Глава 39. Конфликт демона.
---
«Манипулятор побеждает не тогда, когда делает ход, а тогда, когда заставляет противника думать, что тот сам его сделал.»
---
Люди часто упускают из виду важные детали, что остаются в тени и всегда выжидают момент.
Есть вещи, которые невозможно заметить, если смотреть только перед собой.
Есть события, которые кажутся случайностью, пока не становится слишком поздно.
Есть решения, которые человек принимает самостоятельно, будучи совершенно уверенным в том, что именно он сделал выбор.
Но иногда выбор уже был сделан за него.
Просто он этого не заметил.
Тень не всегда означает отсутствие света.
Иногда тень означает, что рядом находится нечто настолько большое, что его невозможно рассмотреть целиком.
Система Архив.
Это место не походило ни на библиотеку, ни на обычное помещение.
Здесь не существовало привычного понятия пространства.
Коридоры могли заканчиваться там, где только что находилась стена.
Потолок иногда исчезал, открывая бесконечную темноту, а пол мог превращаться в прозрачную поверхность, под которой двигались страницы книг.
Некоторые книги лежали спокойно.
Некоторые едва заметно дрожали.
А некоторые будто сами наблюдали за теми, кто находился внутри Архива.
Но сегодня здесь было необычайно тихо.
Настолько тихо, что слышно было даже лёгкое постукивание чашки о блюдце.
Никс пил чай.
Он сидел совершенно спокойно, словно вокруг него не существовало ни странного пространства, ни бесконечных книг, ни событий, способных изменить судьбу.
В его руках находилась чашка.
Пар медленно поднимался вверх, растворяясь в воздухе.
Никс сделал небольшой глоток и задумчиво посмотрел куда-то перед собой.
Его лицо не выражало тревоги.
Ни раздражения.
Ни удивления.
Только привычная улыбка.
Та самая улыбка, по которой невозможно было понять, что именно сейчас происходит в его голове.
Он поставил чашку на стол.
Тишина снова заполнила помещение.
И тогда появилась дверь.
Без предупреждения.
Без звука.
Она просто возникла в пустом пространстве.
Словно всегда находилась здесь, просто до этого никто не обращал на неё внимания.
Никс даже не повернул голову.
Он продолжал спокойно сидеть за столом.
Дверь открылась.
Из неё вышел Мефисто.
Его появление не вызвало у Никса никакой видимой реакции.
Будто именно этого гостя он и ожидал.
Мефисто сделал несколько шагов вперёд и остановился.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
В воздухе чувствовалось напряжение.
Но оно было странным.
Не таким, какое возникает перед обычной битвой.
Скорее, это было напряжение двух людей, которые слишком хорошо знают друг друга и прекрасно понимают, что любое произнесённое слово может оказаться частью игры.
Никс же, как ни в чём не бывало, поднял чашку и указал на свободное место.
— Я тебя заждался, Мефисто.
Мефисто слегка улыбнулся.
— Сегодня я по делу, так что мне с сахарком.
Никс тихо рассмеялся.
Он взял сахарницу и поставил её ближе к гостю.
— Можешь начинать, я слушаю.
Мефисто сел напротив.
Он не торопился.
Сначала посмотрел на чай.
Потом на Никса.
Затем перевёл взгляд куда-то в сторону, будто пытался подобрать правильные слова.
Никс заметил это.
Но ничего не сказал.
Он знал, что если Мефисто пришёл сюда лично, значит, разговор действительно был важен.
Мефисто наконец взял чашку.
Добавил немного сахара.
Размешал его ложкой.
Звон металла о фарфор показался слишком громким в абсолютной тишине Архива.
Один оборот.
Второй.
Третий.
После этого Мефисто положил ложку.
Он улыбнулся.
— Никс, ты не находишь, что то, как видят мир люди, и то, как мы, демоны, видим его, очень отличается?
Никс слегка наклонил голову.
— Конкретно?
Мефисто посмотрел прямо ему в глаза.
— Порой забавно смотреть на действия существ, которые иногда понимают наши мысли.
Несколько секунд Никс молчал.
А затем рассмеялся.
Его смех разнёсся по Системе Архив, отражаясь от стен и книжных полок.
— Хе-хе-хе, твоё толкование очень субъективно, но скучное.
Мефисто не обиделся.
Наоборот.
Он улыбнулся ещё шире.
Будто именно такой ответ и ожидал услышать.
— Раз так, то давай поставим точку в нашем споре.
Никс перестал смеяться.
Он медленно поставил чашку на стол.
В его взгляде появилось что-то другое.
Улыбка всё ещё оставалась на лице, но теперь она казалась совершенно иной.
До этого он просто развлекался.
