Полуденное солнце било в каменные стены арены, и даже багровые факелы, встроенные в выемки над трибунами, казались бледными рядом с этим жаром. Песок под ногами хрустел от натоптанного пепла, воздух вибрировал от гомона учеников, собравшихся вдоль всех ступеней. Е Линь стояла у края круга, сжимая рукоять заклинательского меча. Он дрожал в руке — от жара или от напряжения, она не знала.
— Е Линь, — голос судьи, плотного ученика с чёрной повязкой на плече, прозвучал чётко. — Против тебя выступает Фэн Тао. Ты согласна принять вызов?
Она кивнула, не поднимая головы. Пальцы теребили нитки браслета, спрятанного под рукавом.
— Скажи нормально, — тихо выдохнул кто-то с трибуны. — Не кукла же ты.
Она подняла взгляд. Вэй Лин стояла среди учеников, кулаки сжаты, лицо напряжённое.
— Я согласна, — произнесла Е Линь громче, чем хотела.
Фэн Тао шагнул в круг, вытянув плечи. Его тёмно-золотое ханьфу колыхалось на ветру, волосы собраны в высокий узел, а в уголке рта блуждала лёгкая ухмылка.
— Шестой уровень? Серьёзно? — Он окинул её взглядом, будто выбирал, куда ударить первым. — Надо было кого-то из младших отправить.
— Тогда можешь уйти, — отозвалась она. — Если боишься проиграть младшей.
Гул прошёлся по трибунам. Один из учеников свистнул, другой захлопал в ладоши. Фэн Тао насупился, но не двинулся.
— Ты с кем сейчас разговариваешь? — Он сделал шаг вперёд. — Думаешь, если тебя Ляо Чэнь к себе взяла, то теперь всё можно?
— Нет, — Е Линь сжала меч. — Думаю, что могу стоять тут и говорить, потому что вышла в круг, как и ты. Остальное не важно.
Он фыркнул.
— Значит, правда хочешь «Песнь Тигра»? Это не игрушка. Ты даже не поймёшь, как использовать её.
— Попробую. Не переживай. Если проиграю — верну обратно.
Фэн Тао обернулся к судьям.
— Я могу отказаться?
— Ты сам вызвался. Назад не отступают, — отозвался судья без эмоций.
— Тогда пусть потом не плачется, — бросил Фэн Тао и повернулся обратно. — Слушай, если сейчас сдашься, я не стану тебя калечить. В круге я не притормаживаю.
— Ты меня с кем-то путаешь, — Е Линь медленно сделала шаг вперёд. — Я тебя не просила быть вежливым.
Он прищурился.
— Ладно. Значит, без обид.
Сверху донёсся голос Вэй Лин:
— Убей его взглядом, если не хватит сил! Я потом подберу обгорелую тряпку!
Кто-то из учеников захихикал. Фэн Тао не сдержал улыбку.
— Подружки у тебя боевые. Сектантки-огородницы.
— Говоришь много, — Е Линь подняла меч, и от кончика побежала лёгкая дрожь. — Дальше будешь дышать через зубы.
Фэн Тао хмыкнул.
— Ладно, ладно. Разминаемся или сразу?
Она медленно выдохнула.
— Начинай. Или ждёшь, пока я упаду сама?
Он шагнул ближе. Его аура разгорелась, серебристые искры с шипением пробежали по рукавам.
— Держись, малышка. Сейчас будет жарко.
— Постарайся не промахнуться.
Тишина упала на арену, как хлопок. Судья поднял руку.
— Поединок начинается.
Её пальцы сжали браслет, и в груди защемило. Но глаза не дрогнули. Она стояла. В круге. Против него. И это было главное.
Багровый свет факелов отражался в трещинах нефритовых плит, искажая тени. Арена дышала жаром, как раскалённая печь. Под ногами скользил серый песок, смешанный с пеплом, а воздух был густым от дыма. Толпа утихла, когда Фэн Тао шагнул вперёд. Он не спешил.
— Будешь стоять или двинешься? — Он поправил манжету, не глядя на Е Линь. — Могу подождать, если у тебя ноги свело.
— У тебя есть минут пять, — она шагнула вбок, ближе к краю круга. — Потом можешь валяться.
