Глава 28. Запрет Кристалла.
---
«Прошлое никогда не бывает мёртвым. Оно даже не прошлое.»
— Уильям Фолкнер
---
Ситуация складывалась громче, чем шум прибоя в разгар летнего шторма.
Хотя вокруг нас не было ни моря, ни ветра, ни привычного мира.
Только Башня.
Её бесконечные этажи, коридоры, витражи и лестницы, уходящие неизвестно куда.
И всё же ощущение было таким, будто где-то совсем рядом бушевал настоящий шторм.
Причём шторм этот находился не снаружи.
Он постепенно поднимался внутри самой Башни.
Нэо стоял напротив меня, всё ещё тяжело дыша.
Его руки дрожали после увиденного сна.
Я прекрасно понимал, почему.
Некоторые воспоминания невозможно просто увидеть и забыть.
Особенно если они были частью твоей собственной жизни.
Перед глазами Нэо всё ещё стояли образы прошлого.
Лаборатория.
Мирай.
Сигэру.
И голос Мефисто.
Нэо крепче сжал оружие.
Его взгляд был направлен прямо на меня.
— А ты совсем с головой не дружишь, раз наставляешь оружие на меня, Нэо.
Нэо стиснул зубы.
Он ничего не ответил сразу.
Его дыхание было неровным.
Взгляд метался между мной и окружающей нас Башней, словно он пытался понять, где заканчивается сон и начинается реальность.
Я же спокойно смотрел на него.
Не потому, что не видел опасности.
Просто после всего произошедшего угрожать мне оружием было почти смешно.
— Закрой свою пасть, дьявольское отродье!
Я на мгновение замер.
А потом до меня наконец дошло.
Кто-то вмешался в воспоминания Нэо.
Кто-то проник в его сон.
И, судя по всему, оставил после себя достаточно сильное впечатление.
Несколько секунд я молчал.
Я медленно перевёл взгляд на Нэо.
Потом на Архивариуса.
Потом снова на Нэо.
И не удержался.
Рассмеялся.
— Вот это поворот событий!
Нэо дёрнул бровью.
Его рука сильнее сжала оружие.
— Чего ржёшь, маньяк суицидальный?!
— Хранителя всего времени приняли за Дьявола Мефисто.
Я снова усмехнулся.
— Ну как тут не посмеяться?
Нэо явно не разделял моего веселья.
Более того, по выражению его лица было понятно: ещё одно слово — и он действительно может попытаться сделать что-нибудь необдуманное.
Архивариус же просто наблюдал за нами.
На его лице появилась едва заметная улыбка.
Он выглядел так, будто подобные ситуации для него были не неожиданностью, а очередной страницей уже давно прочитанной книги.
Но прежде чем кто-либо успел продолжить разговор, произошло нечто другое.
По Башне раздался холодный механический голос.
[ Запрет А12 на снятие печати был нарушен. ]
Голос не принадлежал человеку.
В нём не было ни эмоций, ни интонации.
Только безупречная точность.
Будто сама Башня говорила через невидимый механизм.
[ Активирован режим устранения посторонних. ]
Тишина.
На этот раз даже Нэо замолчал.
Архивариус перестал улыбаться.
Я медленно поднял голову.
Несколько секунд ничего не происходило.
А затем...
Башня содрогнулась.
Гул прошёл по стенам словно удар далёкого грома.
Вибрация прокатилась по полу.
Где-то далеко послышался грохот.
Следом раздался ещё один.
И ещё.
Будто огромный механизм просыпался после тысячелетнего сна.
— Опанки...
Я поднял голову вверх.
Потолок казался слишком далёким.
— Похоже шоу началось.
Нэо резко посмотрел на меня.
— А мы что, актёры в главных ролях?!
Архивариус лениво посмотрел на Нэо.
— Очевидно же.
Нэо недовольно нахмурился.
— Вы двое вообще умеете воспринимать опасность серьёзно?!
Я пожал плечами.
— Зависит от опасности.
— И от того, кто её устроил, — спокойно добавил Архивариус.
После этих слов Башня снова содрогнулась.
На этот раз гораздо сильнее.
По белоснежному потолку поползли трещины.
Сначала одна.
Тонкая.
Почти незаметная.
Она появилась прямо над нами и медленно потянулась в сторону противоположной стены.
Затем возникла вторая.
Третья.
Десятки новых разломов мгновенно разлетелись по всей поверхности.
