Я ответил, что сверюсь с расписанием и напишу позже.
Потом разобрал накопившиеся сообщения и навёл порядок в комнате. От двух старейшин пришли посылки и письма. Когда я успел сообщить им адрес и номер телефона, понятия не имел.
Впрочем, спрашивать было бессмысленно.
Эрик Эйрхарт, как и обещал, прислал коробку сигар.
По одному запаху было ясно: вещь дорогая. Другого от него я и не ждал.
Сверху лежала записка, выведенная безупречным почерком.
[Надеюсь на плодотворное сотрудничество, Прометей.]
Я отложил её и открыл сообщение от Екатерины.
Номер был скрыт, но я сразу понял, от кого оно.
[Я ведь так и не поблагодарила тебя за то, что ты прекрасно обучил моего человека.]
Речь шла о Ли Сынхёне.
Я вздохнул и закрыл окно. Рано или поздно придётся поговорить с ней отдельно. Я обучал не только его, но и его товарищей, поэтому близкими нас не назовёшь.
Однако теперь от разговора не уйти.
Да и вопросов у меня накопилось немало.
Я снова вздохнул и перешёл к остальным сообщениям.
Рикардо написал коротко:
[Задание назначено на конец ноября.]
Позже, чем я ожидал.
Удивляло и то, что дата появилась заранее. До сих пор работа «Чёрных барсуков» выглядела так: случилась беда — всех подняли и отправили разбираться. Что могло быть запланировано на конец ноября? Или проблема уже существовала, а устранить её собирались только тогда?
Ладно. Придёт время — узнаю.
Я договорился в чате набора пообедать с Томом и Хэси, а потом принялся бесцельно ходить по домику. Пока были дела, удавалось не думать. Но стоило остановиться, как на меня разом навалилась вся тяжесть последних дней.
Я бродил из угла в угол, пытался задавить подступавшие чувства и в конце концов сдался.
Залез под одеяло и разрыдался.
*Рэй.*
*Прости меня, Рэй.*
* * *
Увидев утром мои опухшие глаза, Юн ничего не спросил.
За это я и ценил такого наставника. Он был крепок нервами и не лез в душу без надобности. С ним порой было удивительно легко.
Как бы ни штормило меня изнутри, будни вернулись в привычное русло: общежитие, тренировки по расписанию, снова общежитие.
Я учился стрелять.
В отличие от фехтования, здесь всё шло по обычной программе.
Юн не отличался мягкостью, но и срываться на ученика не любил. Изменения в моём состоянии замечал сразу. В итоге наставником он оказался куда лучше, чем я ожидал.
— Ты будто стал чувствительнее.
Я кивнул, морщась от приглушённых берушами выстрелов.
— После укола Джэёна обострились все чувства.
— Я как раз хотел проверить. Когда тебе удобно?
— Когда говоришь такое, не смотри так серьёзно.
Хотя наставник, конечно, всегда говорил серьёзно...
Я предпочёл не развивать эту мысль.
К счастью, удваивать нагрузку Юн пока не собирался. Последнее время его занимало какое-то исследование, не связанное со мной. Я не спрашивал. Всё равно, скорее всего, ни черта бы не понял.
Всю неделю я обедал и ужинал с Томом и Хэси.
У них тоже выдалось весёлое задание.
Вместе с Анджелой, Кэлом и другими старшими они превратили участок зоны C в зону D. По их словам, это была следующая территория для расширения, которую заранее разведал Йехён.
Я вспомнил разговор в особняке Чхве Джесока. Тогда говорили, что отвоевание территории идёт медленнее обычного.
— Жалко, что мы не попали туда втроём, — сказал я.
— Ага. На следующем задании нас вообще раскидают в разные стороны.
— Новичков почти никогда не отправляют одной компанией, — заметил Том, пока я жевал сэндвич.
Рыжие кудри и россыпь веснушек делали его таким же заметным, как прежде.
— Первый год вы ходите под присмотром наставников и постоянно работаете с разными старшими.
— Вот оно что.
— Зато потом такого времени для дружбы уже не будет, — добавил Хэси, проглотив кусок сэндвича с ветчиной.
Похоже, эту мудрость он почерпнул у Анджелы и Кэла. Хэси шумно отпил колу и поднял мизинец.
