Шут стоял на балконе своего поместья, прислонившись к кованому ограждению, сквозь которое медленно проходил лёгкий ветерок. Он закрыл глаза, наслаждаясь приятным спокойствием, царившим вокруг. Даже внутри его безумного, противоречивого существования находилось место для тишины. Для простого мгновения… без хаоса, без борьбы.
Но этот миг длился недолго. В пространстве позади него ощутимо дрогнула ткань магии — знакомое колебание воздуха, лёгкое потрескивание энергии и отголосок чужой маны. Шут открыл глаза и медленно обернулся. На пороге балкона появился Алекс.
Тот стоял в своей форме Академии, как всегда уверенный и собранный. Их взгляды встретились, и уголки губ Шута слегка приподнялись в знакомой улыбке.
— Добро пожаловать в мою скромную обитель, Алекс. Похоже, это наша первая встреча в спокойной обстановке, не так ли? — произнёс он, заходя с балкона в кабинет и жестом приглашая гостя следовать за ним.
— Первая, однако, надеюсь, не последняя, — ответил Алекс, делая несколько шагов вперёд и также входя внутрь.
— Что ж, как и обещал, прежде всего я дам тебе возможность увидеть тех, кого мы спасли. Некоторые из них очень хотели встретиться с тобой.
Алекс кивнул и, не произнеся ни слова, направился за Шутом, который уже стоял у массивной деревянной двери с бронзовыми вставками.
Они вышли из кабинета, расположенного на втором этаже. Коридор был длинным, с высоким потолком, но не слишком помпезным. Стены были выкрашены в сдержанный графитовый цвет, а на них размещались простые картины в серебристых рамках. Пол был выстлан гладким тёмным деревом, приятно поскрипывающим под ногами.
По обеим сторонам коридора располагались высокие окна, через которые проникал мягкий дневной свет, отбрасывая бледные лучи на стены. В углах стояли небольшие кадки с ухоженными растениями. Здесь царила почти идеальная чистота — ни пылинки, ни единого лишнего предмета.
Они миновали несколько дверей — Алекс мысленно предположил, что это могли быть гостевые спальни, библиотека или комнаты для совещаний. Далее — лестница. Широкая, с изящным металлическим ограждением, плавным изгибом и светильниками, встроенными в стену на каждом повороте.
Первый этаж ощущался более тёплым. Стены здесь были кремовыми, с тёплыми вкраплениями деревянных элементов. В центре — просторная гостиная: несколько мягких диванов, круглый стол с чашками, уютное освещение, не давящее на глаза. Здесь действительно хотелось просто… посидеть.
Они пересекли эту комнату и направились к тяжёлым дверям в другом конце помещения. Шут легко толкнул одну из них, и перед ними открылся узкий каменный проход, ведущий вниз — в подземелье.
— Осторожно, — бросил Шут, спускаясь первым.
Лестница была каменной, слегка влажной, освещённой лишь рассеянными магическими кристаллами на стенах. Каждый шаг отдавался эхом, пока они не спустились вниз.
Впереди начинался просторный коридор, и уже через несколько шагов появились первые признаки человеческого присутствия.
— Почти пришли, — тихо произнёс Шут, не оборачиваясь.
Пройдя ещё несколько десятков метров по коридору, где едва уловимый аромат старого камня постепенно сменился чем-то более мягким, Шут наконец остановился перед массивными деревянными дверями. Одним лёгким движением он открыл их — и перед Алексом открылась широкая зала, разительно отличавшаяся от всего, что можно было ожидать от подвального помещения.
Это был огромный, хорошо освещённый подвал. Свет лился из десятков кристаллов, вмонтированных в потолок и стены, окутывая комнату мягким и тёплым сиянием. В воздухе стоял приятный, слегка сладковатый запах — что-то вроде сушёных цветов и чистой ткани. Пол был застелен плотными коврами, а на них — десятки аккуратно разложенных матрасов, одеял и подушек.
Всё выглядело максимально уютно, насколько это вообще было возможно в условиях подвала.
Люди — бывшие рабы и сироты — были одеты в простую, но опрятную одежду. Женщины — в лёгких платьях или туниках, мужчины — в рубашках и штанах, дети — в удобной повседневной одежде. Их внешний вид кардинально отличался от того, что Алекс видел в пещере герцога. Здесь не было того мёртвого взгляда, пустоты в глазах, что прежде висела в воздухе, словно невидимая петля. Большинство уже понемногу начинали возвращаться к жизни.
