— А, э-э…
— С-спасибо вам за работу!
— Да. Но почему вы благодарите только меня?
— Э-э-не…
Стоило мне, словно поддавшись какому-то наваждению, отплясать танец с клинками, как вокруг обнаружились горы гоблинских трупов, какая-то незнакомая женщина-исследователь в столь же плачевном состоянии, а также Риса и Исолде со смертельно бледными лицами.
— Т-то, о… то есть…
— Нет, я не к тому, что вы что-то сделали не так. Просто переживаю, не пострадал ли кто.
— Д-да с чего бы! Юн так о нас попеч… опекался?.. Просто мы… ну, не нашли подходящего момента, чтобы вмешаться… да?
— Риса, с чего это вдруг вы со мной на «вы»?
Я уже было протянул руку, решив проверить, не повредила ли она часом голову, как Риса с диким испугом отшатнулась назад и, резко выставив руки вперед, оттолкнула меня прямо в лицо.
— Ю-Юн! Ты бы хоть слюну со рта вытер!..
— Слюну? Да не может тог…
И правда, с какого-то моменты я начал пускать слюни, как цепной пес. Стоп, погодите-ка, неужели?
— Слушайте, я случайно не натворил чего лишнего посреди боя?
— Ничего противозаконного вы не совершили, но… носились как угорелый.
Прямо сейчас я использовал мускулатуру и органы вожака. И даже часть кровеносной системы вдобавок. Учитывая примесь обычных особей, сейчас львиная доля моего тела фактически принадлежала лютоволку. Видимо, наложись на это еще и ночная магия, я на секунду потерял рассудок и начал буйствовать, полностью поддавшись волчьим инстинктам.
— Ну… ты как?
— Да нормально. Есть небольшой побочный эффект. Но сейчас я уже пришел в норму, так что не переживайте.
Я взмахнул мечом, стряхивая кровь, и кое-как закрепил его на поясе. Если запихнуть его в ножны вот так, не очистив, вся эта кровь останется внутри, а если как следует не вымыть, она сгниет и начнет смердеть. По идее, сначала нужно выбраться наружу, нормально всё обслужить и только потом убирать меч в ножны — это же база.
А если искромсать кучу монстров, эффектно загнать меч обратно в ножны, а потом обнаружить, что кошелек похудел на стоимость ножен, а прочность клинка уполовинилась — ну, такое. С анимешной романтикой общего мало, одни убытки.
— Ладно, нужно осмотреть остальные места. А вы отведите эту девушку наружу.
— Поняла. Юн, ты ведь сейчас и впрямь в порядке?
— Да конечно. Просто минутку назад меня слегка занесло.
— И то верно. Я уж было подумала, что это какой-то проклятый навык, который не разбирает своих и чужих.
— За это… прошу прощения. Вы пока ступайте наружу. Если там остались недобитки, я разберусь с ними сам.
Риса и Исолде подхватили пострадавшую женщину под руки и направились к выходу из пещеры. Я пошел вместе с ними до самого перекрестка, а там свернул в левый проход. Даже без факела глаза лютоволка позволяли видеть всё без проблем, да и в одиночку было куда проще.
— Да тут даже врагов не осталось. Я просто непобедим.
Видимо, те сорок гоблинов, что громоздились кучей, были вообще всеми. В конце концов, в пещерах обычно селится от силы три-четыре десятка. Одного элитного урода я уже прикончил, так что на этом точно всё.
— А вот и бинго. И щеночки этих тварей нашлись.
В левом туннеле тоже нашелся развилок, и один путь оказался совсем коротким — я заглянул туда и кого же я там увидел. Дрожащих от страха мелких гоблинышей. Такие крошечные и милые малыши — так и подмывало схватить их за шкирку и со всей дури впечатать мордочками в пол.
— Стой-ка. Чего это я вообще несу?
Что-то здесь не так. Я же знаю, что лютоволки люто ненавидят гоблинов, но неужели это влияние на меня передалось настолько сильно?
— Фух, надо выдохнуть.
Пожалуй, хватит использовать органы вожака. Никакой опасности больше нет, а притащить малышню хватит сил и обычной особи.
— Восемь штук… Плодовитые, твою ж…
Если подумать, родила-то их, скорее всего, человеческая женщина. Стоит выражаться поаккуратнее.
