— …Вспять.
Архонт Времени была поистине чудовищным противником. Не сосчитать, сколько раз он погибал от её руки. Скажи ему, и он бы точно отмахнулся, покрутив у виска — память о смертях безвозвратно покидала его, стоило начать свой путь заново.
Афелион ощутил под собой холодный камень. Он очутился в пустом храме: нависающий купол, сложная резьба, обилие мраморных статуй.
Память, как расчётная монета, вечно терялась в уголках его сознания, без всякой возможности дотянуться. По воле Книги Созидания, абсолютного источника воли Ядра, храм надлежало сжечь. Так он и сделал.
В будущем или в прошлом… Как бы то ни было, столкнувшись с Властью Времени, он познал на себе её коварство.
Едва в его голове промелькнуло осознание — паника захлестнула его целиком, от макушки до кончиков пальцев. Зрачки бешено метались в попытках поймать редкие проблески света. В этом безнадёжном хаосе пальцы вдруг коснулись чего‑то влажного…
Зловонная сырость и маслянистые разводы, которые ни с чем не спутаешь. Повсюду был разлит бензин. Он отдал приказ — и подчинённые беспрекословно выполнили его.
Отчаянные мольбы требовали действовать: ещё можно успеть, поджог повторится, нужно только…
……Но тело, утратив последние крохи сил, предательски отказывалось подчиняться.
Похожим образом работали Столпы Искоренения. Каждую свою попытку он неизменно начинал с тюремной башни, а за редким исключением — на закрытом острове Республики Эсмераль, где погибал от рук Зелёного Архонта уже на следующий день.
— Нет! – прокричал Афелион и потянулся рукой к выходу…
Зрение затянуло мутной плёнкой, но даже сквозь неё он различил вдалеке фигуру. Архонт Времени стояла посреди массивных колонн. Неясно, решила ли она посмеяться над ним напоследок, но по злой иронии она находилась на том же месте, где должен был стоять он.
В её руках блеснула латунная зажигалка.
…...Секунда. Огонь разнёсся по всему залу.
Этот миг растянулся достаточно долго, чтобы он увидел, как пламя неспешной волной охватывает здание и надвигается к нему.
«Горит. Всё внутри. Жжётся. Вспыхивает пламенем».
Едкий дым переполнил лёгкие, а кровь забурлила кипятком. Сознание трактовало оттенки боли, облекая их во все известные слова, будто боль утихнет, испугается, а разум… разум устоит.
И в этом была своя доля правды. Такая мелочь не способна унять поток его нескончаемых мыслей.
Испепеляющее пламя пожирало его, выжигая предсмертную агонию. Это была мучительная смерть от сожжения заживо. Жестокая расправа, но, если сравнить её с теми, что Афелион повидал за циклы своих блужданий, наберётся немало куда более изощрённых пыток.
«Горячо. Больно. Как же больно».
[> Моделирование квантовых связей…]
В силе Квантовой Запутанности таились тысячи путей к спасению — стоило лишь пустить в ход Алые нити. ……Только вот Афелион нагло отверг руку помощи. Или, вернее, Ядро отказало Носителю, лишив его последней надежды на спасение.
«Капсула потеряна. Нет смысла продолжать», — эта неотвратимая истина укоренилась в нём, подобно бесконечному множеству чисел.
……Настало время Ядру вынести свой последний вердикт в рамках этой попытки.
[> Ядро утратило связь с Носителем. Десинхронизация…]
Жизнь Афелиона оборвалась в тот же миг. Кошачья статуэтка, хранившая Таинство Бездны, пустила алую слезу.
Произноси он это вслух — давно бы истёр себе язык……
«Дальше», — вторглась короткая, бессознательная фраза.
***
……Среди бескрайней тьмы и мерцающих звёзд.
Слова вспыхнули из глубин сознания существа. Нечто, ныне свободное от хрупкой и тесной оболочки человеческого тела. И наконец, слившись воедино со своей истинной сущностью…
— Поражение.