Теперь же ему стало интересно.
— Хе-хе-хе, мне наконец выпал шанс размазать тебя по стенке, Мефисто, а значит, я его не упущу.
Мефисто поднялся со своего места.
Никс тоже встал.
Между ними больше не было обычного спокойствия.
Архив словно почувствовал перемену.
Книги вокруг начали медленно открываться.
Страницы зашевелились сами собой.
Некоторые полки задрожали.
Где-то в глубине системы раздался тяжёлый звук, похожий на удар огромного механизма.
Мефисто посмотрел вокруг.
— Похоже, Архив тоже понял.
Никс усмехнулся.
— Он всегда понимает больше, чем показывает.
Именно в этот момент пространство вокруг них изменилось.
Тьма и свет столкнулись.
Сначала появилась тонкая линия.
Потом она расширилась.
Ещё немного.
И пространство словно разделилось надвое.
Одна сторона принадлежала демонам.
Другая — судьбе.
Но граница между ними была слишком тонкой.
Настолько тонкой, что достаточно было одного движения, чтобы она исчезла.
Никс сделал шаг вперёд.
Мефисто сделал то же самое.
И тогда началось.
Началась война между Демонами и самой судьбой.
Это уже не было обычным спором.
Не было разговором двух существ.
Не было простой попыткой доказать свою правоту.
Сама система мира оказалась втянута в конфликт.
Страницы книг начали перелетать одна за другой.
Словно кто-то невидимый листал сразу тысячи произведений.
В некоторых из них менялись строки.
В других появлялись новые символы.
А некоторые страницы оставались совершенно пустыми.
Потому что даже судьба не могла знать, чем закончится этот конфликт.
---
Клетка вечных снов.
Бурлило лишь одиночество, что было вокруг меня всю жизнь.
Я не знал, сколько времени прошло.
В Клетке вечных снов невозможно было нормально считать дни.
Здесь не существовало привычного утра.
Не существовало обычной ночи.
Сон мог длиться несколько мгновений, а мог казаться целой вечностью.
Иногда я открывал глаза и видел одно и то же место.
Иногда мне казалось, что стены исчезли.
Но стоило протянуть руку, как я снова чувствовал холод оков.
Клетка оставалась клеткой.
Даже если она выглядела красивой.
Даже если вокруг находились мягкие вещи.
Даже если потолок был украшен звёздами.
Даже если мне давали еду.
Это всё равно оставалось заточением.
Я сидел молча.
Смотрел перед собой.
Вокруг царила тишина.
Бурлило лишь одиночество.
Оно не кричало.
Не требовало внимания.
Оно просто находилось рядом.
Так было всю мою жизнь.
Даже под сиянием прекрасных звёзд ночью я не видел света.
Я смотрел вверх.
Звёзды казались настоящими.
Слишком настоящими.
Они мерцали на тёмном потолке, создавая иллюзию бесконечного неба.
Но я прекрасно знал, что это небо ненастоящее.
Как и всё здесь.
Как и свобода, которую мне пытались показать.
Как и спокойствие.
Как и забота.
Всё было частью одной клетки.
Я сжал руки.
Оковы тихо звякнули.
Я снова посмотрел на них.
Сколько раз я уже пытался понять, как выбраться?
Сколько раз я думал о том, что сделал бы первым, если бы оказался снаружи?
Я не знал.
Но одно я понимал точно.
Я не хотел оставаться здесь.
Не хотел становиться частью чужого плана.
Не хотел принимать чужую судьбу.
Не хотел, чтобы кто-то решал за меня, кем я должен быть.
И тут появилась дверь.
Она возникла прямо передо мной.
Я сразу понял, что это не очередная иллюзия.
По крайней мере, ощущалась она иначе.
Дверь медленно открылась.
Из неё вышел человек.
Я узнал его практически сразу.
— Давно не виделись, Юки.
Я нахмурился.
Несколько секунд просто смотрел на него.
— Мефисто, ты то что тут делаешь?
Он выглядел совершенно спокойно.
Будто пришёл не в клетку, а в гости.
— Решил помочь тебе, поскольку твой папаша мне тоже враг.
Я ничего не ответил.
Слова Мефисто звучали слишком просто.
Слишком легко.
Он пришёл сюда.
Нашёл меня.
Сказал, что хочет помочь.
Но почему?
Я не доверял ему.
Не доверял людям.
Не доверял демонам.
Не доверял никому.
Мефисто сделал шаг ко мне.
Я инстинктивно напрягся.
Он поднял руку.
Щёлк.
И мои оковы исчезли в одно мгновение.
Я замер.
Сначала даже не поверил.
Я посмотрел на свои руки.
Свободные.
Действительно свободные.
