Приятная, почти невесомая лень укутывала Эйрен с головой.
Он лежал на мягких подушках гигантского дивана, глядя, как за панорамным стеклом пентхауса вечерний Сеул медленно погружается в сумерки. Мегаполис вспыхивал миллионами неоновых огней: голографические баннеры гильдий, сияющие трассы для артефактного транспорта, мерцающие шпили высоток. В этом мире была жизнь — бурлящая, суетливая, яркая.
После года, проведенного в застывшем и мертвом адамантиевом замке среди сплошных разломов и трупов Кошмаров, эта картина казалась почти гипнотической.
— М-да... — тихо пробормотал Эйрен, сладко потягиваясь всем телом.
Его сухие, закаленные десятью тысячами смертей мышцы отзывались на любое движение абсолютной, идеальной гибкостью. Но при этом на коже и в длинных черных волосах всё еще оставалось то неприятное, едкое ощущение, которое налипает на любого, кто провел в Грёзах больше пары часов. Запах сухой пыли, инея, сгоревшей маны и едкого тумана.
Парень перекатился на диване, сел и с улыбкой посмотрел на свои руки.
— Душ, — с чувством проговаривая каждое слово, сказал он самому себе. — Настоящий горячий душ. Без ядовитой воды из подземных источников и без риска, что из стока вылезет какая-нибудь зубастая тварь.
Эйрен поднялся на ноги. Полы его длинного темного плаща привычно коснулись лодыжек. Парень не спеша расстегнул пряжки на груди, скинул плащ на широкое кресло в гостиной, а затем снял легкую куртку и тонкую цепочку с прямоугольным кулоном, аккуратно положив её на журнальный столик рядом с новым смартфоном.
Оставшись без привычной тяжести доспешных элементов, он почувствовал удивительную легкость.
Эйрен прошел сквозь просторную спальню и толкнул матовую стеклянную дверь, ведущую в ванную комнату.
Помещение оказалось поистине царским. Огромный зал, выложенный темным крупноформатным керамогранитом с золотистыми прожилками, встроенное в стену панорамное зеркало с мягкой подсветкой, гигантская чаша ванны из литьевого мрамора и просторная душевая зона с большим тропическим лейкой под самым потолком.
Эйрен подошел к зеркалу и на несколько секунд замер.
Из зеркальной глади на него смотрел молодой парень невероятной, почти божественной красоты. Высокий, точеный силуэт с идеальными пропорциями. Широкие плечи, подтянутый торс с рельефным, сухим прессом, выточенные линии мышц — каждая деталь его тела выглядела так, словно над ней веками трудился величайший скульптор. Ни единого шрама. Перерождения каждый раз полностью пересобирали его биологический каркас, доводя его до абсолютного совершенства.
Но больше всего притягивало лицо. Длинные черные волосы, частично выбившиеся из пучка, спадали на бледные плечи, а в сапфирово-голубых глазах переливались микроскопические искры синей маны.
— До сих пор непривычно, — усмехнулся Эйрен своему отражению. — Хотя... Грех жаловаться. Внешность реально на миллион.
Он шагнул в душевую кабину, протянул руку и повернул хромированный рычаг смесителя.
*Пссссшшшш...*
Из потолочной лейки плотным, тяжелым потоком хлынула горячая вода. Эйрен сделал шаг под струи и невольно прикрыл глаза, выдыхая сквозь сжатые зубы.
Горячие капли ударили по плечам, по спине, заскользили по груди и животу. Это было потрясающе. Обычная, чистая, прогретая вода, стекающая по коже, смывала не просто физическую грязь — она, казалось, вымывала из его разума остаточный тяжелый гул десяти тысяч смертей.
Эйрен запрокинул голову, подставляя лицо под капли. Он распустил свой полупучок, позволяя густым черным волосам намокнуть и тяжелыми прядями упасть на спину и грудь.
