Адам сделал первый шаг — рывок вперёд с вспышкой молний вокруг ног. Его меч, покрытый молнией, рассёк воздух сверху вниз, но Алекс уклонился, сделав лёгкий шаг в сторону, и ответил горизонтальным ударом, нацеленным в рёбра. Адам среагировал мгновенно: развернулся, парировал лезвием и сам провёл контратаку снизу.
Алекс отступил на шаг назад, выставив меч по диагонали, блокируя удар. В ответ он вызвал кнут из крови с левой руки — и направил его в ноги Адама. Тот подпрыгнул, избежав хлёсткого удара, и тут же метнулся вперёд, используя молниеносную скорость, сопровождавшуюся коротким разрядом в воздухе.
Адам нанёс три быстрых удара подряд: слева, справа, затем прямой, пробивающий. Алекс отбил первые два, третий — сместил тело, позволив мечу пройти мимо бока, и ответил коротким уколом в грудь. Адам успел подставить рукоять меча, остановив лезвие в последний момент.
Дальше — новая серия. Адам начал давить, использовал ноги, плечи, смену высоты. Он приседал, отталкивался, скользил, будто по инерции электричества. Алекс же оставался спокойным: каждое движение — точное, каждый удар — с намерением. Он блокировал, отвечал, обходил.
Раз — Алекс рассекает воздух по диагонали сверху.
Два — Адам скользит под мечом и бьёт в ответ снизу, целится в живот.
Три — Алекс активирует короткую вспышку кровяной брони, в которую врезается лезвие Адама, не нанося вреда.
Четыре — Алекс переходит в наступление, меняет хват меча, сжимает рукоять двумя руками и проводит широкий удар через всё поле зрения. Адам успевает отпрыгнуть, на полметра вспыхивая молнией.
И только после этой волны они сходятся снова — уже в центре зала, лезвия снова сталкиваются. Глухой грохот, раскалённый воздух. Клинки давят друг на друга.
— И это ты называешь "выложиться на максимум"? — выдыхает Адам, уставившись на Алекса с восторженным вызовом.
Алекс, удерживая давление своим лезвием, покачал головой:
— Не обижайся… Но если бы я и правда выложился, как ты просил, наш бой закончился бы за два — максимум три удара. И что-то мне подсказывает, что не этого ты хотел.
Адам на секунду замолчал, а затем вздохнул и шире улыбнулся:
— В этом есть смысл. Я… даже не подумал об этом сразу. Просто хотел проверить, как далеко смогу зайти.
Алекс слегка оттолкнул его меч в сторону и сделал полшага назад.
— Тогда давай так, — его глаза на миг стали темнее. — Я стану немного сильнее. Где-то на уровне твоего отца. Посмотрим, как долго ты сможешь выдержать.
— Именно этого я и ждал! — глаза Адама вспыхнули от восторга, искры пробежали по щекам. — Теперь бой станет по-настоящему интересным.
Они снова замахнулись друг на друга.
Алекс больше не сдерживался. Его удары стали быстрее, точнее. Он атаковал волной: рубящие удары, кнуты из крови, точечные уколы — всё в одном ритме.
Адам уклонялся на грани возможного. Его тело стало буквально размытым — сгусток молнии в человеческом облике. Он исчезал, появлялся, скользил по полу, отскакивал от стен. И даже при таком темпе Алекс успевал реагировать.
Несколько раз лезвие Алекса едва не касалось кожи Адама — едва, почти. Но этого было достаточно, чтобы тот почувствовал реальную угрозу.
Наконец, после ещё одной серии обменов, Алекс резко сменил ритм. Адам не успел среагировать — удар снизу выбил его из равновесия, а второй — остановился в сантиметре от шеи.
Адам застыл, тяжело дыша, а потом улыбнулся, опуская меч.
— Сдаюсь.
Кровяное лезвие рассыпалось в воздухе. Алекс сделал шаг назад и тоже тяжело выдохнул.
— Неплохо держишься.
