В восточных землях, которыми правила Империя Каминари, утренний солнечный свет мерцал на крышах изящных домов ровно до того момента, когда вокруг разразился настоящий хаос.
Юная девочка с длинными чёрными волосами и яркими тёмными глазами неслась по черепичным крышам, а её смех разносился по улицам.
— П-принцесса Исао! Пожалуйста, спуститесь!! — кричал начальник стражи, и голос его срывался одновременно от паники и усталости.
— Не-а! — хихикнула Исао, перепрыгивая с одной крыши на другую. Длинные рукава бешено развевались за спиной. — С этого дня я буду свободной! Свободной, как ветер!
Внизу служанки и придворные, схватившись за головы, с воплями бежали следом.
— О небеса, она опять за своё!!
— На ней двенадцатислойное придворное кимоно! Двенадцать слоёв! — едва не падая в обморок, вскрикнула одна из служанок. — Вы хоть представляете, как тяжело отстирывать двенадцать слоёв королевского шёлка после того, как она поваляется в пыли?!
— Я же говорила тебе утром завязать ей волосы! — крикнула другая служанка, с удивительной скоростью гонясь за Исао.
— Ты издеваешься?! Знаешь вообще, насколько трудно заставить её хоть секунду посидеть спокойно?! — отозвалась третья.
Тем временем стражники перелезали через заборы и торговые прилавки, громко звеня доспехами.
— Принцесса! Пожалуйста! Если вы упадёте, император снимет с нас головы!
— Тогда бегите быстрее! Ха-ха-ха! — дразнила их Исао сверху, показывая язык. — Вы же должны меня защищать, разве нет? А вы слишком медленные!
— Ваше Высочество, пожалуйста, не прыгайте!..
— Поздно~! — крикнула Исао уже в воздухе.
Она перелетела через широкий переулок и идеально приземлилась на соседней крыше, но тут её нога скользнула по неплотно лежавшей черепице.
— А!
Все вокруг оцепенели.
Казалось, время замедлилось, пока принцесса в двенадцатислойном кимоно кувыркалась вперёд, точно падающий колобок, а затем с глухим «бух!» благополучно приземлилась в огромную кучу развешанного белья.
— …
Тишина.
А затем раздался общий вопль.
— Она упала!
— Она жива!
— Она испортила бельё!
— Из-за неё нас убьют!
Исао высунула голову из кучи, а на макушке у неё, словно корона, висели панталоны.
— Хе-хе-хе… Я в порядке! — гордо объявила она, совершенно не замечая ужаса на лицах окружающих.
— Ваше Высочество!!! — начальник стражи рухнул на колени. — Прошу вас… пощадите нас… от своей свободы…
Исао надула щёки, поднялась и принялась отряхиваться с таким достоинством, на какое только была способна девочка, с ног до головы облепленная бельём.
— Хмф! Вот увидите! Когда-нибудь я исследую весь мир, как моя старшая сестра Саюри!
В ту же секунду с соседнего балкона прилетел домашний тапок и угодил ей точно в голову.
— Ай! — Исао потёрла макушку.
Люди вокруг изумились, но прекрасно понимали: на такое был способен только один человек.
— ИСАО!!! — с балкона разнёсся яростный женский голос. — Ты должна изучать дипломатию, а не тренироваться… бегать, как какой-то вор!
— Э-хе-хе… упс?
Кричала госпожа Аямэ — тётя Исао, младшая сестра её покойной матери, которая из-за ежедневных выходок племянницы едва не падала в обморок чуть ли не каждый день.
В отличие от первой дочери своей старшей сестры, Саюри — изящной, невозмутимой и пугающе искусной в бою, — Исао была… настоящим бедствием.
— Ой, смотрите! Что это там? — внезапно воскликнула Исао, указывая на небо.
Все стражники и служанки инстинктивно подняли головы.
А когда поняли, что там ничего нет, юной принцессы уже и след простыл — она снова мчалась по крышам, оставляя позади звонкий смех.
— П-принце-е-е-есса!!! — завопили стражники и служанки, возобновляя погоню.
— Эта племянница! Клянусь, я когда-нибудь из-за неё умру! — выкрикнула Аямэ, в отчаянии хватаясь за голову.