— Фух… Надеюсь, материнского инстинкта у меня всё-таки не проснулось.
Я вытащил из подсумка веревку, припасенную для скалолазания, и нанизал гоблинышей гирляндой в стиле вяленой рыбы. Размером эти детеныши были едва ли по пояс взрослому мужчине, каждый не больше моей руки. Закинув их на плечо, я двинулся по неизведанному доселе пути.
Это…
Две обнаженные связанные женщины, вещи, судя по всему, принадлежавшие другим исследователям, и целых четыре жетона. Судя по тому, что среди снаряжения обнаружились и мужские пожитки, парни погибли, а выжить удалось только девушкам. Пати из одного парня и трех девчонок, значит. Бесславный выдался конец.
— Эй, вы в порядке?
— А-а-а-а…
Обе живые. Одна вырубилась в мертвецком сне, но дыхание я нащупал. Среди кучи барахла нашелся плабль, я накинул его на женщин и, ухватив за узлы, закинул на плечо наподобие мешка. Похоже, остальное снаряжение придется тащить сюда вместе с Карондом.
— Фух, жизнь человеку спас.
Впервые за все время в лабиринте я сделал что-то полезное для других. Настроение сразу поднялось, так бы и грянул какую-нибудь душевную песню.
— Свирепый волк!!! Бешеный гоблин!!!! Наш путь преградить вам не под силу-у-у!!!!
Мелюзга, болтавшаяся на плече, замахала в воздухе ручонками и жалобно заверещала от боли в перепонках. А та женщина, что была завернута в плащ, кажется, очнулась от шума. Пожалуй, с пением мы повременим.
— Наконец-то вы.
— Да. И плененных исследователей тоже спасли.
— Отличная работа. Кто бы мог подумать, что ты справишься настолько лихо.
Каронд поднял большой палец вверх и раскатисто рассмеялся. Я сказал ему, что в дальнем конце левого туннеля осталось снаряжение тех бедолаг, и предложил сходить забрать его вместе, пока Риса с Исолде присматривают за спасенными девчонками. Мы собрали всё брошенное добро: железные одноручные мечи, попавшиеся по пути обрывки одежды, доспехи и оружие, поделив ношу поровну.
Напоив обессиленных женщин водой, мы завернули их в плащи, чтобы они не мерзли, и первым делом развели костер. Огонь запалили без проблем: перенесли искру с горящего фонаря на бумагу, а от нее подожгли хворост. Ночь на дворе, так что тащитьсякуда-то с перепуганными до полусмерти бедолагами — затея так себе. Ну, мне-то ночью всяко проще, но остальные не такие.
— Предлагаю заночевать здесь. Всем нужно прийти в себя.
— Да, пожалуй.
Пусть место и так себе, лагерь разбили прямо у входа в пещеру гоблинов. Огонь подвинули поближе, и из гигантского рюкзака Каронда полезло самое разное добро.
— Слышь, ты еще и котелок с собой таскаешь?
— Имея всего одну эту вещь, можно в разы разнообразить походное меню в лабиринте.
— Похоже, ты знатный гурман.
Каронд от этих слов округлил глаза, а затем громогласно захохотал:
— Заметил? Как-ни-как, а я состою в Клубе гурманов!
— Ого, есть и такие клубы?
Мои ожидания от клубов были немного другими. Я думал, там собираются суровые бойцы и ломают голову над тем, как эффективнее штурмовать лабиринт.
— Ну, знаешь ли, каждый вступает в клуб по интересам, чтобы заниматься в городе-лабиринте тем, к чему лежит душа.
Если так подумать, то клуб гурманов — еще цветочки, в городе полно самых нелепых объединений.
«Да погодите-ка, с какого перепугу в городе-лабиринте вообще существует театральный клуб?»
Изначально клубы и вправду создавались ради зачистки лабиринтов, но со временем сфера их деятельности расширилась, и теперь это скорее просто тусовки по интересам для тех, кому хочется заняться чем-то своим. Конечно, штаб-квартиры крупных исследовательских кланов, нацеленных именно на покорение лабиринта, всё еще занимают видные места.
Но есть и мелкие группировки без всяких зданий, собирающиеся по тавернам или площадям.
— А у Клуба гурманов даже свое здание есть. Довольно крупный клан, между прочим.