— Но всё ещё не хватает, — с улыбкой признал Адам, опуская меч. — И это хорошо. Знаю, куда расти.
Как только мечи исчезли из рук обоих парней, воздух в зале, наконец, успокоился. Молнии рассеялись, кровяная энергия растаяла, и магическое давление уступило место утомлённому спокойствию. В этот момент к ним медленно подошла Ария, которая всё это время наблюдала за поединком у озерца.
— Я внимательно следила за вашим боем, — заговорила она, остановившись рядом. — И спасибо, что против меня ты не дерёшься так, как только что против Адама.
Алекс улыбнулся, слегка переводя дыхание:
— Если ты продолжишь в том же темпе учиться, то со временем и до такого уровня дойдёшь. Это лишь вопрос времени.
Ария ответила лёгкой, тёплой улыбкой:
— Если это говорит мой учитель — то причин не верить нет.
Она бросила взгляд на Адама, тяжело дышавшего рядом.
— Надеюсь, на сегодня с тебя хватит?
— Вполне, — выдохнул Адам, вытирая пот со лба. — После боя с Алексом всё, на что я ещё способен — это найти душ, а потом доползти до кровати.
— А так даже лучше, — улыбнулась Ария. — Тогда до завтра.
Она махнула рукой на прощание и вышла из тренировочной комнаты, оставив парней наедине.
Адам сел прямо на пол, облокотившись локтем о колено:
— Слушай, а ты не мог бы… ну, переместить нас назад в комнату? Я правда не шутил насчёт истощения. И очень не хочу, чтобы тебе пришлось меня тащить. На руках. Это будет травма для нас обоих.
Алекс с улыбкой приподнял бровь:
— Ладно, сейчас перемещу. А то ты, смотрю, на грани клинической смерти.
— Не прям уж так, но где-то рядом.
Под ногами обоих загорелся знакомый магический круг. Пространство вокруг задрожало — и через секунду парни исчезли из комнаты, оставив за собой тишину и отголосок молнии.
В комнате царила приятная тишина. За окнами постепенно гас свет вечернего неба, и помещение окутала мягкая темнота. Оба парня уже лежали на своих кроватях, уставшие, но не измождённые — скорее спокойные, довольные после сложного, но продуктивного дня.
— А зачем всё это было? — тихо спросил Алекс, не меняя положения. — Спарринг с Арией, потом дуэль со мной…
На несколько секунд повисла пауза, и только потом раздался голос Адама:
— Наверное, ты знаешь, что в моей семье из поколения в поколение передаётся одна из сильнейших техник молнии. Техника, которую я всегда мечтал освоить… Но это больше была просто цель на будущее. Знаешь — “когда-нибудь, если выпадет шанс”.
Он перевёл дыхание и добавил уже серьёзнее:
— Но теперь, когда мы с тобой знаем, что нас ждёт… когда мы понимаем, что от нас зависит будущее всего мира — эта техника стала для меня приоритетом. Потому что только с ней я смогу стоять рядом с тобой в тот самый решающий момент.
Алекс молчал, слушая внимательно.
— Единственный, кто может меня этому научить — мой отец. Но он сказал, что я ещё не готов. Что смогу овладеть техникой только тогда, когда докажу ему свою силу в бою.
— И ты хочешь это сделать… — медленно произнёс Алекс.
— Именно так, — подтвердил Адам. — Здесь, в Академии, я уже нашёл преподавателя, который поможет мне улучшить навыки молнии. А ещё планирую создать свою рейдовую группу — как тренировочную площадку, как путь к росту. Бой с тобой был для того, чтобы понять, насколько я отстал. И хотя на словах всё было понятно — ты намного сильнее, уровней на семьдесят, плюс опыт... Но мне нужно было это почувствовать. В бою. А, и чуть не забыл. В будущем, точнее — в твоём прошлом, я смог овладеть той техникой?
Алекс на мгновение задумался.
— Смог, — сказал он. — Хотя, по твоим словам, это заняло несколько лет.
