Глава 1035 Встречающие
Число профессионалов в эльфийском королевском дворе было весьма ограниченным. Хотя, теоретически, каждый эльф от рождения обладал продолжительностью жизни около двух тысяч лет, и если бы он усердно учился и занимался исследованиями на протяжении столь долгого времени, то даже при несколько посредственных врождённых способностях у него всё равно имелись бы все шансы стать профессионалом.
Однако в действительности, согласно законам, обнародованным Эльфийским Королевским Двором совместно с Церковью Богини Жизни, действовал следующий порядок: профессии эльфийских простолюдинов должны были наследоваться в соответствии с принципом наследственности. Дети плотников могли становиться только плотниками, дети каменщиков — только каменщиками. Лишь знатные лорды обладали правом, исходя из потребностей развития своих владений, наделять семью эльфийских простолюдинов новой профессией. Независимо от того, хороши были их врождённые способности или плохи, простолюдинам категорически запрещалось самовольно становиться профессионалами. Только аристократы могли свободно выбирать работу, ради которой желали приложить свои силы!
Эта суровая система существовала с древних времён и обладала непререкаемым авторитетом. Всё эльфийское общество функционировало с точностью до мелочей благодаря подобной системе наследования профессий, основанной на так называемом «порядке». Однако именно из-за существования системы, в которой человеческими руками был установлен определённый «предел», эльфийский королевский двор, внешне казавшийся мирным и спокойным, на деле был полон различных фракций, а его общество оставалось гнетущим и унылым.
Даже те эльфы-простолюдины, которым посчастливилось получить право стать профессионалами, не могли самостоятельно повышать свои уровни. Что же касается должностей, унаследованных от семьи, то они были окончательно определены раз и навсегда и не подлежали изменениям на протяжении всей жизни.
Низкоуровневые воины навсегда могли оставаться только низкоуровневыми воинами, а лесные следопыты — только лесными следопытами. Именно поэтому Лулус и Нина, которые внешне выглядели так, словно каждый день весело носились по лесу, играя и резвясь, в действительности испытывали глубокое недовольство как эльфийским королевским двором, так и богиней Сэциоуной, которой они поклонялись.
Ведь у них изначально был шанс стать профессионалами более высокого уровня. Они могли заниматься той работой, которой действительно хотели заниматься. Но при законах, требовавших «абсолютного соблюдения порядка», все эти «несбыточные фантазии» были совершенно недостижимы.
Более того, поскольку эльфийский королевский двор и Церковь Жизни, очевидно, прекрасно знали, как перенаправлять недовольство и сохранять невозмутимость даже перед лицом оскорблений, объекты жалоб Лулус и Нины в результате становились совершенно разными.
Разумеется, независимо от того, на кого из двух правителей, формально действовавших сообща, они в глубине души жаловались, подобные мысли в Вечном Лесу, где господствовал принцип «законопослушного добра», в любом случае считались совершенно неуместными.
И самое ужасное заключалось в том, что их «кощунственные» слова, произнесённые под воздействием магии, услышали «встречающие», которые проделали долгий путь до границы леса, чтобы поприветствовать «гостей»…
— Наглость! Да как вы, две неблагодарные твари, смеете произносить подобные кощунственные слова?!
Вместе с яростным, полным гнева рёвом и резким окриком, практически в тот самый миг, когда Лулус и Нина попытались ответить, эльфийка с огненно-рыжими бровями и длинными волосами превратилась в мерцающий алый поток и стремительно бросилась к опушке леса, где до этого царила безмолвная тишина.
А вслед за оглушительным рёвом обрушилось и настоящее «бедствие» — множество осколков законов, сверкавших огненно-красными потоками света!
Совершенно очевидно, что для эльфийского королевского двора, находившегося под властью божества, преступление в виде богохульства было абсолютно недопустимым. И неважно, по какой причине две несчастные лесные следопытки позволили себе «дерзкие высказывания»: разъярённое существо Легендарного уровня имело все основания разорвать их на куски раскалёнными законами!
Однако… целью атаки этой плотной массы законов огненных элементов явно не могли быть только две ничтожные личности уровня Подмастерья.
Бум!
— Заклинание Школы Призыва Утренней Звезды — «Щит Блокировки Законов»!
Не дожидаясь, пока осколки законов, летевшие со сверхсветовой скоростью, поразят эльфийских девушек, которые всё ещё пребывали в затуманенном состоянии сознания, «Шёпот Разрушения», до этого стоявший в тени деревьев, немедленно вмешался и применил защитное заклинание.
