Глава 32. Кто я?
---
— Возможно ли признать то что отверг однажды ?
Никс Грейвуд.
---
Никс перекинул ногу на колено, устроившись поудобнее, словно сюжет только начал идти.
Он выглядел так, будто происходящее совершенно его не беспокоило. Вокруг могли рушиться привычные представления о прошлом, настоящем и самих людях, но Никс всё равно сохранял ту же расслабленную позу. Его пальцы лениво постукивали по подлокотнику, а взгляд скользил между присутствующими с почти детским любопытством.
— Хе-хе-хе.
— Давно же была эта смутно печальная история... Жаль только конец её далеко впереди... — загадочно говорил Никс.
Его голос звучал спокойно, почти лениво, однако в этой спокойности ощущалось что-то неприятное. Будто он не просто рассказывал историю, а перелистывал уже прочитанные страницы книги, содержание которой остальные ещё даже не успели увидеть.
Никс смотрел на нас с привычной улыбкой, но теперь эта улыбка казалась совершенно иной.
В ней не было обычной насмешки.
Скорее, он наслаждался тем, что наконец подошёл к моменту, который долго скрывал.
Юки не сводил с него взгляда.
Внутри него постепенно появлялось ощущение, что разговор идёт не о прошлом как о чём-то давно завершённом.
Наоборот.
Прошлое словно стояло прямо перед ним.
Оно просто ждало, когда Юки наконец решится посмотреть ему в глаза.
— Ты ведь знаешь, что случилось в тот день, когда пришёл Мефисто? — грозно спросил Юки.
На несколько секунд в помещении стало тихо.
Никс не ответил сразу.
Он только слегка наклонил голову, словно вспоминал, с какой именно страницы начать.
Юки заметил эту паузу.
Она была слишком длинной для обычного ответа.
— Почему молчишь?
— Хе-хе-хе.
Никс лишь усмехнулся.
— Эй, погодика, Юки, он что, тот самый Архив, что знает всё о жизни каждого, кто связан с книгами?! — ошарашенно спросил Нэо.
Нэо выглядел так, будто только сейчас осознал, насколько опасным человеком всё это время был Никс.
До этого он воспринимал его скорее как странного демона с раздражающей привычкой говорить загадками.
Но теперь всё выглядело иначе.
Если Никс действительно знал жизнь каждого человека, связанного с книгами, то это означало, что перед ними находился тот, кто мог знать ответы на вопросы, которые они даже не успели сформулировать.
— Именно так, мальчик, — спокойно ответил Никс, — а хотя мне не стоит так звать сына моего начальника.
Нэо замер.
— Сына... твоего начальника?
Он перевёл взгляд на Юки.
Юки ничего не сказал.
— Чего-о-о... аж в дрожь бросает от твоих бредней, демон! — рявкнул Нэо.
Никс рассмеялся.
— Хе-хе-хе.
Нэо нахмурился, явно не понимая, шутит Никс или говорит совершенно серьёзно.
Сам Юки тоже не произнёс ни слова.
Он продолжал смотреть на Никса, будто пытался вытащить из его слов хоть одну деталь, которая могла бы объяснить происходящее.
«Сын моего начальника».
Почему Никс назвал его именно так?
Кто такой его начальник?
И почему разговор снова возвращался к событиям, связанным с Мефисто?
Слишком много вопросов.
Слишком мало ответов.
— Однако сейчас я свободен от этих оков.
Юки слегка прищурился.
Эта фраза показалась ему особенно важной.
Свободен.
Оковы.
Контракт.
Всё это явно было связано между собой.
— Значит, ты не заключал контракт с Сигэру Акиямой и всё это время искал способ понять человеческие эмоции, но ради чего?
Никс медленно поднял взгляд.
На его лице вновь появилась улыбка.
Но ответить он не успел.
И именно в этот момент раздался голос, который никто из нас не ожидал услышать.
Голос был слишком знакомым.