— А вот мне придётся уложиться быстрее, — с лёгким юмором отозвался Адам. — Времени не так уж много. Буду выкладываться по полной.
— Я не стану тебя останавливать, — мягко ответил Алекс. — Если это действительно важно для тебя, я помогу всем, чем смогу. Но прошу об одном — не перегружай себя.
В ответ раздался тихий смех:
— Серьёзно? Ты мне это говоришь? Ты, кто за неполный месяц пребывания в Академии прошёл больше, чем некоторые за всю жизнь? Тренировки с Арией, с Крул, рейды в подземелья… всё это стало частью твоей рутины, которая продлится как минимум до окончания Академии. И это я ещё молчу о ситуации с Рейнером, но раз это была одноразовая история — не в счёт. Поверь, так, как ты себя загружаешь, у меня физически не получится, так что переживать не о чем.
Алекс вздохнул:
— Вот когда выполню обещание Люмении — тогда и расслаблюсь.
— Ну вот тогда и я, — ответил Адам. — По-настоящему.
В комнате снова на мгновение воцарилась тишина. На этот раз — спокойная, почти сонная.
— Сегодня был непростой день, — тихо сказал Адам. — И, кажется… я начинаю засыпать.
— Тогда спокойной ночи, — ответил Алекс.
— Спокойной.
Темнота окончательно окутала комнату, и лишь ровное дыхание двух друзей осталось в воздухе, вместе с теплом их разговора.
Читальня, как и всегда, на первый взгляд была абсолютно пустой. Ни звука, кроме тихого потрескивания свечей в настенных фонарях. Однако через несколько секунд в этой тишине послышалось едва уловимое шуршание — где-то между стеллажами, среди сотен книжных полок.
Алекс медленно направился в ту сторону. Обходя ряд за рядом, он наконец увидел знакомую фигуру: Элирия, встав на цыпочки, пыталась достать книгу с самой верхней полки. Её пальцы почти касались края обложки, но всё же не хватало пары сантиметров.
— Нужна помощь? — спросил Алекс с тёплой улыбкой.
Девушка вздрогнула и резко обернулась, широко распахнув глаза. Очевидно, она не заметила, как он подошёл.
— Ты меня напугал, — смущённо ответила она, затем указала пальцем вверх. — Да, пожалуйста. Вон ту, с фиолетовым корешком.
Алекс кивнул и протянул руку. Несколько кровяных нитей вырвались из-под его рукава, вытянули книгу с полки и аккуратно опустили её ему в ладони. Он передал её Элирии.
— Спасибо, — улыбнулась она. — Раз уж ты здесь… поможешь мне собрать ещё несколько?
— Конечно, — ответил Алекс без тени сомнений.
Они пошли между рядами. Элирия показывала ему нужные книги, а Алекс без труда снимал их с помощью магии. Кровяные щупальца не только доставали тома, но и несли их за ним аккуратным красным облачком, плывущим в воздухе позади.
Через несколько минут стол был полностью завален литературой. Элирия с облегчением вздохнула, глядя на результат.
— Ещё раз спасибо, Алекс.
— Всегда пожалуйста, — ответил он, слегка склонив голову.
— Кстати… — вдруг произнесла она с блеском в глазах. — Я нашла книгу, которая, думаю, тебе понравится.
Алекс даже не успел спросить, о чём речь, как девушка уже кинулась к столу, начала перебирать стопки томов, раздвигая толстые фолианты и длинные свитки.
— Вот она! — наконец воскликнула она и протянула ему тонкую книжку, страниц на двести, не больше.
На обложке был изображён юноша с золотыми волосами в чёрном костюме, сидящий на тёмном троне. Рядом стояла девушка с белыми волосами в изящном чёрном платье и загадочным выражением лица.
— “Последний король самого слабого королевства”… — прочитал Алекс вслух.