В пространстве колыхались и расходились рябью волны под напором неистового потока энергии. Мощные ударные волны, разлетаясь во все стороны, за одно мгновение испепелили обширные участки леса в радиусе нескольких тысяч квадратных километров.
Однако на лесной поляне, где находился маг Утренней Звезды, «Щит Блокировки Законов», принявший форму шара и укрывший небольшой участок земли, лишь слегка покачнулся, словно в тихий родник бросили маленький камешек, вызвав на его поверхности несколько едва заметных волн…
Благодаря тому, что Панк в совершенстве владел невероятно тонкими приёмами управления заклинаниями, бушевавший снаружи энергетический шторм не мог даже заставить шелохнуться лист внутри защитного барьера.
Разумеется, подобная незначительная «стычка из-за недоразумения» была ещё очень далека от того, чтобы считаться попыткой оказать давление на прибывшего гостя или продемонстрировать силу.
Ведь из эльфийского королевского двора к заклинателю прибыли целых три профессионала Легендарного уровня!
Среди них лишь мужчина в облачении жреца, стоявший посередине, был единственным профессионалом Утренней Звезды во всём эльфийском королевском дворе. А вспыльчивая эльфийка, которая только что взялась за «очищение собственных рядов», была всего лишь обычным друидом Легендарного уровня, достигшей тридцать второго уровня.
Для Панка, профессионала Утренней Звезды сорок четвёртого уровня, с лёгкостью отразить атаку осколками законов обычного Легендарного уровня было, естественно, пустяковым делом.
— Легендарный друид — «Закалённый Укус» Родати Клинкозуб; легендарный следопыт — «Туманное Утро» Ликхос Мелкий Дождь; а также…
Не зацикливаясь на только что произошедшей явно внезапной атаке и крайне недружелюбной встрече, Панк быстро перевёл взгляд на троих профессионалов, появившихся перед ним.
Благодаря сведениям, собранным ранее, он без труда определил личности двух легендарных эльфов, стоявших слева и справа. В то же время ему не составило труда с первого взгляда узнать мужчину, который явно занимал положение лидера: на нём была безупречно белая жреческая мантия, колыхавшаяся без малейшего дуновения ветра, его манеры отличались элегантностью, а на лице постоянно играла добродушная улыбка.
— …Верховный первосвященник Церкви Жизни — жрец Утренней Звезды сорок пятого уровня, «Благочестивый» Эйкар Призыв Жизни!
Настороженно и молча наблюдая за жрецом Утренней Звезды, носившим титул «Благочестивый», Панк быстро вспомнил многочисленные сведения, которые ему были известны об этом господине по имени Эйкар.
Прежде всего, этот человек, который редко появлялся на публике и был окутан ореолом таинственности, явно не относился к тем, с кем легко справиться.
Ведь семья «Призыв Жизни», служившая Богине Жизни, по своему положению фактически соответствовала «императорскому роду» эльфийского королевского двора. А Эйкар, будучи жрецом Утренней Звезды, вдобавок был официально назначен Церковью Жизни верховным первосвященником.
Для нынешнего эльфийского королевского двора он, можно сказать, был профессионалом, наиболее приближённым к Богине Жизни, и одновременно правителем королевского двора в общепринятом смысле этого слова!
Во-вторых, согласно законам эльфийского королевского двора, во время нынешнего визита Панк, если хотел поговорить с проекцией Богини Жизни, должен был получить «рекомендацию» именно этого верховного первосвященника. Только в таком случае его действия можно было считать вежливыми и соответствующими правилам.
Подобная система «доклада по инстанциям», при которой обязанности каждого были чётко разграничены, также являлась одним из проявлений «абсолютного соблюдения порядка», которому эльфийский королевский двор придавал огромное значение.
Но…
Неужели «Шёпот Разрушения», обладавший многочисленными козырями и полной уверенностью в собственных силах, действительно должен был потерять своё преимущество перед собеседником только потому, что у Эйкара было множество титулов, его профессиональный уровень на единицу превосходил нынешний уровень Панка, а каждое его слово и действие зачастую могли выражать волю богини Сэциоуны?
Перед спокойным, улыбающимся взглядом жреца Утренней Звезды заклинатель прямо посмотрел на него своими тёмно-золотыми зрачками. В его глазах не было ничего, кроме глубокой, пронизывающей холодности.
— Здравствуйте, господин «Благочестивый». Прежде чем мы перейдём к обсуждению основных вопросов, позвольте мне высказать одно замечание прямо. Вам действительно следует как следует приструнить своих подчинённых. Её вспыльчивое поведение вызвало у меня крайнее удивление… и недовольство!
Что ж, в этот самый момент переговоры, которых пришлось так долго ждать, на самом деле уже начались!