Это повторялось бесчисленное множество раз. Безликая вселенная упорно прожигала попытку за попыткой, неизменно приходя к неутешительному исходу. Надежда на результат не оправдалась. Снова.
Человечность. Он не понимал, почему продолжает искать именно её.
Начало положило тело. Единственный, свободный от души сосуд, что мог вместить в себя кроху божественного величия. Без знания и ответов, лишённый тепла и эмоций, он продолжал таить внутри необъяснимую жажду познания человеческих чувств.
Но искушение одолевало его. Хрупкая оболочка, хранящая недоступную силу, трещала по швам, стоило лишь обратиться к своей Власти.
Она отбирала память. Стирала личность и мораль, толкая его ближе к своей божественной сущности.
И вот он вернулся, разрушив своё собственное «я». Пусть и к леденящей своим отсутствием, но такой родной… пустоте.
— Дальше.
……Самоистязание вошло в привычку своим безумием.
[> Совместимость Ядра и Носителя: 100 %.]
[> Подготовка…]
Тут чёрная бездна дрогнула: грубый толчок всколыхнул рябь пространства, окрасив всю материю в нежно‑алое сияние — и светило оно так ярко, что мириады созвездий меркли на её фоне.
……Больше ничего не остаётся. Это была великая афера вселенной, что вознамерилась прыгнуть выше собственной головы и обмануть себя самым нечестивым образом.
Из бесконечно багрового моря медленно всплывал силуэт кошачьей головы, сотканной из тёмного тумана. Сначала показались уши, затем — глаза, доверху наполненные той же ярко‑красной энергией. Сияющая жидкость не вмещалась в них и хлынула наружу, точно слёзы.
— Кха‑х… — вырвался мысленный глоток несуществующего воздуха.
Следом на поверхности возникла клыкастая пасть. Она, подобно глазам, извергала из себя потоки алого света.
Только‑только лик божества проявился в своей истинной форме, из Алого моря взметнулись десятки, сотни багровых нитей. Все они устремились к песочным часам — к воплощению течения времени. Тугой плетью они сплелись вокруг, притягивая их ближе.
[> Осуществляю возврат к контрольной точке…]
— Начало положено, Носитель. Обрести человечность любой ценой…
……С этими словами сияющая пасть перегрызла Алые нити, удерживающие концепцию времени.
***
— ……Апостол Церкви, олицетворяющий Власть Благоразумия.
Творя бесчинства, он погряз в океане из крови. С того момента, как настоящий «Афелий»… настоящий Архонт Созидания покинул этот мир, уступив своё тело безликому существу, — прошло всего тридцать шесть минут.
По меркам вселенной это была крохотная искорка событий, за которую необходимо успеть вобрать в себя семь Властей Добродетели. И самый быстрый способ осуществить первый шаг…
— ……Апостол Церкви, олицетворяющий Власть Благоразумия, — представился священник, чьи одеяния венчали лёгкие белые ленты.
Он перенял титул Апостола совсем недавно. Ветер, проникший внутрь через огромную дыру в потолке, ерошил его светлые волосы. Для существа напротив он был лишь недостающим элементом — хранителем седьмой, последней Власти.
Даже с силой повелевать сутью мироздания новоиспечённый Апостол взволнованно сглотнул, пятясь от жгучей неуверенности, что горьким ядом втаптывала весь потенциал его Власти.
Всему виной личность существа напротив. Он был твёрдо уверен: черноволосый юноша перед ним — уж точно не Архонт Созидания. Слабейший из Пяти Великих просто не мог пойти на такое безрассудство.
Существо, вместо рубиновых глаз которого сочилась алая жидкость — чистый сгусток первозданной энергии. И было её так много, что она стремилась вырваться наружу, пуская трещины по хрупкой оболочке.
Кусочек необъятной вселенной, что вопреки своему желанию не могла уместить себя в человеческий сосуд, и от этого диссонанса всё расходилось по швам.
Словно слёзы. Яркие капли стекали по его щекам и бесследно растворялись……
«Активировать волю фактора… О господь, храни святую Предстоятельницу… Дай мне волю выстоять», — тихо взмолился Апостол.