Но тут…
Когда Исао прыгнула на следующую крышу, нога снова соскользнула.
На этот раз падать предстояло гораздо выше, и внизу не было ничего мягкого.
— ПРИНЦЕССА!!! — хором закричали стражники, побледнев как снег.
— ИСА-А-А-А-АО-О-О!!!
Крик Аямэ оборвался: женщина потеряла сознание и рухнула на пол.
— Госпожа Аямэ! Госпожа Аямэ! — её служанки принялись трясти хозяйку.
И как раз в тот миг, когда маленькое тело Исао стремительно падало к земле…
В воздухе вспыхнула фиолетовая молния.
Появилась фигура — изящная, спокойная и немыслимо быстрая. Она без малейшего труда поймала Исао. Длинные фиолетовые волосы развевались за её спиной, а обсидиановые глаза блестели, словно отполированное стекло.
— Давно не виделись… Аяка, — мягко сказала женщина.
Исао моргнула. Узнав её, девочка широко распахнула глаза.
А затем расплылась в огромной улыбке.
— Сестрёнка Саюри!!! — взвизгнула она и крепко обняла старшую сестру.
Саюри Каминари, первая принцесса Империи Каминари, известная на востоке как Клинковая Буря, ласково улыбнулась и стряхнула пыль с волос младшей сестры.
— Вернёмся в замок, — сказала Саюри. — Похоже, твоя мечта покинуть эту страну может сбыться раньше, чем ты думаешь.
Всё ещё дрожавшие стражники, узнав Саюри, тут же опустились на колени.
— Принцесса Саюри! Простите нас! Мы не сумели защитить госпожу Исао!
Саюри тихо рассмеялась.
— Всё хорошо. Вы отлично справились. Моя сестра всегда была… непредсказуемой.
— Эй, эй, сестрёнка Саюри, ты сейчас серьёзно!? Насчёт того, что я уеду отсюда!? Правда?!
Глаза Исао засверкали.
— Тогда скорее обратно! Надо рассказать отцу!
Прежде чем кто-либо успел её остановить, она уже неслась по дороге впереди, и в воздухе разносился её смех.
Саюри беспомощно улыбнулась и вздохнула.
— И снова убежала…
Исао, полное имя которой было Исао Аяка Каминари, получила два имени от родителей: Исао дал ей отец, а Аяка — покойная мать, умершая в день её рождения.
В тронном зале Империи Каминари император Райдэн восседал на престоле.
Когда его взгляд упал на Саюри, любимую дочь, на лице появилась редкая мягкость.
— Значит, ты вернулась, — тепло произнёс Райдэн. — Давно тебя не было, Саюри.
Саюри улыбнулась и слегка поклонилась.
— Отец. Я скучала.
Но стоило взгляду Райдэна переместиться на стоявшую рядом девочку, как лицо мгновенно ожесточилось. Вся теплота исчезла, сменившись холодным недовольством.
— А ты, — резко произнёс он, и голос прокатился эхом по залу. — Почему ты так небрежно стоишь перед троном? Неужели ничему не научилась?
Советники, генералы и слуги опустили головы, пока Райдэн без всякого стеснения продолжал выговор.
— Вечно прячешься. Вечно бесполезна. Ты приносишь этой империи один позор.
Исао просто юркнула за спину Саюри и слегка показала отцу язык.
Она давно привыкла к такому отношению — привыкла никогда не быть любимым ребёнком, привыкла не получать от отца ни ласки, ни признания.
Саюри тихо хихикнула, нарушая напряжение.
— Отец, обязательно быть таким суровым? — мягко спросила она. — Я приехала повидаться с тобой, а не слушать, как ты её ругаешь.
Выражение Райдэна тут же смягчилось.
— Хмф. Я лишь исправляю её поведение. Лучше расскажи, как ты сама поживаешь?
— Хорошо, — ответила Саюри. — Я вернулась, потому что собираюсь взять Исао с собой в Этельгард.
Райдэн пренебрежительно махнул рукой.
— Делай что хочешь.
