Под сводами арены тени фениксов и драконов дрожали от зноя, будто предчувствуя жар грядущего столкновения. Гул толпы был глухим, как грохот далёкой грозы, но каждый взгляд был прикован к центру — к двум фигурам, застывшим в молчаливом напряжении.
Серебристо-голубая аура Ли Чжаня мерцала ровно и ярко. Он стоял прямо, с лёгкой усмешкой на губах, будто всё происходящее — формальность, и его победа предрешена.
— Ты храбрая, — сказал он, не понижая голоса, чтобы слышали трибуны. — Только глупо бросаться в новый бой, когда твоё ци ещё дрожит от прошлого. Или ты надеешься, что жалость поможет?
Е Линь не отводила взгляда. Песок хрустел под её подошвами, но дыхание оставалось ровным.
— Я не просила твоей жалости. А ты своей не заслужил.
Она подняла меч. Чёрный клинок с золотым драконом отразил искру факела, и тень от него легла вдоль круга, точно отсекала всё лишнее.
— Ты знал, кого вызываешь?
Ли Чжан слегка вскинул бровь, усмешка стала шире.
— Я знал, кого ты победила. И знал, что ты на шестом. Не хватает тебе трёх уровней, Е Линь. Даже если у тебя за спиной пол пустоши и тень твоего легендарного наставника.
Е Линь не ответила сразу. Внутри меридианов сжалось жжение. Едкое, знакомое — «Ледяной Поток» не прощал поспешной активации. Но Истинный Огонь, мерцающий у плеча, согревал дыхание, напоминая, что внутри неё — не только боль.
— А знаешь, Ли Чжан… — Она чуть наклонила голову, её голос стал ниже. — Ты слишком спешишь говорить, будто уже выиграл. Может, от того, что тебе ещё ни разу не приходилось драться не за победу, а за то, чтобы выжить.
Он усмехнулся и шагнул ближе. Толпа затихла.
— И ты хочешь, чтобы я поверил, что тебе нечего терять?
— Я хочу, чтобы ты понял: когда я подниму меч, я не остановлюсь. Даже если сгорю.
Он откинул рукав — и на запястье сверкнул знак вызова, высеченный ветром. Аура завихрилась, серебристо-голубые потоки окутали его плечи.
— Тогда иди. Возьми этот талисман, если сможешь, — он кивнул в сторону алтаря с «Звёздным Ветром». — Но я тебе не Цзян Вэй и не Чжао Кун. Я из клана Ли.
— Тогда и не прячься за его тенью. Покажи, на что способен сам.
Она сделала шаг вперёд, багрово-золотая аура взвилась над плечами, в ней вспыхнуло короткое эхо молнии. Истинный Огонь дрогнул, словно приветствуя вызов.
Толпа взорвалась: шум, крики, хлопки, будто арена на миг превратилась в раскалённый котёл.
Вэй Лин с трибуны приподнялась, её кулаки дрожали. Голос Ляо Чэнь за её спиной был ровен:
— Она держит равновесие. Но её ци нестабильна.
— Если он ударит первым, — сказала Фэн Юй, — ей придётся раскрыть технику раньше времени.
Вэй Лин сжала губы:
— Она знает. Но всё равно идёт.
Тем временем Е Линь подняла взгляд на Ли Чжана и тихо произнесла, почти не двигая губами:
— Только не смей просить пощады, если упадёшь.
— А ты не притворяйся, что будешь щадить.
Под багровым светом факелов арена дрожала от напряжения. Пепел в воздухе был горячим, как дыхание зверя, и Е Линь ощущала, как каждая её вдохновенная мысль сталкивается с гулом толпы, с плотной пеленой жара. Истинный Огонь парил рядом, едва слышно потрескивая, его пульс совпадал с ударом её сердца.
Ли Чжан не стал ждать.
Серебряная вспышка прорезала воздух — «Небесный Кулак» обрушился на центр арены, оставляя за собой искривлённый звуковой след, будто сама ткань ци с треском расслаивалась. Ударная волна сорвала пепел с плит, обнажая прожжённые трещины.
— Медлишь — проигрываешь, — бросил он, срываясь в прыжок. — Или ты ждёшь, когда у тебя снова за спиной кто-то появится?
— Лучше ждать, чем прятаться за громкими техниками, — отозвалась Е Линь, и багрово-голубой всполох молнии сорвался с её ладони.
