Большинство знаменитостей не могли выбирать, на каком шоу им появиться или с кем выступать. В первые дни после дебюта они часто отправлялись на съемки по расписанию, составленному их агентством, и узнавали о том, что именно будут снимать, только в день съемок.
Иногда участие утверждалось настолько спешно, что уведомление приходило всего за день или два. Такой была жизнь новичка, у которого не было возможности взвешивать варианты или жаловаться.
spArk избежали риска кануть в неизвестность с самого дебюта и благополучно встали на нужные рельсы. Усердно работая, они миновали годы новичков.
По мере того как росла их популярность и люди начинали сами искать встреч со spArk, ситуации, когда они ничего не знали заранее, прекратились. Поскольку их расписание заполнялось за месяц или два вперед, детали сообщались без лишних проблем сразу после утверждения дат.
Все улучшилось по сравнению с прошлым. Однако оставалась одна вещь, на которую они до сих пор не осмеливались влиять: появляться на экране вместе с кем-то или нет.
Чон Сонбин был согласен с доводами Ким Иволя о том, что spArk находились не в том положении, чтобы перебирать работой, но сегодня он не мог скрыть своего смущения.
М-м…
Сколько бы раз он ни перечитывал текст на экране, слова не менялись.
[УЧАСТНИКИ — Чон Сонбин, Хан Гаун]
Хан Гаун, главный вокалист Parthe, был очень сложным человеком для Чон Сонбина. И дело было вовсе не в том, что со старшим коллегой, опередившим их всего на год, было труднее всего найти общий язык… Скорее, это напоминало так называемую кровную месть.
Parthe и spArk не ладили с самых первых дней своего дебюта. Называть это кровной местью было несправедливо и по отношению к spArk, если учесть, что spArk технически были жертвой, получавшей тумаки стоя на месте.
Их чувства к Parthe никак не могли быть теплыми.
Благодаря тому, что Ким Иволь заранее предупредил их, словно предчувствуя такое развитие событий, Чон Сонбин не пострадал от мысли: «Мир айдолов такой страшный». Если общественная критика и обрушивалась на кого-то, Ким Иволь принимал удар на себя, делая стрелы, летевшие в остальных участников, относительно сносными.
Проблема заключалась в том, что не все в Parthe были одинаковы. Если бы у всех восьми участников были отвратительные характеры, открыто держаться на расстоянии не составляло бы труда.
Однако, поскольку ничто в мире не было абсолютным, один из участников Parthe не вел себя как мусор. Этим человеком был Хан Гаун.
Хан Гаун занимал ту же позицию, что и Чон Сонбин. Однако их положение внутри соответствующих групп было диаметрально противоположным.
У Чон Сонбина был старший участник, который чрезмерно защищал свои полномочия лидера, что само по себе могло быть в тягость, но он никогда не чувствовал себя обделенным вниманием или неуважаемым со стороны коллег.
Однако, находясь рядом с Parthe, он ловил себя на том, что ходит перед Хан Гауном по струнке, хотя они даже не состояли в одной группе.
Они загоняли своего младшего товарища в угол — иногда в шутку, а иногда и отпуская колкие замечания, которые было трудно списать на шутки. На протяжении съемок шоу на выживание Чон Сонбин чувствовал себя крайне неуютно, словно сидя на иголках.
Как только он понял, что Хан Гаун не плохой человек, на душе у него стало еще сложнее.
Обмениваясь номерами и репетируя совместное выступление, Хан Гаун заботился о своем младшем товарище с безразличным, но вдумчивым видом, а Чон Сонбин был не из тех, кто легко забывает проявленную к нему доброту.
Какую позицию ему занять во время съемок? Размышляя об этом, Чон Сонбин разыскал Пака Джуву. Непревзойденный в своем постоянстве, тот пел в вокальной кладовой и сегодня.
— Ты занят?
— Нет… Что случилось?
— Меня утвердили на участие в варьете.
— Это тяжелая программа?..
— Нет. Говорят, из участников будем только старший Хан Гаун и я.
Пак Джуву снял наушники, висевшие на плече, и положил их на колено.