— Долго думала, что бы такого тебе дать почитать. И эта история, хоть и не очень длинная — одна из самых захватывающих, что я знаю, — пояснила Элирия с улыбкой.
— Да? И о чём она?
— Не хочу спойлерить. Название уже говорит всё, что тебе нужно знать перед началом.
Алекс улыбнулся:
— Ладно, доверюсь твоему выбору. Сегодня же начну.
— Это одна из моих любимых книг, — призналась она. — Уверена, она тебе понравится.
— Надеюсь, — кивнул Алекс. — А теперь — к делу. Я же обещал дать ответ по поводу обучения магии перемещения после того вечера.
Элирия сразу сосредоточилась.
— Я внимательно слушаю.
— Могу заниматься с тобой дважды в неделю, по выходным. Но, скорее всего, — только вечером. Днём я буду занят.
— Мне подходит, — кивнула она. — Я всё равно всегда ложусь спать поздно.
— Тогда договорились, — сказал Алекс, а потом с лукавой улыбкой добавил: — Можем даже начать сегодня.
— Правда? — глаза девушки засветились. — Тогда давай сейчас. Зачем ждать до вечера?
— А ты уверена? — с удивлением переспросил Алекс. — Ты же собиралась провести день с книгами.
— Книги никуда не денутся, — ответила она с мягкой улыбкой. — Вернусь к ним вечером. А сейчас — хочу начать обучение.
Алекс слегка улыбнулся:
— Раз уж решила… тогда твоё обучение начинается немедленно.
После двух часов тренировки с Элирией, Алекс покинул читальню и неспешно прогуливался по коридорам Академии. Это был выходной, поэтому учебные залы, переходы и галереи почти опустели — лишь изредка попадались одинокие студенты, занятые своими делами.
Шаги мягко отдавались эхом от каменного пола. Выйдя на улицу через одну из боковых дверей, Алекс направился в сторону сада у мужского общежития. Там, среди молодых деревьев и аккуратно подстриженных кустов, он глубоко вдохнул — чистый воздух и спокойная тишина наполнили его грудь.
«На сегодня я сделал всё, что планировал», — подумал он. — «Можно было бы ещё сходить в подземелье… но это подождёт. Давно я не видел родных».
В ту же секунду под его ногами вспыхнул магический круг, и тело Алекса растворилось в воздухе, оставив за собой лишь лёгкое дрожание пространства.
Алекс появился перед знакомыми массивными дверями — вход в их новый особняк, расположенный ближе к столице, стал для него символом дома. Он несколько раз легко постучал. Через пару секунд дверь открылась, и на пороге появилась Альфа — как всегда спокойная, сдержанная, в чёрной форме горничной.
— Привет, Альфа, — мягко произнёс Алекс, улыбаясь.
— Приветствую вас, господин Алекс, — ответила девушка с тем же теплом, что, впрочем, не нарушало её сдержанного достоинства. — Давно вы нас не навещали.
— Да, согласен. Но постараюсь исправиться. — Алекс переступил порог, оглядываясь на знакомые интерьеры. — А где все?
— Ваши родители вместе с семью горничными отправились в подземелье. В особняке остались только мы с Бетой и Эпсилон.
— Понятно, — кивнул Алекс, пройдя несколько шагов по холлу. — Вам с девочками помощь не нужна? Всё равно заняться особо нечем.
Альфа наклонила голову:
— Собственно, мы как раз начали готовить обед. Скоро все вернутся, и неплохо было бы всё успеть. Если вы поможете — будем признательны. Заодно и расскажете, как прошли первые недели в Академии.
— Договорились, — с улыбкой ответил Алекс.
Вместе они направились по коридорам к кухне, а в голове парня уже крутились мысли о том, как коротко и просто объяснить, что его новая жизнь превратилась в водоворот событий, сражений, тренировок и... новых привязанностей.
Стол уже был накрыт — на белоснежной скатерти стояли глиняные миски с салатами, душистый хлеб, разнообразные соусы и главное блюдо — жареная свинина с травами и хрустящей корочкой, окружённая запечёнными овощами. От всего этого по кухне расходился густой, насыщенный аромат.