Он фыркнул. Вокруг него прошёл лёгкий гул, как будто треснули стены.
— Ну, держись.
Он поднял ладонь, и его аура дернулась. Следом прокатился низкий гул, будто по арене прошёл раскат грома. Волна давления ударила в грудь, будто толкнули плечом. Ци дёрнулась, отозвавшись дрожью в ладонях.
«Он начинает с подавления. Не хочет тратить силы вслепую».
Е Линь шагнула в сторону. Песок хрустнул под ногой. Второй шаг — и она исчезла, оставив только вихрь пепла.
— Ага, — Фэн Тао повернулся резко. — Нашлась.
Он шагнул вперёд, удар ладони прорезал воздух, и где-то слева взвыл песок. В следующий миг из пепла выскользнула тень, и голубая искра с багровым следом прочертила воздух, ударив по его защитному слою.
— Ай, — он отшатнулся, прижал плечо. — Ты чего, сразу мечом?
— Это бой, а не тренировка, — она сделала новый шаг, каждый раз вспыхивая короткой дугой молнии. — Или тебе табличку повесить?
— Ору, — Фэн Тао коротко рассмеялся. — А ты дерзкая. Неужели так бесит, что тебя из Чжэнъяна попёрли?
— Меня не попёрли. Я ушла.
— Ага. С вещами на выход.
Е Линь мелькнула снова. Она шла по кругу, уклоняясь, каждый шаг сопровождался глухим хлопком, будто воздух не успевал смыкаться за ней.
— Слушай, а ты, похоже, всерьёз решила? — Голос Фэн Тао стал чуть тише. Он присел и, вытянув руку, ударил в пол. Из трещин вырвалась вибрация. Арена задрожала. — Не жалеешь себя вообще, да?
Она остановилась на миг. Волна давления сжала грудную клетку, в ушах зазвенело. Ци в ладонях запульсировала — жарко, как от ожога.
— Жалею, — она вдохнула и сжала пальцы на браслете. — Но тебя — нет.
Он поднял взгляд. Взгляд был внимательным, почти настороженным.
— Значит, правда хочешь выложиться?
— Хочу, чтобы ты заткнулся.
Фэн Тао усмехнулся и двинулся на неё. От его ног остались яркие золотые искры. Его ладонь рванулась вперёд — не техника, просто удар. Но воздух завибрировал.
Она сместилась вбок, плечо задело поток. Он зашипел, словно кожа лопнула.
— Ай, — Е Линь отшатнулась, присела и, не поднимаясь, ударила ладонью в песок. «Громовой Шаг» сработал не сразу — сперва воздух дёрнулся, потом её вытолкнуло вперёд, почти выбросив за спину Фэн Тао.
— Быстро, — он обернулся. — Но ты дёргаешься. Неровно идёт.
— Пальцы от тебя жгёт. Тебе легче?
— Ну хоть честно. А то я думал, ты из этих, кто до последнего корчит из себя героя.
— Не герой, — она поднялась. Пальцы дрожали, ци бегала по ладоням неравномерно. — Просто не хочу проигрывать.
— А кому ты проигрываешь? — Он чуть наклонил голову. — Мне? Или кому-то другому?
Она не ответила. Только снова шагнула вперёд, и её меч мелькнул, как вспышка.
Фэн Тао поднял руку, заблокировал, отшатнулся. Посмотрел на порез на рукаве.
— Вот и поговорили, — он выдохнул. — Ладно. Игра закончилась. Сейчас будет серьёзно.
Она смотрела на него, не мигая. Внутри будто дрожало, но не от страха.
«Хоть бы ладони не сгорели».
Фэн Тао замер на месте, его ладони слегка дрожали от перенапряжения, но он продолжал идти вперёд, как будто ничего не чувствовал. Ци вокруг него завихрялась в тугие кольца, готовясь сорваться в любую секунду. Е Линь стояла прямо напротив, не двигаясь. Песок шуршал под подошвами.
— У тебя левая рука дрожит, — она повернула меч лезвием вниз. — Можешь её больше не поднимать.
— Ты бы своей занялась, — Фэн Тао провёл рукой по лицу. — У тебя всё плечо дергается. Я думал, ты уже сдохла. А ты, оказывается, живучая.