— Куда ты отправляешься?..
— «Давай сделаем это после еды». То самое, куда ходил Иволь-хен со сонбэ Джаханом и сонбэ Юнчжэ.
— Понимаю… Значит, тебе придется готовить и ночевать со старшим Гауном вдвоем?
Выражение лица Пака Джуву стало еще серьезнее, чем у Чон Сонбина. Обладая глубокой эмпатией, его друг воспринимал чужие заботы как свои собственные. Чон Сонбин утешил друга, сказав, что это не такая уж большая проблема.
— Мне было немного неловко снова заводить подобный разговор с Иволь-хеном, поскольку я уже советовался с ним во время съемок шоу «IDC». Если он узнает о Parthe, он начнет переживать за три недели до начала съемок, а я этого тоже не хотел.
— У хена определенно такой характер…
— Я заранее поискал информацию о Parthe и прочем, чтобы не совершить ошибку. Мне нужно держать себя в руках, чтобы не вляпаться в ненужный скандал. Поэтому я старался вести себя осторожно, чтобы ни за что не зацепиться и не показаться грубым… но, говоря об этом вслух, я подумал, что Иволь-хен в нашей команде может быть страшнее фанатов другой группы.
Осекшись, Чон Сонбин вдруг словно прозрел, испытав внезапное озарение.
Видя, как Чон Сонбин резко обретает душевное спокойствие, Пак Джуву не успевал за ходом его мысли и то поднимал, то опускал ни в чем не повинные руки. Поразмыслив, Пак Джуву кивнул в знак согласия.
— Если только это не повод схлопотать нагоняй от Иволь-хена, больше тебе нигде не влетит…
— Правда? Какое облегчение, это снимает по крайней мере одно беспокойство. Хен, должно быть, был так строг с нами, зная, что могут возникнуть подобные проблемы.
Чон Сонбин с облегчением погладил себя по груди. Рассудок подсказывал ему, что демоническая строгость Ким Иволя проистекает вовсе не из каких-то грандиозных замыслов, а просто из-за его естественного нрава во всем, но Чон Сонбин изо всех сил старался заглушить голос разума и принять это с позитивной стороны.
Пак Джуву лишь прикусил губу и ничего не добавил.
Конечно же, глаза Ким Иволя расширились от новости о том, что Чон Сонбин будет участвовать в совместном проекте с Parthe. Его лицо выражало такое удивление, будто он услышал то, чего слышать не следовало.
— Кажется, в последнее время я вел себя слишком тихо с агентством…
— Это не так, хён! Садись!
Чон Сонбин силой усадил обратно пытавшегося встать Ким Иволя. Удержать Ким Иволя с помощью физической силы Чон Сонбина было практически невозможно, но благодаря тому, что Ким Иволь опасался повредить руку младшему товарищу, он оставил идею отправиться громить агентство.
— С каким участником? Они же не собираются выступать всем составом.
— Со старшим Хан Гауном.
— Ага…
Только после этого Ким Иволь скрестил руки на груди. Чон Сонбин, честно говоря, немного нервничал. Каким бы странным и забавным хеном ни был Ким Иволь, ему хотелось по возможности избегать ситуации, когда тот искренне злится на него с таким лицом до конца своих дней.
— А ты как?
— Я нормально к этому отношусь.
— Если собираешься лгать, хотя бы говори правдоподобно. Тебе нормально ввязываться в дела со старшими из Parthe?
— Недавно я еще переживал, но провел работу над мышлением и мне стало легче.
— Похоже, ты нашел какой-то грандиозный метод тренировок?
Удивился Ким Иволь. Столкнувшись с этим невинным выражением лица, Чон Сонбин не смог заставить себя произнести: «Да меня этот хён так треплет, что мне уже ничего не страшно!»
По мере приближения даты съемок Ким Иволь, выступая в роли человека, который уже прошел через это, систематизировал и поделился особенностями съемочной группы и полезными советами. Он также порекомендовал контент, которым удобно заниматься в свободное время.
Когда Чон Сонбин собирал вещи, Ким Иволь неотступно находился рядом, помогая инспектировать вещи и проверяя, не забыто ли чего.