Он стоял так несколько минут, абсолютно не думая ни о Лицензии S+ ранга, ни о четырехстах миллионах вон на счету, ни о завтрашнем визите Глав сильнейших мировых гильдий. В этот момент существовала только эта горячая вода и ощущение чистого, абсолютного покоя.
Намылив волосы приятным шампунем с легким ароматом сандала и цитруса, Эйрен с удовольствием смыл пену, чувствуя, как длинные пряди становятся шелковистыми и легкими.
— Райские условия, — тихо прошептал он с широкой, довольной улыбкой, вытирая капли с лица. — Если реальный мир предлагает такой уровень комфорта, то я точно не жалею, что выбрался из этого ада.
Выключив воду, парень еще несколько секунд просто стоял в клубах чистого пара, слушая, как последние капли звонко падают на поддон.
Эйрен взял со стойки пышное, мягкое белое полотенце, обернул его вокруг бедер, а вторым небольшим полотенцем принялся легко взбивать и промакивать свои длинные мокрые волосы.
Выйдя обратно к зеркалу, он снова посмотрел на себя. Капли воды стекали по его подтянутой груди, а голубые глаза после горячего душа сияли еще ярче и чище. В его облике больше не было судорожного напряжения бойца. Это был сильный, уверенный в себе и расслабленный парень, готовый наслаждаться своей новой жизнью.
Выйдя из ванной комнаты, вытертый насухо и с приятным, почти забытым чувством чистой свежести во всем теле, Эйрен на несколько секунд замер посреди спальни.
Пар прохладного воздуха из кондиционера приятно освежал распаренную кожу. Длинные черные волосы, тщательно отжатые мягким полотенцем, тяжелыми влажными прядями спадали на грудь и плечи. Его старый, пропитанный пылью, маной и сухой кровью монстров экипировочный костюм остался висеть на спинке кресла в гостиной. Возвращаться в него сейчас, в этом оазисе современной цивилизации и уюта, казалось почти святотатством.
Парень огляделся. Вдоль всей правой стены спальни тянулся огромный, встроенный гардеробный шкаф, выполненный из темного полированного дерева с лаконичными металлическими вставками.
Эйрен подошел ближе, протянул руку и потянул за массивную ручку. Дверь плавно, без единого звука скользнула в сторону, и внутри мгновенно загорелась мягкая, теплая светодиодная подсветка.
Эйрен слегка приподнял брови от искреннего удивления.
Шкаф вовсе не был пуст, как он изначально предполагал. Напротив, он оказался полностью, безупречно укомплектован всем, что только могло потребоваться человеку для комфортного проживания. На аккуратных плечиках висели несколько комплектов стильной повседневной одежды: от строгих рубашек до свободных худи. На нижних полках разместилась удобная обувь, а в многочисленных выдвижных секциях ровными стопками лежали упаковки с абсолютно новым мужским нижним бельем, домашними штанами из мягких тканей, хлопковыми футболками, носками и даже парой пышных махровых халатов.
Парень осторожно выдвинул одну из полок, проведя пальцами по аккуратным упаковкам. Все вещи были брендовыми, из дорогих натуральных материалов, приятно ласкавших кожу даже при простом касании.
Эйрен достал комплект белья, свободные домашние брюки темно-серого оттенка и просторную черную футболку из плотного, но невероятно мягкого премиального хлопка.
Он начал одеваться, и с каждым надетым предметом его изумление только возрастало.
Когда он расправил футболку и затянул шнурок на поясе брюк, на его лице расплылась искренняя, слегка ошеломленная улыбка.
Одежда сидела на нем абсолютно безупречно. Это не просто подход «плюс-минус один размер». Плечевые швы футболки легли ровно на край его широких плеч, длина брюк оказалась идеальной до миллиметра — они не волочились по полу и не задирались высоко при ходьбе, а мягкая поясная резинка сидела так точно, словно её подгоняли прямо по его талии. Нигде ничего не давило, не тянуло и не топорщилось. Вещи облегали его тренированное, суховатое тело так, будто лучший портной Сеула снял с него десятки мерок всего пару часов назад.