Неподалёку от стен стоял большой деревянный шкаф, щедро заполненный книгами. Несколько взрослых и подростков сидели на матрасах рядом с ним, внимательно читая. Глаза одного мужчины, державшего в руках толстый том с гербом какого-то дворянского дома, светились любопытством.
В центре комнаты дети играли между собой — деревянные игрушки, мячи, куклы ручной работы — всё выглядело совершенно новым. Кто-то строил башню из деревянных кубиков, кто-то бегал вокруг, а другие просто сидели группками и что-то обсуждали, перешёптываясь.
Некоторые взрослые вели неспешные разговоры, сидя рядом на одеялах, другие — просто лежали с закрытыми глазами, словно впервые за долгое время могли позволить себе расслабиться.
В одном из углов стояли два деревянных стола. На одном — несколько графинов с чистой водой, рядом аккуратно расставленные глиняные чашки. На другом — тарелки с простой, но сытной едой: хлеб, сушёные фрукты, варёные овощи, супы в большой миске, откуда каждый мог себе налить.
Атмосфера в комнате была спокойной. Тёплой. Человечной. Несмотря на подземное помещение, здесь не чувствовалось клаустрофобии — было светло, уютно и безопасно.
Шут остановился в проходе и дал Алексу время самому всё рассмотреть. Юноша на мгновение замер, оглядывая это импровизированное сообщество спасённых. И хотя ментальное исцеление было ещё далеко не полным, первый шаг уже был сделан — эти люди снова начинали жить.
Шут, краем глаза отметив выражение лица Алекса — смесь сосредоточенной серьёзности, облегчения и, возможно, лёгкого удивления, — улыбнулся и неспешно спросил:
— Ну и как тебе?
Алекс быстро собрался, выдохнул через нос и кивнул:
— Это… в разы лучше, чем я представлял. Честно. Хотя и жаль, что им сначала пришлось жить в подземелье, а теперь — в подвале.
— Я бы и сам с радостью поселил их в поместье, — ответил Шут, хмыкнув. — Но, боюсь, на всех не хватит ни комнат, ни кроватей. А этот подвал… по крайней мере на первое время — лучшее, что я могу предложить.
На мгновение между ними повисла тишина. Снизу доносился приглушённый детский смех.
— Слушай, — отозвался Алекс, — а кто-нибудь… решил остаться в подземелье Лоренцо?
— Как ни странно — нет, — ответил Шут, слегка приподняв брови. — Я ожидал, что хотя бы с десяток останется, не поверит, испугается. Но ушли все. Спокойно. Без истерик. Без колебаний.
Алекс едва заметно улыбнулся:
— Тогда я рад, что они приняли лучшее для себя решение.
— Как и я, — согласился Шут, после чего добавил: — Кстати, если интересно, сирот нам удалось спасти семьдесят четыре. Все — из разных «Лучей Надежды».
— Семьдесят четыре… — повторил Алекс. — И ты хочешь знать, заберу ли я их сегодня, так?
Шут кивнул.
— Ещё нет. Я всё ещё не встречался с тем человеком, которому собираюсь передать собственность всех детских домов. Но думаю, в ближайшие два-три дня смогу всё реализовать.
— Рад это слышать, — сказал Шут, скрестив руки. — В любом случае они под присмотром и защитой, так что не переживай. Два-три дня я ещё смогу подержать их у себя.
— Спасибо, — коротко сказал Алекс.
— Да брось, — махнул рукой Шут. — Это мелочи.
Он неспешно двинулся вперёд, приближаясь к людям. С первого взгляда казалось, что их присутствие осталось незамеченным, однако уже через мгновение всё изменилось.
Маленький мальчик лет пяти, сидевший на краю одеяла и игравший деревянной змейкой, вдруг замер. Его глаза округлились, и он быстро дёрнул маму за край платья, показывая пальчиком в сторону Шута и Алекса.
— Мама, мама… — прошептал он.
Женщина наклонилась к нему:
— Что такое, солнышко? — ласково спросила она, а затем перевела взгляд туда, куда указывал сын. Её лицо мгновенно изменилось: глаза расширились, губы чуть приоткрылись, и она удивлённо выдохнула:— Повелитель…
Она легко наклонилась в полупоклоне. Её голос вызвал волну внимания среди остальных. Взгляды медленно, один за другим, сосредоточились на двух мужчинах, стоявших у прохода.
Шут подошёл к женщине и мягко положил ей руку на плечо, тепло произнеся:
— Сколько раз ещё повторять… обращайся ко мне по имени.
