— ……Совсем‑совсем ничего?
Пыталась она спросить ровным голосом, но в каждом её слове сквозила печаль. Гвен упёрлась локтями в стол, спрятавшись за карточным веером. Она, Мэлтон и Афелий собрались в уютной гостиной и коротали время за игрой в карты.
— Пу‑пууу… К сожалению, так оно и есть. Как проснулся, так и попрощался с памятью… — развалился на стуле Афелий, постоянно поправляя карточный веер.
Слева послышался хриплый вздох. Это был капитан Мэлтон. Он выделился тяжёлыми увечьями: натуго перевязанный торс, бинты на голове и плече. Лишившись одной руки – даже так он не падал духом.
— Не знаю, с чего начать… — опустил глаза и покачал головой Мэлтон.
Он с хлопком бросил две карты на стол, усмехнулся, мол: «Так‑то!» и:
— Итак… Архонт Созидания, Красный Архонт, Архонт, представляющий Королевство Вермиллион…
— ……Слабейший из Пяти Великих, — подхватил Афелий. — Многовато слова «Архонт». Ну, со слабейшим согласен, а титул звучит больно серьёзно, разве его не присваивают сильнейшим существам?
Мэлтон крепко сжал его плечо уцелевшей рукой.
— Ну‑ну! Не вешай нос… — по‑дружески протянул Мэлтон.
— Вообще‑то, Архонт Созидания испокон веков уступал другим Архонтам по силе. О! А ещё… ты и раньше особо не отличался… — заговорила Гвен и бросила три карты.
«Ой…» — сошло с её губ, стоило ей поразмыслить над сказанным.
— Кхо‑хо! Не бери ты в голову! — Мэлтон громко рассмеялся и с грохотом закинул ногу на стол. — Ты ведь ни разу не использовал свои… «Алые Нити». Да и к тому же память потерял! Ничего… мы былую форму тебе мигом вернём!
Афелий неловко улыбнулся. Так хорошо он не чувствовал себя с момента пробуждения. Скопившиеся за то время боль и усталость дали о себе знать. Мышцы в его теле ощущались сжатыми пружинами, что давили друг на друга и грозились вот‑вот выскользнуть наружу.
Это сравнение ненароком напомнило ему о турбинах под дирижаблем. По неизвестной для себя причине – Афелий ожидал увидеть большущий винт, но никак не две огромные чёрные конструкции, точно исполинские спирали кухонного венчика. Как объяснила Гвен, они приводили судно в движение и назывались «эфирными тягунами».
Как только он поднялся по мосту внутрь гондолы, то оказался на первом этаже носовой части, где его поприветствовали солдаты. Там располагался технический отсек и каюта старшего механика. Гвен намекнула, что механик много выпивает – и в его каюте можно частенько найти спиртное. И где он только его берёт?
Внутренний коридор больше походил на роскошный отель. Мэлтон объяснил, что ранее «Хафгуфа» служил курортным дирижаблем и лишь пару лет назад его оборудовали под военное судно. Единственное, что выделяло интерьер, – мелькающие на каждом шагу свинцовые сферы. Они нужны были для передачи сигнала из одного конца в другой.
В носовой части также была рубка и насосы с кислородом. Афелия внутрь не пустили, ссылаясь на инцидент с рычагом. Он, разумеется, ничего такого не помнил. Под тем же предлогом юношу отказались провести к артиллеристской башне с пушкой. Командир орудия лично вышел к нему и похвалил за его смекалистую подачу координат.
Сразу после смотровой площадки начинается задняя часть. «Ничего особенного», — вздыхала Гвен, не желая зазря тащиться так далеко. Но особенного было немало. Например, реактор на «эфирной» энергии.
— Стабилен и не взрывоопасен? Да мне и рядом страшно стоять… — изумился Афелий, сжимая перила.
Реактором были гигантские вращающиеся полусферы. Совсем беззвучные. Можно сказать, «Сердце машины». Эфир сам по себе был незнаком Афелию – тёмный карабин работал на его основе.