— Да уж... — тихим шепотом ухмыльнулся Эйрен, проведя ладонями по мягкой ткани футболки и качая головой. — А Джин-У реально постарался. Заранее узнать или с такой невероятной точностью угадать размер до мельчайших деталей... Профессионал высшей категории, ничего не скажешь.
Эта неожиданная, но невероятно продуманная забота Ассоциации о мелочах была не просто приятной сервисной услугой. Она давала физически почувствовать, насколько высоким, уникальным и ценным теперь был его статус в этом мире. Он больше не был безымянным скитальцем, выживающим на краю гибели. Он был Охотником S+ ранга, ради комфорта которого лучшая организация страны готова предусмотреть любой шаг.
Слегка влажные черные волосы спадали на плечи свободными, красивыми волнами. Эйрен не стал собирать их обратно в жесткий пучок, давая голове отдохнуть. Не спеша, наслаждаясь каждым движением в удобной домашней одежде, парень вернулся из спальни обратно в просторную гостиную.
На журнальном столике возле дивана все так же тихо лежал его новый смартфон. Его темный корпус едва заметно бликовал под приглушенными лучами потолочных светильников.
Эйрен подошел, взял девайс в руку и коснулся пальцем экрана.
Экран мгновенно ожил, озарив его лицо мягким светом и отображая виджет лаконичных цифровых часов:
**[4 августа]**
— Ничего себе... — невольно вырвалось у Эйрена, и он на мгновение замер, глядя на цифры. — Это сколько же я провалялся на диване и пробыл в душе? Почти пять часов пролетели как один мгновение...
Время в этом мире текло совершенно иначе, чем в замкнутых, искаженных измерениях Грёз. Там минуты тянулись как вечность под прессом постоянного ожидания опасности, а дни сливались в сплошную кровавую полосу. Здесь же, в абсолютной безопасности, тепле и тишине, пять часов ушли мгновенно, оставив после себя лишь глубокое, сумасшедшее чувство расслабленности.
Впрочем, Эйрен вовсе не жалел о потерянном времени. Впервые за год с лишним ему не нужно было никуда спешить. Не нужно было сверять карты, рассчитывать остатки маны, проверять периметр лагеря или часами карать прорывы тварей. Ему не нужно было сражаться за свою жизнь каждую секунду.
Парень медленно подошел к огромному паноранмому окну во всю стену.
За чистым стеклом пентхауса простирался Ночной Сеул. Город переливался миллионами огней, словно гигантский живой организм. По небесным магистралям пролетали редкие артефактные аэромобили, на огромных голографических экранах высоток сменяли друг друга рекламные ролики и новости об Охотниках, а далеко внизу, по улицам, все еще гуляли люди.
Эйрен прислонился лбом к прохладному стеклу, разглядывая эту мирную суету. На его губах заиграла тихая, едва заметная улыбка. Он чувствовал себя странно — словно пришелец, наблюдающий за чужой, но невероятно притягательной жизнью. Но теперь эта жизнь принадлежала и ему тоже.
Он сладко, с удовольствием зевнул.
После горячего душа, сытного спокойствия и нескольких часов расслабления на его тело навалилась тяжелая, но невероятно приятная физическая усталость. Мозг, который больше не был вынужден поддерживать боевую готовность 24/7, буквально требовал отключения. Его сапфировые глаза стали слипаться сами собой.
Эйрен повернулся спиной к окну. В спальне его ждала гигантская, роскошная кровать с белоснежным бельем и ортопедическим матрасом, но парень посмотрел на тот самый угловой диван в гостиной, на котором коротал время вечером.
Светло-серый, невероятно широкий, с мягкими подушками — этот диван уже успел стать для него родным.
Не став даже доходить до спальни, Эйрен с тихим смешком подошел к дивану. Он опустился на мягкие, поддающиеся под его весом подушки, вытянул длинные ноги и с глубоким выдохом устроился поудобнее, уткнувшись лицом в мягкий подлокотник.
