В непроглядной тьме первозданного хаоса зажглись новые огни. Они мерцали, как далёкие звёзды, но от них исходила мощь, способная дробить миры.
Первыми материализовались четверо. Их формы излучали саму суть законов мироздания, над которыми они имели власть. Они были прародителями, зачинателями великих пантеонов. Уран – воплощение Небес. Гея – плоть и дух Земли. Нюкта – сама Ночь. Эреб – первозданная Тьма.
Они окинули друг друга понимающим взглядом. Знание о цели своего создания было вплетено в саму их суть. Затем их внимание привлекли новые вспышки: рядом возник древний, покрытый вечным льдом исполин, мужчина средних лет с пронзительным взором и женщина с изогнутыми, как у коровы, рогами и столь же щедрыми формами, от которой веяло теплом и жизнью.
Ледяной великан – Имир. Его тело, сложенное из снега и льда, источало холод, способный заморозить саму пустоту. Его размеры затмевали даже других первозданных богов.
Мужчина средних лет – Бури, первый из асов. Не столь исполинского роста, но в его глазах таились бездны знаний, а скрытая сила позволяла бросить вызов любому здесь присутствующему.
А рядом – Аудумла. Женщина-корова, сама воплощение плодородия и материнства, источающая ауру жизни и покоя.
– Когда же остальные явятся? Не вечно же нам тут их ждать, – проворчал Имир ледяным, нетерпеливым тоном.
Уран нахмурился, слыша жалобы так скоро.– Ты только что появился и уже ноешь? Явись ты раньше нас, ты бы, пожалуй, уже за горло нас взял.
– Следи за языком, юнец. Тебе не понравится, когда я разгневаюсь, – аура Имира сгустилась, и холод стал ощутимым. – И между твоим появлением и нашим прошло не так уж много времени. Так что тебе жаловаться не на что.
– Прояви немного терпения, – вмешалась Нюкта, богиня Ночи. Её голос был тих, но слышен всем. – Они придут. В конце концов, мы все были созданы всего несколько часов назад. Кому-то нужно время, чтобы освоиться в новой жизни.
Имир лишь фыркнул в ответ.
Вскоре пространство разорвала ослепительная вспышка света. Из неё вышел мужчина в сопровождении трёх женщин и ещё одного мужчины.– Простите за опоздание, – произнёс тот, кто казался лидером группы. Он оглядел собравшихся и улыбнулся. – Хотя, я вижу, мы ещё не самые последние.
Имир скривился.– Да, ты здесь, и ты раньше других. Но это не отменяет факта, что ты опоздал, Ра.
Мужчина во главе новоприбывших, бог Ра, лишь шире улыбнулся в ответ на ледяной тон.– Какой же ты вспыльчивый, Имир. Интересно, как Аудумла мирится с твоим нравом.
– Держи имя моей жены подальше от своего рта, Ра! – взревел Имир, ярость заставила ледяные глыбы на его плечах потрескаться.
(Знание имён и связей между богами было вложено в них при рождении из Хаоса, словом общего воспоминания, так что для них не было неожиданностью знать друг друга с первого взгляда.)
– Ну-ну, успокойся, – не теряя улыбки, продолжал Ра. – Быть таким угрюмым на первом же собрании потенциальных союзников – дурной тон.
– Мне не нужны союзники. Я справлюсь со всем сам, – уверенно заявил Имир.
– Может, вы оба прикрикнете? – голос Нюкта прозвучал с нарастающим раздражением. – Шумно было и до вас, и я бы предпочла тишину.
Они замолчали, лишь обменявшись взглядами: Имир смотрел так, будто хотел придушить Ра голыми руками, а тот продолжал невозмутимо улыбаться.
Вскоре стали появляться и другие: Паньгу с гигантским топором в руках, Нюйва, Идзанаги, Идзанами и многие другие – пестрая толпа новорожденных божеств.
Уран, видя, что основные действующие лица в сборе, решил начать.– Все мы понимаем, зачем собрались, так что не буду вдаваться в детали. Мы рождены из первозданного хаоса, мы – прародители. У каждого из нас есть своя роль в грядущем мироздании. Предлагаю работать сообща, чтобы исполнить своё предназначение, – заявил он, обводя взглядом собратьев.
Ра улыбка сразу стала менее искренней. Ему не нравилась идея тесного союза. Он не хотел связываться с теми, кто не был рождён из одного с ним луча.– Сомневаюсь, что это хорошая идея. У многих из нас, как например у товарища Имира,… конфликтующие характеры. Лично я предпочитаю для начала построить собственный дом, а уж потом думать об общих обязанностях. Поэтому я предлагаю каждому заниматься своим делом, – он сделал паузу, убедившись, что все слушают. – Кроме того, между нами слишком много различий. Вместе мы только будем ссориться. Я считаю, нам лучше не селиться вместе, а собираться лишь тогда, когда возникнет нечто, требующее нашего совместного вмешательства.
Эреб, до сих пор хранивший молчание, кивнул.– В его словах есть смысл. Да, мы вышли из одного источника, но мы слишком разные. Даже мы, рождённые из одной тьмы, не являемся единым целым. Так что, Уран, я вынужден с тобой не согласиться.
Многие другие боги поддержали их кивками.
– Нет, так нельзя! – возразил Уран. – А если где-то там есть угроза, которая захочет уничтожить нас сразу после творения? Поодиночке мы можем не выстоять. Это будет наш конец!
Имир, которому надоели препирательства, наконец выдал своё предложение:– А что, если мы будем встречаться время от времени? Мы можем создать особое измерение, нейтральную территорию, доступную для всех. Там и сможем общаться. Что думаете?
Он оглядел собравшихся и увидел, что все смотрят на него с непривычным выражением.– Чего уставились?
Ра вернул себе прежнюю беззаботную улыбку.– На секунду мне показалось, что ты – другой человек.
– Не знал, что у грубой силы тоже может быть мозг, – заметил Идзанаги, изящно раскрыв веер.
Прежде чем Имир успел что-то ответить, Бури, стоявший рядом, взял слово:– Раз всё решено, нам пора. – И, не тратя больше слов, он исчез вместе с Имиром и Аудумлой.
Остальные также, обменявшись короткими прощаниями, стали расходиться по своим, только что зародившимся, уголкам бесконечности.
Ад. Тронный зал.
Люцифер, восседающий на троне, почувствовал, как странные энергетические волны, прокатившиеся ранее, одна за другой стали затихать. На его губах заиграла та же, что и у Ра, довольная улыбка понимания.
– Вот теперь-то начинается самое интересное, – прошептал он в тишине опустевшего зала, предвкушая грядущий хаос творения.