Алекс стоял у окна, вытирая руки полотенцем, Альфа и две другие горничные — Бета и Эпсилон — занимались последними приготовлениями. Вдруг со стороны главного входа послышался звук открывающейся двери — и знакомые голоса загомонили в холле.
— …и тогда он бросается прямо на меня, а я говорю: «Ещё шаг — и пожалеешь!» — громко рассказывал Габриэль, входя в особняк, мокрый от пота, но как всегда жизнерадостный.
За ним шли Эмма и семь горничных в лёгких дорожных плащах. Все были в хорошем настроении, разговаривали и смеялись.
На полуслове Габриэль резко замолчал и принюхался, моргая.
— А что это тут так вкусно пахнет? — спросил он, глядя на Альфу, которая уже стояла у входа вместе с другими девушками, сдержанно улыбаясь.
— Жареная свинина с овощами. Плюс пара закусок, — спокойно ответила Альфа.
— И когда вы успели?! Вас же всего трое дома было, — удивился Габриэль, снимая плащ и оглядываясь.
В этот момент из кухни вышел Алекс с улыбкой на лице:
— Они были не совсем одни. Им немного помогли.
Как только Эмма заметила сына, её глаза тут же заблестели, и она быстро подошла к нему, обняв крепко, почти с упрёком добавив:
— Ты же обещал нам писать! А за всё это время — два письма. Два, Алекс!
— Я знаю, — виновато улыбнулся парень, обнимая её в ответ. — Но исправлюсь. Обещаю, теперь буду писать чаще.
К ним подошёл и Габриэль. Он положил руку сыну на плечо, посмотрел ему в глаза с едва заметной гордостью.
— Рад тебя видеть, сын. Знаешь… мы уже начали понемногу скучать по тебе.
— Я тоже скучал, — мягко ответил Алекс. — По вам обоим.
Взгляд парня скользнул дальше — к группе горничных, которые молча стояли неподалёку. Алекс улыбнулся ещё теплее.
— И по вам тоже, — добавил он. — Очень сильно.
Горничные не ответили словами — только улыбками. У кого-то даже глаза немного увлажнились.
— Пока вы тут трогательно обнимаетесь, — отозвалась Альфа с лёгкой усмешкой, — еда остывает. И если не поспешите к столу — рискуете есть уже холодное.
— Золотые слова, — поддержал её Габриэль. — Такое добро нельзя упускать! Вы идите к столу, а я присоединюсь через минут десять.
Все рассмеялись — и уже через минуту Эмма с Алексом и горничные направились в большую столовую. В воздухе витало тепло настоящего дома.
За большим дубовым столом в столовой все уже заняли свои места. Горничные сидели по обе стороны, вполголоса переговариваясь между собой — кто-то тихо смеялся, кто-то уже накладывал себе салаты и овощи. Всё выглядело неформально, уютно — как в настоящей семье.
Алекс оглядел всех и невольно улыбнулся. Он никогда не делил этих девушек на слуг и прислугу — и сейчас, когда они сидели с ним за одним столом, это выглядело совершенно естественно.
— А почему ты не предупредил, что собираешься навестить нас? — с лёгкой улыбкой поинтересовалась Эмма.
— Всё получилось очень спонтанно, — ответил Алекс. — Всё время был чем-то занят, а свободное окошко выдалось только на эти выходные. Вот и подумал — а почему бы не навестить просто так?
— И чем же ты был так занят в Академии, что не мог навестить нас раньше? — спросила мать, подозрительно прищурившись.
Алекс уже открыл рот, но потом приподнял руку:
— Я всё расскажу. Но давайте сначала подождём отца, чтобы не повторяться.
— Логично, — кивнула Эмма, а затем быстро оглянулась назад. Убедившись, что в коридоре никого нет, немного понизила голос:
— А ты уже… встречался с Элизабет?
