— Всё прошло как надо.
Она уже убеждалась, что магия перемещения работает на короткие дистанции без проблем, но на такое расстояние — впервые.
Рейна с облегчением выдохнула, что всё удалось.
— У тебя удивительная смелость, раз ты решилась впервые применить магию перемещения на дальнее расстояние сразу для такой группы.
— …У меня не было выбора.
Рейна слегка похлопала себя по щекам.
— И я была уверена, что не ошибусь.
— Почему?
— Хм…
Рейна моргнула, несколько раз медленно закрыла и открыла глаза, глядя на занимающийся рассвет.
— Просто мне казалось, что всё будет так, как я хочу.
Когда-то давно Титания, с которой она встречалась, говорила ей, что всё будет так, как она пожелает.
«Кажется, я начинаю понимать смысл этих слов».
— Мы сначала отвезём всех в поместье барона?
— Поместье способно принять такое количество людей. К тому же там сейчас мало слуг, а те, что есть, умеют держать язык за зубами.
— Да, в деревню их тоже нельзя было везти.
Рейна кивнула.
— А тела погибших Финеке и некоторых других мы отвезём в деревню. Нужно будет всё объяснить.
Финеке были взволнованы надеждой, что наконец-то смогут вернуться в свой истинный дом.
Пусть они не могли вернуться прямо сейчас и, возможно, им придётся всю жизнь жить на два мира, это было лучше, чем ждать смерти в Храме, находясь в беспамятстве.
Поместье барона оказалось больше, чем думала Рейна.
Как и сказал Герцог, оно вполне могло вместить всех Финеке.
Это было возможно, так как у него не было большого штата прислуги.
Авента возглавил группу из нескольких здоровых Финеке, которые занялись перевозкой тел.
Гробы с телами Финеке один за другим погрузили в огромную повозку.
Герцог Винтернайт с неоднозначным выражением лица смотрел на гроб, в котором лежала Титания.
Рейна подошла к нему и осторожно похлопала по плечу, пытаясь утешить.
— …Вы надеялись, что госпожа жива?
— Кто знает.
Ответ Герцога был туманным. В нём сквозила печаль, но не было сожаления.
— Я не надеялся, что она жива, я считал, что она жива.
— …
— И сейчас мне не кажется, что она мертва.
Герцог провёл рукой в перчатке по крышке гроба Титании.
— Это всего лишь оболочка.
Рейна посмотрела на Герцога, а затем на гроб Титании.
«Всего лишь оболочка».
Если душа всё ещё существует в этом мире, то находится ли Титания рядом с Герцогом?
И как тогда Титания сейчас смотрит на неё?
Рейна подумала, что, возможно, Титания знала и предвидела, что она питает к Герцогу тайные чувства.
Рейна бессознательно крепко прикусила губу.
— Губы.
— …?
Герцог протянул руку к лицу Рейны, но остановился.
— Поранишься, если будешь так кусать губы.
— А.
Рейна только тогда осознала это и разжала губы.
Герцог кивнул и направился к другой повозке.
Рейна последовала за ним.
— Авента сказал, что деревня Финеке находится глубоко в горах и скрыта силой заклинаний.
— Сможем ли мы её найти?
— Я, может, и не увижу, но ты — вполне возможно. Финеке сказали, что пойдут впереди и откроют проход.
К счастью, Финеке, похищенные Храмом, были настроены к Герцогу и Рейне дружелюбно.
Это было заслугой того, что они спасли их, усердно лечили и защищали.
— Хорошо, что среди них много тех, кто умеет управлять повозкой.
Конечно, именно потому, что они умели управлять повозкой и отправились за пределы деревни для торговли, их и похитили.
Рейна и Герцог намеренно не стали заводить об этом разговор.
Перед тем как сесть в повозку, Герцог привычно протянул Рейне руку.
Рейна приняла его помощь, села в повозку, и Герцог последовал за ней.
— Вам не тяжело в повозке?
— Тяжело.
Герцог ответил довольно прямо и скрестил руки на груди.
Однако, в отличие от обычного, он не стал сразу закрывать глаза.
— Но когда ты рядом, это не так уж ужасно.
— …
Рейна плотно сжала губы, не зная, что ответить на слова Герцога.
«В последнее время Ваша Светлость говорит как-то… странно».
Наверное, неосознанно.
Рейна подумала, что в последнее время Герцог стал мягче, чем раньше.
Может, это потому, что он проводит много времени с Эстель? Мысли Рейны спутались.
Герцог, сидя в повозке с непроницаемым лицом, посмотрел на Рейну, а затем отвернулся к окну.
Повозка медленно тронулась.
Герцог молчал, так как Рейна не начинала разговор, а Рейна молчала, не зная, что сказать.
В итоге до самого прибытия в повозке царила тишина.
— Мы прибыли!
Авента постучал в дверь повозки.
Герцог первым вышел из повозки и помог Рейне спуститься.
— …Ого.
Прибыв на земли Финеке, Рейна не смогла сдержать восхищения.
Ей было любопытно, как выглядит место, где живут только они, и оказалось, что дома устроены прямо в гигантских деревьях, а вокруг колыхались невиданные доселе разноцветные цветы, источая золотистую пыльцу.
— Никогда не видела таких цветов.
— Это цветы Южения, которые цветут только на землях Финеке. По легенде, их любило божество Финеке.
«Прекрасно».
