Глава 1016 Разобраться с делами
— Себастьян, как продвигается обучение Ганатики легендарным боевым техникам?
Стоя в чистых солнечных лучах, проникавших через магическое окно и падавших на металлический пол, заклинатель с бесстрастным лицом невозмутимо задал вопрос своему управляющему конструкту.
Хотя перед уходом из магической башни в путешествие Панк и не поручал Себастьяну пристально следить за каждым действием юного Мстителя, он всё же верил, что его несколько неуклюжий старый управляющий способен разобраться во многих вещах, происходящих внутри магической башни.
И следующий ответ конструкта-управляющего действительно, как всегда, не разочаровал Панка. Хотя из-за разрушительного воздействия времени и невнимания мага Утренней Звезды к ремонту на этом всё более ветхом алхимическом изделии уже начали появляться отдельные повреждения, его усердие в работе ничуть не уменьшилось. Более того, за долгие годы службы «Себастьян», чей уровень интеллекта значительно повысился, успел освоить даже искусство обобщения и словесного описания информации.
Когда заклинатель задал свой вопрос, старый управляющий, державший в руках опустевшую чайную чашку, потратил всего секунду на вычисления, после чего спокойно и честно ответил:
— У господина Ганатики весьма упорядоченный распорядок жизни. Каждый день он посвящает большую часть своего времени тренировкам боевых техник. Согласно анализу данных, полученных от устройств контроля энергии магической башни, переданная вами легендарная боевая техника значительно усовершенствовалась благодаря частым тренировкам. Однако…
Когда конструкт-управляющий обстоятельно докладывал об успехах Ганатики, его речь оставалась такой же ровной и неизменной, как всегда. И описанный им «упорядоченный образ жизни» действительно соответствовал тому, чему должен был посвящать себя «Мститель», стремящийся обрести силу.
Но на этом доклад ещё не закончился. Очевидно, Ганатика совершал и кое-что ещё, что Себастьян замечал, однако не мог понять.
Почтительно склонившись, конструкт-управляющий продолжил:
— Господин Ганатика очень усерден. Он каждый день добросовестно тренируется и отрабатывает свои боевые техники. Однако теперь, помимо упражнений, он ежедневно проводит несколько минут, а порой и больше, неподвижно стоя на месте и погружаясь в раздумья. Я не могу определить, о чём именно он думает, но, исходя из анализа данных, полученных при отслеживании выражения его лица, полагаю, что улучшение его силы не привело к улучшению настроения господина Ганатики.
— Стоит на месте и думает? Настроение? С каких это пор этот полусумасшедший упрямец научился подобным вещам?
Услышав доклад старого управляющего, Панк, уже собиравшийся войти в лабораторию и приступить к исследованиям големов, невольно замер в лёгком замешательстве.
Можно сказать, что «Шёпот Разрушения» наблюдал за Ганатикой с самого детства. В те годы практически весь план воспитания этого юного героя был лично разработан Панком. В воспоминаниях заклинателя этот законченный «дурак с одной извилиной» никогда не любил слишком много думать. Его поступками и эмоциями зачастую руководили порывы, а решения он принимал под влиянием импульсов.
Но теперь…
Неужели Ганатика провёл в «Кровавой Войне» в Аду несколько десятков тысяч лет и за это время каким-то образом освоил новый «активный навык»?
— Просто бессмыслица какая-то. Ему ещё далеко до того, чтобы в совершенстве освоить боевую технику, а его силы недостаточно даже для того, чтобы получить право ступить на настоящее поле боя. О чём ему вообще думать? На что тратить время, стоя без дела?
Слегка нахмурившись, недовольный «Шёпот Разрушения» совершенно не понимал изменений, происходивших в эмоциональном мире его подчинённого.
С точки зрения интересов Панка, юному Мстителю требовалось лишь послушно становиться сильнее, а затем выполнять поручения, которые не были бы ни слишком простыми, ни чрезмерно сложными.