— Юноша, вечно твои глупые вопросы… Эфир – это самый безопасный вид энергии. Вот произойдёт внешний выброс, тогда и поговорим. А до тех пор с «Хафгуфа» ничего не случится, — заявил ему один из инженеров.
Что усатый дедушка имел в виду под «внешним выбросом», Афелий уточнять не стал.
Осмотр судна занял немало времени – дирижабль был огромен. Хотя сравнивать Афелию всё равно было не с чем. Завершив обход, он чуток отдохнул и встретился со новыми товарищами…
— Я вот… одного не понимаю. …Предстоятельница? Нет, не говорю, что ты врёшь. Обычно её сопровождают Апостолы, но встретил я только Епископа первого ранга… — признался Мэлтон.
Только он упомянул слово «Апостолы», как Афелий тотчас поперхнулся горячим чаем. Гвен постучала ему по спине. Выкашляв короткое «спа‑си‑бо», тот ответил:
— Больше скажу, Церковники и были теми, кто пленил меня в башне. Между прочим, они намеревались меня…
«…казнить», — хотел сказать он, но промолчал. — «Не думаю, что о таких важных вещах стоит говорить так беззаботно……»
— Они держали тебя в клетке? Вот оно как…
Гвен потупилась. Она тщательно скрывала, но, узнав о том, что «Архонт Созидания» арестован и находится в далёких северных землях Княжества, испытала непомерный гнев. Пока экспедицию не согласовали, Мэлтону пришлось уговаривать Гвен, чтобы та не рванулась вызволять Афелия в одиночку.
— Именно! Ох, как сыро, как холодно… мамочки! — драматично протянул Афелий, сведя всё к шутке.
Мэлтон грубо усмехнулся, откашлялся и вернул серьёзный тон.
— ……Вернёмся к Предстоятельнице. Ты точно уверен, что это была она? — его голос стал тише. — Скажу честно, письмо с твоим местонахождением прислали под её подписью…
— ...?
«Под её подписью?! То есть это она инициировала моё спасение? Тогда я вообще ничего не понимаю…»
Клэр Альварис, пятьдесят седьмая Предстоятельница Церкви. Она и являлась той, кто назначил ему казнь. Да, вскоре она поверила в его невиновность, став ключевым фактором побега, но… Если сообщение было доставлено до его опроса, выходит, она изначально что‑то знала?
— Нет‑нет… Я точно уверен. Именно благодаря ей я и сбежал! Ах да… — Афелий поправил белую рясу. — Мы даже одеждами менялись, это её одеяния…
— А‑а‑а??? Как долго вы общались? Вы настолько близки? Она пыталась совратить тебя?! — всполошилась Гвен и подтянулась к Афелию через весь стол.
— Эй‑эй… Полегче, сержант, — силой оттащил её обратно Мэлтон.
— Не‑е‑е! Ей же за семьдесят. Так Арнель сказал… — Афелий сполз вниз под её натиском и покачал головой.
Мэлтон нервно постучал пальцем по столу и отпил чай. Имя Епископа отозвалось ему острой болью в культе.
— Победа! — ликовала Гвен, скинув последнюю карту.
— Какая‑то плохая игра… Умный я проиграл в пух и прах… — пожаловался Афелий, прикрыв веки.
— Кха‑ха‑ха‑ха!!! — залился смехом Мэлтон, отбивая кулаком по столу.
Посуда задребезжала. Старик потёр нос и, в конце, произнёс:
— Ещё кое‑что…, не разглашай ничего о Церкви. Не стоит… — он одарил его широкой ухмылкой. — Тебя, пацан, ждёт суровая морока с политическими съездами, вот уж не завидую тебе… Глядишь, так до войны с Княжеством Глаукар дело дойдёт…
«Упаси боже», — добавил Мэлтон. Афелий задумался. В его словах была своя доля правды. В данный момент они ещё не покинули территорию Княжества. Признаться, отношения Княжества и Королевства оставались для него загадкой. Быть готовым стоило ко всему…
***
С их отбытия прошло чуть больше полутора суток. Афелий заперся у себя в каюте. Сон выдался никчёмным – оборудование на борту гудело без продыху, мешая заснуть.