— Наверное, народу у них тьма?
— И это тоже, но главное — они гребут деньги лопатой. Ресторан, который держит Клуб гурманов, приносит огромную прибыль на северо-западе. Верхушка города этим очень довольна.
— Вот оно как.
— Слушай, а среди ваших знакомых нет любителей вкусно поесть? Или ты сам? Если надумаешь, двери Клуба гурманов всегда открыты.
Хм, насчет «вкусно поесть» — не знаю. Но вот человека, который жрет как не в себя, я точно знаю.
— Вы случайно не слыхали про Рубику?
— …Этой женщине-исследовательнице вход в Клуб гурманов заказан навсегда.
— А, похоже, тут какая-то темная история.
— Она жрала. Причем в гигантских масштабах. И ладно бы просто еда — то были блюда, созданные с любовью и мастерством. Умяв несколько сотен тарелок, она выдала лишь одну рецензию: «Было вкусно». Это же плевок в лицо настоящим гурманам!
— Вот оно как…
— Кажется, она до сих пор расплачивается за тот банкет.
— Мда уж.
С этой Рубикой точно лучше не связываться.
* * * * *
Буль-буль
— Ох… это просто великолепно.
— Вкусно? Ну и славно.
Благодаря котелку удалось раздобыть горячего бульона. Сушеное мясо, конечно, хранится долго, но оно жесткое, жевать неудобоваримо, да и соли в нем — хоть отбавляй. Зато если сварить вяленое мясо в воде, за счет избытка соли получается вполне приличный бульон. Правда, жира там особо не было, поскольку весь жир счищают еще при заготовке, так что на наваристость рассчитывать не приходилось.
— Эх-х-х…
— Смотрю, за уши не оттянешь.
Без горяченького за трапезой корейцу никуда. Да и мясо, размягченное в кипятке, оказалось очень даже ничего. Съестные припасы с дневного привала тоже остались. Когда мы с Карондом лазили по пещере за снадобьями, в одном из складских помещений нашлось немного съестного, пригодного для людей. На вид — самые обычные лесные ягоды.
— Ладно, придется заночевать здесь.
— Надо бы распределить дежурство.
Риса с кислым выражением лица принялась ковырять тонкой веткой потрескивающий хворост.
— Риса, ложись спать. Первую смену я беру на себя.
— Правда?! И тебе правда не тяжело?!
— Юн, геройствовать ни к чему. Я верю, что ты сильный, но без нормального сна растеряешь всю форму.
— Просто по ночам у меня открывается второе дыхание.
Услышав это, сидевшая рядом Исолде толкнула Рису в бок и тихонько шепнула ей что-то на ухо. Из-за треска костра разобрать было невозможно.
— А, эм… Тогда я первая! А Исолде пусть идет во вторую!
— Тебе лишь бы порядок дежурств составить? Ну… раз хочешь.
— Каронд, а тебе когда удобнее? Если четвертая смена устраивает, давай так.
— Коли так говорят — ладно уж.
* * * * *
— Исолде, Исолде…!
Отстояв свою двухчасовую вахту, Риса разбудила Исолде.
— М-м… уже моя очередь?..
— Да!.. У тебя случайно молоко не прибыло?..
— А… да, немного.
Воспользовавшись тем, что все спали, Риса решила отстоять вторую смену подряд, чтобы помочь Исолде справиться с проклятием. Естественно, дежурить в первую смену куда удобнее, поэтому Исолде, как получающая помощь, вызвалась на вторую.
Шурх
Исолде скинула кожаный доспех, прикрывавший грудь, обнажив одежду с аккуратным рядочком пуговиц, позволяющих быстро добраться до бюста. Подняв руку и коснувшись пуговиц, Исолде на секунду замерла, после чего бросила взгляд на Каронда и Юна, которые спали неподалеку, раскинув плащи прямо на земле.
— Эм… на всякий случай отойдем чуть подальше.
— А, да.
Риса и Исолде тихонько выскользнули из пещеры.
Стоило им обойти каменный уступ у правого края выхода, как —
— Ой.
— Ась?..
Огромный медведь замер в темноте неподалеку, зловеще блестя глазами в сторону двух девушек.
— Исолде. Я же не сплю… я ведь это правда вижу?..
— …Бежим, Риса. Буди всех.