— Прости, — растерянно сказала она, — Шут… Я… я просто невероятно рада тебя видеть.
— Взаимно, — искренне ответил Шут и добавил: — Как ты себя чувствуешь?
Женщина уже спокойнее ответила:
— С каждым днём лучше. Как и все мы. И это благодаря тебе.
— Не только мне, — сказал он, слегка улыбнувшись и оборачиваясь к Алексу. — Это заслуга и этого молодого юноши.
Жестом он пригласил Алекса подойти ближе.
Алекс подошёл к Шуту и бросил короткий взгляд на женщину с мальчиком. Оба были одеты в опрятную, простую, но чистую одежду. Женщина — молодая, с мягкими чертами лица и тёмными волосами, собранными в хвост. Она выглядела спокойной и устало-счастливой. Мальчик — светловолосый, с большими карими глазами, с любопытством рассматривал Алекса, не прячась за маму, как другие дети. Оба, вопреки ожиданиям Алекса, не имели никаких следов побоев или голода — они выглядели живыми.
Шут повернулся лицом к залу и заговорил уже громче, так, чтобы его услышали все:
— Добрый день вам, друзья. Рад видеть вас в хорошем настроении и с искренними улыбками. Это действительно то, что я больше всего хотел увидеть сегодня.
В комнате стихли голоса. Взрослые и дети обратили внимание на Шута.
— И сегодня я привёл с собой того, кто внёс не меньший вклад в ваше спасение, чем я. Хочу представить вам Алекса.
Он сделал шаг в сторону, полностью открывая фигуру юноши.
— Этот вампир отчаянно сражался с наёмниками Лоренцо, не щадя себя, лишь ради того, чтобы вы получили второй шанс. Он заслуживает той же благодарности, которой вы одарили меня и моих людей.
Казалось, будто кто-то молча подал сигнал — все, кто сидел или лежал, почти одновременно поднялись на ноги. А затем, словно по команде, склонили головы и поклонились. Простое, сильное «Спасибо!» хором прокатилось по комнате.
Алекс растерянно замахал руками перед собой:
— Нет, нет, пожалуйста… поднимите головы.
Его голос был слегка сбивчивым, но искренним.
— Я сражался с Лоренцо не для того, чтобы вы снова склонялись перед кем-то. Вы больше не должны этого делать.
Эти слова, казалось, произвели впечатление. Взгляды изменились. Люди начали выпрямляться, расправлять плечи. В воздухе повисла тишина.
Когда все смотрели на него, Алекс заговорил снова:
— Как и Шут, я рад видеть вас всех в добром состоянии. Рад, что каждый из вас решил воспользоваться тем шансом, который мы вам дали.
Он коротко выдохнул, взгляд скользнул по лицам.
— То, что вы пережили… ужасно. И я не буду делать вид, что понимаю вас. Даже если мы с Шутом сделаем всё возможное, — мы не сможем забрать ваши воспоминания. Но я здесь… чтобы помочь вам похоронить их. Среди новых. Лучших. Чтобы вы снова почувствовали, каково это — жить, а не выживать. Чтобы для вас снова существовало «завтра».
Его голос слегка дрогнул, но глаза оставались твёрдыми.
Комната взорвалась аплодисментами. Искренними, громкими. Кто-то кричал: «Спасибо!» — снова и снова. У кого-то на глазах выступили слёзы. А кто-то просто улыбался.
На губах Алекса тоже появилась тёплая, искренняя улыбка. Он стоял, наблюдая за этой волной эмоций, и в мыслях мелькнуло:
«Похоже, я сказал всё правильно. Мы вырвали их из лап медленной смерти. И теперь… чтобы мои слова имели вес, чтобы их слёзы не были напрасны — я должен идти дальше. Ещё увереннее. Чтобы сдержать то обещание, которое я дал Люмении. И которое только что дал этим людям».
В голове прозвучал знакомый голос Сирены. Нежный, мягкий, тёплый:
— Вы прекрасно справляетесь, Повелитель. Я вижу, как Вы меняетесь. И я горжусь Вами.
— Спасибо.
Когда волна аплодисментов постепенно стихла, Алекс сделал шаг вперёд и вновь заговорил:
— Есть ещё кое-что, что я хочу вам сказать. Все дети, которые были насильно забраны из «Луча Надежды», совсем скоро смогут вернуться обратно. Я уже нашёл для них нового владельца — того, кто сможет не только позаботиться о самих приютах, но и обеспечить должный уход и заботу каждому из вас. Я лично помогу с переселением, чтобы этот процесс прошёл как можно быстрее и с минимальными хлопотами.