Он закрыл глаза.
Никакого чувства тревоги. Никакого давящего шепота Кошмаров. Никакого страха, что через секунду пол под ногами провалится, а из тьмы выскочит тварь с ядовитыми клыками. Только тихий, едва слышный гул климатической системы, приятная прохлада в комнате и абсолютный, идеальный покой.
Спустя всего пару минут дыхание Эйрена стало глубоким, ровным и размеренным.
Парень погрузился в сон.
Впервые за бесконечно долгий год и один месяц, наполненный адом и десятью тысячами смертей, это был не тревожный, чуткий анабиоз бойца, готового взорваться атакой от любого шороха, и не тяжелый обморок от полного истощения маны.
Это был самый обычный, глубокий, безмятежный человеческий сон. Сон человека, который наконец-то вернулся домой.
Утро ворвалось в сознание Эйрена резким, настойчивым и непрерывным электронным треском.
Сквозь плотную, тяжелую пелену глубокого сна — того самого, первого за долгие триста шестьдесят пять дней настоящего человеческого сна — пробивался вибрирующий сигнал. На деревянной столешнице журнального столика буквально разрывался от вызовов новенький смартфон.
Эйрен поморщился, сладко потянулся всем телом, чувствуя, как приятно хрустнули позвонки, и с головой укутался в пышную подушку, с наслаждением уткнувшись в нее лицом. На звук гаджета он попросту забил. После целого года, проведенного в Аду Грёз среди непрерывной резни и десяти тысяч смертей, парень искренне считал, что имеет полное, неоспоримое право проигнорировать весь внешний мир хотя бы на лишние двадцать минут.
Однако мобильное устройство на столике вовсе не собиралось сдаваться.
Едва смолкла первая трель, как тут же началась вторая. Затем зазвенел третий вызов... Четвертый... Пятый... Неизвестный абонент на том конце провода проявлял просто титаническое, пробивное упрямство.
— Да кто там такой неугомонный... — пробормотал Эйрен сочным, сонным и слегка охрипшим после сна голосом, с трудом отрывая голову от мягкого подлокотника.
Он смахнул с лица густые черные пряди влажных волос, протер глаза рукой и попытался сообразить, какой сегодня вообще день. И в этот самый момент в его просыпающемся разуме, точно яркая вспышка молнии, прорезалась вчерашняя мысль.
*«Стоп... Десять утра... Встреча с гильдиями...»*
Точно! К нему же сегодня должен прийти Хан Джин-У! И если судить по непрекращающемуся штурму его телефона, время уже поджимало дальше некуда... Едва эта мысль сформировалась в его голове, как в тишине прихожей раздался короткий, ритмичный и невероятно деликатный стук в массивную дверь.
— Блин, — выдохнул Эйрен, окончательно сбрасывая с себя остатки сонной лень.
Он мгновенно слетел с мягкого дивана. За секунду парень успел натянуть на себя свободные темно-серые брюки, а вот тратить время на поиски футболки или завязывание длинных, растрепанных после сна черных волос обратно в привычный полупучок уже категорически не оставалось времени.
Босиком, с абсолютно обнаженным, подтянутым и сухим торсом, по которому спадали тяжелые черные пряди, парень быстро пересек просторную гостиную и отпер электронный замок двери.
За порогом, как он и предполагал, стоял Хан Джин-У.
Блондин выглядел так, словно и не спал вовсе: идеально отглаженный темно-синий костюм, безупречно уложенные волосы, кожаный портфель в одной руке и смартфон, прижатый к уху, в другой.
— Утро доброе, господин Эйрен, — Джин-У медленно опустил телефон, оглядев стоящего перед ним растрепанного, полуголого S+ Охотника, от которого буквально веяло сонным домашним уютом.
Парни крепко, по-мужски пожали друг другу руки, здороваясь.
— Доброе, Джин-У, — с легкой, смущенной улыбкой проговорил Эйрен, отступая в сторону и пропуская представителя Ассоциации внутрь апартаментов.
