Утром тридцать первого октября я проснулся от запаха крови.
Не моей. Не Лиллит. Чужой. Очень старой, очень древней, очень голодной.
— Он начал, — сказала Лиллит, стоя у окна. — Хару призвал подкрепление.
— Сколько их?
— Пятеро. Все — демоны среднего уровня. Должны были отвлечь меня, пока он будет биться с тобой.
— А ты?
— А я, — она улыбнулась, и в её улыбке впервые за долгое время не было ничего человеческого, — я разберусь.
Мы вышли из дома. Город был пуст. Ни души, ни машин, ни звука. Только серый туман и далёкие вспышки.
— Это он создал? — спросил я.
— Это я, — ответила Лиллит. — Чтобы никто не пострадал. Туман изолирует пространство. Всё, что здесь случится, останется здесь.
— Ты подготовилась.
— Я всегда готовлюсь, Джихо. Я три тысячи лет не выживала случайно.
Она поцеловала меня в лоб — сухо, быстро, по-военному.
— Не умирай, — сказала она.
— И ты, — ответил я.
Она ушла в туман. Через минуту оттуда донёсся крик — не её, чужой. И звук рвущейся плоти.
Я пошёл в другую сторону. Туда, где чувствовал его — Хару. Он ждал меня на школьном стадионе.
Он стоял в центре поля. В идеальном костюме, с идеальной причёской, с идеальной улыбкой. Только глаза были неидеальными. Красными. Бешеными.
— Ты пришёл, — сказал он.
— Ты ждал.
— Ждал. Давай закончим это, Джихо. По-честному. Без правил. Без пощады.
— Без пощады, — согласился я.
Он бросился первым.
Я не успел увернуться. Его кулак вошёл мне в живот, и мир рассыпался на миллион осколков.
Это была самая длинная минута в моей жизни..