Зал взорвался радостным шёпотом. Дети поворачивались друг к другу с улыбками, некоторые возбуждённо хватали за руки своих товарищей, в глазах многих вспыхнул живой огонёк надежды. Даже среди взрослых прокатилась волна эмоционального облегчения.
Пока Алекс ещё ловил эти реакции, рядом прозвучал спокойный голос Шута:
— Это всё, что ты хотел увидеть? И сказать?
Алекс перевёл на него взгляд и коротко кивнул:
— Да.
Шут тоже едва заметно кивнул, после чего обратился уже ко всем:
— Нам с Алексом уже пора идти. Но… — он сделал короткую паузу и улыбнулся, — я очень надеюсь, что мой друг не откажется остаться ещё ненадолго. Например, на ужин. Вместе с вами.
Его взгляд обратился к Алексу, и тот с надрывным вздохом ответил:
— Хорошо, останусь.
— Вот и отлично! — радостно хлопнул в ладони Шут. — Что ж, мы ещё увидимся чуть позже.
Шут сделал лёгкий поклон — короткий, но исполненный уважения. Алекс молча и немного неуверенно повторил тот же жест. Под их ногами вспыхнул магический круг, и спустя мгновение оба исчезли, оставив после себя лишь короткий шлейф света и разговоры, которые сразу же возобновились в подвале.
Кабинет Шута встретил их тёплым светом. Шут жестом пригласил Алекса сесть. Юноша молча занял место в мягком кожаном кресле напротив массивного письменного стола, внимательно следя взглядом за каждым движением хозяина. Тот спокойно подошёл к шкафу, открыл его и достал бутылку из тёмного стекла и два больших бокала. Поставив их на стол, он открыл бутылку и с почти праздничной неспешностью налил в бокалы густой золотистый эль.
— У меня есть тост, — с улыбкой произнёс Шут, поднимая свой бокал. — За нашу победу над Лоренцо.
Алекс искоса взглянул на напиток, затем на Шута. В его взгляде читалось едва заметное недоверие. Шут не стал молчать:
— Если бы я хотел тебя отравить, поверь, я сделал бы это куда изящнее. И уж точно не стал бы портить такой эль. Это же святотатство.
Алекс сдался, тихо вздохнул и поднял свой бокал:
— В твоих словах есть доля истины. За победу.
Они почти синхронно сделали по несколько глотков. Напиток действительно оказался хорош — насыщенный, сладковатый, с выраженным медовым привкусом и мягким послевкусием.
— Ну как тебе?
Алекс коротко кивнул:
— Понравился. Особенно этот медовый оттенок.
— Мой любимый, — с довольством сказал Шут, ставя бокал на стол. — Пил бы его литрами, если бы он не стоил таких безумных денег.
Наступила короткая пауза. Оба сидели молча, уставившись на пламя, трепещущее в камине. Тишина была не напряжённой, а скорее… выжидающей. Наконец Шут тихо усмехнулся, почти себе под нос:
— Знаешь, я даже представить не могу, насколько вся эта ситуация в твоих глазах выглядит абсурдной.
— Что ты имеешь в виду? — спокойно спросил Алекс, хотя выражение его лица стало настороженным.
— Ну смотри. Ты сейчас сидишь в моём кабинете и пьёшь со мной эль. Со мной — тем, кто когда-то имел дело с Монтамерами. Тем, кто связан с Элианом — тем самым, что превратил твоего друга в монстра. Тем, кто отдавал приказы Генриху и существу, из-за которых твои близкие оказались в опасности в подземелье. Тем, кто сотрудничал с самим Лоренцо. Я прекрасно понимаю, что после всего этого в твоих глазах я выгляжу главным злом. Однако с другой стороны — именно я помог Рейнеру и отдал тебе ещё одно зелье, верно? Мы вместе убивали наёмников Лоренцо. И, к слову, я не приказывал тому монстру калечить твоих близких — лишь ранить. Напугать. Чтобы у тебя была более сильная мотивация показать всю свою мощь. И, согласись, это сработало.
Алекс с лёгким кивком подтвердил:
— Да. Всё это правда. Но есть одна деталь, которую ты очень удобно игнорируешь. Все эти ситуации были созданы именно тобой.
В ответ Шут рассмеялся. Громко, даже искренне — словно услышал хороший анекдот. Алекс не отвёл взгляда, его лицо оставалось серьёзным.