О каюте говорить было нечего – простенькая комнатушка. Кровать, стол да книжные полки. К последним он даже не притронулся. Вместо того чтобы валяться без дела, Афелий разыскал на борту принадлежности для шитья.
Зевая, он стягивал нитку за ниткой…
На этот раз рвать куклу в клочья он не планировал, поэтому больше не вдохновлялся Предстоятельницей. Ему сразу вспомнились блестящие лиловые локоны, нежно‑голубые глаза и хрупкие черты лица. Держа эти детали в голове, он трудился над куклой Гвен…
Вышло очень даже неплохо. Только вот опять слеза на щеке – даже две. «Мне нужно отвыкать от этого…»
Афелий закрыл глаза и сосредоточился на кукле. Время замедлилось, дыхание остановилось… Вспыхнула тонкая, алая нить.
Она тянулась к крошечному огоньку внутри куклы – к душе. У Афелия внутри по‑прежнему…
……Пусто. Лишь семь гнилых «сердец» пульсировали вокруг зияющей пустоты, выпуская скверну. «Власти Добродетели».
«Если Власти хранятся у меня, значит…, я в самом деле лишил жизни семерых Апостолов?..»
— Об их смерти никто здесь ни в курсе, а Власти Апостолов по‑прежнему у меня. Видимо, Предстоятельница ещё не огласила новость об их гибели…, и никто не знает, что убийцей являюсь я. Стоит ли говорить об этом Мэлтону и остальным?..
— ……О чём говорить?
— !?
Афелий шмыгнул со стула и ушибся затылком о висящую полку. В панике он замахал руками и спрятал куклу за спиной. Из‑за двери осторожно показались голубые глаза – это была Гвен.
— Прости, пожалуйста. Я помешала? Ой, глупость какая… Прости, извини, я уже ухожу…
— Стоять… Ты три раза извинилась. Не стыдно тебе?
— А?..
Наблюдая за её реакцией, Афелий рассмеялся в привычной для себя манере: «Да стой ты! Шучу я, шучу!», жестом позвал её и театрально смахнул слезу.
Гвен тихо зашла внутрь, аккуратно прикрыла дверь и уселась на кровать, будто боялась кого‑то разбудить. Повисла неловкая тишина…
— Хм‑м‑м… — перебирал он варианты. — Как погода?
На более удачное начало диалога его не хватило.
— Снег, холод и пингвины. Но последних я не видела… — она провела ладонью по мягкой постели. — Они вообще существуют?
— Пингвины? А они не на Южном полюсе живут?..
— Опять ты меня разыгрываешь… — вздохнула девушка. — На юге Империя, тепло и пляж!
— Какие‑то односложные у тебя ассоциации… — прикусил он ноготь.
«Слушай…» — начал он после небольшой паузы. Афелий теребил пальцами свои хаотичные чёрные локоны. Так люди обычно изображают волнение. Жаль, убедиться в этом у него не выйдет…
— ……Кем мы приходились друг другу?
Его вопрос повис в воздухе. Гвен вздрогнула и потупила взгляд. Она, подобно Афелию, подправила волосы и двигала губами, с невероятной осторожностью подбирая слова…
— А нет! Не говори! Не говори… вот, — перебил он её и вытащил что‑то из‑за спины.
Он сжимал в ладонях милую плюшевую куклу: кроваво‑красная фуражка, лиловые волосы, голубые глаза и серое пальто. Гвен не сразу узнала в ней себя. Взяв куклу, она удивилась. Афелий на секунду заметил, как её лицо окрасилось искренним счастьем и радостью…, но тут же сменилось грустью. Её руки затряслись, а глаза налились стеклом.
На плюшевую «Гвен» упали слёзы.
— Э‑э‑э… С тобой всё в порядке? Скажи, что не понравилось? Я сейчас переделаю…
— ……Нет. Всё нормально.