Она подняла меч — и вокруг неё завелась «Громовая Пелена». Полупрозрачный щит из голубого света с багровыми нитями молний вспыхнул, гудя от напряжения, впитывая взрывную ци противника. Барьер колебался, но держался — и с каждым импульсом багровые молнии по его поверхности сверкали всё резче.
Ли Чжан снова атаковал, его кулаки оставляли за собой серебряные полукруги в воздухе. Он смеялся.
— Это всё? Я слышал, ты умеешь сражаться как мужчина. Где же твой хвалёный стиль?
Е Линь ответила молчанием. Её фигура исчезла из зоны удара, и следующий кулак Ли Чжана пробил лишь воздух.
— Вот он, — её голос был сзади. — Танец Молниевого Феникса.
Её движения стали резкими, зигзагообразными. Песок взлетал вверх, будто арена начала дышать. Каждый поворот её фигуры сопровождался молниеносными толчками: багровые искры сливались с голубыми, формируя молнии, которые скользили вдоль клинка. Один из ударов прошёл вдоль плеча Ли Чжана, вспоров воздух так близко, что его ханьфу вспухло от ветра.
— Быстро, — выдохнул он, прищурившись. — Но ты дрожишь.
— Я держу меч. А значит, не упаду, — прошептала Е Линь, отступая на полшага.
Жжение в меридианах усилилось. От талии вверх шёл тугой жар, будто «Ледяной Поток» сражался с её кровью, не позволяя техникам раскрыться в полную силу. Пальцы сжались — браслет Линь Хао отозвался знакомым запахом полыни.
«Не время… не сейчас…», — мысли проносились, как ток по нервам.
Ли Чжан не оставлял паузы. Его ладони вспыхнули серебряными знаками, и новая волна ци с глухим гулом ударила в барьер. «Громовая Пелена» пошатнулась — и треснула, оставляя искрящийся след.
Е Линь шагнула вбок, меч раскрылся спиралью молний.
— Сломаешь барьер — я перейду к телу, — сказала она. — Ты уверен, что это то, чего хочешь?
Ли Чжан зарычал. Его аура вспыхнула сильнее — серебристо-голубой вихрь завихрился над его головой.
— Я хочу увидеть, когда ты сгоришь на собственном пламени.
— Тогда смотри, — прошептала Е Линь.
Истинный Огонь вспыхнул рядом, его отблеск скользнул по клинку. Молния сорвалась с его края — тонкая, быстрая, обжигающе багровая. Толпа взревела, и треск огня на факелах показался слабее, чем её шаг вперёд.
Ночь шестнадцатого дня была тёмной, как замысел предателя. Багровый свет факелов колебался в жарком воздухе, создавая иллюзию живых драконов, извивавшихся по стенам арены. Лунный свет бледной полосой скользил по пеплу, испещрённому следами боя. Неуловимое ощущение тяжести висело в воздухе — словно сама арена затаила дыхание перед исходом.
Е Линь сделала шаг в сторону, пятка скользнула по раскалённой плитке, но она удержалась. Грудь пылала — не от страха, не от усталости, а от того жара, что расходился из даньтяня по искривлённым, воспалённым меридианам.
Ли Чжан был быстрым.
Серебристо-голубой вихрь закружился над его головой, и он сорвался вперёд — удар был предельно точен, «Звёздный Вихрь» опрокинул пепел и вскрыл защитные нити пелены. Его «Клинок Неба» оставил в воздухе сияющие дуги, при каждом взмахе высасывая из пространства чистую ци.
Е Линь стиснула зубы.
— Ты бледнеешь, — заметил он с лёгкой насмешкой. — Или это всё из-за браслета?
Она не ответила. Пальцы вновь сомкнулись на нити — запах полыни ударил в ноздри, острый, почти обидный в своей знакомости.
«Нет. Не сейчас. Я не позволю тебе снова сломать меня».
— Не молчи. Покажи, чем ты жила в изгнании, — Ли Чжан шёл на неё, шаг за шагом. — Или тебя всё-таки спас Линь Хао?
— Хочешь посмотреть? — Её голос был ровный, но багрово-золотая аура уже пульсировала, дрожа на грани взрыва.
Свет Истинного Огня отразился в её глазах. Она сделала вдох — короткий, сухой — и выпустила его вместе с глухим звуком активации. Воздух вспыхнул:
— Пылающий Шрам!
