Похоже, Джэён уже изображал полицейского и раньше. Тогда рядом с ним были Асиль и Бадди. Мне стало жаль Асиля из прошлого: ходить в патруль с этим существом и делать вид, будто всё в порядке, — отдельный вид пытки.
Вероятно, из полиции он ушёл тоже из-за Джэёна.
Сам я удивительным образом почти не злился. Я ожидал, что он появится. Не увидь я его сейчас, тревога была бы только сильнее.
Зато теперь я знал наверняка: здесь мне умереть не дадут.
— «Зелёная мечта», — произнёс Асиль.
Холодный коридор казался ещё бледнее под мёртвым светом ламп.
Асиль поднял голову к Джэёну.
— Её тоже принёс ты?
— А, наша милая Мари?
На губах Джэёна ещё держалась довольная улыбка.
— Нет. Это жалкие потуги проигравшего.
Смысл понял только я.
Если Джэён не лгал, Мари служила старейшине, которого Колтон лишил места. Тот проиграл, но смириться не смог. Его последним планом было лишить барсуков силы и скормить их тварям.
Колтон и Джэён, конечно, всё выяснили заранее.
Джэён просто наблюдал, как противник дёргается в ловушке. Потом, ради собственного удовольствия, влез в дело под видом продажного полицейского и сделал ситуацию ещё хуже.
Он всегда так развлекался, когда уставал от жизни рядом с Колтоном. Хозяин смотрел на него с жалостью и советовал не заниматься ерундой. После чего Джэён одним движением разносил его вещи.
*Грохот! Бах!*
Обычно на этом месте я тихо уходил, пока никто не вспомнил обо мне.
Я вздохнул.
— На арене выживете? — спросил Джэён у Асиля.
Ответить тот не успел. В дальнем конце коридора загремели шаги. Шло сразу несколько человек.
Из темноты донёсся знакомый голос:
— Полицейский.
Первым показался Мик.
— Ещё «Зелёная мечта» есть?
— К сожалению, нет.
Джэён повернулся к нему с учтивой улыбкой. Руки сложены за спиной, речь вежливая — непривычное зрелище. Ни с кем, кроме Колтона, он обычно так не разговаривал.
Хотя кто знает, какой из его образов вообще можно считать настоящим.
— С вывозом препарата слишком много сложностей, — продолжил Джэён. — Остатки, скорее всего, у женщины, которая рассказала вам о плане.
— Здесь её нет.
Мик раздражённо махнул рукой. Несколько мафиози за его спиной заговорили наперебой.
Из их жалоб сложилась общая картина.
Идею бросить барсуков на арену предложил изгнанный старейшина. Мафия охотно согласилась: руководство «Чёрных барсуков» спокойно наблюдало за его падением, а подпольным дельцам давно надоели постоянные облавы.
Джэён вклинился позже. Представился продажным полицейским и аккуратно подтолкнул всех туда, куда ему хотелось.
Мик театрально вздохнул и подозвал подчинённого.
— Ничего не поделаешь. Тогда вколем ему побольше обычной дряни.
Старшие напряглись.
Я сделал вид, что не замечаю их взглядов. Ругаться сейчас было бесполезно.
Мик взял несколько шприцев.
— Новичок, иди сюда.
Он поманил меня пальцем.
— Просунь руку между прутьями.
— Да, мамочка.
Я ответил самым послушным голосом.
Асиль и Барби резко обернулись. У обоих стали совершенно круглые глаза. Рикардо издал странный звук, похожий на подавленный смешок. Джэён расхохотался.
Мафиози переглянулись.
Только Мик не изменился в лице.
Я протянул левую руку. Он крепко схватил меня за предплечье, несколько секунд всматривался в глаза, а потом громко рассмеялся.
— Молодой ещё. Ничего не понимаешь.
Игла вошла под кожу. Мик медленно вдавил поршень.
— Получаете силу и сразу мните себя непобедимыми.
— Поэтому вы всё время колете нас наркотиками? — тихо спросил я. — Боишься подойти без шприца?
*Тр-р-р-ресь!*
*Бум!*
Мик рванул меня на себя и впечатал в решётку. Разряд прошил тело, после чего я рухнул на пол.
*Чёрт. Вот это больно.*
Я свернулся, не удержав короткого стона. Мафия заржала. Асиль и Барби заговорили одновременно. Рикардо тяжело вздохнул. Джэён фыркнул.
Мик отступил от прутьев. Некоторое время он молча смотрел, как я пытаюсь отдышаться.