Я медленно пошевелил пальцами.
Никаких цепей.
Никаких ограничений.
Я поднялся с кровати.
Ноги казались непривычно лёгкими.
Странное ощущение.
Я слишком долго находился в одном положении, чтобы сразу привыкнуть к свободе.
Мефисто смотрел на меня.
— Идём.
Я ничего не сказал.
Просто пошёл следом.
Не потому, что доверял ему.
А потому, что оставаться здесь я больше не собирался.
Мы вышли из Клетки вечных снов.
Дверь закрылась за моей спиной.
Я остановился.
На несколько секунд посмотрел назад.
Место, которое ещё недавно казалось бесконечным, теперь находилось позади.
Но я прекрасно понимал, что просто выйти из клетки недостаточно.
Если тот, кто создал её, захочет вернуть меня, одной свободы может оказаться мало.
Мефисто пошёл дальше.
Я последовал за ним.
Коридор вокруг нас был наполнен тёмными отражениями.
Где-то далеко мерцали страницы.
Где-то слышались голоса.
Но я не обращал внимания.
В голове крутилась одна мысль.
Почему он помогает мне?
Через некоторое время я всё же нарушил молчание.
— Я не верю ни людям, ни демонам.
Мефисто остановился.
Он медленно повернул голову.
На его лице появилась улыбка.
— Тогда кому ты веришь, пацан?
Я посмотрел прямо на него.
Ответ пришёл сразу.
Без размышлений.
Без сомнений.
— Бога не существует, чтоб знал.
Мефисто несколько секунд молчал.
Потом усмехнулся.
Он словно услышал нечто ожидаемое.
Но мне было всё равно.
Я устал от чужих правил.
Устал от людей, которые говорили, что знают, как будет лучше.
Устал от существ, которые называли себя хранителями судьбы.
Устал от тех, кто считал, что имеет право определять мою жизнь.
Если Бога нет, значит, некому ждать спасения.
Если судьба существует, значит, её можно бросить вызов.
Если этот мир построен на лжи, то я не собирался становиться очередной пешкой.
Я сделал несколько шагов вперёд.
Внутри меня постепенно появлялось чувство, которое я раньше пытался подавлять.
Не страх.
Не надежда.
Не доверие.
Что-то другое.
Желание самому выбирать.
Я остановился и посмотрел на Мефисто.
— Раз так, то в этом убогом мире лжи я буду тем, кто манипулирует всеми и тобой в том числе!
На несколько секунд вокруг нас воцарилась тишина.
Мефисто смотрел на меня.
Я ожидал насмешки.
Ожидал спора.
Ожидал, что он скажет, будто я ещё слишком молод и ничего не понимаю.
Но вместо этого он улыбнулся.
Не так, как улыбаются взрослые, пытаясь успокоить ребёнка.
И не так, как улыбаются те, кто хочет посмеяться.
В его улыбке было что-то похожее на признание.
— Отличная идея, пацан, мне такое по душе.
Я отвернулся.
Возможно, Мефисто действительно был демоном.
Возможно, он действительно преследовал собственные цели.
Возможно, он тоже пытался использовать меня.
Но сейчас это уже не имело значения.
Я больше не собирался быть пешкой.
Если кто-то хотел играть со мной в эту игру, пусть играет.
Я научусь видеть чужие ходы.
Научусь замечать детали, которые остальные оставляют в тени.
Научусь понимать не только слова, но и причины, по которым их произносят.
Ведь иногда самый опасный человек — не тот, кто делает первый ход.
А тот, кто заставляет другого поверить, что тот сделал его самостоятельно.
Я посмотрел вперёд.
Где-то там находился мир, который я ненавидел.
Мир лжи.
Мир чужих решений.
Мир, в котором судьба пыталась связать каждого невидимыми нитями.
Но теперь одна из этих нитей была разорвана.
И я больше не собирался позволять кому-либо связывать меня снова.
Мефисто пошёл дальше.
Я двинулся следом.
За нашими спинами оставалась Клетка вечных снов.
А где-то далеко Никс уже вступал в свой собственный конфликт.
Демоны столкнулись с судьбой.
И пока одни пытались изменить правила, другие продолжали верить, что правила изменить невозможно.
Но я уже сделал свой выбор.
Если мир решил превратить меня в фигуру на своей доске, я сам стану тем, кто двигает фигуры.
Пусть даже для этого придётся научиться манипулировать каждым, кто встанет на моём пути.
Пусть даже первым среди них окажется сам Мефисто.
Потому что теперь я больше не собирался ждать, пока кто-нибудь спасёт меня.
Я сам должен был найти выход.
И если судьба действительно существует, то однажды она сама пожалеет о том, что решила запереть меня в своей игре.