Светловолосый мужчина переступил порог, привычным движением поправил тонкую оправу очков и с легкой, искренней иронией в голосе произнес:
— Знаете, я сделал примерно двенадцать вызовов на ваш личный номер. Вы ну очень обнаглели, господин Эйрен, совершенно не отвечая на звонки собственного персонального куратора. Я уж грешным делом подумал, что в закрытый пентхаус прорвался очередной Кошмар и мне придется вызывать группу зачистки.
Эйрен лишь чуточку усмехнулся, виновато почесав затылок:
— Прости-прости, Джин-У. Я просто... слишком хорошо выспался. Впервые за бесконечно долгое время.
— Понимаю, — мягко и понимающе ответил Хан, взглянув на парня с искренним пониманием.
Без каких-либо лишних церемоний и стеснения Джин-У уверенно прошел вглубь номера. Он миновал гостиную с растрепанным диваном и прошел прямо в кухонную зону апартаментов. Со стороны это выглядело до того естественно, будто сам Эйрен находился у него в гостях, а не Хан заглянул в номер нового S+ Охотника.
Куратор поставил свой кожаный портфель на мраморный стол, подошел к гарнитуру, включил электрический чайник, щелкнув тумблером, и безошибочно найдя нужный верхний шкафчик, достал оттуда баночку с сухой листовой чайной заваркой и две аккуратные фарфоровые чашки.
Эйрен, прислонившись плечом к дверному косяку кухни и скрестив руки на обнаженной груди, с доброй ухмылкой наблюдал за хозяйскими, до автоматизма отточенными движениями блондина.
Пока вода в чайнике начинала тихо закипать, наполняя кухню легким шумом, Хан Джин-У принял серьезный, деловой вид и повернулся к парню.
— Итак, перейдем к делу, — заваривая ароматный чай и аккуратно разливая крутой кипяток по чашкам, заговорил Хан. — Примерно через час трое представителей крупнейших и сильнейших гильдий этого мира прибудут прямо сюда, в твой номер. «Феникс», «Ярый Рой» и «Покой Ручья». Ты хоть немного вчера читал о них в своем новом телефоне? Там были загружены полные аналитические сводки.
Эйрен виновато приподнял плечи и слегка наклонил голову набок:
— Не-а... Вообще не открывал браузер. Вчера до душа дошел, повалялся и вырубился.
Джин-У на мгновение замер с чайником в руках, вздохнул, качнув головой, и подал Эйрену фарфоровую чашку, от которой поднимался густой, невероятно ароматный пар.
— Я в целом так и думал, — произнес Джин-У. — Тогда как ты поступишь? На что будешь опираться во время этих переговоров? Помяни мое слово, они принесут с собой контракты с абсолютно астрономическими суммами и беспрецедентными привилегиями.
Эйрен сделал маленький, осторожный глоток горячего чая. Приятное, бодрящее тепло мгновенно разошлось по его телу, смывая последние остатки сна, а в его сапфирово-голубых глазах блеснула спокойная, леденящая и глубокая мудрость человека, прошедшего сквозь ад.
— Ну... Посмотрю на то, что они мне предложат, — пожал плечами Эйрен, небрежно поправив выпадающую прядь черных волос. — А также гляну, насколько сами главы будут приятны конкретно как люди.
Хан Джин-У от неожиданности удивленно вскинул бровь и переспросил:
— Как люди? Ты выбираешь сильнейшую гильдию планеты по человеческому фактору?
— Именно, — кивнул парень, и на его губах расцвела та самая легкая, весёлая и уверенная улыбка. — Деньги, ресурсы и мировое влияние — это, конечно, здорово. Но работать, ходить в рейды и закрывать разломы мне придется с живыми личностями. Если глава гильдии окажется высокомерным, самовлюбленным мудаком, никакие миллиарды вон не заставят меня встать под его знамена. Когда видишь суть человека, гораздо проще выбрать, куда пойти.
