В великом княжестве Вальдровы, в просторных залах замка, Рури докладывала госпоже последние новости.
– Господин Ферда благополучно добрался до столицы и сейчас ведёт переговоры в императорском дворце.
Вальдрова с облегчением выдохнула, выпустив из ноздрей лёгкое облачко дыма.
– Хорошо. Я рада, что он добрался без происшествий.
– Я ведь уже несколько раз говорила: обычные чудовища даже близко не подойдут к этой карете.
Дальний Восток оставался почти неосвоенным краем, который многие и вовсе считали пустошью. Густые леса кишели чудовищами, поэтому путешествовать здесь было куда опаснее, чем в остальных землях Империи.
Однако карета Ферды была далеко не обычной: внутри спрятали драконью чешую, чьё присутствие отпугивало чудовищ. Дикие звери инстинктивно чувствовали опасность и старались держаться от неё как можно дальше.
Кроме того, Ферду сопровождала Арвен, рыцарь графа Концилуса.
И всё же Вальдрова никак не могла избавиться от тревоги. Стоило Ферде покинуть её владения, как драконица потеряла покой. Красная драконица привыкла держать всё важное в поле зрения, там, где могла сама вмешаться в любой момент. Мысль о том, что Ферда находится далеко за пределами её досягаемости, беспокоила сильнее, чем ей хотелось признавать.
– Он хорошо ест? Поблизости точно нет чудовищ? Он не заболел?
Этими вопросами Вальдрова начала забрасывать Рури уже через шесть часов после отъезда Ферды.
«Носится с ним, словно с больным цыплёнком».
Для Вальдровы восемнадцатилетний смертный казался существом столь же хрупким, как муравей под её лапой. А слабое здоровье Ферды лишь усугубляло тревогу.
В конце концов Рури сдалась и приставила к его карете духа, который приносил вести каждые три часа. Правда, теперь она уже начинала жалеть об этом решении.
«Она всё больше забывает о прежней сдержанности».
У Вальдровы словно существовало два лица. В облике дракона она была величественной и строгой, одинокой хранительницей, рядом с которой сама атмосфера становилась напряжённее. Стоило же ей принять человеческий облик, как эта суровость исчезала без следа, уступая место мягкой, почти наивной женщине.
Рури принимала обе стороны своей госпожи. Вот только ей хотелось, чтобы граница между ними не стиралась настолько быстро.
С тех пор как в жизни Вальдровы появился Ферда, даже в драконьем облике та постепенно теряла былую величественность.
«И всё из-за этого мужчины».
Рури одновременно испытывала к Ферде и благодарность, и раздражение. Он пришёл – и изменил буквально всё.
– На обратном пути я больше не стану докладывать о каждом его шаге, – объявила она.
Вальдрова тут же насторожилась.
– Почему?
– Мы уже убедились, что дорога безопасна. Нет никакого смысла следить за ним и на обратном пути.
– Но обратно ехать ничуть не менее опасно.
Рури тяжело вздохнула. Вальдрова сейчас напоминала скорее чрезмерно заботливую бабушку, чем дракона.
– Тогда почему бы вам самой его не встретить?
– Хм-м...
Вальдрова замялась. Неловкость при одной мысли о встрече с людьми никуда не исчезла.
Рури, заметив её колебания, продолжила:
– Вам не нужно так беспокоиться о господине Ферде. Для нас восемнадцать лет могут казаться детским возрастом, но среди людей он уже считается взрослым мужчиной.
– Я знаю.
– И он справляется с делами, за которые вы сами не смогли бы взяться.
– Это я тоже знаю...
– Тогда, пожалуйста, не изводите себя. Пока вы здесь, по-настоящему серьёзная опасность господину Ферде не грозит.
Не успела Рури закончить, как внутри логова поднялся лёгкий ветер. Воздушные потоки сплелись воедино, принимая очертания белой фигуры.
Рядом с ней появилась Тормента, высший дух ветра.
– Пришли новости о господине Ферде. Одну минуту...
– Хорошо.
Вальдрова выпрямилась, ожидая доклада. Однако стоило Рури вслушаться в шёпот духа, как её глаза резко расширились.
– Что?.. Что значит...
Она вовремя осеклась и понизила голос, но Вальдрова уже заметила перемену.
– Что случилось?
Рури не ответила. Она продолжала вслушиваться в слова Торменты.
– Что произошло?
– Одну минуту, госпожа.
Золотые глаза Вальдровы сузились.
– Что случилось с моим женихом?
Терпение драконицы подходило к концу. Под влиянием её эмоций логово начало едва заметно дрожать.
– Скажи мне правду. Что с ним произошло?
