Оплеуха Желтозубого рассекла воздух со свистом.
Казалось, еще мгновение – и удар придется прямо по лицу Линь Чэня…
Хлопок.
Замерло.
Один палец уперся тому в запястье.
Всего один.
Рука Желтозубого застыла в воздухе, словно вбитая в невидимый гвоздь.
Ни вперед податься, ни назад отпрянуть.
─ Ты… – просипел он.
Лицо его побагровело от натуги, он изо всех сил попытался продавить руку вниз.
А тот палец даже не шелохнулся.
Под навесом Сяо Чжоу и остальные застыли в оцепенении.
─ Остановил? Одним пальцем остановил?!
Линь Чэнь поднял глаза.
Легкое движение пальца.
Щелк.
В ту же секунду всю руку Желтозубого пронзило онемением, точно от удара током, и она плетью повисла вдоль туловища.
Он даже не успел доорать свой дикий вопль…
Линь Чэнь подался на полшага вперед и ткнул его пальцем в ямку на плече.
Бум.
Мужик весом под восемьдесят килограмм плашмя рухнул на землю.
Двое оставшихся пьянчуг отупели от увиденного, протрезвев наполовину.
Сообразив, в чем дело, они с диким ревом бросились на него с обеих сторон.
Линь Чэнь даже не обернулся.
Сделав движение рукой назад, он ткнул пальцем в локтевой сгиб левого нападавшего.
Бум.
Минус один.
Кулак третьего уже целился ему в затылок.
Он качнулся в сторону, уходя от удара, и легко ткнул противника в поясницу.
Бум.
Третий тоже растянулся на земле.
От силы секунд десять прошло.
Трое пьяных здоровяков лежали в ряд.
Дождь все еще шел.
У подножия ступеней царила абсолютная тишина.
…
Под навесом стояла гробовая тишина.
Сяо Чжоу держала телефон, и ее руки ходили ходуном, будто в лихорадке.
Она же собиралась снять на видео, как «доставщику намывают шею», а в итоге запечатлела какую-то чертовщину?
─ Я… я ослепла?
─ Одним пальцем… уложил троих?
─ Да в этих амбалах на троих килограмм двести весу…
Су Цин стояла неподвижно, не в силах сдвинуться с места.
Она смотрела на руки Линь Чэня.
Эти руки она видела на протяжении трех лет.
Теми руками он резал овощи, мыл посуду, протирал полы, таскал термосы.
А только что…
Именно эта рука одним пальцем повергла троих громил.
…
На земле.
Желтозубый скривился от боли и, с трудом приподняв голову, как раз застал момент, когда Линь Чэнь убирал руку.
Его зрачки резко сузились.
Такая техника…
В юности он пару лет обучался у одного бродячего мастера. Тот, бывало, заложив за воротник, сказывал, будто существует на свете искусство точечного удара – способное обездвижить человека одним тычком, да только утеряно оно уже с десяток лет, а те, кто им владеет – неподвластные никому небожители.
Неужели…
─ Вы… вы же… –
Голос Желтозубого дрожал, а остатки хмеля выветрились в мгновение ока.
Линь Чэнь опустил взгляд и посмотрел на него.
─ Ошиблись вы.
Четыре слова, сказанных безразличным тоном.
Желтозубого прошиб холодный пот, и, невесть откуда взяв силы, он подскочил на ноги и потащил за собой двух мычащих подельников.
─ Бежим! Живо бежим!
Трое хромающих урода бросились врассыпную и скрылись в пелене дождя.
…
Линь Чэнь наклонился и поднял телефон Су Цин.
Экран треснул, но все еще горел.
Он потер его о штанину и протянул ей.
Затем вернул висевшую на локте сумку.
Напоследок он подобрал с земли термос и приоткрыл крышку, заглядывая внутрь.
Суп не пролился ни на каплю.
─ Еще послужит, –
пробормотал он себе под нос.
Под навесом коллеги наконец пришли в себя.
Кто-то неуверенно забормотал:
─ Подумаешь, пару приемов поучил! Сейчас в каждой качалке такому учат!
─ Точно-точно! Те трое в дупель пьяные были, еле на ногах держались, от любого ветерка падали!
─ Именно, окажись там я, справился бы не хуже…
Наперебой выкрикивая эти слова, они сами себя убедили в собственной правоте.
Вот только шаги их выдавали с головой: обходя Линь Чэня стороной, они делали порядочный крюк.
…
Подъехало такси.
Линь Чэнь распахнул дверь, пропуская Су Цин вперед.
Дождливой ночью в салоне стояла тишина.
Водитель негромко включил радио.
Су Цин прижимала к груди тот самый термос.
Суп внутри еще не остыл, и через стенки сосуда тепло передавалось ее ладоням.
Она скосила глаза на сидевшего рядом мужчину.
Белая футболка промокла наполовину, с волос капала вода.
На лице застыло все то же трехлетнее выражение.
Спокойное, покорное.
Но та рука мгновение назад, тот единственный палец…
И животный ужас в глазах Желтозубого, бежавшего от них без оглядки.
Су Цин долго-долго всматривалась в него.
За все три года она впервые заговорила с ним первой.
─ Кто ты такой на самом деле? –