Взрыв пламени молнии и огня сорвался с клинка, словно вырвавшийся зверь. Пол под ногами пошёл трещинами, багровые прожилки растеклись по плитам, впитываясь в пепел. Жар мгновенно выжег запах арены, оставив только звон ци.
— Проклятье, — выругался Ли Чжан, перекрывая вихрь в спешке.
Его «Звёздный Щит» сработал лишь частично, а один из потоков огня вскользь задел плечо — ханьфу заполыхало.
— Это была разминка, — Е Линь шагнула вперёд. На губах играла тонкая, почти нечеловеческая улыбка. — Твоя очередь.
Он стиснул зубы, стряхивая пепел с рукава.
— Ты играешь опасно, — рявкнул он. — Я не Чжао Кун. Я не буду щадить.
— А я и не просила.
Новая вспышка — из-под её ног рванул ток молний, усиленный «Алхимией Громового Пламени» и эликсиром «Звёздная Кровь». Искры пробежались по арене, взметнув пыль, и одна дуга прорезала барьер Ли Чжана, вспоров пространство между его руками.
Он отшатнулся, кашляя.
— Ты используешь алхимию, как заклинания, — выдохнул он, не отводя взгляда. — Это не путь культиватора.
— Это путь того, кто выжил, — отрезала она.
Её дыхание сбилось. Сердце било по груди, и где-то между лёгкими и ребром развернулся тупой жар. Она бросила руку на грудь, концентрируясь — «Река Света» впитала в себя волны нестабильной ци, на краткий миг вернув ощущение устойчивости.
— Боль усиливается? — Ли Чжан наблюдал. — Значит, скоро ты упадёшь.
— Ты правда надеешься, что я сделаю это без тебя? — В голосе Е Линь появилась острая ирония. — Догони.
И снова — удар. На этот раз она была первой. Её меч описал в воздухе полукруг, из которого вырвалась змеевидная молния, ударившая в центр круга. Раздался треск — всполох огня поглотил плиту, на которую ступил Ли Чжан, и тот едва успел отскочить.
— Ты не похожа на себя, — прошипел он. — Эта техника не твоя.
— Она — моя.
Она сжимала меч обеими руками, кожа на пальцах была обожжена, но не дрожала.
— Я отдала всё, чтобы не быть больше как он, — прошептала она. — Но, может, мне стоит стать хуже.
Истинный Огонь дрогнул у плеча — его тепло обвило её шею, будто удерживая от провала.
«Пока ты держишься, я здесь».
Глубокая ночь застыла над ареной, будто сама тьма наблюдала за исходом. Багровое пламя факелов вырывалось из бронзовых чаш, отражаясь в нефритовых плитах, на которых уже отпечаталась история боя. Воздух вибрировал от столкновения ци — гулкий, тёплый, насыщенный запахом пепла, с примесью горечи полыни. Толпа замерла.
Ли Чжан стоял на краю круга, плечо его дёрнулось от остаточной волны огня. Его белое ханьфу потемнело от пыли и копоти, аура еле мерцала — с каждой секундой слабее.
— Ещё удар, — прохрипел он, вытирая тыльной стороной ладони кровь с губ. — Или ты снова будешь просто смотреть?
Е Линь молчала. На её лице не было триумфа. Только пепел на щеке, и в пальцах — почти выскальзывающий меч.
«Мой даньтянь дрожит. Если я сдвинусь резко — рванёт».
Она шагнула вперёд. Её аура, багрово-золотая, полыхнула. Серебристая лента Ли Чжана попыталась закрыться — «Стеной Ветров» — но огонь прошёл сквозь.
— Пылающий Шрам.
Пламя хлестнуло по воздуху, оставляя позади себя пылающий след с золотыми искрами. Молния, усиленная «Громовым Пламенем», вспыхнула на острие клинка и прорезала небо над ареной. В ответ Ли Чжан метнул «Копьё Звёзд» — сверкающий импульс прорезал темноту.
Взрыв.
Глухой треск, и в эпицентре — краткий вакуум. Огонь и свет столкнулись, опрокидывая пепел и разрывая воздух. Толпа ахнула.
Е Линь стояла. Колени дрожали. Её ладони были порваны до мяса. Но меч — всё ещё в руке.