Наконец Рури ответила:
– Ничего такого, о чём стоило бы беспокоиться.
– Тогда что?
– Политические дела. Дух просто поспешил как можно скорее доставить сообщение.
– Значит, с моим женихом всё хорошо?
– Да.
Дрожь прекратилась. Вальдрова облегчённо выдохнула и вновь свернулась в привычной позе.
– Тогда почему у тебя было такое лицо?
– Я просто слишком сосредоточилась. Простите, что заставила вас волноваться.
– Хм-м... Хорошо.
Вальдрова доверяла Рури, поэтому быстро успокоилась.
– Тогда я пойду. Во владениях ещё целая гора документов...
– Иди.
Рури покинула логово и молча двинулась через лес. Лишь отойдя достаточно далеко, чтобы Вальдрова больше не могла её почувствовать, она остановилась.
– Тормента.
Высший дух ветра вновь возник перед ней.
– Да, госпожа?
– Те новости, которые принёс твой подчинённый... – голос Рури едва заметно дрогнул. – Ты клянёшься, что всё это правда?
Тормента вздрогнула. На её обычно бесстрастном лице впервые проступило беспокойство.
– Да. В сообщении сказано, что в Запечатанном хранилище на господина Ферду напал магический следователь и ранил его. Я передала вам всё в точности так, как получила.
Регент Дальнего Востока был ранен прямо в императорском дворце.
В человеческой политике подобное происшествие ещё можно было уладить переговорами, извинениями и договорённостями. Но Ферда был не просто регентом.
Он был женихом драконицы.
«Если Вальдрова узнает, она потеряет контроль».
А за ней могли последовать и другие драконы. Этого нельзя было допустить ни при каких обстоятельствах.
«Драконов нельзя провоцировать».
Но сама Рури была совсем другим делом.
– Понятно.
За её спиной раскрылись серебряные крылья, сиявшие ярче обычного. Единственный мощный взмах – и Рури взмыла в небо, в мгновение ока исчезнув из виду.
Порождение Серебряного дракона славилось невероятной скоростью. В небесах Рури называли Серебряной кометой – вспышкой света, которую едва успевал заметить человеческий глаз.
А внутри неё тем временем бушевала настоящая буря.
Зачем Ферда вообще вошёл в Запечатанное хранилище? Почему он едва не погиб прямо в императорском дворце?
«Они смеют издеваться над моей госпожой?»
Рури никогда не испытывала тёплых чувств к Империи. Третий принц с осквернённой кровью приблизился к Вальдрове, преследуя собственные цели, а имперские вельможи впоследствии превратили его в удобную жертву для своих интриг.
Это было оскорбление, которое невозможно простить.
Рури до сих пор сдерживалась вовсе не потому, что ей было всё равно. Просто сама Вальдрова не желала вмешательства. Её госпожа смирилась с мыслью, будто несчастье ей предначертано, и давно перестала бороться за собственное счастье.
«И теперь, когда у неё наконец снова появилась надежда...»
Как они посмели подвергнуть опасности будущего супруга драконицы?
На предельной скорости Рури понадобилось всего пять минут, чтобы впереди показалась столица. Путь, на который у Ферды ушла неделя, она преодолела за считаные минуты.
Серебристые глаза остановились на императорском дворце.
«Неважно, кто виноват».
Кто-то всё равно должен был за это ответить.
Серебряная комета обрушилась с небес прямо на дворцовый сад.
***
– Красная тревога! Всем рыцарям и магам дворца немедленно собраться у входа в императорский сад!
Вокруг царил хаос. Рыцари и маги со всех сторон спешили к месту происшествия, а Ферда совершенно спокойно направлялся туда же.
Дорогу ему преградил молодой рыцарь, судя по всему совсем неопытный. Он выхватил меч.
– Кто вы такой? Я никогда не видел вас во дворце!
– Ферда Вальдрова. Регент.
– Ферда Вальдрова?.. А! Тот самый регент, который прибыл сегодня! Простите, я вас не узнал!
– Ничего страшного. Все собираются у императорского сада?
– Да. Объявлена Красная тревога. Пожалуйста, укройтесь в своей комнате.
– Звучит разумно, но я, пожалуй, пойду с вами.
– Что?
– Проводи меня к саду. Я ещё не успел запомнить расположение дворца.
– Это слишком опасно, господин регент. Вам лучше туда не ходить.
Ферда понял, что рыцарь понятия не имеет, из-за чего поднялась тревога.
– Там уже опасно именно из-за меня.
– Из-за вас?..
Молодой человек лишь растерянно хлопал глазами.
Ферда вздохнул.
– Как тебя зовут?