Саюри ненадолго замолчала, а затем спокойно добавила:
— Она одна из детей, о которых говорится в пророчестве. Сам Пророк…
— Мне нет дела до пророчеств, — холодно перебил её Райдэн. — Как нет дела и до бед западных земель. На востоке царит мир. Это единственное, что имеет значение.
Его голос стал мрачнее.
— И не смей говорить при мне об этой женщине — Кателее.
Улыбка Саюри слегка померкла.
— Великая Святая Кателея лишь стремится защитить человечество.
— Она посмела предложить тебе стать одной из её Святых, — резко бросил Райдэн. — Служить чему-то, стоящему выше этой империи.
Саюри без страха встретила его взгляд.
— Я сама выбрала этот путь, отец. Я вижу дальше наших границ. Если падёт мир, следом падёт и империя.
В зале воцарилась тишина.
Спустя мгновение Саюри тихо продолжила:
— Чтобы ты не сердился, я обещаю одно: я вернусь. После войны… или когда придёт твоё время, я займу трон.
Райдэн долго молчал.
Наконец он выдохнул и откинулся назад.
— Ц… вечно от тебя одни хлопоты, — пробормотал он.
Но, вопреки словам, в его глазах не было злости — лишь смирение.
Он посмотрел на советников.
— Оставьте нас.
Никто не посмел перечить.
Снова повернувшись к Саюри, император сказал:
— Хорошо. Поступай как знаешь. Только помни, где твоё место.
Саюри улыбнулась.
— Я всегда буду помнить.
Взгляд Райдэна на миг скользнул по Исао — совершенно без тепла.
— Что до Исао — забирай. Мне не нужна столь ничтожная особа.
Исао никак не отреагировала.
Она лишь держалась за рукав сестры, будто слова отца её не тронули.
На долю секунды взгляд Саюри стал жёстким, но она ничего не сказала.
Вместо этого поклонилась.
— Спасибо, отец.
После чего развернулась и увела Исао, оставив позади безмолвный тронный зал и императора, который ни разу не обернулся вслед дочери, от которой уже давно отказался.
В своей комнате Исао весело напевала, собирая вещи.
Перебирая их, она заметила лист бумаги, спрятанный на самом дне ящика. На нём были старательно нарисованы нежные лепестки сакуры.
Исао мягко улыбнулась.
А затем без колебаний разорвала лист надвое и подожгла.
Огонь обвился вокруг рисунка и превратил его в пепел.
Это была одна из её мечтаний — однажды открыть собственное додзё, стать его наставницей и окружить себя бесчисленными учениками, которые в неё верят.
Но бумагу она сожгла вовсе не потому, что отказалась от мечты.
Просто она умерла бы от стыда, если бы кто-нибудь увидел этот рисунок.
— Э-хе-хе… ничего страшного, — прошептала Исао, краснея. — Он уже навсегда выжжен у меня в голове. Однажды я стану хозяйкой додзё… хе-хе-хе.
Фантазия тут же понеслась вскачь. Она представила себя гордо восседающей на переносном троне, лучезарно улыбающейся, пока вокруг собираются люди, хлопают и восторженно приветствуют её. От одной мысли девочка расплылась в счастливой улыбке.
— Исао, ты закончила? — послышался голос Саюри.
Старшая сестра вошла в комнату, мягко улыбаясь.
— Почти! — быстро ответила Исао, и её улыбка стала ещё шире.
— Как будешь готова, пойдём попрощаемся с матерью, — тихо сказала Саюри.
Исао энергично кивнула.
Позже обе сестры стояли перед могилой матери под цветущей сакурой на небольшом холме возле замка. Разноцветные цветы мягко покачивались на ветру, окрашивая склон тёплыми, живыми красками.
Исао сложила ладони и склонила голову.
— Мама, я уезжаю, — искренне сказала она. — Обещаю идти за своей мечтой и сделать так, чтобы ты мной гордилась. Ах да — и я заведу кучу друзей! Хе-хе!
Саюри молча смотрела на неё с ласковой улыбкой, а затем тоже закрыла глаза и безмолвно помолилась.
Так девочка, рождённая на Востоке, где в миг её первого вдоха расцвела тысяча цветов, сделала первый шаг по пути, которому однажды суждено будет изменить мир.