Потом приказал:
— После перерыва тащите их на арену.
— Поняли!
Подчинённые засуетились. Сам Мик остался на месте. Его тень накрывала меня почти целиком.
— Раз «Зелёная мечта» не сработала, всё это кажется тебе смешным?
В голосе клокотала сдерживаемая ярость.
— Ты сильнее обычного человека, раны затягиваются. Думаешь, переждёшь — и всё равно выберешься.
— Ты называешь меня самоуверенным? — Я с трудом перевёл дыхание и усмехнулся. — Ты?
Мик будто не услышал.
Возможно, правда не расслышал: взгляд у меня плыл, слова выходили невнятно.
— Тебе плевать, умрут старшие или нет. Главное, что сам останешься жив. Вот почему ты так себя ведёшь.
Он повернулся.
— Посмотрим, надолго ли хватит твоей уверенности.
Мик ушёл. Следом потянулись остальные. Даже Джэён, который всё это время с улыбкой наблюдал за нами, направился к выходу.
Тяжёлые шаги его ботинок на полпути превратились в стук каблуков.
Потом и он стих.
Коридор опустел. Холодная тишина давила сильнее шума.
Электрическая боль понемногу отпускала, зато препарат начал действовать.
— Новичок.
Голос Асиля гудел где-то далеко.
Я не мог ответить.
Надо было отойти от старших. Ощущения путались, тело то тяжелело, то становилось невесомым. Асиль поднялся и что-то сказал, но слова потеряли смысл. Голоса Рикардо и Барби тоже превратились в гул.
Я знал только одно: сейчас своей силой я не управляю.
Собрав остатки воли, перекатился к дальнему углу и свернулся там.
*Это точно наркотик? Почему от него так паршиво?*
Старшие продолжали звать меня. Я перестал пытаться понять и выставил ладонь.
— Не подходите.
Рикардо, кажется, разозлился.
Хорошо, что я не разбирал слов.
Я слабо улыбнулся трём расплывчатым силуэтам.
— Ничего не понимаю.
*Он сейчас стену пнул?*
Страшный человек. Особенно когда злится.
Барби и Рикардо резко поднялись. Я решил притвориться, что потерял сознание. Закрыл глаза и поджал руки, чтобы, если начну биться, случайно никого не задеть.
Надо просто переждать.
Главное — не ударить старших.
Сознание всё время норовило провалиться. Я сжимал и разжимал пальцы, хватал пустой воздух, царапал ногтями пол. Бессмысленное движение хотя бы не давало отключиться.
Кто-то вытащил меня из угла в центр камеры.
Я открыл глаза. На ресницах висел холодный пот.
— Может, вызвать рвоту? — испуганно спросил кто-то.
Другой голос ответил низко и мрачно:
— Бесполезно. Остаётся ждать, пока препарат выйдет.
— Новичка на арену не пускаем, — сказал третий. — Справимся сами.
*С чем справимся?*
Мысли расползались. Я помнил, что нельзя терять сознание, но уже не понимал почему.
Пол был холодный.
Кто говорит? Почему все такие мрачные?
Руки и ноги снова онемели. Я пошевелился, и разговор оборвался.
Передо мной появилось расплывчатое лицо.
— Хильд!
*М-м?*
— Ты меня видишь?
*А.*
Я улыбнулся знакомому силуэту. Волосы до плеч, большие глаза. Наверное, очередной мучительный опыт наконец закончился.
Пряди качнулись перед лицом.
— Ева.
Человек замер.
— Вижу. Значит, всё закончилось. А Кайл где?
Ответа не было.
Странно. Ева обычно не молчала. Особенно рядом с нами. После каждого опыта она часами рассказывала о результатах и трясла необычными волосами: синими снаружи, фиолетовыми внутри.
— Кто такие Ева и Кайл? — спросил незнакомый голос.
*Что?*
И тут реальность вернулась.
*Вот дерьмо.*
— Знакомые? — пробормотал кто-то. — Всё ясно. Он вообще не соображает.
— Я отнесу его в комнату ожидания, — мрачно сказал Асиль. — Он даже идти не может.
После такой ошибки оставалось только притворяться дальше.
Мне было ужасно неловко, что я принял Барби за Еву. Поэтому я сохранил бессмысленный взгляд и позволил Асилю поднять себя с пола.
Боясь оказаться для него слишком тяжёлым, я незаметно напряг мышцы.
Рикардо понял, что я уже пришёл в себя.
Но я всё равно продолжил играть обдолбанного.