Размышления? Бесцельное сидение на месте? Внутренние терзания?
Инструменту совершенно не требовалось обладать настолько сложным эмоциональным миром.
Впрочем, именно это и показывало, что Панк, маг Утренней Звезды сорок третьего уровня, практически ничего не понимал ни в человеческих чувствах, ни в искусстве управления подчинёнными.
Ведь с тех пор, как он вступил в Мультивселенную, Панк использовал для управления своими слугами всего два метода: угрозы и приказы. На самом деле он совершенно не разбирался в так называемой «гуманитарной философии». Было совершенно невозможно ожидать, что «Шёпот Разрушения», не обладавший даже малейшими актёрскими способностями, сможет научиться у «Председателя» искусству налаживать связи, объединять силы и умело управлять подчинёнными.
Например, сейчас Панк, который никогда не знал, что такое «одиночество», «любовь» или «страх», совершенно не понимал чувств Ганатики.
— Возможно… возможно, дело в одиночестве и тоске? Согласно записям в литературных источниках, люди, оказавшись в состоянии одиночества и тоски, начинают предаваться всевозможным беспорядочным размышлениям. Кроме того, магический ворон Вектор уже очень давно не любит много разговаривать. Может быть, Ганатика тоже оказался во власти чувства «одиночества»?
Немедленно избавлять своего хозяина от беспокойства было правилом, глубоко запечатлённым в виртуальной душе Себастьяна. Осознав, что Панк задался вопросом, старый управляющий, охваченный тревогой, поспешно начал перебирать все доступные ему сведения в поисках ответа.
Однако, пространно рассуждая об этом предполагаемом «одиночестве», конструкт-управляющий так и не заметил, как «Шёпот Разрушения», отвернувшийся от него, слегка приподнял брови.
В ответе Себастьяна маг Утренней Звезды уловил сразу две заслуживавшие внимания детали…
Во-первых, предположение старого управляющего звучало вполне разумно.
А во-вторых…
С каких это пор неуклюжий Себастьян научился обращаться к литературным источникам?
В магической башне ведь никогда не было никаких подобных источников. Неужели он освоил эту «способность», когда Панк отправлялся в Империю Хатак за изумрудными плодами Морриса?
— Всего-то несколько десятков тысяч лет прошло. И как же так получилось, что все эти «штуковины», у которых раньше в голове была лишь одна извилина, вдруг научились целой куче ненужных навыков? С Ганатикой ещё можно смириться, но почему мой алхимический управляющий тоже начал подавать дурные признаки? Похоже, во время предстоящего обновления магической башни Себастьяна тоже обязательно придётся «обновить»!
Холодно наблюдая краем глаза за старым управляющим, чьё лицо стало куда более выразительным, чем десять тысяч лет назад, Панк уже принял окончательное решение.
Впрочем, в этот момент Себастьян, вероятно, ещё совершенно не осознавал, что его судьба устаревшего устройства уже неумолимо приближалась к концу.
— Похоже, Ганатика всё ещё не обрёл душевный настрой, подобающий сильному существу. Однако даже в таком случае постоянно сидеть в одиночестве, погружаясь в раздумья, — не слишком хорошо. Раз его успехи в освоении боевых техник достаточно быстры, тогда пусть лучше на некоторое время покинет мою магическую башню и отправится попутешествовать по Королевству Хатак. Как раз сейчас я собираюсь обновить это старое алхимическое сооружение.
Без малейших эмоций отдав старому управляющему распоряжение, Панк счёл дело Ганатики завершённым.
В конце концов, если говорить начистоту, «Шёпот Разрушения», проживший почти двести тысяч лет, действительно не знал, что представляет собой страдание от «одиночества». Тем более он не знал, как следовало облегчать подобные страдания.
Ему было известно лишь одно: в подобных обстоятельствах предоставлять «сотруднику» отпуск, по-видимому, было довольно распространённым способом решения проблемы в его прошлой жизни…