Настолько знакомым, что Юки замер.
Это был голос, который невозможно было спутать ни с каким другим.
Интонация.
Тембр.
Даже небольшая пауза между словами.
Всё напоминало Юки самого себя.
Нэо первым резко обернулся в сторону источника звука.
Юки же продолжал стоять неподвижно.
Впервые за весь разговор он выглядел по-настоящему растерянным.
Перед нами стоял человек, лицо которого было невозможно отличить от его собственного.
Юки смотрел на него так, будто перед ним внезапно появилось отражение, которое перестало подчиняться хозяину.
Человек сделал шаг вперёд.
С каждым его движением становилось всё сложнее убеждать себя в том, что это просто случайное сходство.
Он выглядел практически идентично Юки.
Те же черты лица.
Те же глаза.
Та же внешность.
Даже выражение лица в некоторые моменты было настолько похожим, что становилось не по себе.
Юки невольно почувствовал холод.
Не потому, что перед ним находился враг.
А потому, что перед ним находился кто-то, кто был слишком похож на него самого.
— Всё просто, братик Юки, это ради того, чтобы я смог понять, почему ты до сих пор не приходил ко мне, — сказал идентично похожий на Юки человек.
Юки ничего не ответил.
Передо мной словно появились два одинаковых как капли воды человека.
Один стоял напротив нас и молчал, а второй продолжал улыбаться, словно прекрасно понимал, какую реакцию вызвало его появление.
Нэо несколько раз перевёл взгляд с одного на другого.
Он даже сделал небольшой шаг в сторону, будто пытался найти различие.
Но его не было.
— Хе-хе-хе.
— Рад вам представить вашего брата-близнеца, Юи.
— Стоп, Юки, с каких пор у тебя брат-близнец есть?
Юки резко повернул голову к Нэо.
— Нет у меня ни братьев, ни сестёр!
Его ответ прозвучал слишком быстро.
Слишком уверенно.
И именно поэтому Никс снова рассмеялся.
— Хе-хе-хе.
— А вот здесь не согласен.
Юи смотрел на Юки спокойно.
В его взгляде не было злости.
Не было желания напасть или причинить кому-либо вред.
Там было лишь непонимание, смешанное с каким-то детским ожиданием.
Будто он действительно всё это время ждал.
Ждал человека, который даже не знал о его существовании.
Юки почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось.
Он не помнил Юи.
Но почему тогда его голос казался таким знакомым?
Почему взгляд казался знакомым?
Почему рядом с ним возникало ощущение, будто Юки смотрит не на другого человека, а на собственное прошлое?
— Братик, но ведь ты сам хотел, чтобы твоя личность, черты, что ты сдерживал, попросту ушли, раз ты не можешь их проявить.
Юки замер, поняв, кто он.
В памяти словно что-то дрогнуло.
Не воспоминание.
Скорее ощущение воспоминания.
Что-то, что находилось за закрытой дверью, к которой он слишком долго не подходил.
Юки смотрел на Юи и постепенно начинал понимать то, что ещё несколько секунд назад казалось невозможным.
В голове вспыхивали неясные образы.
Не события.
Не лица.
Только ощущения.
Когда-то он действительно хотел избавиться от некоторых частей себя.
От чувств, которые считал слабостью.
От эмоций, которые мешали двигаться вперёд.
От страха.
От сомнений.
От привязанности.
От той части себя, которая всё ещё хотела, чтобы кто-нибудь остался рядом.
Но если он действительно отверг эти чувства...
Куда они исчезли?
Юки не мог ответить.
И именно это пугало больше всего.
— Стоп, хочешь сказать ты...
Юи улыбнулся.
— Именно так, как ты подумал. Я есть ты, ты есть я.
Эти слова повисли в воздухе.
Нэо больше не шутил.
Даже он почувствовал, что происходящее не было обычным появлением нового персонажа.
Это было возвращением чего-то, что существовало задолго до того, как они встретились.
