Нет, всё было не так.
Я ещё раз, уже подробнее, объяснил Рикардо, что произошло. Со стороны мои подозрения и правда выглядели дико, но разобраться в себе всё равно стоило.
*Щёлк!*
Он со всей силы щёлкнул меня по лбу.
— Ай!
Лоб обожгло болью. Я вскрикнул и тут же прикрыл его ладонью.
*Вот же зараза. Больно-то как.*
— Вместе с памятью у тебя, похоже, и желание жить отшибло?
Рикардо улыбался, но ничего доброго в этой улыбке не было.
У меня сразу волосы на затылке дыбом встали. Кажется, он опять разозлился. Я поспешно выставил перед собой руку.
— Нет, вы не так поняли!
— И как же мне тебя понимать?
— Ну... я просто...
Я лихорадочно искал слова, которые его успокоят, но быстро сдался. Проще было сказать как есть.
— А вдруг я...
— Что — ты?
Он всё ещё улыбался и ждал продолжения. Я сглотнул.
За нашими спинами шли люди, переговаривались, смеялись. Вечер был тёплый, шаги у прохожих — лёгкие, неторопливые. На фоне этой беззаботной суеты мой вопрос прозвучал особенно нелепо:
— А вдруг я человекоподобная тварь?
Рикардо моргнул.
Повисла такая тишина, что мне самому стало неловко.
— С чего тебя вдруг на это потянуло?
Он смотрел на меня так, будто впервые увидел пришельца.
— Глупость какая-то.
— Правда? Ну и хорошо.
— Настолько глупая, что даже интересно, откуда она взялась. Тебе кто-то что-то сказал?
— Нет. Я сегодня посмотрел ту запись.
Я коротко рассказал про знаменитое видео с Ли Йехёном. Сначала хотел умолчать о том, что расплакался, но в конце концов признался и в этом.
После рассказа Рикардо всё равно глядел на меня как на редкостного идиота.
— Ты вообще знаешь, что такое человекоподобная тварь?
— Не особо. Только слышал, что чем сильнее тварь похожа на человека, тем выше у неё уровень.
— Вот именно. Значит, к тебе это уже не относится.
*Приложил так приложил.*
По его логике выходило, что настолько жалкое создание никак не может оказаться тварью высокого уровня. Возразить было нечего.
Я серьёзно кивнул.
— Убедительно.
— Рад, что ты хотя бы это понял.
Почему-то стало обидно.
С одной стороны — облегчение. С другой — досада. Видимо, всё отразилось у меня на лице, потому что Рикардо тихо рассмеялся и убрал руку с моих плеч.
— Тварь из той записи после смерти рассыпалась в пепел. Изучать было нечего. Насколько я знаю, это единственная человекоподобная тварь, которая свободно говорила на человеческом языке.
— Она разговаривала?
*Ничего себе.*
Рикардо кивнул.
— Говорящие твари встречаются. Но среди человекоподобных такой была только эта. Да и сведений почти не осталось. Тогда туда бросили почти всех уцелевших барсуков, а сам конец боя видели единицы. Кажется, только Твайн и Ли Йехён. Остальные из первого поколения к тому времени уже были без сознания.
— А тот, кто снимал?
— Погиб.
Я умолк.
Стоило вспомнить запись, и внутри опять всё переворачивалось. Слова Рикардо немного меня успокоили, но тяжёлый ком никуда не делся.
Стёртая память явно была связана с тем боем. Я хотел понять, почему эта запись вызывает во мне такую бурю. Но один выходной в лаборатории чуда, конечно, не совершит.
— Ли Йехён ведь сам согласился тебя принять?
Я непонимающе посмотрел на Рикардо.
— Да.
— Сейчас он единственный человек, который вплотную столкнулся с тварью десятого уровня и выжил. Если Верховный командующий Ли Йехён принял тебя, значит, у него были причины.
*Точно.*
Проще всего было бы спросить самого Йехёна. Беда лишь в том, что он стоял во главе всей организации. Если бы домик не разрушили, я хотя бы иногда встречал бы его и мог выбрать удобный момент.
Впрочем, Рикардо был прав.
От обещания, данного Джону Маллену, я отказываться не собирался, но мысли наконец перестали метаться.
*Если бы со мной и правда было что-то опасное, Йехён не стал бы так меня прикрывать. Он подделал документы, собрал всех барсуков в зале... Потенциальную угрозу так настойчиво в свои ряды не тащат.*
Может, он что-то знает?
