Жизнь в секте Цинюнь текла заведенным порядком, напоминая зубья часового механизма.
По сложившемуся обычаю, внешние поручения распределялись меж учениками путем свободной сборки в группы.
Правило отличалось широтой взглядов: принадлежность к конкретным пикам роли не играла, лишь бы нашлись единомышленники. Пусть в одном отряде соберутся представители всех семи вершин – никто слова поперек не скажет.
Было лишь одно жесткое условие: в каждой команде обязана состоять хотя бы одна живая душа ранга не ниже средней стадии Золотой пилюли в роли опорного ядра.
Тех же, кому не посчастливилось найти товарищей самостоятельно, наставники разбивали по отрядам волевым решением, отправляя закрывать разнарядку.
Сами поручения пестрели разнообразием: где-то требовалось углубиться в чащобу и вырезать расплодившихся чудищ, а где-то – зачистить заброшенный аванпост отступников.
Уровень опасности выдерживался в строгих рамках: это служило и закалкой, и защитой мирных земель.
За минувшие недели быт Цзян Бэйфэна свелся к удручающе простой траектории «дом – лекторий, лекторий – дом».
[Система помощи небес], казалось, впала в спячку, перестав подкидывать сколько-нибудь заметные квесты.
К мелким рутинным задачникам он относился философски: «как пойдет». Если помощь требовалась по пути – помогал не задумываясь. Если же впереди маячила возня или угроза свету его инкогнито – он хладнокровно проходил мимо, не испытывая угрызений.
И все же даже столь ленивое содействие со временем принесло плоды: на пике Тяньшу поползли слухи.
─ Эй, ты заметил? Тот красавчик-старший брат Цзян, кажется, на деле славный парень? ─
─ И не говори! Я таскал скарб на ярмарке, так он молча помог донести! ─
─ А я спрашивал его про стойки, так он хоть и не говорлив, но подсказал в самую точку! ─
Благодаря выдающейся внешности «уровня игровой модели», Цзян Бэйфэн и без того пользовался бешеной популярностью среди новичков своего года, слывя недосягаемым «лотосом на круче».
Теперь же к этому эпитету прилепился ярлык «души компании».
Сам он находил это забавным и нелепым одновременно.
Куда хуже было то, что некоторые ученицы начали намеренно устраивать уличные спектакли: то «случайно» роняли баулы, то «беспомощно» ковырялись в крышках алхимических ступ, лишь бы он соизволил подойти и бросить пару дельных фраз.
Самое обидное заключалось в том, что Система признавала подобные уловки фальшивкой и не отсыпала за них ни единой крохи опыта! Цзян Бэйфэн внутренне выл от безысходности: «Душевные силы на ветер…»
Завтра наступал день полугодовой аттестации. Местом ее проведения назначили вершину пика Тяньшу.
Сам экзамен Цзян Бэйфэна, уже перешагнувшего пик Золотой пилюли, ни капли не волновал. Куда больше его страшило то, что последует за ним.
─ Партнеры… Где мне раздобыть троих вменяемых напарников? ─ развалившись в плетчатом кресле во дворе, он смотрел на звездное небо и предавался унынию.
Он вел затворническую жизнь, избегал лишних контактов, не общаясь ни с кем сверх положенного расписанием.
Собрать теперь квартет, где хотя бы один участник перерос начальную стадию Золотой пилюли, казалось задачей невыполнимой.
─ Если останусь без команды, наставники приставят ко мне парочку слабаков, нуждающихся в постоянной няньке… ─ от одной этой перспективы у него зачесался затылок и заныло сердце.
Ранним утром следующего дня, едва багровый диск солнца выкатился из-за хребтов, залив мир потоками зари,
Цзян Бэйфэн оседлал меч и вовремя прибыл на главную площадь пика Тяньшу.
На огромной каменной террасе уже яблоку негде было упасть: число экзаменуемых превышало тысячу человек.