— Я думал, ты перегоришь, — выдохнул Ли Чжан, шатаясь. — Ты ведь с трудом держишься.
— Не дождёшься, — хрипло ответила она.
Он сделал шаг вперёд — споткнулся, рухнул на колено. Его аура дрогнула, угасла.
— Значит, правда... ты не просто сжигала всё, — он закашлялся. — Ты вшила этот Шрам в свою ци?
— Я не обязана тебе объяснять, — холодно сказала она.
Она подошла к алтарю и подняла талисман — «Звёздный Ветер». Серебряный диск на её ладони излучал прохладу, словно успокаивая обожжённую плоть.
— Он твой, — прошептал Ли Чжан. — Забирай... и вали. Только скажи — ты сделала это ради силы или чтобы кого-то наказать?
Е Линь посмотрела на него. На миг показалось, что она ответит. Но вместо слов — только слабый жест рукой.
— Не твоё дело.
Предрассветный свет тонко пробивался сквозь щели между стенами арены, смешиваясь с багровым сиянием факелов. Тени фениксов и драконов шевелились, будто сами наблюдали за исходом. Толпа, до этого гудящая и напряжённая, внезапно замерла — и спустя мгновение разразилась криками.
Рёв, как гул тысячи крыльев, прошёлся над ареной, заглушив даже треск пламени. Воздух дрожал от восторга.
— Это она?! — Выкрикнул кто-то с южной трибуны. — Та, что победила Чжао Куна?
— И Ли Чжаня вчистую прожгла! Ты видел это пламя?!
— Она... из Чжэнъяна, да?
— Да пусть хоть из болот. Видел, как она ци закрутила? Это не обычная техника!
Е Линь стояла в центре, не двигаясь. Меч всё ещё был в руке, но лезвие дрожало от остаточной энергии. Талисман «Звёздного Ветра» пульсировал лёгким серебряным светом в её ладони. Холодный ветерок от него касался обожжённых пальцев.
«Они смотрят. Они кричат. Но они не знают».
На руках — кровь. На коже — пепел. В груди — тяжесть, стянутая кольцом жжения. Она едва держалась на ногах.
С трибуны сорвалась чья-то фигура.
— Е Линь!
Это была Вэй Лин. Её белое ханьфу развевалось, а мягко-голубая аура сияла ярче, чем факелы. Она не остановилась перед кругом, как прочие, а вбежала прямо на плиту.
— Ты вся в крови... — она схватила Е Линь за плечи. — Ты...
— Я жива, — прошептала Е Линь, не глядя на неё. — Пока достаточно.
— Ты стояла одна против него, — голос Вэй Лин дрожал. — Я думала... если бы он попал ещё раз...
— Тогда бы ты снова тащила меня с арены, — усмехнулась Е Линь. — Только не говори, что ты плакала.
— Закрой рот, — буркнула Вэй Лин, опуская голову. — Я просто...
— Переживала, — закончила Е Линь. — Я знаю.
На трибунах было движение — несколько старших учеников и наставников встали. Среди них — Ляо Чэнь. Её золотая аура колыхнулась, когда она заговорила.
— Имя ученицы?
Вэй Лин обернулась, но Е Линь ответила первой:
— Внешняя ученица Е Линь, шестой уровень Ци-Конденсации. Алхимический ранг — четвёртый.
— Победа над Ли Чжанем зафиксирована. Талисман остаётся у неё, — объявила Фэн Юй, её багровая аура была спокойна, но твёрда. — Арена признала.
— Признала? — Фыркнул чей-то голос сбоку. — Она могла бы просто добить его.
Е Линь подняла голову. Высокий ученик, с перевязанной рукой, криво смотрел на неё.
— А ты бы не дрожал, если бы в тебя попало копьё с золотыми искрами?
— Я не дрожал, — отрезал он. — Но я бы не останавливался.
Е Линь сделала шаг — и резко вскинула руку, направляя острие меча в сторону ученика.
— Иди, — прошептала она. — Сюда. Я остановлюсь, когда ты сгоришь.
Тот отпрянул. Толпа смолкла.
— Или ты уже дрожишь?
— Всё, хватит! — Вэй Лин резко опустила меч Е Линь. — Он просто лает. Ты уже доказала всё, что нужно.
— Этого недостаточно, — прошептала Е Линь. — Им всегда недостаточно.