Юки смотрел на Юи.
Ему казалось странным слышать от другого человека слова «я есть ты».
Но ещё страннее было то, что часть него не хотела отрицать их.
Юи был отдельным человеком.
И одновременно им.
Как такое вообще могло существовать?
Юки медленно отвёл взгляд.
Он пытался вспомнить.
Когда-то он действительно мог чувствовать нечто похожее.
Сомнения.
Страх.
Обида.
Радость.
Привязанность.
Желание быть понятым.
Желание убежать от самого себя.
Всё это существовало внутри него.
Но потом что-то произошло.
И часть его исчезла.
Или он сам заставил её исчезнуть.
Никс будто услышал его немой вопрос.
— Хе-хе-хе.
— Да, может быть, он и не до конца понимает эмоции, но он был создан вашими отвергнутыми чувствами самого себя. Я же лишь, как вы того и хотели, забрал его из Цитадели Отвергнутых.
Юки поднял глаза.
Теперь в его взгляде появилась не только настороженность.
Там появилось понимание.
Он наконец увидел связь между словами Никса, Цитаделью Отвергнутых и человеком, который стоял перед ним.
Юи не был братом в обычном понимании этого слова.
Он не был человеком, которого Юки забыл.
Он был частью Юки, которую Юки когда-то решил больше не видеть.
И всё же эта часть обрела собственный голос.
Собственное лицо.
Собственное желание.
Собственное ожидание.
Нэо медленно произнёс:
— Подожди... То есть всё это время он находился в Цитадели?
Никс посмотрел на него.
— Можно сказать и так.
— А почему Юки ничего не помнит?
— Потому что забыть себя иногда намного проще, чем принять себя.
Улыбка Никса стала слабее.
На этот раз он говорил без привычной насмешки.
Эта фраза заставила Юки снова посмотреть на него.
«Забыть себя».
Почему эти слова звучали так знакомо?
Юки не хотел признаваться даже самому себе, но Никс попал точно в цель.
Возможно, всё это время он действительно пытался забыть себя.
Не прошлое.
Не события.
Именно себя.
Того Юки, которым он был когда-то.
Того, кто чувствовал слишком много.
Того, кто хотел слишком многого.
Того, кто мог привязаться.
Того, кто мог бояться потерять.
Того, кто не хотел оставаться один.
— Значит, ты знал о нём всё это время.
— Конечно.
— И специально молчал?
— Хе-хе-хе. А разве было бы интересно рассказать тебе всё сразу?
— Никс.
В голосе Юки появилась угроза.
Никс лишь поднял ладонь, словно останавливая его.
— Не спеши, братик Юки. Если я расскажу тебе всё сейчас, ты снова попытаешься изменить то, что уже произошло.
Юки нахмурился.
— А если я именно этого и хочу?
— Тогда ты снова столкнёшься с той же дверью.
Юки ничего не ответил.
Дверь.
Почему Никс снова говорил о двери?
Он уже слишком часто слышал подобные намёки.
Каждый раз, когда казалось, что ответ находится рядом, появлялось ещё одно препятствие.
Будто сама судьба не позволяла ему увидеть картину целиком.
Но теперь перед ним стоял Юи.
И Юки понимал, что эта часть истории была скрыта не где-то далеко.
Она была спрятана внутри него самого.
Юи сделал шаг к Юки.
Юки инстинктивно отступил.
Это движение не осталось незамеченным.
Юи остановился.
На его лице впервые появилась тень печали.
— Ты всё ещё отвергаешь меня?
Юки ничего не ответил.
Этот вопрос оказался намного тяжелее, чем любой другой.
Потому что он не знал ответа.
Если Юи действительно был частью него, которую Юки когда-то отверг, тогда признать Юи означало признать и то, от чего Юки пытался избавиться.
А если он оттолкнёт Юи снова?
Что тогда произойдёт?
Юки смотрел на человека перед собой и впервые за долгое время не мог понять самого себя.