Все здесь были с белыми волосами и розовыми глазами, так что Рейна и Герцог выглядели здесь чужеродно.
«Все говорят на имперском языке».
Однако больше всего Рейну удивило то, что все Финеке знают имперский язык.
Авента, поняв, что так удивило Рейну, улыбнулся и объяснил:
— Язык — это кратчайший путь к взаимопониманию. Наше божество всегда желало, чтобы все жили в гармонии.
— Вы часто получаете пророчества от божества?
— Хм, нет. К сожалению, пророчеств больше нет. Были лишь те, что получены в очень далёком прошлом. Но один ребёнок часто передавал нам волю нашего божества.
Герцог и Рейна посмотрели на Авенту, гадая, кто этот «один ребёнок».
И как только они услышали имя, оба не смогли скрыть удивления.
— Это была Титания Финеке. Хороший была ребёнок.
Титания особенно хорошо видела будущее.
В младенчестве она была немного рассеянной, и было трудно понять, о чём она думает, но со временем её мысли стали необычными, и она видела мир дальше, чем кто-либо другой.
Авента рассказывал им о Титании, пока вёл их к Храму.
— И вот однажды Титания сказала, что будет жить в поселении, которое другие Финеке основали снаружи. Мы хотели, чтобы она стала жрицей, но она упрямо твердила, что не хочет.
— Вот как.
— Мы говорили ей, что внешний мир опасен для долгого пребывания, но она не слушала. С её упрямством никто не мог совладать, так что ничего не поделаешь.
Авента говорил это, лишь улыбаясь.
То, как он говорил об этом, зная, что Титания уже покинула этот мир, было похоже на то, будто он рассказывает о человеке, с которым скоро встретится.
—
Герцог помрачнел, так как знал, что случилось с Титанией после этого.
Авента, увидев выражение лица Герцога, удивился.
— Я не хотел упрекать Вас, Ваша Светлость. Титания была счастлива. Она говорила, что уходит, потому что все хотят стать счастливыми.
— Чтобы все стали счастливыми? Что это значит?
Рейне показалось, что слова Титании были очень туманными и многозначительными.
Однако, похоже, и Авента не слышал от Титании ничего большего.
— Остальное Вы сможете узнать у нашего жреца. Вы ведь пришли в Храм, верно?
Рейна кивнула на вопрос Авенты, а Герцог спросил:
— Мы изначально не говорили тебе, что нам нужно посетить Храм. Откуда ты узнал?
На вопрос Герцога Авента взглянул на Рейну и широко улыбнулся.
— Назовём это божественным провидением.
Внутри Храм был простым, но не убогим.
Там было только самое необходимое, и не было никаких сверкающих священных реликвий, как в Храме Бендисиона.
Было видно, как несколько Финеке всем сердцем молятся божеству, в которое верят.
Миновав их, они вошли в дверь, ведущую в глубину.
Там они увидели старого жреца с маленькой книгой в руках.
— В сегодняшнем видении я увидел, что вы двое придёте. На самом деле, я видел это уже очень давно.
— …
— Бывало, что место встречи менялось, бывало, что приходил только один из вас, но раз вы оба смогли прийти сюда, я глубоко тронут.
Его слова были загадочными, но расспрашивать подробно не хотелось.
Похоже, это означало, что приход Рейны и Герцога в это место — самое идеальное настоящее.
— Садитесь оба напротив.
Раз он знал, что Рейна и Герцог придут, то не было ложью, что на столе уже стояли две чашки тёплого чая.
— Этот чай…
— Это чай, который любит Герцог Винтернайт.
— Это так, но для Рейны он будет горьким.
Чай, который предпочитал Герцог, был слишком горьким.
Герцог с беспокойством посмотрел на Рейну.
Рейна покачала головой, показывая, что всё в порядке.
— Я всё пью, так что всё хорошо.
— В чашку для леди я добавил кусочек сахара, так что пить будет легче.
— А, благодарю за заботу.
Рейна без особого энтузиазма поблагодарила жреца, а Герцог сделал сложное, неоднозначное выражение лица.
Жрец мельком взглянул на Герцога и отложил книгу, которую держал в руках.
Когда он открыл её, оказалось, что страницы пустые.
— Что это?
— Эта книга — последняя священная реликвия, оставленная нам нашим божеством. С сегодняшнего дня она выполнит своё предназначение.
Жрец сказал это, глядя на Рейну.
— …?
Рейна озадаченно посмотрела на жреца.
— Если это священная реликвия, то что она делает?
— Мы и сами не знаем. Её могут видеть только те, кто достоин. До сих пор достойной была только Титания.
— …
— …
Жрец с улыбкой попросил их обоих приложить руки к книге.
Рейна и Герцог, помедлив, приложили руки к пустой книге.
Рейна, чувствуя пальцами шершавую бумагу, спросила жреца:
— Скажите, а почему вы не называете имя божества Финеке?
— Наше божество забыто всеми, кроме Финеке, поэтому оно не отвечает, если его не спросить.
Сказал жрец с улыбкой.
— Раз уж Вы спросили, я отвечу.
В этот момент из книги, к которой прикоснулись Рейна и Герцог, вырвался свет.
— Имя божества Финеке — «Йест».
Ослепительный свет заслонил обзор, и весь мир погрузился в тишину.
Затем свет резко погас, наступила тьма…
И сознание обоих отключилось.
В начале времён…
Существовал мир без богов.