Большую часть выходных я провел в Башне Рафны. Она настояла на том, что когда я не занят в Академии, то вполне могу проводить выходные у нее. Поэтому по субботам и воскресеньям я обычно тратил время на создание предметов или просто болтал с Рафной.
Сегодня я использовал последнюю Драконью кость, чтобы выковать новый Костяной меч взамен того, что пришел в негодность во время ивента с Временной петлей. Я всячески готовился к предстоящему побочному событию, и, закончив с крафтом и поужинав, обнаружил, что у меня еще осталось немного свободного времени.
«Как же мне это объяснить?» — размышлял я, сидя на полу.
В этот момент Рафна, лежа у меня на ногах, читала роман и наслаждалась отдыхом, то и дело издавая беззаботные смешки. То ли книга оказалась настолько интересной, то ли девушка просто расслабилась в эту ленивую, сонливую пору, но она постоянно хихикала, заявляя, что это лучшая поза для чтения, позволяющая при этом оставаться рядом со мной.
Честно говоря, с мужской точки зрения, когда Рафна вот так лежала на моих ногах, это во многих смыслах весьма волновало. Особенно это мягкое давление на мои бедра и все такое прочее… Нет, сейчас это было не главным.
— Кен~ продолжай~. — Пока я витал в облаках и перестал двигать рукой, Рафна ткнулась головой мне в живот, призывая не останавливаться, и я снова принялся гладить ее по волосам.
— Хе-хе, эхе-хе. — Очевидно, довольная тем, как моя рука перебирала ее пряди, Рафна снова расслабленно хихикнула.
Кажется, для нее чтение книги на моих коленях в сочетании с ласковыми прикосновениями стало высшей формой исцеления, и, возможно, именно поэтому в последнее время она вела себя еще более избалованно. Но это было куда лучше тех времен, когда она в отчаянии цеплялась за мои штаны. Однако из-за этой идиллии мне стало еще сложнее произнести слова, которые необходимо было сказать.
— Эм, Рафна…
— М-м? Что такое? — спросила она, поочередно перебирая ногами от удовольствия.
Девушка настолько увлеклась романом, что даже не подняла взгляд на мой зов. Но разве сейчас не лучший момент, чтобы сказать это? Если уж и заводить этот тяжелый разговор, то именно тогда, когда она пребывает в отличном настроении.
— Мне нужно кое-что сказать.
— Что такое? Тебе что-то нужно? — Рафна наконец повернула голову и посмотрела на меня снизу вверх.
Ее глаза, когда-то казавшиеся безжизненными, теперь выглядели куда живее, сияя ярким блеском. В последнее время мои ночевки из-за заказа на починку Аспетры и постоянная забота о ней, похоже, действительно исцелили ее сердце.
«Да, раз ее разум настолько восстановился…» — доверившись этим сияющим глазам, я заставил свои онемевшие губы зашевелиться:
— Вскоре…
— Да?
— Мне придется на некоторое время покинуть Башню из-за кое-каких дел…
— Ох… хорошо. Надолго? Ты вернешься к ужину? — На мгновение ее лицо омрачилось, но Рафна быстро взяла себя в руки и с улыбкой задала вопрос.
Похоже, она и вправду была в порядке, ведь будь это всего неделю назад, она бы уже вцепилась в меня с рыданиями. Воодушевившись такой позитивной реакцией, я с улыбкой ответил:
— А, меня не будет около пяти дней.
И тут выражение лица Рафны вытянулось, словно ее мир рухнул.
— …Что?
Ожерелье Лунного Света я получил в награду за починку Аспетры. Учитывая его наличие, для создания Кулона Богини мне не хватало лишь одного главного ингредиента, и им был Чистый Кристалл Маны. На поздних этапах игры этот предмет можно было легко найти на Континенте Караб, но на текущем этапе существовал лишь один способ его заполучить: выиграть в качестве приза на побочном ивенте, который Академия Эпирис устраивала через несколько дней.
Это событие, называемое Турниром на выживание, привлекало множество студентов и походило на соревнование сродни современным школьным состязаниям. Проблема заключалась лишь в том, что этот Турнир длился пять дней, а значит, мне придется отсутствовать в Башне все это время.
— Нет, нет, неееет! — Услышав это, Рафна тут же поползла по моим ногам к груди. — Прости, мне так жаль! Я в последнее время вела себя слишком глупо? Или еда была недостаточно вкусной? Прости! Мне правда очень жаль! Я больше не буду вести себя по-детски! Я буду готовить еще вкуснее! Поэтому, пожалуйста!