Белая гладь потолка теперь напоминала старое стекло, которое вот-вот рассыплется от одного прикосновения.
Нэо поднял голову.
— Это нормально?
Архивариус даже не посмотрел наверх.
— Для Башни?
— Да!
— Нет.
— Тогда почему ты такой спокойный?!
— Потому что паника ничего не изменит.
Я усмехнулся.
— Вот в этом он прав.
Нэо раздражённо выдохнул.
— Ненавижу вас обоих.
Витражи начали лопаться один за другим.
Первый раздался где-то в глубине коридора.
Звон стекла эхом прокатился по этажам.
Затем второй.
Третий.
Четвёртый.
Через несколько секунд звуки слились в один непрерывный звон.
Но осколки не падали.
Они зависали в воздухе.
Медленно вращаясь вокруг собственной оси.
Некоторые из них находились всего в нескольких сантиметрах от пола.
Другие зависли над головами.
Третьи медленно двигались по кругу, словно невидимая сила заставляла их искать определённое место.
Я протянул руку к одному из осколков, но не коснулся его.
На поверхности стекла появилось отражение.
Не моё.
Чужое.
Сначала я увидел маленькую девочку, смеющуюся возле окна.
Затем изображение изменилось.
Та же девочка стояла уже одна.
Потом появился мужчина.
Потом пустой дом.
Потом дорога.
Потом чья-то рука, протянутая навстречу другому человеку.
Я убрал руку.
Каждый осколок отражал чужие воспоминания.
Чужие судьбы.
Чужие ошибки.
Счастье.
Страх.
Потери.
Надежды.
Мгновения, которые кто-то хотел сохранить.
И мгновения, которые кто-то хотел забыть.
Словно сама память мира рассыпалась на части.
Нэо медленно повернулся вокруг себя.
— Что это...
Он не договорил.
Один из осколков пролетел перед его лицом.
На его поверхности Нэо увидел собственное отражение.
Но оно выглядело иначе.
В отражении он был младше.
Гораздо младше.
Нэо резко отвернулся.
Осколок продолжил движение, словно ничего не произошло.
Постепенно стекло начало собираться.
Осколки двигались всё быстрее.
Они соединялись друг с другом, образуя огромные стены.
Одна за другой они перекрывали коридоры и лестницы.
Путь назад исчез.
Ещё одна стена выросла перед боковым проходом.
Потом другая.
И ещё.
Отрезая пути к соседним секциям Башни.
Нэо резко обернулся.
— Какого вообще происходит?!
Он подошёл к одной из стеклянных стен и ударил по ней рукоятью оружия.
Раздался звон.
Стена даже не дрогнула.
— Что ещё за печать?!
Он повернулся ко мне.
Я посмотрел на него.
Затем на стены.
— Я бы не советовал стоять на месте.
— Почему?!
Я посмотрел вниз.
Нэо тоже опустил взгляд.
И застыл.
По полу под его ногами расползались глубокие трещины.
Сначала одна.
Потом несколько.
Они быстро расходились в разные стороны, словно под полом что-то просыпалось.
Из трещин вырывались серебристые потоки света.
Они не были похожи на обычное свечение.
Внутри них мелькали изображения.
Куски прошлого.
Фрагменты будущего.
Моменты, которые ещё не произошли.
Моменты, которые уже давно исчезли.
Будто само время просачивалось наружу.
— Какого чёрта?!
Нэо отступил.
Пол под ним снова содрогнулся.
Раздался оглушительный треск.
Пол провалился.
Нэо потерял равновесие.
— Нэо!
Я сделал шаг вперёд.
Но Архивариус оказался быстрее.
Он даже не пошевелился полностью.
Лишь поднял руку.
Башня вновь вздрогнула.
— Какой шумный.
Архивариус тяжело вздохнул.
Затем щёлкнул пальцами.
Мир вокруг нас растворился.
На мгновение исчезли звуки.
Исчез воздух.
Исчез свет.
Не осталось даже ощущения собственного тела.
Всё вокруг превратилось в абсолютную пустоту.
Я не чувствовал пола под ногами.
Не слышал собственного дыхания.
Не видел Нэо.
Не видел Архивариуса.
Казалось, будто кто-то на мгновение вырезал нас из реальности.
А спустя секунду мы уже стояли совершенно в другом месте.
На самом верхнем этаже Башни воспоминаний.
Первое, что я почувствовал, — холод.
Он был необычным.
Не тем холодом, который появляется зимой.
Скорее ощущением пространства, где слишком долго не было живого человека.