— Значит, пока заданий нет, гуляем втроём. После ужина — баскетбол?
— Давайте. Только завтра я играю на гитаре, — сказал Том.
— На гитаре? Завтра обязательно послушаю.
Том чуть смутился и кивнул.
Когда не было заданий и особых планов, мы всегда обедали и ужинали вместе. Только выходные выпадали: Том и Хэси обычно ездили к родным.
Я оставался один в общежитии или в домике и играл. Когда уставали глаза, откладывал приставку, перебирал воспоминания и снова тонул в тоске. Если удавалось выбраться из этого болота, открывал интернет и пытался разобраться, как устроен нынешний мир.
Так незаметно подошёл конец октября.
На той неделе мне предстояло встретиться с Шу. И, вероятно, с Уокером.
Мы договорились на последний день месяца.
* * *
Небо было высоким и ясным.
До вечера я собирался заглянуть в игровой магазин Гарлемского района. С Шу мы встречались перед обедом, в приёмной штаба.
Было тридцать первое октября. На улицах уже попадались люди в костюмах.
Пока немного — день только начинался. Внутри штаба исчезли и они. Я прошёл по тихому зданию и пришёл раньше времени.
В приёмной Ска варил кофе.
Что он здесь забыл?
Ска обернулся, увидел меня в дверях и широко улыбнулся.
— Неплохо выглядишь.
— Да. Спасибо.
Я слегка поклонился.
— Благодаря вам.
Закрыл дверь и неспешно подошёл ближе.
Ска молча наблюдал, сунув одну руку в карман. Как всегда, безупречный костюм: дорогая ткань без единой складки, часы подобраны к одежде до мелочей.
Только галстука не было. Может, он тоже куда-то собирался?
— Что вы делаете в штабе в выходной?
Адъютант взял бумажный стаканчик и первым задал вопрос, который вертелся у меня на языке.
Я убрал телефон в карман бейсбольной куртки.
— Договорился встретиться с Шу Даймонд.
— С Шу?
Ска чуть улыбнулся.
— Бесплатный обед?
— Да. Она моя непосредственная старшая и однажды обещала угостить. Сегодня наконец совпало свободное время.
Про ужин с Уокером я не упомянул. Едва ли это имело значение.
Ска кивнул, не меняя выражения лица.
— Хорошо, что общаешься с другими барсуками. Рано или поздно вам придётся работать вместе. Кстати, не пообедать ли нам?
— Что?
Вырвалось до того глупо, что я сам себя услышал.
— Пообедать?
— Да. До задания с Рикардо. Оно ведь в конце ноября?
— Верно. До конца ноября...
— В следующую пятницу вечером я свободен.
С чего вдруг?
Спросить напрямую у меня, конечно, духу не хватило. Я побледнел и ответил, что пятница подходит.
Не будь я выжат воспоминаниями, сказал бы что-нибудь вроде: «Для обеда с вами я время всегда найду, адъютант».
Так у меня появилась ещё одна встреча с начальством.
Ска тихо рассмеялся, пока я с похоронным видом заносил её в календарь.
— Не надо так напрягаться. Вообще-то ты старше.
Да чтоб тебя.
Одной фразой он умудрился и подбодрить, и дать понять: «Я всё слышал».
Я несколько раз моргнул и выдавил улыбку.
— Пока не привык.
— Привыкнешь, когда перестанешь робеть перед тремя членами Высшего командования и Юном.
Смысл был ясен: знать об этом должны только четверо.
Я послушно кивнул.
Уже хотел спросить, почему сам адъютант торчит в штабе в выходной, но дверь открылась.
*Шу Ван... как её там?*
— Шу...
Нет. Не она.
Фигура в дверях была чуть выше Шу — примерно одного роста с Ами.
На плечах у неё сидела огромная тыква.
— Тыква?
Оранжевая, здоровенная, с вырезанными глазами и ртом.
— Тыквоголовый?
— Это фонарь Джека.
Из отверстий донёсся голос Ами.
Я не удержался и хмыкнул. Тыква стояла неподвижно. Ска тихо рассмеялся и вынул руку из кармана.
Первым высказался он:
— Мило.
Вот ведь ловкач.