Девушка попыталась стереть с куклы мокрые пятна, молча встала с кровати и двинулась к выходу, захватив её с собой. Афелий не стал её останавливать.
Перед тем как закрыть дверь, Гвен произнесла свой ответ:
— Просто друзьями…
Только её силуэт скрылся, в коридоре прозвучали быстрые шаги.
……Он никогда не умел шить. — хотела прогнать она эти мысли, но не смогла.
***
— А‑ххх, — нарочито зевнул он.
Не считая завываний ветра, во внутреннем коридоре царила тишина. Дирижабль оказался не приспособлен к суровому климату Княжества, поэтому холод просачивался внутрь гондолы, покрывая окна причудливыми узорами.
Афелий вплотную подошёл к стене, на которой висела карта. Он обошёл её и прищурился, чтобы рассмотреть названия государств…
Их было пять. Если перечислять по часовой стрелке…
Княжество Глаукар на севере, на востоке – Королевство Вермиллион, чуть южнее раскинула свои земли Империя Астралис, Королевство Рубедо на западе и… Республика Эсмераль чуть выше.
— …А нет, ещё шестая, — искал он над картой. — Город‑Государство Святого Люмена, Теократия… крошечная‑то какая!
— А ты, как погляжу, освоился…
Хриплый голос позади перепугал его. «У них так заведено – подкрадываться к людям?»
Владельцем голоса оказался Мэлтон. Он почесал подбородок и, на пару с Афелием, уставился в карту.
— Если я – Архонт, представляющий Королевство Вермиллион, есть и другие представители стран? Звучит логично, если сопоставить Пять Великих существ и пять государств…
— Верно мыслишь, — Мэлтон ударил его по плечу. — Пять Великих — это и есть пять Архонтов. Вот смотри…
Старик поднял свою большую руку и указал на Империю Астралис.
— На службе Империи Лиловый Архонт, Архонт Разрушения… — замялся он. — Сильнейший из пяти, если точнее – сильнейшая.
Он пошёл дальше…
— Королевство Рубедо – Архонт Времени, Республика Эсмераль – Архонт Жизни, Княжество Глаукар…
……Афелий мысленно представил того, кто воплощает в себе лёд и синий цвет.
— Архонт Искажения, второй по силе. Тот ещё монстр… — закончил Мэлтон.
«Выходит, Архонты в этом мире что‑то сродни ядерному оружию?..» — промелькнула мысль. Афелий не знал, что означает «ядерное оружие».
— Ну‑с… Я пять минут как должен быть в реакторной… — развернулся старик. — Спокойной ночи, заранее.
«Ага…» — кивнул Афелий и вернулся к своим делам. На самом деле он бродил здесь просто от скуки. Порой ему чудилось, будто он ищет голубоглазую девушку, но, поразмыслив, он понимал: никакого реального повода для этого нет. Глубоко вздохнув, Афелий отвернулся к иллюминатору, пытаясь отвлечься.
За бортом сгущались сумерки – солнце почти укатилось за горизонт. Вместо метели, к которой он так привык, Афелий увидел ясное, чистейшее небо, на котором проступали звёзды.
В какой‑то момент скалы сменились голыми ледниками. Они неторопливо дрейфовали в воде, плотно прижавшись друг к другу – и вопреки всему источали свободу. Их поверхности напоминали застывшую белую краску, что покрылась сетью глубоких трещин…
Афелий подтянулся ближе к стеклу. Что‑то нарушило мирную идиллию. Словно бельмо на чудесной картине, вдали мерцал тусклый огонёк. Он разгорался всё ярче, вспыхивая насыщенным синим цветом. С непостижимой скоростью свет мчался вдоль горизонта, догоняя воздушное судно и взметая за собой снежные вихри. Прямо за ним тянулся шлейф искр.
……В следующую секунду раздался оглушительный взрыв. Неопознанный объект врезался в парящее судно и прошил его насквозь, будто и не заметив.
Воздух наполнился криками и треском металла. Пол под ногами накренился, а лицо обожгло резким ветряным порывом…
……Афелий потерял сознание.