Прошло ровно полчаса. За это время Эйрен успел переодеться в чистую черную футболку, привести в порядок свои длинные волосы и вместе с Джин-У допить чай в гостиной. Атмосфера в номере была расслабленной, но ровно до того момента, пока в массивную входную дверь не раздался четкий, размеренный стук.
Джин-У мгновенно собрался, выпрямил спину и громко, официально произнес:
— Входите!
Электронный замок звякнул, и тяжелая дверь пентхауса плавно скользнула в сторону. В просторный номер один за другим вошли три человека, чьи имена гремели на весь мир.
Первым через порог переступил высокий, статный мужчина с пышными, седыми как лунный свет волосами. На вид ему было около шестидесяти или даже шестидесяти пяти лет, но его осанка оставалась идеальной, а сухая, мускулистая фигура излучала колоссальную физическую мощь. На его поясе покоился изящный, древний меч в темных ножнах.
Едва он сделал шаг в комнату, как Эйрен всем своим нутром ощутил невероятный, плотный и глубокий давящий импульс. Это была не агрессия, а естественная аура человека, стоящего на самой вершине пищевой цепи.
Перед ним стоял тот самый единственный в мире SSS-ранг. Сильнейший человек на планете, зачистивший Грёзы в одиночку за одну неделю.
Мужчина остановился в нескольких шагах от Эйрена, смерил черноволосого парня внимательным, мудрым взглядом своих стальных глаз, а затем... сделал шаг вперед и глубоко, с абсолютным искренним уважением поклонился.
— Приветствую тебя, зачиститель Эйрен, — произнес седовласый мужчина низким, бархатистым голосом, от которого зазвенели хрустальные подвески на люстре. — Я — глава корейской гильдии «Феникс». Для меня великая честь лично встретить человека, вернувшегося из Первых Грёз.
Эйрен на секунду застыл. Его сапфирово-голубые глаза слегка расширились от изумления. Он ожидал чего угодно — пафоса, демонстрации силы, холодных переговоров, но уж точно не того, что сильнейший мужчина в мире станет уважительно кланяться парню, стоящему на 11-м месте в рейтинге.
*«Вот это да...»* — мельком подумал Эйрен, и на его лице расплылась уважительная ухмылка. Человек на вершине оказался начисто лишен дешевого высокомерия.
Следом за седовласым мечником в номер вошла женщина.
Ей было на вид чуть за тридцать. У нее были ухоженные, смоляно-черные волосы, уложенные в сложную прическу, и дорогие ювелирные украшения, переливавшиеся в свете люстр. Она была одета в безупречный, астрономически дорогой дизайнерский костюм, подчеркивающий ее высокий статус. Женщина представляла крупнейшую гильдию США — «Покой Ручья».
Ее взгляд, быстрый и цепкий, сразу же прошлся по Эйрену. В нем не было уважения седого мастера — там читался холодный, оценивающий расчет крупного бизнесмена, рассматривающего невероятно ценный, но пока не до конца понятный актив. Ее подбородок был слегка приподнят, а на губах застыла вежливая, но отчетливо высокомерная улыбка.
А третьим человеком, замыкающим эту невероятную делегацию, оказалась девушка.
Она представляла французскую гильдию «Ярый Рой». У нее были яркие, огненно-рыжие волосы, ниспадающие на плечи непослушными волнами, и живые, выразительные глаза. На вид она была ровесницей самого Эйрена — совсем молодая, но уже излучающая уверенную силу Охотника высшего эшелона. В отличие от высокомерной американки, рыжая девушка смотрела на Эйрена с открытым, нескрываемым любопытством и легким азартом, словно пыталась разгадать тайну парня с сапфировыми глазами, выжившего в аду.
Три совершенно разных характера. Три сильнейших гильдии планеты.
Эйрен откинулся на спинку кресла, перекинул ногу на ногу и с лёгкой, игривой улыбкой встретил их взгляды.
Борьба за его подпись в контракте официально началась.