Мэттью, заметив застывший от ужаса взгляд на лице принца, вошёл внутрь и мягко произнёс:
— Ах, извини. Я напугал тебя?
Ирэн неловко опустил голову.
— Немного, но… Что вы тут делаете, ваше величество?
— Мэттью… — начал он всё тем же мягким тоном. — Разве я не просил называть меня по имени?
— Т… точно, Мэттью…
Ирэн искренне растерялся. Они все вместе вернулись из зала суда в главный дворец, и Мэттью сказал ему, что хочет поговорить. Однако самому королю пришлось последовать за королевой, поскольку им было что обсудить. Разве не странно, что стоило Ирэну прийти в свои покои, как король уже оказался здесь?
— Думаю, ты сильно шокирован произошедшим сегодня, поэтому я хотел с тобой поговорить.
Слова Мэттью заставили Ирэна отбросить ненужные мысли и сосредоточиться на разговоре. Король тем временем, не церемонясь, прошёлся по комнате и присел на диван, жестом приглашая Ирэна занять место напротив. Он чувствовал себя так, будто находился у себя в покоях, совершенно не испытывая неловкости.
— Герцог Экхарт был очень плохим человеком. Он за свою жизнь сделал много плохого, и ты сам видел суд и все доказательства тому. А теперь справедливость восторжествовала! Разве это не чудесно?
Ирэн молчал, глядя на него широко раскрытыми глазами.
— В… верно? — выдавил он из себя. Голос звучал непривычно тихо.
Мэттью взял со стола угощение и принялся жевать. Затем посмотрел на него с искренним недоумением, которое постепенно сменилось снисходительной усмешкой.
— Ох, милый мой мальчик, что за неуверенный ответ? — Мэттью покачал головой и цокнул языком.
С каждым его словом Ирэна пробивал холодный пот.
Это была не речь короля.
— Что?.. — прошептал Ирэн, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. — Мэттью, это…
— Ох… — Мэттью фыркнул, закатив глаза, а затем усмехнулся и откинулся на спинку дивана. — М-да… Экхарт таки в чём-то был прав.
Мэттью наклонился вперёд, понизив голос до заговорщического шёпота. В его глазах вспыхнул опасный огонёк.
— Ха-ха… Ты действительно слабый трус, Ирэн. Нет, ну честное слово, как можно быть настолько тупым и ничтожным? Я тут пытаюсь с тобой поговорить, а ты только и делаешь, что мямлишь. Не надоело ещё?
Ирэн застыл на месте, не веря своим ушам. Он действительно это услышал? Мэттью? Человек, который всего несколько минут назад говорил о справедливости и о том, что Экхарт заслужил наказание?
— Ч-что?.. — выдохнул Ирэн.
Его сердце забилось так сильно, что каждый удар отдавался в ушах. Мэттью смотрел на него. Улыбался. Ирэн машинально отшатнулся назад. Ещё шаг.
Его спина почти коснулась стены.
— Нет… — прошептал он.
Мэттью продолжал что-то говорить, но слова начали расплываться. Они будто доносились откуда-то издалека, превращаясь в бессвязный гул.
— Слабый… трус… ничтожество… Это всё про тебя, ты это понимаешь, Ирэн? Или ты настолько туп, что даже это мне нужно пережёвывать и проговаривать тебе, чтобы ты понял?
Ирэн прижал ладонь к груди. Дышать становилось всё труднее.
— Нет… нет, этого не может быть…
Он попятился ещё дальше, запнувшись о край ковра. Мир перед глазами поплыл. Комната будто начала медленно вращаться, а лицо Мэттью стало каким-то чужим, искажённым. Голова кружилась, а к горлу подступала тошнота.
— Ирэн?
Голос Мэттью вдруг прозвучал совсем рядом. Ирэн даже не понял, когда король успел подняться с дивана.
— Ирэн, ты чего?
Мэттью осторожно подошёл к нему и похлопал по спине.
— Эй… Ты меня слышишь? Всё с тобой в порядке?
Ирэн резко отшатнулся и оттолкнул его руку.
— Какого чёрта вы несёте?!
Мэттью замер.
— Что?
— Как у вас после таких слов вообще хватает наглости спрашивать, всё ли со мной в порядке?!
Ирэн тяжело дышал. Его голос дрожал от страха и злости.
— Вы только что назвали меня трусом и ничтожеством! Сказали, что я тупой! Вы… вы…
Он не смог договорить.
Мэттью смотрел на него несколько секунд, а затем его глаза округлились, и лицо неожиданно стало виноватым.
— Извини…
Ирэн застыл.
— Я знаю, что ты был очень привязан к Экхарту, и мне не следовало так о нём отзываться.
Ирэн ничего не понимал.
Что?
Он ведь только что оскорбил его. И сейчас говорил так, будто ничего подобного не происходило.
— Вы… шутите?
— Что?
— Вы сейчас серьёзно? — голос Ирэна сорвался. — Вы только что оскорбили меня! Как вы можете говорить, будто ничего не произошло?!
Мэттью нахмурился. На этот раз уже он выглядел по-настоящему растерянным и непонимающе хлопал глазами.
— Ирэн, последнее, что я тебе сказал, было: «Герцог Экхарт был очень плохим человеком. Он за свою жизнь сделал много плохого, и ты сам видел суд и все доказательства тому. А теперь справедливость восторжествовала! Разве это не чудесно?» Я не понимаю, что из моих слов для тебя было оскорблением. Да, я нелестно отозвался об Экхарте, но я бы ни за что не посмел сказать про тебя что-то плохое.
Ирэн медленно поднял на него взгляд.
— Что?..
— Но после этих моих слов ты застыл и начал хвататься за грудь, будто тебе стало сложно дышать. Я забеспокоился и подошёл к тебе.
Ирэн не ответил. Он просто смотрел на Мэттью. В голове постепенно становилось тихо. Слова короля снова и снова прокручивались в памяти.
«Последнее, что я тебе сказал…»
Ирэн медленно опустил взгляд на собственные руки. Он действительно помнил, как Мэттью говорил о том, что Экхарт был плохим человеком. А всё остальное… Оскорбления. Зловещая улыбка. Холодный голос.
«Слабый трус».
«Ничтожество».
Этого что, не было в действительности? Ирэн почувствовал, как по спине пробежал холод. Он сжал пальцы, пытаясь успокоиться. Но одна мысль не давала ему покоя.
«По воспоминаниям из прошлой жизни… в это время у меня ещё не должно быть галлюцинаций.»
Его взгляд задержался на Мэттью: что из всего, что он сейчас видит, правда, а что ложь?