Существо лишь безмолвно кивнуло в ответ.
В следующий миг тело священника рассыпалось на бесчисленное множество алых нитей. Словно сверкающие бабочки, они вспорхнули тонкими крыльями и навсегда затухли в воздухе…
……Это произошло глубокой ночью.
Над Столицей Королевства Вермиллион к тяжёлым облакам взметнулся малый пучок света, потягивая за собой хвост из багровых искр…
Он беспрепятственно разорвал дистанцию в тысячи километров, направляясь к границе с Теократией.
Никто не успел среагировать. Сгустившийся мрак расступился пред величием огорчённой звезды, и Алая комета с животрепещущим грохотом сокрушила собой позолоченный купол. Красный свет вобрал в себя всё, покуда могла дотянуться рука бога.
[> Начало ритуала…]
Призрак Афелия наблюдал за мощью сотен солнц, не в силах противостоять увиденному. Его неосязаемое тело сотрясалось от ужаса перед тем, что он лицезрел наяву.
Отчего церковники намеревались казнить его? Почему его заточили в той сырой тюремной башне? Откуда в нём взялись семь спящих «сердец» Добродетели? Афелий своими глазами получил ответы, но с каждой секундой вопросов скапливалось ещё больше — словно караван загадок, так что…
— Прекрати, остановись, довольно, достаточно, уймись… ХВАТИТ!!!
Он оставил попытки и пал на колени, уперевшись руками в дребезжащий бетон. Никто не слышал его, не реагировал: нынешнего Афелия тогда банально не было.
И всё же…
— Ик! Грх‑х… — юноша оскалил зубы, привычным методом оборачивая злость.
А навлекшее бедствие существо тем временем — опустило на него свой беспристрастный взор…
— Конечно, ты ведь не…
— Тебя здесь быть не должно.
Голос Афелия — голос того психа, с которым он делил одно тело, — перебил его. По коже пробежали мурашки, и его окатило животным испугом. Стиснув зубы, он вжал пальцы в землю до крови.
— Т‑ты… ты… монстр! Из‑за тебя Гвен погибла! Кхх‑х…
Вселенная промолчала, заботливо позволив ему прожить бурю негодований, терзавших его, прежде чем ответить…
— ……Не разбив яиц, омлет не приготовишь.
— НЕНАВИЖУ!!!
Афелий подался вперёд, оттолкнулся от торчащей арматуры и бросился к источнику своего гнева. Два черноволосых парня встретились, прежде чем один из них обрушил на другого град беспорядочных ударов. Ведь она — вселенная — есть корень всех его неиссякаемых мук.
Но вселенная ушла из‑под каждого взмаха, будто намеренно не приложив к этому и капли усилий…
Движения Афелия замедлились. Он опустился на колени, пытаясь отдышаться, и, как только «Афелий» позволил подступиться к себе, — из‑под тяжка нанёс ему последний, размашистый удар.
Призрачный кулак прошёл насквозь.
— Р‑р‑р‑а‑а‑а‑а!!! — Афелий сорвался на отчаянный рык и в очередной раз повалился на пол, сдирая с себя волосы.
— ……Ты не сможешь заплакать…
— ЗНАЮ!!!
Афелий уткнулся в осколки стекла лицом и трясся в наигранных судорогах, безуспешно заставляя себя рыдать.
«Афелий» в этот момент обошёл его, стряхнул каменную пыль с упавшей глыбы и аккуратно опустился на неё спиной, перебирая ножками точно непоседливый ребёнок.
— ……Между неимением чувств и их непониманием лежит целая пропасть, — вздохнул он, теребя кончики ногтей.
Афелий сильнее сжал кулаки. Ему казалось, что сейчас центр планеты сожмётся под его яростью. …Но он быстро разжал ладони и замер, словно позабыл о своём притворстве.
«И вправду… чего строить из себя невесть кого…»
— ……Ну давай, я слушаю, — не отрывая взгляда, произнёс Афелий.