Я не подал виду. Пока лучше было держать это при себе.
— Спасибо, — сказал я.
— За что?
— Да так. За всё... Вы ужинали?
— А ты надеешься, что я скажу «нет» и тебе придётся меня кормить?
— Именно.
Рикардо усмехнулся, вынул руку из кармана и взъерошил мне волосы.
— Куда тебе, птенцу вчерашнему, за меня платить? Лучше пойди и скажи Джону Маллену, что передумал.
— Птенцам тоже зарплату выдают.
— Ловко ушёл от ответа. Пойдём, я жрать хочу.
Он убрал руку и зашагал вперёд. Я поспешил следом, уже решив, что у кассы его опережу.
Коридор заливал закатный свет. В этот час он был особенно красив.
* * *
Мы нашли небольшой ресторанчик недалеко от штаба, на тихой аккуратной улице.
Паста оказалась чертовски вкусной. Мы едва успели толком поесть, как наткнулись на знакомого.
Джейсона Твайна я видел всего несколько дней назад.
— О, а вот и Недомерок.
Он ухмыльнулся.
Твайн как раз собирался уходить. На губе висела незажжённая сигарета, чёрная рубашка с короткими рукавами плотно облегала плечи. Я молча кивнул. Рот был занят пастой — прекрасный повод не разговаривать.
Твайн хлопнул меня по спине.
*Хлоп!*
Больно, между прочим.
— Новичка ужином угощаешь?
— Ага...
— Правильно. Парень ничего. Ходит, важничает, меч ему подавай. Ты уж пригляди за ним. И ужин запиши на мой счёт.
— Вот от этого я не откажусь.
А я бы отказался.
Я ведь сам собирался платить. Но Твайн уже насвистывал по дороге к выходу. Я лениво махнул ему вслед и снова взялся за пасту.
Вот почему он меня так раздражает?
Когда Твайн ушёл, Рикардо повернулся ко мне.
— С чего это ты ему вдруг понравился?
— Сам удивляюсь. Всего лишь сказал, что никогда не видел запись с Ли Йехёном.
— А-а.
Рикардо принял объяснение как нечто само собой разумеющееся.
Неужели это и правда всё объясняло?
Я намотал на вилку пасту с морепродуктами и спросил, в чём дело.
— Твайн считает, что Йехён присвоил себе всю славу за убийство твари десятого уровня.
*Мелочный ублюдок.*
Я втянул лапшу и, наверное, слишком красноречиво скривился. Рикардо тихо хмыкнул.
— Говорят, он и до того боя смотрел на Йехёна свысока. У Твайна, кроме боевых навыков, мало достоинств. А Йехён вне службы мягкий, спокойный... Ты с ним в обычной обстановке ещё не сталкивался?
— Нет. Но он кажется добрым.
— Не просто добрым. Он вообще мягче некуда.
*Не верится.*
В моих глазах Верховный командующий был закалённым бойцом. Каждое движение — точное, спокойное. Оружие-трансформер слушалось его безупречно, а двуручный меч он обнажал так, будто всю жизнь только этим и занимался.
Рикардо доел пасту.
— Поэтому Йехён и пропускает слова Твайна мимо ушей. Ты с ним особо не сближайся. В бою он хорош, а больше от него толку немного.
— Честно говоря, мне рядом с ним тоже не по себе.
— А что это он про меч сказал?
Вопрос прозвучал уже совсем другим тоном.
Я неловко улыбнулся. Перед человеком, который видел, как я вывалился из портала, было стыдновато заявлять, будто раньше я владел мечом. Но и тут я решил не врать.
Выслушав меня, Рикардо нахмурился.
— Юн разрешил?
— Он сам дал мне меч. Наверное, из-за той бабочки.
— А-а.
Рикардо вспомнил тот случай и криво усмехнулся. Улыбка у него была ровная, спокойная и всё равно опасная. Я машинально сглотнул.
— Нож из руки ты тогда выдернул весьма профессионально.
— Простите. Мне до сих пор стыдно.
— Да ладно. Значит, на последнем выходе ты опять взял меч...
— Эй!
Крик разнёсся по всему залу.
Мы одновременно обернулись.
К нашему столику шёл мужчина в полосатой футболке, размахивая рукой. Кудрявый, расслабленный, будто вечно гулял без всякой цели.
Джакомо Ро. Один из первых, кого я встретил в этом мире.
Он без спроса уселся рядом.