— Тут ты не совсем прав, — улыбаясь, сказал Шут. — Думай шире. Да, все эти ситуации действительно создал я. Но почему мне пришлось пойти на это? Из-за тебя. Ты устранил Монтамеров и тем самым создал брешь в структуре. Мне нужно было чем-то её закрыть, и этим «чем-то» стал Лоренцо. Параллельно с этим ты сам начал меня интересовать. Сначала я проверил тебя через Элиана и Рейнера. Потом — через монстра в подземелье. Так что первопричина всего этого не я, а ты, Алекс. Ты — катализатор.
Алекс слегка отвёл взгляд, молча обдумывая услышанное.«Где-то в глубине души эта мысль уже не раз меня тревожила. И вот сейчас Шут её подтвердил».
Но вслух Алекс сказал лишь:
— Если это так, если именно я заставил тебя действовать подобным образом… почему ты до сих пор не избавился от меня? Это было бы проще, чем вечно ломать себе голову.
Шут ответил без паузы:
— Я уже говорил тебе ответ, — его голос звучал чуть мягче, чем раньше. — И с тех пор он не изменился.
— Из-за интереса? — спросил Алекс. — Ты хочешь сказать, что всё это — лишь потому, что я тебе интересен?
На губах Шута появилась улыбка. Но не ехидная. В этот раз — настоящая, почти усталая.
— Подумай сам, — сказал он. — Ты семнадцатилетний вампир, освоивший магию тьмы. Уже одно это — уникально. Я живу очень долго, Алекс. И никогда не видел ничего подобного. Ты не просто интересен. Ты — аномалия. Ты победил профессора Академии. Ты выжил в бою с монстром, который должен был быть сильнее большинства S-ранговых боссов. И сделал это в семнадцать лет. На этом фоне даже уничтожение Монтамеров выглядит как детская забава.
Алекс, уже с ноткой раздражения в голосе, перебил:
— Не может быть, чтобы всё сводилось лишь к интересу. Судя по тому, как ты себя ведёшь… ты хочешь, чтобы я доверял тебе. Полностью. Без сомнений. Если я ошибаюсь — поправь меня. Но если я прав, скажи… почему?
Повисла напряжённая тишина. Шут больше не улыбался. Он медленно выпустил воздух через нос, глядя прямо в глаза Алекса.
Шут сделал ещё один глоток эля, поставил бокал на стол и наконец нарушил молчание.
— Тебя интересует моя мотивация, — мягко начал он. — Хорошо. Я буду с тобой до конца откровенен.
Он поднял взгляд и, не отводя глаз, спокойно продолжил:
— Всё, чего я хочу, — это поставить беседку на заднем дворе своего поместья. Открыть бутылку хорошего эля, сесть в тени, когда дует прохладный ветерок… и выпить бокал вместе со своей женой. Вот и вся мотивация. Без мировых изменений, амбиций или вычурных целей.
Он слегка улыбнулся и, наклонив голову набок, добавил:
— Ну и что скажешь, Алекс? Удовлетворил тебя такой ответ? Или ты разочарован тем, что за всей этой маской — лишь такое банальное желание?
Алекс молчал. Его взгляд внимательно изучал каждый мускул лица Шута, каждый нерв, каждое движение век. Он пытался уловить малейший признак лжи, фальши, игры. Но… ничего. Лишь спокойствие. Тихое, глубокое и странно честное.
«Вот бы сейчас умение Астариона слышать чужое сердцебиение…»
— Я не разочарован, — наконец ответил Алекс, и в его голосе больше не было раздражения. — Я… впечатлён.
Шут прищурился, с лёгким удивлением взглянув на него.
— А какова твоя мотивация, Алекс? — поинтересовался он. — Что заставляет тебя снова и снова поднимать оружие?
— Защита родных, — не раздумывая ответил Алекс. — Защита близких. И тех, кто поверил в меня.
Шут медленно кивнул, с задумчивой улыбкой.
— Выходит, наши цели не так уж и различаются, — сказал он. — Просто мы идём к ним разными дорогами. И, как ни парадоксально, именно из-за этого мы и мешаем друг другу. Я делаю что-то по-своему — ты это разрушаешь. Ты сражаешься по-своему — а я, пусть и не напрямую, но создаю тебе препятствия. Но что если, — его голос стал спокойнее, почти доверительным, — мы пошли бы одним путём вместе?
Алекс удивлённо приподнял бровь:
— Что?
«Я не собирался говорить об этом сегодня», — мелькнуло в мыслях Шута.«Но сейчас для этого идеальный момент».