Перед нами раскинулся огромный зал.
Он был настолько большим, что его противоположную стену практически невозможно было разглядеть.
Потолок терялся среди звёздного мрака.
Но это были не настоящие звёзды.
По крайней мере, я не был уверен в этом.
Они медленно двигались.
Одни вспыхивали.
Другие исчезали.
Третьи перемещались по определённым траекториям.
Сотни золотых часов парили в воздухе.
Их стрелки двигались с разной скоростью.
Одни шли вперёд.
Другие назад.
Некоторые и вовсе застыли.
У одних часов стрелки двигались настолько быстро, что превращались в размытые линии.
У других одна секунда могла длиться целую вечность.
Нэо молча смотрел вокруг.
Даже он не находил слов.
В этом месте было слишком много всего.
Слишком много времени.
Слишком много памяти.
Слишком много историй, которые невозможно было рассказать человеку за одну жизнь.
Я сделал несколько шагов вперёд.
И только тогда увидел его.
В самом центре зала находился гигантский кристалл.
Прозрачный.
Огромный.
Высотой в несколько этажей.
Он стоял неподвижно, словно был частью самой Башни.
Внутри него текли бесчисленные потоки серебристого света.
Они двигались медленно.
Настолько медленно, что их течение казалось почти неподвижным.
Но если присмотреться, становилось видно, что каждый поток содержит тысячи маленьких фрагментов.
Изображения.
Лица.
Города.
Комнаты.
Сражения.
Встречи.
Расставания.
Слова.
Молчание.
Целые годы.
Словно внутри был заключён целый океан времени.
Нэо сделал шаг вперёд.
Один.
Ещё один.
Что-то внутри кристалла привлекло его внимание.
Он прищурился.
Сначала его взгляд был просто заинтересованным.
Потом выражение лица изменилось.
Нэо замер.
Я проследил за его взглядом.
И понял, что именно он увидел.
Внутри действительно находился человек.
Мужчина.
Его силуэт едва различался сквозь бесконечные слои застывшего времени.
Он стоял совершенно неподвижно.
Не как человек, который просто замер.
А как человек, которого само время перестало считать частью своего движения.
Казалось, будто вечность сомкнулась вокруг него.
Его волосы не двигались.
Одежда не колыхалась.
Даже пыль рядом с ним застыла в воздухе.
Ни единого движения.
Ни одного признака того, что этот человек вообще способен пошевелиться.
Словно кто-то вырезал этот миг из течения времени и навечно спрятал его внутри кристалла.
Нэо медленно поднял голову.
Его лицо стало напряжённым.
— Погодите...
Голос Нэо дрогнул.
Он сделал ещё один шаг.
— Этот человек...
Он не договорил.
Архивариус закрыл книгу.
На этот раз в его голубых глазах исчезла привычная лёгкость.
Никакой улыбки.
Никакой насмешки.
Даже привычной отстранённости больше не было.
Он смотрел на человека внутри кристалла совершенно иначе.
Будто перед ним находился не просто заключённый.
А часть истории, которую невозможно было изменить одним решением.
Несколько секунд никто не произносил ни слова.
Гигантский кристалл продолжал молча сиять.
Серебристые потоки медленно проходили сквозь него.
Часы над головой продолжали отсчитывать своё собственное время.
Одни тикали вперёд.
Другие назад.
Некоторые не двигались вовсе.
А человек внутри кристалла оставался неподвижным.
Архивариус наконец заговорил.
— Да.
Одно короткое слово.
Нэо не сводил взгляда с фигуры внутри кристалла.
Архивариус посмотрел прямо на него.
— Это Архимаг Башни воспоминаний.
Пауза.
Слова будто повисли в воздухе.
Нэо медленно сжал кулаки.
Его взгляд не отрывался от человека.
Архивариус произнёс имя.
— Сигэру Акияма.
Ещё одна пауза.
На этот раз гораздо длиннее.
Нэо словно перестал дышать.
Он смотрел на мужчину внутри кристалла так, будто пытался найти в его лице хоть что-то знакомое.
Что-то из прошлого.
Что-то, что могло подтвердить или опровергнуть всё увиденное им ранее.
Но кристалл не давал ответа.
Он просто продолжал хранить своего пленника.
Хранить его время.
Хранить его молчание.
Хранить историю, которую Нэо ещё только предстояло понять.
Архивариус медленно перевёл взгляд с кристалла на Нэо.
И произнёс последние слова:
— Твой отец.