— Спасибо, — она покачнулась на пятках и снова выпрямилась. — Если сдохну, заранее извиняться не стану.
Он усмехнулся и шагнул вперёд. Из центра его ладони вырвалась золотая дуга, и сразу же вслед за ней — вторая, тонкая, как игла, но в ней гудела плотная серебристая вибрация. Воздух над ареной звенел, как струна.
Е Линь сделала шаг в сторону. В груди закололо. Она резко вскинула ладонь, и багрово-голубой разряд сорвался наружу, прошив пыль над плитами.
— Слабовато, — Фэн Тао не сбавил темп. — У тебя пламя не держится. Техника расходится.
— Сам ты слабоват, — она подняла меч двумя руками, и по его поверхности побежали голубые искры. — Ты там в своей башке хоть раз подумал, зачем я тебя пускаю вперёд?
Он замер на секунду. Но в этот миг с меча сорвался разряд — «Пламя Грома», короткий, хриплый, с треском прорвавшийся сквозь её пульсирующее ци. Он ударил точно в стык между его шагом и дыханием. Фэн Тао дёрнулся, закашлялся. Его ладонь на секунду дрогнула.
— Чёрт, — он развернулся, уже прикрываясь. — Серьёзно?
— Нет, — она выдохнула. — Это ещё не всерьёз.
Из её ладони сорвался второй импульс — асимметричная связка, грубая, нестабильная, но мощная. Звук прошёл по арене, как сухой удар молотка. Песок взвился. Плиту под ногами Фэн Тао тряхнуло. Он присел, ушёл в сторону и выругался.
— Ты дура? У тебя же кровь изо рта пошла.
— Не лезь. Я знаю, что делаю.
— Прекрасно, — он вытер ладонь о штанину. — У тебя аура трещит, как старая тряпка. Что дальше, кость себе сломаешь?
Е Линь отступила на шаг, глотая вкус металла. В груди снова свело. Она вытащила из-за пояса капсулу с «Звёздной Кровью» и, не медля, разбила её о язык. Горечь с привкусом полыни хлынула в горло. Тепло пошло по сосудам. Руки не слушались.
— Ага, — Фэн Тао кивнул. — Пошла по жёсткой. Сейчас точно без сознания хлопнешься.
— Закройся уже, — она шагнула вперёд. Разряд пошёл от лопаток до запястий, и новый удар — «Пламя Грома», но глубже, злее — вырвался к нему в грудь.
Фэн Тао сбился с шага, отлетел вбок и почти упал. Он поднялся медленно, лицо его было перекошено.
— Знаешь что? — Он посмотрел на неё. — Я тебя сейчас прибью. Честно.
— Попробуй, — она пошла к нему, даже не скрывая, что хромает. — Давно пора.
Он шагнул навстречу, в воздухе зазвенели серебряные дуги — «Стальной Вихрь». Е Линь ответила тем же — разрядом из левого плеча, багровым и рваным, как боль.
Они столкнулись в середине круга. Не техника — инерция. Он ударил, она отклонилась. Он схватил её за локоть — она врезала ногой по колену. Он застонал и отступил, но не отпустил.
— Дай руку, — он тяжело дышал. — У тебя кровь пошла. Я не издеваюсь, дай.
— Убери руки.
— Да подожди ты, — он сжал сильнее. — Я просто...
Она ударила его в живот ребром ладони. Он согнулся, отпустил. Она отступила, запыхавшись.
— Я тебя ненавижу, — он сказал тихо. — Знаешь это?
— Отлично. Взаимно.
Пламя котлов дрожало. Песок сыпался с краёв арены. В ушах стучало, будто по вискам били молотами.
Она посмотрела на свою ладонь. Ци бегала по меридианам, обжигая. Её пальцы дрожали. Внутри было жутко пусто.
«Ещё немного. Потом упаду. Но не раньше, чем он».
Фэн Тао шагнул назад, согнулся и зажал бок. Его дыхание сбилось, но он всё ещё держался на ногах. Под ногами осыпался песок, обнажая трещины на плитах. Ци вокруг него дрожала, как перегретый металл. Он стиснул зубы и вытянул руку вперёд.