— Точно, сегодня же Хэллоуин. Иди сюда, дам конфету.
Теперь понятно, почему его все любят.
Но Ами не успела двинуться. Дверь распахнулась.
На этот раз вошла Шу. И не одна: впереди неё шагал Джакомо Ро. Сегодня на нём были полосатая футболка и выцветшие джинсы.
Кудрявый старший сделал пару шагов и замер, увидев Ами.
— Это что?
Он нахмурил густые брови и уставился на тыкву.
Тыква не шевелилась.
Ро тоже молчал. Потом поднял кулак и постучал по ней.
*Тук-тук.*
— Арахис? Ты там, Арахис?
— Ай.
Из тыквы донёсся голос Ами.
— Не стучи.
Ро постучал снова.
Каждый раз Ами велела прекратить, но он и не думал слушать.
*Тук.*
— Алло? Есть кто дома?
Ами начала злиться.
Предупреждения не помогали.
Он ещё раз щёлкнул по тыкве.
— Где ты нашла штуку размером с себя?
— Не стучи.
— Надела тыкву — стала орешком?
— Не стучи.
— Не хочу.
*Тук.*
*Вмешаться?*
Я ещё раздумывал, когда Ами взорвалась.
— Да перестань ты-ы-ы!
Вот это было смешно.
Я с удовольствием смотрел, как она налетела на Ро и принялась молотить его кулаками.
*Бум-бум! Шлёп! Бум-бум-бум!*
Ро резко откинулся и выставил предплечья.
— Чёрт, больно! Больно же!
Но Ами не остановилась. С тыквой на голове она колотила его обеими руками.
*Бум! Шлёп! Бум-бум-бум-бум!*
Удары шли почти в такт.
Через пару минут терпение лопнуло уже у Ро.
— Да блядь!
Он дёрнул тыкву вверх и швырнул в угол.
— Ай! Моя тыква!
К счастью, Ска поймал её.
Теперь Ами и Ро дрались всерьёз. Для потасовки двух барсуков шум стоял приличный.
Гулкие удары разносились по светлой приёмной.
Никто не испугался.
Похоже, здесь к такому привыкли.
Шу обогнула дерущихся и подошла ко мне. Ска неторопливо отправился их разнимать.
Я посмотрел на остановившуюся передо мной девушку и улыбнулся.
— Сонбэ.
— Зови меня Шу.
Светлые от природы волосы снизу были выкрашены в розовый. Сегодня Шу Даймонд надела светло-лиловый кардиган.
— Мы не настолько разного возраста.
Наверное. Я покладисто кивнул.
Шу некоторое время смотрела на меня снизу вверх, потом отвела глаза. Ещё при первой встрече я заметил: лицо у неё почти ничего не выражает. Но на сухость Юна это не походило.
Шу казалась просто очень спокойной. Замкнутой, но не робкой.
— Поедем на автобусе. Я не люблю водить.
— Конечно. Мне всё равно.
— Только сначала зайдём ко мне. Не против?
*Что?*
Мы со Ска одинаково удивились. Шу уже шла к выходу с привычно сонным лицом.
Заметив, что я не двинулся, она оглянулась.
— Я кое-что забыла.
А, тогда понятно.
Я попрощался с оставшимися старшими и вышел.
До остановки шёл следом за девушкой с двухцветными волосами.
* * *
Шу жила в самом людном квартале Центрального ядра.
Небольшая студия на втором этаже. К ней вела железная лестница, такая хлипкая, что даже барсук мог свернуть шею. Сам дом вообще не походил на жилой, но квартира там всё-таки была.
Когда дверь открылась, в глаза ударили пастельные и неоновые краски.
Стены были заклеены плакатами. На трёх мониторах теснились безделушки. У входа стояло пять или шесть ховербордов, рядом валялись ролики и яркая обувь. На небесно-голубом покрывале лежали куклы.
В углу стояла игровая приставка.
Увидев её, я едва не рухнул на колени.
— Это...
Голос подвёл.
— Сонбэ, это же...
— А.
Шу проследила за моим пальцем.
Несколько секунд смотрела на ярко светившуюся приставку, затем кивнула.
— Да. Я люблю старые игры.
Старые?
В такие мы играли с Рэем.