— Брать слишком большой чемодан выглядит излишеством, так что давай остановимся на среднем размере. Разложи весь багаж по компрессионным мешкам. Так, даже если его будут снимать в открытом виде, все будет выглядеть аккуратно. Ночью может похолодать хоть в горах, хоть у моря, поэтому верхнюю одежду упакуй отдельно.
Благодаря этому Чон Сонбин смог уехать в аккуратной одежде и с прекрасно уложенной сумкой. Он чувствовал искреннюю заботу участников во всем, поэтому не чувствовал себя одиноким, несмотря на сольный график.
Машина ехала и ехала, пока не прибыла в небольшую сельскую деревушку. Было ли это потому, что ему настойчиво повторяли прибыть раньше Хан Гауна? Чон Сонбин ступил на съемочную площадку раньше некоторых сотрудников.
Выбравшись из машины, поприветствовав людей и оглядевшись, в переулок въехал фургон.
— Здравствуйте, старший!
— Здравствуйте.
Были обменяны неловкие приветствия. Настраивая микрофоны и получая сценарии, Чон Сонбин время от времени заводил разговор с Хан Гауном.
Долго ли они ехали сюда? Был ли он в последнее время занят? Это были старательные вопросы младшего, справляющегося о делах старшего без излишнего панибратства.
Хан Гаун в основном отвечал, что все в порядке, но сам смахнул листок, прилипший к штанине Чон Сонбина.
— Удачи на съемках.
Пожелал Хан Гаун. Чон Сонбин улыбнулся и бодро ответил.
За то, что он с таким энтузиазмом прокричал «Есть!», Чон Сонбину пришлось пережить слишком много трудностей. После подготовки ингредиентов, необходимых для приготовления ужина, его нижняя часть тела была полностью покрыта грязью.
— Старший! Я вернулся!
Когда он вошел во двор с корзиной, полной собранного урожая, Хан Гаун махал рукой, пытаясь разогнать едкий черный дым. Его верхняя одежда была перепачкана потом и пеплом.
Имея презентабельный вид лишь наполовину, они вдвоем сварили рис и, испугавшись скорости, с которой заходило солнце в горах, поспешно накрыли на стол на деревянном крылечке, чтобы поужинать.
Наступила ночь, и костер запылал так же ярко, как закат.
— …Сонбин, ты же лидер команды, — нарушил молчание Хан Гаун, помешивая дрова кочергой. — Каково это — жить со своими участниками?
— С участниками?
Чон Сонбин на мгновение погрузился в задумчивость. Буквально до самого его прибытия групповой чат кипел от сообщений. Поскольку во время съемок он не заглядывал в телефон, он понятия не имел, что обсуждалось после.
У spArk всегда было о чем поговорить, так что групповой чат не затих бы просто из-за того, что Чон Сонбин был на работе.
Чон Сонбин вспомнил Ким Иволя, который с улыбкой помогал ему собирать вещи перед отъездом. Пак Джуву побрызгал его средством от насекомых, наказав беречься комаров во время съемок на природе.
Все провожали его, желая хорошей поездки.
Честно говоря, быть частью spArk было настолько здорово, что он задавался вопросом, не будет ли лицемерием говорить об этом перед Хан Гауном.
— Каждый день полон новизны. Иногда мнения расходятся по пустякам, а в другой раз мы сплочемся из-за какой-нибудь совершенно незначительной мелочи и шумим. Я лидер, но меня тоже часто заносит.
— Вот как?
— Возможно, дело в том, что у меня не такой уж харизматичный характер. Я на самом деле не делаю ничего особенного только потому, что я лидер.
— Но spArk всегда будто льнут к Сонбину.
— Иволь-хен говорил, что если мы разбредемся кто куда, со стороны это будет выглядеть хаотично…
— Понимаю. Господин Иволь обычно отлично обо всем этом заботится.
Чон Сонбин не стал допытываться, как дела в Parthe. Вместо этого он перевел разговор на другую тему.
— Вы, старшие, дебютировали на год раньше нас. Каково это было, когда вы только дебютировали?