— У меня есть предложение, Алекс, — произнёс он вслух, глядя прямо в глаза. — Давай объединимся. Ты — со своей силой, убеждениями и целью. Я — со своей сетью, ресурсами и… знанием более тёмной стороны мира. Мы можем не соглашаться во всём. Но вместе мы сможем достичь своих целей куда быстрее.
В комнате повисла тишина — тяжёлая, как перед бурей. Алекс лишь молча смотрел на него, а Шут просто ждал.
Сирена заговорила первой. Её голос в сознании Шута звучал немного тревожно:
— Повелитель, Вы уверены, что объединение с ним — хорошая идея?
Шут, слегка сосредоточившись, мысленно ответил:
— Да. Я верю, что сотрудничество с ним поможет мне наконец достичь цели.
— Каким образом он сможет Вам помочь? — поинтересовалась она.
— Я смогу стать сильнее, — ответил Сирене Алекс. — А главное — выносливее. Бой с монстром показал, что сил у меня более чем достаточно, но выносливости катастрофически не хватает. Чтобы это исправить, мне нужно сражаться с тем, кто сильнее меня и точно не будет сдерживаться. И лучший кандидат для этого — Шут.
— Надеюсь, Вы не ошибаетесь, — тихо произнесла Сирена.
— И я тоже, — мысленно ответил Шут. — Но я сделаю всё, чтобы из этого сотрудничества что-то вышло. И надеюсь, Алекс поступит так же, после чего каждый из нас сможет жить спокойно.
— А если он предаст Вас? — обеспокоенно спросила Сирена.
Алекс на мгновение задумался.
— Этого исключать нельзя. Хотя Шут сейчас и сильнее, я не стою на месте и с каждым днём приближаюсь к его уровню силы. А когда у меня будет тот меч… я стану даже сильнее него.
Шут сделал глоток эля и мысленно добавил:
— Я, конечно, хочу верить, что всё обойдётся. Но если нет…
И тогда одновременно в двух совершенно разных головах прозвучал один и тот же ответ:
— Я просто избавлюсь от него.
Алекс легко улыбнулся и протянул руку:
— Я принимаю твоё предложение. Надеюсь на плодотворное сотрудничество.
— Буду рад работать с тобой, — так же легко ответил Шут, пожимая юноше руку.
Когда их руки разошлись, Алекс поднял бокал:
— А теперь — за начало этого самого сотрудничества.
— За начало, — поддержал тост Шут, и оба сделали по несколько глотков.
Допив, Шут снова наполнил бокалы, сделал глоток и, удобно устроившись в кресле, спросил:
— Ну и что ты планируешь делать теперь, когда история с Лоренцо закончена?
— Сначала, как и говорил, закрою вопрос с сиротами. А потом снова сосредоточусь на тренировках. И тут мне нужна твоя помощь, — ответил Алекс.
— Я внимательно слушаю, — сказал Шут, скрестив руки на груди.
— У меня проблема с выносливостью. Бой с твоим монстром я выиграл, но после того как переместил всех домой — потерял сознание. Пролежал так два дня. Такое не должно повториться. Мне нужен сильный противник для тренировок. Сильнее меня.
— Понимаю, — кивнул Шут. — Лично тренировать тебя будет сложно из-за нехватки свободного времени. Но обещаю что-нибудь придумать к нашей следующей встрече, когда ты разберёшься с сиротами.
— Спасибо. Кстати… — Алекс слегка наклонил голову. — Может, есть что-то, с чем я могу помочь тебе? Просто как-то так вышло, что всё это время именно ты помогал мне.
— Вообще-то есть. Но не сейчас. Когда придёт время, я обязательно обращусь, — улыбнулся Шут. И, заметив, как в глазах Алекса мелькнуло недоверие, добавил: — Не переживай. Ничего такого, что шло бы вразрез с твоими принципами.
— Надеюсь, — коротко ответил Алекс.
— Кстати, — вспомнил Шут. — Ты уже использовал то зелье, которое я дал тебе тогда на поляне?
— Нет.
— Это хорошо. Потому что я тогда толком не объяснил, что оно делает. Во-первых, это очень сильное зелье регенерации. Оно может даже восстановить утраченные конечности. Во-вторых — вернуть нормальный облик, как в случае с Рейнером. Правда, вряд ли тебе когда-нибудь пригодится второе.
— И это всё? А проклятия оно снимать может? — разочарованно спросил Алекс.
— Нет. Но… — Шут прищурился. — Тебе нужно зелье против проклятий?
— Не мне. Моему близкому другу.