Спрыгнув на плиты, он безучастно скользнул взглядом по толпе.
Большинство не выглядело особо испуганным. Основной порог допуска составлял поздний этап Создания оснований – планка для попавших в Цинюнь вполне достижимая, если не валять дурака круглые сутки.
Путь бессмертных долог, ресурсов вечно не хватает, так что сама аттестация служила естественным фильтром.
Стоило тяжелой, подобно океанскому валу, ауре навалиться на площадь, как гул голосов стих в одно мгновение.
Одетый в простую, потрепанную временем робу, седовласый старик с иссеченным морщинами лицом бесшумно материализовался на высоком помосте перед толпой.
То был сам глава секты Цинюнь, преподобный Юньхэ.
Цзян Бэйфэн видел этого столпа секты во второй раз. Под личиной дряхлого старика скрывалась мощь, способная вспарывать русла рек и сдвигать горы – подлинный мастер стадии Воссоединения.
Явившись, Юньхэ не стал произносить длинных речей, лишь слегка кивнул. Мастер пика Тяньшу, даосс Линцзюэ, тут же шагнул вперед и зычным, разносящимся окрест голосом объявил:
─ Начинаем аттестацию! Всем ученикам выстроиться по порядку и пройти замер культивации! ─
Толпа послушно разбилась на несколько длинных шеренг, вытягиваясь к стоявшему в центре площади хрустальному шару высотой в человеческий рост, излучавшему мягкое сияние.
Процедура выглядела просто: требовалось ступить в круг у подножия сферы и влить внутрь капельку ци, после чего артефакт по чистоте и объему энергии выдавал точный вердикт о текущем ранге.
Встав в хвост одной из очередей, Цзян Бэйфэн опустил голову и погрузился в собственные думы.
Спереди доносились мерные возгласы проверяющих:
─ Чжан Шань, поздний этап Создания оснований! ─
─ Ли Сы, поздний этап Создания оснований! ─
─ Ван У, начальная стадия Золотой пилюли! ─
……
Слушая однотипные вердикты, он подметил, что подавляющее большинство застряло на пороге позднего этапа Создания оснований. Редкие появления обладателей Золотой пилюли вызывали ропот зависти в рядах. До среднего же ранга пока никто не дорос.
Очередь двигалась медленно, увлекая его за собой. В этот момент спереди раздался необычайно звонкий, полный скрытого триумфа голос распорядителя:
─ Гу Цинхань, пик Золотой пилюли! ─
─ Ох-х! ─
Площадь взорвалась единым вздохом. Ученики закрутили головами, зашушукались.
─ Пик Золотой пилюли! О небеса! ─
─ Старшая сестра Гу и впрямь несравненный гений! Не зря она носит титул первой ученицы нашего поколения! ─
─ Сколько она вообще в секте?.. Вот уж кому завидовать бесполезно! ─
На помосте даосс Линцзюэ приостановил поглаживание бороды, в его глазах мелькнуло одобрение, однако стоило ему перевести взгляд на остальных участников, как на лице проступило легкое разочарование.
Если не считать выдающейся Гу Цинхань да пары человек вроде Чжао Цяня, пробившихся к средней стадии, общий уровень молодых адептов оставлял желать лучшего.
Наконец дошла очередь до Цзян Бэйфэна.
Глубоко вздохнув, он переступил черту светового кольца и замер перед прохладным шаром, отражающим мягкие блики. В этот момент он соприкасался с артефактом во второй раз.
Лицо его сохраняло невозмутимость, но в мыслях шел лихорадочный подсчет: «Пик Золотой пилюли – слишком броско, спалят. Попробую ужать поток до начального уровня… Ну или до пика Создания оснований? Лишь бы пропустили без вопросов».
Решившись, он осторожно потянул из даньтяня безбрежную мощь пилюли, отцепил от нее микроскопическую нить, сымитировав слабую пульсацию младшего ранга, и влил её в шар.