Как я и боялся, Рафна вцепилась в меня и со слезами на глазах начала умолять. Привыкший к подобным сценам, я спокойно погладил ее по голове и ответил:
— Нет, дело не в этом. Ты ведешь себя прекрасно, а еда просто объедение. Но…
— Врун! Ты похудел в последнее время! Это точно из-за того, что еда стала невкусной, да? Тебе она надоела, не так ли? Я исправлюсь! Я буду стараться изо всех сил! Только не бросай меня!
— Все хорошо, Рафна. Я не бросаю тебя. Пожалуйста, выслушай меня.
— Хнык… хлюп… всхлип… — Я обнял рыдающую Рафну, бережно и ласково поглаживая ее по голове, пока она еще глубже зарывалась в мои объятия и крепко цеплялась за мою одежду на спине.
Я слышал, как она всхлипывает, прижимаясь к моей груди. В такие моменты, что бы я ни говорил, Рафна меня не слушала, поэтому было куда эффективнее сначала успокоить ее, а уже потом все объяснять.
«Такое чувство, будто я дрессирую щенка».
Нет, лучше считать, что я просто научился справляться с ситуацией, привыкнув реагировать на паттерны поведения Рафны. Проблема в этот раз заключалась лишь в масштабе, и мне нужно было осторожно объяснить ей всю вескость моего пятидневного отсутствия.
— Прости, прости меня, Кен. Я буду усерднее убираться и больше не буду вести себя как ребенок. Так что, пожалуйста, не злись на меня… не бросай меня… Я стану лучше, — Рафна оторвала лицо от моей груди и посмотрела на меня полными слез глазами.
Казалось, она немного успокоилась по сравнению с тем моментом, когда рыдала без остановки. Как только она оказалась в состоянии слушать, я начал объяснять. Выслушав меня до конца, Рафна, хоть и оставалась с заплаканным лицом, вроде бы все поняла, однако искорка в ее глазах, сиявшая еще мгновение назад, исчезла, уступив место выражению глубокого Отчаяния.
— Ты правда вернешься через пять дней?
— Конечно. Я обязательно вернусь.
— П-правда? Честно-честно? Ты точно вернешься?
— К тому же это начнется даже не завтра, а через несколько дней, так что не переживай так сильно.
— И все же…
Ну да, начнется это завтра или через несколько дней — пятидневное отсутствие от этого не изменится. Рафне было трудно это принять, но, к счастью, она, похоже, все осознала.
— Мне ничего больше не нужно, только ты, Кен. Я согласна даже на то, чтобы проклятие осталось со мной навсегда… — удрученно продолжала бормотать Рафна вплоть до того момента, как я вернулся в общежитие.
Мне было искренне жаль ее, и, наверное, за день до начала ивента мне стоило задержаться в Башне подольше.
На следующий день, прибыв в Академию, я прямиком направился к месту подачи заявок на ивент на выживание, где нужно было заполнить бланк и сдать его. Изначально я планировал подать заявку раньше, но посчитал, что лучше сначала все объяснить Рафне, из-за чего немного задержался.
— Доброе утро, Кен. — Пока я заполнял заявку, рядом раздался знакомый голос. Повернув голову, я увидел стоявшую рядом Мэри. — Ты тоже записываешься на ивент на выживание, Кен? — Мэри держала в руках точно такой же бланк, как и у меня.
— Да, хочу заполучить один приз.
— Какое совпадение. У меня та же цель, — произнесла Мэри и принялась заполнять свою анкету рядом со мной.
«Значит, она все-таки участвует», — подумал я, вполне ожидая присутствия Мэри на ивенте на выживание.
В игре, когда Эмили записывалась на это событие, Мэри всегда выступала в роли ее соперницы. Причиной ее участия был один из призов — талон на ужин в первоклассном ресторане. И зачем же Мэри понадобился этот талон? Потому что она любила вкусно поесть? Нет, причина заключалась в желании пойти на свидание с Эдрианом Фарадеем. В игре этот ивент шел рука об руку с сюжетной линией, в которой Эмили и Мэри соревновались за право пойти на свидание с Эдрианом. Конечно, для Эмили выбор приза за прохождение — талон на ужин или другая награда — был опциональным, но Мэри, должно быть, и в этот раз участвовала по той же самой причине.
— Послушай, Кен… — обратилась ко мне Мэри, заполняя бланк.
— Да?
— Кен, в этом ивенте… Какой приз ты хочешь получить?
— Я? Мне нужен Чистый Кристалл Маны.
