно сложно найти, окружённый стенами и сидя на стульчике продавца у кассы, мужчина принялся размышлять, что же делать дальше.
Но чего он никак не ожидал, так это изменения потоков воздуха со стороны одной из стен дома.
Его воля направилась к взволнованному участку пространства, и увиденное поразило его.