— Давно не виделись. Как жизнь?
— Нормально. Рад встрече.
— О, как удачно, — протянул Рикардо. — Ро, попробуй отговорить Джона Маллена.
*С чего вдруг речь зашла о Маллене?*
Я округлил глаза. Ро, до этого развалившийся на стуле, тоже уставился на Рикардо.
— Что этот мудак опять натворил?
В голосе сразу прорезалось раздражение.
— И с какой стати я должен за ним следить? Если он снова заперся в лаборатории, забыл есть и загремел в больницу, это его проблемы.
— У Джона появился номер Хильда.
У Ро отвисла челюсть.
Я опустил голову к тарелке и покосился на него. Рикардо, помахивая вилкой, вкратце пересказал историю. Всё это время Ро сидел неподвижно.
Потом повернулся ко мне:
— И что ты теперь будешь делать?
— А что такое?
— Если он чем-то загорелся, его уже не остановишь.
Ро спокойно протянул руку и стащил чесночный хлеб с моей тарелки. Жевал он его так, словно хлеб с самого начала принадлежал ему.
— Всё, тебе пиздец. Джон кем-то заинтересовался — хуже не придумаешь. Что делать-то будешь?
— Да что за человек этот Маллен? Почему вы оба так реагируете?
— Я же сказал: прицепится к одной мысли — и всё. Аж злость берёт, когда вспоминаю. Короче, ты влип. У нас дома и без того всякая хрень валяется. Глядишь, однажды и тебя в ванной найду.
— У вас дома?
— Мы живём вместе. Вернее, Джон почти не появляется, так что дом, считай, мой.
*Теперь понятно, почему Рикардо обратился именно к нему.*
*Но при чём тут ванна? Что Маллен вообще собирался со мной делать? Он и правда безумный учёный из дешёвого фильма?*
Запоздалая тревога наконец дала о себе знать.
Ро, напротив, заметно развеселился.
— Хотя картина будет смешная. Сижу утром, завтракаю, поднимаю глаза — а в ванной ты.
— Вам это нравится?
— Немного.
— Хватит радоваться. Лучше поговори с ним, — сказал Рикардо.
Улыбка сразу исчезла с лица Ро.
Он стряхнул крошки с пальцев и посмотрел на Рикардо.
— Бесполезно. Если Джон зациклился, никто его не переубедит.
— Ясно. Хильд, тогда иди к Юну и проси спасать тебя. Он же обещал помочь. Не упрямься, а то очнёшься расчленённым в ванной у Джакомо.
— Да почему непременно в ванной?.. Вы хотите сказать, по частям и в воде?
— А зачем ты вообще согласился?
Ро задал вопрос и тут же забрал последний кусок чесночного хлеба.
Я молча смотрел, как он доедает мою еду. В этот ресторанчик с потёртыми обоями, старыми картинами и полками винных бутылок Ро с Рикардо вписывались идеально. Из кухни тянуло горячей пиццей.
Я проглотил последнюю порцию пасты.
— Вдруг я человекоподобная тварь.
Ро пристально смотрел на меня, пока не дожевал.
Потом стряхнул крошки с полосатой футболки.
— Но выглядишь-то ты человеком.
И ведь не поспоришь.
Я не нашёлся с ответом и отпил воды.
Вскоре мы вышли. Рикардо убеждал меня отказаться от экспериментов, Ро уверял, что теперь уже поздно. Положение у меня было хреновое, но поделать с этим я ничего не мог.
Ладно. Как-нибудь разберусь. Сначала освоюсь здесь и продолжу тренировки.
Я решил больше не думать о той записи и вернулся в общежитие.
* * *
Наконец наступили выходные.
Отбросив сомнения, я отправился в лабораторию.
В отличие от будних дней, там почти никого не было. Среди пустых столов и приборов стоял Джон Маллен — в длинном халате и чёрной водолазке, неподвижный и молчаливый.
Стоило мне войти, как он резко обернулся.
— Доброе утро.
— Что ты ел на завтрак?
Вот и всё приветствие.
Я замедлил шаг, а потом и вовсе остановился.
Тихая лаборатория в выходное утро. Гениальный учёный, которого в сети сравнивали с Эйнштейном, стоял передо мной как персонаж игры, у которого вот-вот начнётся диалог.
— Хлопья... кажется?
Маллен тут же взял у меня кровь.
И, не отрываясь от работы, произнёс:
— В следующий раз приходи натощак.