— Понятно… — Мэри замялась, нервно теребя ручку во время заполнения заявки. Она то и дело бросала на меня взгляды, словно хотела сказать что-то еще. — Эм, Кен… если я выиграю приз в этом ивенте…
Девушка с трудом выдавливала из себя слова, и как раз в тот момент, когда я сосредоточился на том, что она собиралась сказать, сзади раздался еще один знакомый голос:
— О, Кен.
Обернувшись, я увидел Эмили.
— Привет, Эмили.
— Что, ты тоже записываешься, Кен? — с улыбкой подошла она. В последнее время Эмили приносила мне напитки во время утренних тренировок, и мы стали ближе, так что, в отличие от прежних времен, теперь она подходила ко мне с нескрываемой теплотой. Однако, заметив стоявшую рядом Мэри, ее лицо мгновенно напряглось. — М-Мэри.
— Эмили, чего тебе нужно? Если ты снова пришла донимать Кена… — Взгляд Мэри стал острым, и от нее начала исходить ледяная аура. Холод был настолько сильным, что, казалось, можно было воочию увидеть образующийся иней.
Эмили поспешно замахала руками, чтобы успокоить Мэри:
— О, нет! Дело не в этом! Мне просто нужно кое-что сказать Кену!
— Кое-что сказать, да? Тогда говори.
— А, что? Прямо здесь? Ну, если можно, я бы хотела поговорить с Кеном наедине…
— Если в этом нет ничего подозрительного, разве ты не можешь сказать это при мне?
Настороженность Мэри по отношению к Эмили казалась чрезмерной из-за их прошлой истории, и, похоже, мне скоро придется объяснить, что конфликт между нами улажен. Под тяжелым взглядом Мэри Эмили замялась и густо покраснела. Зажмурившись, словно принимая какое-то важное решение, она посмотрела на меня:
— Ладно, так уж и быть. Я скажу это здесь. — С этими словами она протянула мне кое-что. — Кен, на днях ты сказал, что если чувствуешь вину, то должен угостить человека обедом.
— Все верно.
То, что протянула Эмили, было хорошо знакомо и мне, и Мэри: бланк заявки на ивент на выживание.
— Этот талон на ужин, который указан в качестве приза… — Эмили покраснела и отвела взгляд, а затем осторожно посмотрела на меня снова и произнесла: — Если я выиграю его, ты пойдешь со мной?
— П-подожди! — Удивительно, но на это ответил не я, а Мэри.
— А-а?..
— Что, в чем дело?
— Ох, нет. Просто…
Мэри, которая еще пару мгновений назад была резкой и уверенной в себе, внезапно растерялась от слов Эмили. Она переводила взгляд с Эмили на меня и обратно, а затем, как и ее соперница, осторожно показала мне свой бланк заявки и сказала:
— Я собиралась спросить Кена первой… насчет талона на ужин.
— …А? — Мэри выглядела неуверенно, в то время как Эмили казалась ошеломленной. В повисшей тишине девушки уставились друг на друга.
— Я спросила первой.
— Нет, технически, я собиралась спросить, когда Эмили меня перебила.
Словно разблокировав какой-то высокоуровневый навык, Эмили и Мэри создали наполненную напряжением атмосферу, просто встретившись взглядами.
«А? Стоп, мне кажется, я уже видел эту сцену в игре».
— Ожесточенная борьба за свидание с Кеном Файнштейном, не так ли? — Из-за спины Эмили раздался знакомый голос. Голос принадлежал мужчине, который с лучезарной улыбкой подошел к Эмили со спины. — Воистину забавное зрелище, — произнес Эдриан Фарадей, помахав мне рукой. — Я не могу пропустить столь интересное событие. — С этими словами он тоже взял бланк заявки.
«Э-э, секундочку… Я никогда раньше не видел, чтобы этот парень вступал в соревнование в игре!»
Мой голос, едва прозвучавший в ответ на неожиданное участие Эдриана, мгновенно заглушили резкие голоса двух девушек:
— Тогда есть только один способ решить эту проблему.
— Да, раз уж приз все равно сможет получить только кто-то один. — На мгновение они свирепо посмотрели друг на друга, а затем одновременно сдали свои бланки заявок.
— Та, кто выиграет приз, получит право пригласить Кена на ужин.
— Прекрасно, я ведь в любом случае планировала победить. — Покончив с делами, они развернулись и разошлись в разные стороны.
— А? А как же мое мнение?
— Ха-ха, ты и вправду грешный человек. — Эдриан, которого эта ситуация явно позабавила, остался стоять на месте и с улыбкой положил руку мне на плечо.