— Я прекрасно понимаю, о ком ты, — улыбнулся Шут, открывая инвентарь. Он достал оттуда колбу с чёрной жидкостью и поставил её перед Алексом. — Это может помочь. Оно способно снять любое проклятие. Его создал мой друг — пожалуй, лучший алхимик на континенте.
Алекс покосился на колбу.
— Вы его проверяли?
— Конечно. Но только на слабых и средних проклятиях. Против сильного я не знаю, сработает ли оно. Может — да, может — нет. Но Астариону и так уже нечего терять. Возможно, стоит попробовать.
— Откуда ты… — начал Алекс, но остановился, сам ответив на свой вопрос. — Ладно. Чему я вообще удивляюсь.
Он взял зелье и убрал его в свой инвентарь.
— Спасибо.
— Не стоит, — пожал плечами Шут. — Мы теперь партнёры. А партнёры должны помогать друг другу.
Мужчина сделал ещё один глоток эля и бросил взгляд через плечо на балкон.
— До ужина ещё есть немного времени, — произнёс он, вглядываясь в небо, где солнце лишь начинало клониться к горизонту.
Он поставил бокал на стол и решительно поднялся. Алекс, молча следя за ним взглядом, тоже встал.
Под ногами обоих мгновенно вспыхнуло магическое кольцо — и в следующую секунду кабинет растворился в свете. Когда зрение вернулось, они уже стояли посреди знакомой поляны. Той самой, где когда-то Алекс сражался с Элианом. Той, где впервые встретил Шута. Но теперь её заливал мягкий свет вечернего солнца, а не тишина звёздного неба.
— Зачем мы здесь? — спросил Алекс, оглядываясь.
— У нас есть минут двадцать–тридцать. Прекрасная возможность для небольшой дуэли.Оценим силы друг друга.
В голосе Шута не было ни бравады, ни дерзости. Лишь интерес. В его руке вспыхнуло магическое кольцо, из которого сформировался длинный элегантный меч.
— Так что покажи мне всё, на что способен.
— Давно ждал этой возможности, — улыбнулся Алекс. В его руке сгусток крови собрался в тёмный меч.
Оба приняли боевые стойки — и в следующее мгновение вспыхнула молниеносная атака. Мечи с грохотом столкнулись, и их лица на секунду замерли друг напротив друга — каждое с улыбкой, полной нетерпеливой радости. А затем началась настоящая битва.
Алекс первым перешёл в наступление: меч из крови рассёк воздух серией быстрых ударов. Шут уклонялся и парировал легко, грациозно, словно танцевал под ритм невидимого оркестра. Его меч из света вспыхивал каждый раз, когда сталкивался с кровавым клинком Алекса.
Затем Алекс отскочил, отбросил руку в сторону — и из неё вырвался хлыст тьмы, рассекающий землю. Шут скрестил руки, вызывая перед собой барьер из света, который рассыпал тьму и поглотил удар.
— Хорошо, — улыбнулся Шут. — Но я хочу увидеть больше.
Он рванул вперёд, оставляя за собой световой след. Его атаки были настолько быстрыми, что казалось, будто он исчезает и появляется рядом с Алексом снова и снова.
Алекс, едва успевая реагировать, блокировал и отвечал, но с каждой секундой давление усиливалось.
Внезапно Шут поднял меч к небу — и тот взорвался сотнями световых игл, которые посыпались на поляну. Алекс создал над собой купол тьмы: часть лучей отразилась, часть рассекла землю вокруг. Парень взмахнул рукой — и гигантская волна тьмы смела все световые иглы вокруг него, словно цунами.
— Ого! — только и успел сказать Шут, защищаясь от волны световым барьером.
Но когда пыль осела, Шут уже держал в руках двойной клинок из света. Его глаза горели азартом.
Воздух задрожал, когда Алекс поднялся в небо на магической платформе из тьмы, словно выросшей из ничего. Она пульсировала под его ногами, созданная из концентрированной магии, вращающейся по краям тёмными спиралями. Алекс вытянул руку вперёд — и началось.
Из его ладони вырвались пять крупных снарядов, каждый из которых был тёмен, как беззвёздное небо. С гулом они рванули к Шуту, который завис чуть ниже, удерживаясь в воздухе с помощью световых крыльев, бьющих светом из-за спины.
Шут грациозно уклонился от первого, второго, третьего. Один пролетел совсем близко, оставив подпалённый след на рукаве. Два других снаряда, преследуя его, начали закручиваться, следуя за его движениями — Алекс вложил в них самонаведение.