— Последний раз говорю — сдавайся. Не хочу потом таскать тебя по лестнице.
— Сама дойду, — Е Линь кашлянула, во рту оставался металлический привкус. — Не напрягайся, герой. Никто тебя на руках не просит носить.
Фэн Тао вскинул ладонь. От неё пошёл металлический блеск, будто туман из жидкой стали. Барьер замкнулся перед ним, «Железная Стена». Он даже не пытался идти в атаку первым.
— Всё? Надумала?
— Ты бы хоть перестал болтать, — Е Линь прижала левую руку к рёбрам. — Уже третий раз за бой «сдавайся, сдавайся». Я что, похожа на послушную?
Он не ответил. Из-за барьера вылетел луч — тонкий, яркий, с остротой копья. «Копьё Духа». Е Линь едва успела отшатнуться. Край меча отбил удар, но по запястью прошёлся звон. В пальцах задёргалось.
— Больно? — Фэн Тао вытер лоб. — Скажи спасибо, что не целился в шею.
— Спасибо, — она подняла меч повыше. — Щедрый ты сегодня.
Она сделала шаг вперёд. Вокруг подошв поднялся пепел. Истинный Огонь дрогнул, заискрив багровым светом. В груди свело, но Е Линь уже вытянула обе руки.
— Ты что делаешь?
— Не смотри, если страшно.
Пламя рвануло вверх. Сначала багровое, потом золотое. «Пылающий Шрам» сработал неровно — рывком, с хрипом, как будто его вырвали изнутри. Волна снесла половину барьера, куски плиты треснули. Фэн Тао отлетел назад, упал на одно колено. Его ладонь вжалась в землю, но он не встал.
Е Линь осталась стоять. Дышала тяжело, голова закружилась, но ноги держали. Она сжала рукоять меча обеими руками.
— Всё?
Он не ответил. Только посмотрел снизу вверх и медленно поднял ладонь.
— Ты серьёзно? — Она вскинула брови. — Даже сейчас?
— Я не проиграл. Просто... устал.
— Устал? — Она сделала два шага к нему. — Тогда отдохни.
Он не шелохнулся. Только закрыл глаза и выдохнул.
Е Линь опустила меч. Руки дрожали. На запястье мигнул свет от браслета. Аромат полыни накрыл резко, будто кто-то ткнул лицо в траву. Грудь сдавило.
— Прекрати, — она прошептала и сжала браслет сильнее. — Не сейчас.
С трибун послышался голос Ляо Чэнь:
— Победа — за Е Линь.
Толпа шумела, но будто вдалеке. Её аура гудела, в меридианах жгло, будто иглы. Истинный Огонь опустился к плечу, слегка коснулся ткани.
Вэй Лин подбежала первой. Она была бледная, волосы растрепались.
— Ты живая?
— Пока да, — Е Линь присела на корточки и вытянула руку к свитку. — Помоги встать, а то сейчас грохнусь рядом с ним.
— Я держу.
Вэй Лин подхватила её под локоть. Свиток был тёплым на ощупь. Пульсация ци в нём перекликалась с её аурой.
— Ты его реально уделала, — Вэй Лин вытерла пот со лба. — А я думала, ты вырубишься на середине.
— Почти. Но нельзя было. Он бы потом нос поднимал месяц.
— Знаешь, — Фэн Тао поднялся на одно колено. — Я всё слышу.
— Отлично, — Е Линь посмотрела на него. — Может, теперь меньше болтать будешь.
Он улыбнулся устало. Потом опустил взгляд.
— Ты сильнее. Не спорю.
— Спасибо, — она спрятала свиток за пазуху. — Только не вздумай теперь носиться за мной с дружбой.
— Не дождёшься.
— Вот и ладно.
Толпа взорвалась, как только трещина на плите под ногами Фэн Тао озарилась отблеском последнего удара. Кто-то закричал слишком громко, кто-то вскочил с лавки и едва не упал обратно — камень под ногами был раскалённый, и даже ступни через обувь обжигало.
— Вот это да, — пробормотал кто-то на трибуне. — Я думал, её снесёт первым же приёмом.
— Она же на шестом уровне. А он на девятом. Это как... не знаю, как кошка и волк.