Алекс так же тихо ответил:
— Да. И даже стал её учеником.
Лицо Эммы смягчилось, она нежно улыбнулась:
— Гордость берёт. Но лучше… при отце её не упоминай, ладно?
— Она очень скучает по брату. Хочет поговорить, разрешить старые конфликты. Думаю, папа тоже этого хочет — просто не признается вслух.
Он сделал короткую паузу и добавил с лёгкой иронией:
— Если вычеркнуть из моих историй Элизабет… рассказывать почти нечего.
Эмма внимательно посмотрела ему в глаза — в её взгляде читались и тревога, и доверие одновременно.
— Я доверюсь тебе, Алекс. Просто будь осторожен, хорошо?
— Обещаю.
И в этот момент позади раздался знакомый голос:
— А это что за шепот среди бела дня?
Будто из воздуха появился Габриэль. Лёгкая улыбка — как всегда — и едва заметное подозрение в глазах.
— Ни о чём важном, — ответил Алекс с невинным видом. — Как раз ждал, когда ты вернёшься. Хотел начать рассказ о своих приключениях в Академии.
— О, это я люблю! — Габриэль потёр руки, усаживаясь на своё место. — Мы все внимательно тебя слушаем. — Он уже тянулся к поджаренному мясу. — Но сначала я всё же не откажусь от кусочка этого шедевра.
Алекс улыбнулся, окинул взглядом всех за столом — мать, отец, знакомые девичьи лица, улыбки, тепло — и только тогда заговорил:
— Ну, слушайте… Всё началось с первого дня...
Когда Алекс начал рассказывать, постепенно все затихли. Горничные слушали с интересом, а его родители — с мягкими улыбками. Но сам Алекс не сразу заговорил вслух — его рассказ тек внутри него, мыслями, воспоминаниями, которыми он делился не столько словами, сколько внутренним настроем.
«Началось всё с торжественной речи всех Директоров. Они тогда вышли перед всеми студентами, каждый абсолютно разный — и по характеру, и по подаче, но было ясно: каждый из них — настоящий монстр своего уровня. Тогда я понял, что Академия — не просто место, где учат. Это кузница, где из тебя выкуют того, кем ты должен стать.»
«Я стал учеником Элизабет… Точнее, формально я стал им в прошлом, но и сейчас всё ещё считаю себя её учеником. Без её помощи я бы и половины не добился за такой короткий срок.»
«Учёба действительно захватывающая. Каждый профессор — как отдельный мир. Мне повезло жить с Адамом — мы стали не просто соседями по комнате, а настоящими друзьями. И таких друзей я там нашёл немало.»
«Я также стал участником рейдовой группы от Академии. Это что-то новое для меня — командная работа, ответственность за других, за миссию, за результат. Мне доверяют… и я стараюсь быть достоин этого доверия.»
«Конечно, я немного приукрасил события. Не сказал, что сражался с Рейнером. Не упомянул и конфликт с профессором Элианом. Но пусть лучше они услышат именно такую версию. Без лишних тревог. Это ради их спокойствия…»
Когда он закончил, за столом повисла тихая, но уютная пауза. Первым заговорил Габриэль.
— Вот это я понимаю — история! — сказал он с улыбкой. — Горжусь тобой, сын. Рад, что ты нашёл новых друзей.
Его голос на мгновение стал серьёзнее, как и взгляд:
— Значит, ты стал учеником Элизабет… Наверное, и кровавой магии научился?
Алекс не отвёл взгляда, ответил ровно, но уверенно:
— Да, научился.
— Понятно, — коротко сказал отец. Он встал из-за стола, выпрямился. — Тогда я предлагаю дуэль. Хочу своими глазами увидеть, чему она тебя научила.
— Габриэль… — начала Эмма, пытаясь остановить мужа.
Но её перебил Алекс. Он спокойно положил руку на её ладонь:
— Всё хорошо, мама. Я проведу с ним дуэль. Но не сегодня. Я устал после дороги… Да и отец — после рейда. Пусть отдохнёт.