— Неплохо, — бросил Шут в воздухе, разворачиваясь и протягивая руки.
В его ладонях вспыхнули два световых круга, которые с громким треском выпустили лучи. Те ударили по тёмным снарядам, разорвав их в воздухе взрывами, похожими на чёрные цветы.
Алекс едва успел перехватить меч обеими руками, когда Шут оказался прямо перед ним. Их клинки столкнулись с такой силой, что воздух вокруг затрещал. Шут выполнил быстрый разворот в воздухе и нанёс горизонтальный удар слева — Алекс заблокировал его и попытался контратаковать колющим ударом снизу, но Шут легко перевернулся через него, зависнув над платформой.
— Уже лучше, — прокомментировал он.
В следующий миг его меч описал дугу сверху вниз.
Алекс заблокировал удар, но от силы толчка поскользнулся на платформе.
— А теперь посмотрим, как ты держишься без опоры, — с улыбкой бросил Шут.
Он резко отступил назад, подняв меч в воздух и сжав его обеими руками. С лезвия сорвался световой снаряд, который с грохотом ударил прямо по платформе.
Алекс тут же выставил перед ней барьер из тьмы, который на секунду сдержал удар, но свет Шута проникал сквозь него. Платформа начала трескаться, задрожала — и рассыпалась.
Алекс полетел вниз.
Он перевернулся в воздухе, успев смягчить падение магией, и мягко приземлился на колени. Вокруг поднялось облако пыли. Над головой снова мелькнула тень — Шут уже летел в новую атаку.
В тот же миг из-под земли рванул чёрный шип, словно копьё. Потом ещё один. И ещё. Они прорывались из почвы, пытаясь пронзить Шута, но тот лишь слегка смещал траекторию, скользя между ними, как тень в свете.
— Неплохо! — воскликнул он, уклоняясь.
Алекс вытянул руку вперёд и выпустил волну тёмной магии. Она прокатилась по земле, вздымая её, словно прилив. Шут опустился на землю и встретил волну ударом света — обе силы столкнулись в центре, вызвав взрыв, который опалил траву и поднял клубы пыли.
Алекс рванулся сквозь облако и нанёс удар мечом. Шут заблокировал, и вновь начался обмен ударами. Первый. Второй. Третий. Каждый из них оставлял трещины в земле.
Затем Алекс резко отступил назад и выпустил два тёмных снаряда в упор. Шут выставил руку — и снаряды просто исчезли, словно были поглощены невидимым барьером.
— А теперь моя очередь, — сказал он и взмахнул рукой.
С его клинка вырвалась световая дуга, которая пронеслась над землёй, заставив Алекса броситься в сторону.
Когда Алекс приготовился к новой атаке, Шут уже стоял прямо перед ним. Меч света остановился в нескольких сантиметрах от его шеи.
— Это было весело, — сказал он с улыбкой, опуская клинок. — Но пока что я сильнее.
Алекс, тяжело дыша, опустил кровавый меч и слегка кивнул.
— Только пока что.
Шут рассмеялся.
— Буду ждать реванша.
Алекс, всё ещё тяжело дыша, но с уверенностью в глазах, провёл тыльной стороной руки по щекам, стирая пот, и улыбнулся:
— Я готов хоть сейчас. Ещё раунд?
Шут рассмеялся, легко отмахнув световой меч в сторону — тот рассыпался сиянием.
— О, твой пыл мне нравится. Но для первого раза — достаточно. Я увидел всё, что хотел. Теперь смогу разработать для тебя план тренировок, который выжмет из тебя всё, что можно… и ещё немного сверху.
Алекс перевёл дух, убирая меч из крови.
— Отлично. Мне точно есть что улучшать.
Шут провёл рукой по воздуху, словно стирая со лба воображаемую каплю пота, и насмешливо прищурился:
— Кстати, ты не передумал насчёт ужина?
Алекс тяжело вздохнул:
— Я уже пообещал. Хотя… судя по тому, как ты тогда на меня посмотрел, отказаться я, похоже, всё равно не особо мог.
Шут хихикнул и театрально прижал руку к сердцу:
— Отказ с твоей стороны расстроил бы не только меня, но и всех моих гостей. А это — настоящее преступление против гостеприимства.
— Я тебя так и понял.
Под их ногами снова появилось магическое кольцо. Свет и тень смешались, закрутились в спирали — и в следующий миг оба мужчины исчезли с поляны, оставив после себя лишь опустошённый битвой воздух и едва ощутимый жар.