— Какая кошка, ты видел её руку? Там молнии были.
Е Линь стояла в центре круга. Дыхание сбивалось. Она прижимала свиток к груди, пальцы побелели от напряжения. Рука дрожала, но она держала её ровно. Толпа гудела вокруг, но казалось, что слышен только скрип факела и хруст под ногами.
— С ума сойти, — кто-то из младших учеников перегнулся через перила. — Она реально вырубила Фэн Тао?
— Он же неделю назад выиграл у троих подряд, — отозвался другой. — И что теперь, он ей в ноги кланяться будет?
— Думаешь, кланяться? — Кто-то усмехнулся. — Сначала разозлится. У них там клан Фэн, они гордость глотать не умеют.
Вэй Лин, стоявшая у самого края, сжала кулаки. Её ладони вспотели.
— Смотри, она на ногу нормально опирается. Значит, всё-таки не перебила себе ничего, — она выдохнула. — Слава богам.
— Её никто не вызывал, — сказал кто-то из учеников клана Фэн. — Она сама влезла.
— Никто не мешал ему отказаться.
— Он не мог. Насмешила его при всех. А у него статус. Вот и получил.
Е Линь опустила меч. Сталь слегка дрожала в ладони, как живая. Она на мгновение прикрыла глаза, вдохнула глубже — полынь снова пробила в носу. Её пальцы нащупали браслет. Тёплый, чуть влажный от пота. Запах был слабым, но знакомым.
«Хватит уже. Отстань». Она сжала браслет крепче, пока не хрустнула тонкая бусина.
С трибуны медленно поднялась Ляо Чэнь. Она не говорила ни слова. Только кивнула — чуть, едва заметно. Её аура, ровная и золотистая, дрогнула.
— Это значит что? — Прошептала одна ученица. — Она теперь в старшие?
— Может, допустят к внутренним залам. Или дадут доступ к свиткам. У неё же техники как у продвинутой.
— Но она же изгнанница из Чжэнъяна. Так?
— Ну и что? Сейчас она — Хэнъюэ. И победила честно.
Фэн Тао сидел, опершись на локоть. Пыль осела на его плечах, волосы свалялись. Он поднял голову и глянул на Е Линь.
— Тебе повезло, — хрипло сказал он.
— Ты сам лез, — Е Линь даже не обернулась. — Я просто стояла.
— Могла бы отпустить. Я же почти рухнул.
— А я почти рухнула три приёма назад, но ты не отпустил.
Он заткнулся. Несколько учеников с его стороны отвернулись. Один из старших хмуро прошептал:
— Позорище. Нас на таких боях учат держать лицо, а он обиделся.
— Пусть ещё попробует, — буркнул кто-то. — Только с другого конца круга.
Е Линь медленно повернулась к трибуне. Вэй Лин махнула ей рукой, будто призывала подойти, но не прокричала ни слова.
— Всё нормально, — проговорила она себе под нос. — Просто ступень. Просто бой.
Но внутри всё дрожало. Нервы тянулись, будто кто-то катушку размотал, и нитка вот-вот порвётся.
— Молодец, — прошептала Вэй Лин, подбегая. — Сильно сработала. Видела, как его барьер лопнул? Как мокрая бумага.
— Ноги трясутся.
— У всех тряслись. У меня вообще поджилки свело, когда ты вперёд шагнула.
— Ты чего сюда спустилась? — Е Линь оперлась на её плечо. — У тебя же запрещено.
— Ляо Чэнь кивнула. Я решила, это разрешение.
— Ты наглая, — она выдохнула.
— Я испугалась, — Вэй Лин подняла на неё глаза. — Подумала, сейчас он тебя... ну... ты поняла.
Е Линь коротко кивнула. Она не улыбалась, но пальцы расслабились. Свиток в руке был тяжёлый, но свой. Она подняла его чуть выше и сказала:
— Положи в сумку. Я сейчас в обморок не грохнусь, но если потащу его, начну материться.
— Хорошо. Только держись за меня.
— Держусь.
Она перевела взгляд на толпу. Там уже шептались о следующем бое. Кто-то кивнул ей, кто-то отвернулся. Один ученик клана Фэн показал ей короткий поклон — не издевательский, но сухой.