«И не только поэтому, — добавил он про себя. — На перемещение из Академии ушла почти вся моя мана. Удержать форму меча сейчас было бы непросто.»
Габриэль слегка улыбнулся и вернулся на место:
— Ладно. Значит, в другой раз. Но она обязательно состоится, так?
— Обязательно, — подтвердил Алекс. — И я покажу, на что способен.
— Надеюсь, потому что иначе проиграешь в первые же секунды, — снова вернувшись к привычному тону, бросил отец. — Я ведь тоже не бездельничал. Если мой сын такой талантливый — я, как его отец, обязан соответствовать его уровню.
— А чем ты занимался всё это время? Чему новому научился? — прищурился Алекс.
Габриэль только хитро усмехнулся:
— Пусть это останется сюрпризом до нашей дуэли.
— Ой, да хватит вам уже, — вмешалась Эмма, слегка закатив глаза. — Два петуха в одном дворе…
Она перевела взгляд на сына, и в её глазах появился знакомый огонёк:
— А теперь, Алекс… расскажи нам подробнее про Лилит и Элирию. Ты упоминал их раньше, но как-то… очень вскользь.
Алекс на мгновение задумался, улыбка исчезла, уступив место лёгкой сосредоточенности. А потом он вздохнул — и начал рассказывать...
Солнце всё ещё висело над горизонтом, заливая комнату тёплым золотистым светом, что пробивался сквозь приоткрытое окно. Тишина в доме после обеда действовала расслабляюще. Алекс, едва дойдя до своей комнаты, почти сразу сбросил верхнюю одежду и рухнул на кровать.
Его тело было тяжёлым, словно свинцовым. Перемещение из Академии вытянуло из него почти всю ману, и он отчётливо чувствовал каждую жилку, каждый нерв. Зелья восстановления маны, как назло, не осталось, а идти просить у матери… не хотелось. Хотелось только отдохнуть.
— Как же хорошо вернуться домой… — тихо проговорил Алекс, полулёжа, устраиваясь поудобнее. — Хоть бы и ненадолго.
И вдруг, словно в ответ на его мысли, в голове прозвучал знакомый, спокойный и тёплый голос:
— Завтра у Вас будет последний спокойный день, Владыка. А после него… свободного времени практически не останется. Так что восстановитесь как следует.
— И это даже хорошо, — ответил парень вслух, не открывая глаз. — Если свободного времени будет минимум — во-первых, я весь буду занят делами, которые помогут предотвратить войну. А во-вторых… у меня не будет времени на глупые мысли.
— Это правда, — тихо сказала Сирена. — Но помните, я всегда рядом. И всегда готова помочь Вам, если будет трудно.
Алекс слабо улыбнулся, не меняя положения.
— Я знаю… И спасибо тебе за это. Кстати… с тех пор как на мои плечи легло больше обязанностей, мы почти перестали говорить.
— Не переживайте, — ласково ответила она. — У Вас сейчас дела, требующие большего внимания. Я никуда не исчезну и всегда рядом.
Алекс на мгновение замолчал, а потом тихо произнёс:
— Ты права… Если в начале нашего пути после возвращения в прошлое я только говорил, что несу ответственность за многих… то теперь это не просто слова. Я взял на себя ответственность за жизни десятка людей. Людей, которые мне небезразличны.
Пауза. В комнате едва слышно зашуршало дерево за окном.
— Это будет трудно… — продолжил Алекс. — Но я сделаю всё возможное, чтобы никто из них не погиб. Отдам всё, что у меня есть. Лишь бы уберечь их.
— Я верю в Вас, Владыка. И всегда буду Вашей опорой, — нежно сказала Сирена.
— Спасибо… — сонно прошептал он.
Веки стали тяжёлыми, мысли — медленными. Тепло кровати, тишина в доме, покой в сердце — всё слилось воедино, и уже через несколько секунд его дыхание выровнялось.
Алекс уснул.