Толпа снова зашевелилась. Кто-то выкрикнул её имя, кто-то — «Феникс Пламени». Пошли догадки, кто обучал её, кто стоит за ней.
А Е Линь просто стояла.
Она опустила меч и снова сжала браслет.
Аромат полыни — терпкий, горький — ударил в горло.
«Ты бы видел. Ты бы сказал: "Ты перегоришь". А я стою».
Истинный Огонь, парящий над плечом, скользнул ниже и окутал её багрово-золотым светом. Он не жёг — он дышал.
— Тебя все теперь уважают, — тихо сказала Вэй Лин. — И боятся.
— Я и себя боюсь, — прошептала Е Линь. — Но не уйду.
И шагнула вперёд — мимо толпы, мимо взглядов, мимо победы.
Вперёд.
Ветер за окном становился резче, гул котлов внизу звучал глухо, будто из другой жизни. Масляная лампа потрескивала, отбрасывая тени лотосов на серую стену. Е Линь не спала. Лежала, сжала браслет, будто могла сквозь его плетёные нити услышать голос, которого давно не было.
«Если снова будет сон… я должна помнить. Я должна различить, где сон, а где… где была я».
Тело ломило, но не от боли — от усталости, пронизанной тревогой, словно ци в её каналах не текла, а звенела, как натянутая струна. Пламя Истинного Огня над плечом дрожало, то замирая, то вспыхивая чуть ярче. Она коснулась медальона, пальцы дрожали.
— Ещё одну ночь, — шепнула она в темноту. — Только не снова…
Сон обрушился, как холодная волна.
Зал был огромен — чёрный нефрит, багрово-золотое сияние молний под потолком. На троне сидел он — в золоте, в броне, с глазами, в которых не было ничего, кроме усталости. Его рука лежала на поручне, в пальцах — клинок, покрытый трещинами.
— Её ци нестабильна, — произнёс советник. Лицо было скрыто капюшоном, но в изгибах губ, в плавности движений угадывался Ван Цзы. — Пророчество ясно. Женщина с печатью феникса несёт разрушение. Империя падёт.
Император поднялся, металл доспехов заскрежетал. Он подошёл к алтарю, где стояла Она. В её руках — Нефритовое Око. Свет серебра отражался в её глазах.
— Отдай, — сказал он.
— Это — правда, — ответила она. — Ты должен её услышать.
— Ты врёшь. Пророчество лживо.
— Тогда посмотри сам, — и она протянула Око.
Но его перехватил Страж. Лицо — как у Чэнь Фана, но взгляд чужой, чёрный. Он вручил Императору другой свиток, чёрный с красными прожилками.
— Это истина, — проговорил он. — Ядро мира искажено. Мы очистим его.
Советник склонился:
— Пророчество указывает на Жемчужину Небесного Дракона. Она была украдена. Предателем.
Император сжал свиток, и его аура дрогнула.
— Кто?
— Он носил кольцо с тремя рубинами. Лицо… — советник медлил. — Похоже на лицо твоего генерала.
Император шагнул назад. Женщина схватилась за цепи, те сверкнули — серебро с алым. Её ци рванулась вперёд, багрово-золотая, в молниях. Она закричала.
— Ты знаешь, что это ложь! Посмотри на меня!
Император поднял меч.
— Я видел, как ты пылаешь, — тихо сказал он. — Но я не знаю, за что ты горишь.
Он опустил клинок — не на неё, а в пол. Нефрит под ним треснул, кровь хлынула. Феникс, высеченный на стене, рухнул, обращаясь в пепел. Крылья вспыхнули, и в пламени она шептала:
— Ты предал меня.
Е Линь вздрогнула, вскрикнув и резко сев. Комната была тиха, только скрип койки и дыхание. Она сжала браслет.
— Всё, — прошептала она. — Я помню.
Истинный Огонь парил рядом, свет его был мягким. Она вытянула руку, коснулась воздуха.
— Жемчужина была у меня… — шепнула она. — Я её отдала… Чжао Кун…
Она встала, босые ноги коснулись холодного пола. Подошла к столу, взяла талисман «Звёздного Ветра». Ветерок, как тогда — едва уловимый.
— Ты солгал, — сказала она в пустоту. — Ты спасся, потому что я это позволила. А теперь… я вижу, кто ты есть.
Тени на стене не двигались. Но лотосы, вырезанные на камне, казались чуть темнее.
Она провела пальцем по медальону.