«Афелий» лёгким взмахом руки проявил облако хаотичных Алых частиц. Это была сила Власти Созидания — Квантовая Запутанность. Название способности отражало суть своего владельца, и Афелию оно подходило как нельзя кстати.
— Тот хаос, что трепещет внутри тебя… и есть эмоции. Необъяснимые мной, не понятые тобой, но эмоции — в самом прямом смысле этого слова, — продолжил «Афелион», двигая ладонью и кружа красными нитями.
— ……Эмоции и человечность — две совершенно разные вещи, — тихо произнёс Афелий, наблюдая, как плавно летят частицы, сотворённые из ничего.
— Ты прав, и это нужно различать.
«Афелий» сжал ладонь, и Алые нити застыли в воздухе. Бегло перебрав пальцами, он точечно избавлялся от сверкающих линий, передвигал их и сплетал в сложные формы.
Афелий не мог оторвать взгляд под гипнотическим влиянием процесса формирования конструкций. В этот момент «Афелий» повернулся к нему и нарочито пожал плечами…
— ……Ты изжил себя, дитя моё. Наглухо отрицаешь бездну, погрязнув по пояс в болоте людской слабости, — величественно произнёс он и спустился с каменной глыбы.
Алые частицы завершили свою форму, сойдясь в очертаниях… кошки. Она грациозно метнулась к Афелию и, мурлыча, потёрлась боком об его ноги.
— Я… я… зачем я вообще существую? Что бы я ни делал, как бы я ни старался… я не смогу получить желаемое… не смогу обрести человечность, — прикрыв веки, прошептал Афелий.
Под хруст разбитого стекла «Афелий» ступал по руинам разрушенного зала. Он замер, устремив взгляд на причудливый букет из звёзд на ночном небе, а после бережно поднял на руки кошку, сотканную из алых нитей.
— Верно. Не достигнешь, — мягко протянул он.
— Тц…
Афелий в смятении прикусил губы, да с такой силой, что струя крови потекла по его подбородку.
— Ахх‑х… — «Афелий» устало зевнул. — Пойми, жизнь нельзя систематизировать.
[> Жизнь нельзя систематизировать…]
[> Жизнь нельзя систематизировать…]
Юноша до боли поджал свои уши, в которых эхом разнёсся голос Ядра.
— Всё напрасно, безрезультатно, бессмысленно, тщетно, безрезультатно, обречено на провал… — продолжил «Афелий», покачивая пальцем. — Ты никогда не получишь своего, бесконечное усердие сродни бесполезности… Но!
— ..?
Афелий не мог и представить, что такого могла добавить вселенная к этому безнадёжному списку…
— ……Меняет ли это хоть что‑нибудь?
[> Меняет ли?]
Вопрос мог показаться глупым и странным, но навязчивый голос заставил обработать его по нескольку раз, пока он не впитает его смысл…
Афелий молчал, округлив глаза.
«Ты проиграл, ты обречён, прими это… А теперь — борись до конца, какой бы недостижимой ни была цель», — именно это пыталась донести вселенная.
«Афелий» приблизился к нему и протянул левую руку.
Алые слёзы по‑прежнему хлестали из его переполненных глаз, но теперь, под толщей яркой энергии, вспыхнуло два белоснежных огонька — это были тонкие, кошачьи зрачки.
— Так прими же ужасающее Таинство Бездны. Используй силу Созидания, мою мудрость всеведущей Вселенной. Вознеси же свою божественную Веру, — громко провозгласила вселенная. — Этот эксперимент сотворил ты сам, ведь мы оба…
— ……Одно целое.
Афелий ненадолго задержал взгляд на протянутой руке.
— Невозможность ненавидеть — есть твой великий дар…
Их ладони сплелись, и Афелий навеки исчез из этого мира, оставив после себя лишь короткую клятву…
— Начало положено, Ядро. Я принимаю нашу связь.
Так бесчисленное множество раз породилось на свет воплощение абсолютной одержимости…
……Вселенная — его Ядро, а он — его Носитель.