Он привык искать ответы в книгах.
Привык смотреть на судьбу как на сложную систему.
Привык искать причины поступков других людей.
Но сейчас все ответы находились перед ним.
И ни один из них он не хотел принимать слишком быстро.
— Я...
Он замолчал.
Слова не приходили.
Юи не торопил его.
Он просто продолжал стоять рядом.
И это молчание оказалось гораздо громче любого крика.
Нэо посмотрел на Юки, затем на Юи.
— Так получается, ты не его брат?
Юи повернулся к нему.
— Я его брат.
— Но ты же говоришь, что ты он.
— Я его брат, потому что он сам сделал меня отдельным от себя.
Нэо растерянно почесал затылок.
— Я вообще ничего не понял.
— Это нормально, — тихо сказал Юки.
Он сам не понимал.
И, возможно, впервые ему не хотелось делать вид, будто он понимает.
Нэо привык видеть Юки человеком, который даже в самых странных обстоятельствах способен сохранять спокойствие.
Но сейчас перед ним стоял другой Юки.
Не слабый.
Не растерянный.
Просто настоящий.
Тот, кто не знал ответа.
Никс снова устроился поудобнее.
— Хе-хе-хе.
— Как забавно. Человек может потратить всю жизнь на поиски себя, а потом встретить того, кем сам себя сделал.
Юки резко посмотрел на него.
— Замолчи.
— Почему?
— Потому что я не хочу слушать загадки.
— Но ведь ты сам задал вопрос.
Юки нахмурился.
— Какой?
Никс посмотрел прямо ему в глаза.
— Кто ты?
Тишина.
Юки не ответил.
Простой вопрос неожиданно оказался самым сложным.
Он знал своё имя.
Знал, кем его считали другие.
Знал, какую роль занимал в истории.
Знал, что связан с книгами.
Знал, что его прошлое скрыто.
Знал, что Мефисто каким-то образом связан с его судьбой.
Но кто он на самом деле?
Человек?
Проводник?
Автор?
Часть чужой истории?
Или всё сразу?
Вопрос продолжал звучать в голове.
Кто я?
Юки посмотрел на свои руки.
Они казались обычными.
Такими же, как всегда.
Но теперь он видел их иначе.
Если часть его личности могла отделиться от него и обрести форму, то где проходила граница между Юки и Юи?
Что делало его самим собой?
Память?
Имя?
Тело?
Выбор?
Или чувства?
Если память можно стереть, имя можно изменить, а чувства можно отвергнуть, тогда что остаётся?
Юи тихо произнёс:
— Братик.
Юки посмотрел на него.
— Что?
— Ты ведь боишься узнать ответ?
Юки хотел возразить.
Но не смог.
Юи оказался прав.
Он действительно боялся.
Не того, что ответ окажется страшным.
А того, что ответ окажется слишком простым.
Возможно, Юки боялся обнаружить, что всё это время искал кого-то другого, хотя должен был искать самого себя.
Он столько раз пытался понять других.
Пытался понять Мефисто.
Пытался понять Никса.
Пытался понять книги.
Пытался понять судьбу.
Но себя самого он почти никогда не спрашивал.
Что он хочет?
Что он чувствует?
Чего он боится?
И кем он хочет стать?
Юи словно являлся ответом на все эти вопросы одновременно.
Не готовым ответом.
Скорее отражением.
Отражением той части, которую Юки слишком долго не желал видеть.
Никс медленно поднялся с места.
— Теперь мне понятно, куда ты ведёшь игру, Смех.
Юки произнёс эти слова тихо, но в его голосе уже не было прежнего замешательства.
Он снова смотрел на Никса.
— Ты специально вернул Юи именно сейчас.
Никс улыбнулся.
— Возможно.
— Ты хотел, чтобы я вспомнил?
— Возможно.
— Или ты хочешь, чтобы я признал его?
Никс не ответил.