— Линь Хао… — тише. — Ты тоже знал?
Истинный Огонь вспыхнул на миг. Е Линь села обратно, прижав талисман к груди.
Пространство зала дрожало от жара, огонь в чугунных котлах вырывался с треском, будто дышал вместе с Е Линь. Мраморный пол под её босыми ступнями был горяч, но не обжигал — лишь подталкивал вперёд. Она стояла у рабочего стола, узкие пальцы с заживающими порезами скользили по поверхности талисмана «Звёздного Ветра». Серебряный диск чуть подрагивал, испуская лёгкий ветерок, что касался щеки, как чужое дыхание.
— Он будто ждёт, — пробормотала она. — Только бы не взорвался, как тот из башни в Чжэнъяне.
— Если взорвётся — я тебя вытащу, — отозвалась Вэй Лин от соседнего котла, не отрывая взгляда от расплавленной массы в тигле. — Но волосы тебе сожгу, предупреждаю.
— Спасибо, утешила.
— Всегда пожалуйста.
Е Линь наклонилась ближе, дыхание сбилось. Она провела пальцем над выгравированной звездой, и тотчас металлический звон пробежал по воздуху, как зов. Её багрово-золотая аура дрогнула, Истинный Огонь над плечом вспыхнул чуть ярче. Меридианы заныли, но Е Линь не отпрянула.
— Начинаю, — сказала она. — Вторая ступень. Или вторая ошибка.
— Первая уже закончилась победой, — отрезала Вэй Лин. — Давай без глупостей.
Пламя в её ладони вспыхнуло — не жаркое, а электрическое, молниеносное. Е Линь направила поток в талисман. Серебряный металл треснул, но не разрушился — из трещин вырвался вихрь голубых искр. Они скользнули по её коже, оставляя жгучий след. Пот, багровое сияние, дрожь в руках — и внезапно всё стихло. Её дыхание стало ровным, а тело — лёгким, будто ци перестала течь и просто… парила внутри неё.
— Получилось… — прошептала она.
— Ага. Только лицо у тебя как у съевшей недоваренный лотос, — прокомментировала Вэй Лин, подходя ближе. — Жжение в плечах?
— В сердце. И в спине. Будто меня изнутри током тянут за жилы.
— Ну, красиво же.
— Не уверена. Сейчас проверим.
Она шагнула назад, развернулась, выдохнула. Заклинательский меч дрогнул на поясе. Аура вспыхнула — не резко, а всполохами, как дыхание грозы. Взмах руки — и пространство рядом с ней затрепетало. Она сорвалась с места. Воздух засвистел. Её фигура едва оставила след в жарком мареве зала.
— Е Линь! — Крикнула Вэй Лин. — Ты слишком быстра для помещения!
— Я живая! — Отозвалась она, вновь появляясь у стола, волосы растрёпаны, дыхание сбито, но в глазах плясал огонь. — Вторая ступень — скорость. Он отвечает на импульс. Я могу управлять ветром.
— Пока он не унёс тебя в потолок, — пробормотала Вэй Лин. — У тебя щека вся в золе.
Е Линь смахнула грязь, потёрла пальцами запястье. Аромат полыни вырвался резче, чем обычно, ударил в грудь.
«Ты бы увидел, Линь Хао. Это была бы твоя техника. Если бы не…».
— Всё в порядке? — Вэй Лин коснулась её плеча.
— Почти. Просто… — она покачала головой. — Вспомнила, кому этот браслет принадлежал. А ци… она колет. Будто чужая.
— Значит, и сердце спорит с ней, — негромко сказала Вэй Лин. — Но твой меч сегодня двигался быстрее, чем их слова. Запиши это.
Е Линь кивнула, опустилась на скамью, развернула свиток. Перо в руке чуть дрожало, но почерк оставался чётким:
«Пламя Грома. Вторая ступень. Молния — моя воля. Ветер — мой ритм».
Потом, не отрываясь от бумаги, добавила:
— Третья будет труднее.
— Не забудь, — тихо ответила Вэй Лин. — Я с тобой. Даже если ты начнёшь светиться в темноте.
— Уже светилась, — фыркнула Е Линь. — Только вы тогда спали.
Обе засмеялись. Плавильный зал всё ещё гудел, но теперь звук напоминал не давление, а пульс — ровный, сильный. Как будто сам мир дышал с ней.