– А... Малкольм. Я из Питч-Хилла. Фамилии у меня нет.
– Хорошо, Малкольм из Питч-Хилла. Не перенапрягай свой скудный ум попытками понять происходящее. Просто проводи меня туда, куда вы все направляетесь.
– Но... мой долг – защищать людей...
– Ты сам понимаешь, что говоришь? Что предпочтёшь: погибнуть здесь или помочь уладить всё без лишних жертв?
– Если потребуется, я готов отдать жизнь, исполняя свой долг!
Ферда несколько секунд молча смотрел на него.
Похоже, убеждать этого человека было бесполезно.
– Ладно. Сам найду дорогу.
Он обошёл Малкольма и двинулся дальше.
– Стойте! Туда нельзя! Там правда опасно!
Малкольм побежал следом, продолжая выкрикивать предупреждения, однако схватить регента и силой остановить его так и не решился.
У входа в императорский сад уже собрались многочисленные рыцари и маги, выстраиваясь в оборонительный строй.
– Третий дивизион рыцарей! Плотная стена щитов!
– Пятый дивизион! Построить стену щитов и подготовиться к обходу с фланга!
Подчиняясь приказам командиров, рыцари быстро перекрыли вход.
– Второй дивизион магов! Готовьте защитные заклинания!
– Третий дивизион магов! Подготовить заклинания для обстрела!
Маги начали формировать чары, готовясь встретить нарушителя.
– Цель движется! Направляется прямо к выходу! – крикнул маг, поддерживавший поисковое заклинание.
– Всем подразделениям приготовиться к бою!
Напряжение стало почти осязаемым.
Перед строем возвышалась плотная стена из розовых лоз. Внезапно воздух рассекла серебряная вспышка, и часть зарослей рухнула на землю. В стене появился идеально прямоугольный проход, словно кто-то одним движением вырезал в ней дверь.
Из сада вышла сереброволосая девушка в костюме служанки.
«Рури».
Как Ферда и ожидал. Если кто-то и мог вот так ворваться в императорский дворец, то только она.
Однако сейчас Рури выглядела иначе. За спиной были расправлены серебряные крылья, из-под юбки выглядывал толстый хвост, а голову венчала пара рогов, похожих на изломанные молнии. От неё исходило настолько тяжёлое, первобытное присутствие, что тело само требовало отступить.
– Д-дракон?! – выкрикнул кто-то.
Боевой дух собравшихся рухнул в одно мгновение. Большинство из них никогда прежде не видели ни настоящего дракона, ни его порождения и оказались совершенно не готовы к подобному давлению.
– Не паникуйте! Это всего лишь порождение дракона!
Порождениями называли слуг, которые проходили Ритуал Вознесения и получали кровь своего дракона-повелителя. Даже обычное порождение по силе не уступало хорошо обученному рыцарю и без особого труда могло одолеть сразу троих или четверых противников.
Командир выкрикнул эти слова, пытаясь вернуть подчинённым самообладание, но даже сам едва верил в то, что говорит.
«Порождение дракона одним ударом прорвалось сквозь магические барьеры дворца?»
Императорский дворец считался одним из самых защищённых мест, когда-либо созданных людьми. Воздушное пространство над ним перекрывали три слоя магических барьеров, способных выдержать даже падение метеорита.
И эта девушка прорвала их в одиночку.
«И с каких пор от порождений исходит настолько сильное драконье присутствие?»
Этого не понимали даже рыцари, которым прежде уже доводилось сталкиваться с подобными существами. Порождение не должно было обладать такой силой.
А Рури словно и сама была драконом, лишь принявшим человеческий облик.
По лицам рыцарей стекал пот, руки дрожали. Стена щитов вот-вот могла рассыпаться, а некоторые маги уже теряли концентрацию, и незавершённые заклинания гасли одно за другим.
– Угх...
Даже Малкольм, до сих пор следовавший за Фердой, не выдержал давления и рухнул на землю.
И тогда увидел нечто совершенно невероятное.
«Как господин регент может оставаться таким спокойным?»
Ферда стоял прямо, словно вовсе не чувствовал давящей ауры. Среди окружавших его людей он едва ли не единственный продолжал держаться на ногах, и одного этого зрелища хватало, чтобы счесть происходящее чудом.
– Тебя ведь Малкольмом зовут? – как ни в чём не бывало спросил Ферда.
– А?.. Д-да. Верно.
– Ты был прав.
– В чём?
Ферда не сводил глаз с Рури.
Она тоже смотрела прямо на него.
– Пожалуй, мне и правда грозит опасность.
Рури была в ярости. И, судя по её взгляду, злилась она именно на Ферду.