Юи стоял рядом и смотрел на Юки.
Теперь всё зависело не от Никса.
Не от Мефисто.
Не от книг.
Не от Цитадели.
Ответ должен был дать сам Юки.
Никс мог открыть дверь.
Мог показать путь.
Мог собрать нужные страницы.
Но войти внутрь должен был сам Юки.
И впервые никто не собирался делать это за него.
Юки сделал шаг вперёд.
Юи не отступил.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
Два одинаковых лица.
Два голоса.
Одна история.
Но теперь между ними существовало то, чего раньше не было.
Выбор.
Юки протянул руку.
Юи посмотрел на неё, а затем осторожно коснулся его ладони.
В этот момент Юки почувствовал странное тепло.
Не чужое.
Своё.
Его глаза слегка расширились.
На короткое мгновение внутри стало тихо.
Не страшно.
Не больно.
Просто тихо.
Будто та часть него, которая долгие годы кричала где-то глубоко внутри, наконец перестала бороться.
Юки понял, что всё это время ошибался.
Отвергнутая часть не исчезает.
Она просто ждёт момента, когда ты перестанешь от неё убегать.
Юки закрыл глаза.
Внутри него словно одна за другой начали открываться двери.
В каждой находилось что-то знакомое.
Смех.
Страх.
Одиночество.
Надежда.
Гнев.
Привязанность.
Боль.
И среди них было ещё одно чувство.
Желание жить не той ролью, которую ему написали, а собственной жизнью.
Юки увидел себя маленьким.
Потом увидел себя одного.
Потом снова почувствовал то самое желание избавиться от всего, что мешало ему двигаться дальше.
Он вспомнил не конкретные слова.
Не лица.
Не события.
Только собственное решение.
«Если я перестану чувствовать, мне больше не будет больно».
Но решение оказалось ошибочным.
Потому что вместе с болью он начал терять и всё остальное.
Радость.
Привязанность.
Способность доверять.
Способность принимать помощь.
Способность признать, что иногда ему тоже хотелось, чтобы кто-то остался рядом.
Юи стоял перед ним именно потому, что Юки когда-то решил, будто сможет прожить без этих частей.
Он ошибся.
Но ошибка не означала, что всё потеряно.
Юки открыл глаза.
— Юи.
— Да?
— Я пока не знаю, кто ты.
Юи слегка улыбнулся.
— Ничего страшного.
— Но я больше не буду делать вид, что тебя не существует.
На лице Юи появилась едва заметная улыбка.
— Тогда этого достаточно.
Нэо тихо выдохнул.
Он всё ещё не понимал до конца, что именно произошло.
Но впервые за всё время ему показалось, что Юки действительно сделал какой-то выбор.
Не тот, который продиктовала книга.
Не тот, который навязала судьба.
И не тот, который ожидал Никс.
А свой собственный.
Никс молча наблюдал за ними.
А затем тихо рассмеялся.
— Хе-хе-хе.
Юки посмотрел на него.
— Что смешного?
— Ничего.
Никс отвернулся.
— Просто конец этой истории действительно ещё далеко впереди.
Он снова сел, словно происходящее его совершенно не тревожило.
Но Юки уже понял.
История не закончилась.
Она только начала показывать ту часть себя, которую раньше никто не хотел видеть.
И теперь вопрос «Кто я?» больше не был вопросом о прошлом.
Он стал вопросом о том, кем Юки решит быть дальше.
Юки посмотрел на Юи.
На этот раз он не увидел перед собой чужого человека.
Не увидел врага.
Не увидел ошибку.
Он увидел часть собственной истории.
Истории, которую когда-то отверг, но которая всё это время продолжала ждать его возвращения.
И где-то глубоко внутри Юки впервые понял одну простую вещь.
Иногда найти себя означает не обнаружить кого-то нового.
Иногда это означает повернуться назад и признать того, кого ты когда-то оставил позади.
Даже если этим человеком оказался ты сам.