Она не ответила. Просто пошла прочь от круга. Песок под ногами скрипел. Спина ныла, но шаги были ровными. Истинный Огонь плывёт рядом, чуть отставая. Она знала — все смотрят ей в спину. И пусть смотрят.
Комната спала. Лишь курильница в углу потрескивала, выпуская тонкие струйки дыма с запахом полыни и чего-то горького, оставшегося после боя. На стенах дрожали лунные тени, похожие на лотосы. Койка скрипнула, когда Е Линь прижала к себе браслет и перевернулась на бок.
«Сейчас бы просто заснуть. Без видений. Без всяких этих шрамов и цепей». Но тело знало своё.
Сон накрыл её резко, будто кто-то сжал плечи и утянул вниз. Веки задрожали. Мышцы напряглись. Потом всё исчезло.
Тронный зал был темнее, чем в прошлый раз. Свет падал откуда-то сверху, холодный, как лёд. На полу — тени молний. В воздухе — запах жженого металла. Он стоял, выпрямив спину. Золотые доспехи поблёскивали на плечах. Грудь сжималась от тяжести плаща и воспоминаний.
Рядом вспыхнули багровые молнии — не яркие, но чёткие. Их звук отдавался в затылке.
— Где она? — Голос был чужой, но рот двигался сам.
— У алтаря, — отозвался советник, в тени. Его лицо смазано, как в воде. Только глаза — бледные, почти белые. — Она ждёт.
Он пошёл вперёд. Ноги гремели по камню. Перед алтарём стояла женщина. Волосы тёмные, собраны в узел, кулон с фениксом поблёскивал на груди. Её запястья обвивали цепи — тонкие, серебряные, прожилки по ним вспыхивали красным.
— Ты меня слышишь? — Он остановился, его голос срывался. — Ты чего молчишь?
— Ты сломал слово, — её губы дрогнули. Голос был низкий, глухой. — А потом молчал три года. Я считала.
— Я не мог. Ты же знаешь.
— Я знаю, — она вскинула глаза. — Поэтому и вцепилась в это.
Она подняла руки — цепи зазвенели. Сзади появилась фигура. Из темноты, будто вытекла. Тёмное лицо, почти не видно. Но в пальцах — жемчужина. Светлая, мерцающая.
— Это он? — Мужчина кивнул на фигуру.
Советник подошёл ближе. Лицо всё такое же смазанное.
— Он отдал. Добровольно. Чтобы ты ослаб.
— Врёшь.
— Спроси её.
Она смотрела в пол. Тихо. Рот дёрнулся.
— Отдала, — сказала она. — Я. Потому что ты предал первым.
— Не было такого. Ты врёшь.
— А ты просто не помнишь, — она засмеялась коротко. — Очень удобно.
Он шагнул к ней, но цепи вспыхнули — багровая молния прошла между ними. Советник отпрянул.
— Что ты хочешь?
— Чтобы сгорело всё. Чтобы ты видел, как это рушится. Как тебя ненавидят. Как тебя боятся.
— Я не такой.
— Уже — да. Тогда — нет.
Трон за его спиной треснул. Пол пошёл трещинами. Где-то сверху закричал феникс. А потом — осыпался пепел.
Она снова посмотрела на него. Взгляд был тяжёлый, но знакомый.
— Я тебе не прощу. Ни в этой жизни, ни в другой.
— Это не я тебя сковал.
— Но ты не снял.
Её пальцы сжались. Аура рванула наружу — багрово-золотая, с шумом, как вихрь. Цепи треснули. Он отступил. Советник исчез. Всё исчезло.
Е Линь резко села. Пот струился по спине, ладони дрожали. В комнате было тихо. Только курильница трещала, и где-то снаружи снова затрещал котёл.
Она провела рукой по лбу, потом сжала браслет.
— Опять ты, — выдохнула она. — Достал уже.
Истинный Огонь парил в воздухе, чуть подрагивая. Его свет был ровным, тёплым. Он ничего не говорил, не шептал, не звал.
— Всё нормально. Просто сон. Просто старая бредятина. Завтра забуду.
Она потянулась за пледом, натянула его выше плеч и снова легла. Глаза щипало.
— Завтра точно забуду.