— Ты, блядь, нас за идиотов держишь?! — Лицо Хуэй-цзы перекосило от ярости.
Когда дело касалось Линь Чуаня, он мгновенно терял самообладание.
— Похоже, тебе мало было!
Хуэй-цзы уже потянулся к стене, намереваясь снова истязать Тень.
— Я не лгу!! — Обезьяна зашелся в рыданиях. Пережитый ужас въелся ему в подкорку. — Если не верите – убейте! Но это правда, мать вашу!!
Хуэй-цзы было плевать на его вопли. Он занес кинжал над тенью.
— А-а-а!! Сука!! Я же… я же не вру!!
В глазах Обезьяны помимо смертного страха читалась жуткая обида от несправедливости.
— Хватит, Хуэй-цзы, — внезапно прервала его Цяо Фэй.
— В смысле? Ты что, размякла? — Хуэй-цзы даже не обернулся. — Мешает крик – выметайтесь из пещеры! А я позову, когда вытрясу правду из этого ублюдка!
— Он… возможно, говорит правду, — Цяо Фэй хмурилась, и лицо ее становилось всё мрачнее.
Хуэй-цзы замер.
— Ты веришь в этот бред?
— Есть одна вероятность, при которой всё описанное им – реальность, — Цяо Фэй с трудом подбирала слова, ее била внутренняя дрожь.
Тут вмешался Нин Фань:
— Братец Хуэй, сестрица Фэй, я еще не успел вам кое-что рассказать.
Оба обернулись к нему.
— В Районе F27 я встретил того лучника, — взгляд Нин Фаня стал тяжелым. — Его зовут Су Бэй.
Друзья оторопели.
— Почему ты молчал о таком?! — Не сдержал упрека Хуэй-цзы. — Где он?
— Я его поймал, — вздохнул Нин Фань. — Но… его забрали.
… Западная часть Района F.
Объединенный район Трех Управлений.
Резиденция командующего Су Ваньцзюня.
Е Лян, израненный и окровавленный, стоял на коленях. Под ним уже натекла целая лужа.
— Командующий Су… я… виноват! — Е Лян едва ли не распластался по полу, растеряв всё то напускное величие, что было у него в Районе F27.
Перед ним на широком нефритовом кресле сидел невысокий крепыш средних лет в военной форме.
К нему ластилась юная красавица, нежно вкладывая в рот мужчине сочные виноградины.
— Е Лян, что за дело… встань и говори.
Этот человек был одним из троих тиранов Объединенного района.
Командующий «Аньсу» – Су Ваньцзюнь.
— Что заставило тебя так дрожать? — Су Ваньцзюнь говорил бесстрастно, его лицо было непроницаемо. — И кто… посмел тебя так отделать?
Е Лян не смел поднять головы.
— Я… я упустил младшего лидера!
Су Ваньцзюнь на мгновение замер.
— Сяо Бэя? — После долгой паузы уточнил он низким голосом.
— Да, — Е Лян задрожал еще сильнее. — Смерти мне мало!
— Рассказывай, как это вышло.
Су Ваньцзюнь внешне оставался спокоен.
— Через семь дней ваш шестидесятилетний юбилей! Вы как-то обмолвились, что скучаете по младшему лидеру… Вот я и решил проявить инициативу – привезти его, устроить вам сюрприз! — Голос Е Ляна сорвался на плач. — Но на обратном пути младшего лидера… похитили!
Су Ваньцзюнь прищурился, сверля Е Ляна взглядом. Даже не видя глаз хозяина, Е Лян кожей чувствовал мощнейшее давление, пригвоздившее его к полу.
— Кто это сделал?
— Не знаю, — Е Лян покачал головой. — Но уверен в одном: все трое нападавших были ранга Тысячи Душ.
— Трое Тысячи Душ? — Су Ваньцзюнь оскалился. — Какое почтение к моей скромной персоне.
Е Лян не смел и пикнуть.
Командующий долго барабанил пальцами по подлокотнику, погруженный в свои мысли.
— Значит, и раны твои от них?
— Так точно.
— Ладно, я тебя услышал.
— Но… как же младший лидер…
— Я что-нибудь придумаю, — холодно отрезал Су Ваньцзюнь. — Мой сын может быть никчемным раздолбаем, но я не позволю использовать его как разменную монету.
В глазах Е Ляна на миг промелькнул ужас, но, поскольку он смотрел в пол, Су Ваньцзюнь этого не заметил.
— Ступай, отдыхай, — Су Ваньцзюнь махнул рукой. — Как бы то ни было, я оценил твое рвение. Ты старался.
Е Лян замер, боясь пошевелиться.
Тут девица рядом с командующим звонко рассмеялась:
— Командующий, если с младшим лидером и правда случится беда… я… я ведь могу родить вам другого…
Су Ваньцзюнь медленно повернулся к ней.
Девушка смотрела на него с томным обожанием, явно ожидая ласки.
Однако никакой нежности не последовало. Су Ваньцзюнь внезапно вцепился ей в волосы и со всей силы приложил головой о каменный подлокотник!
Бам!!
Брызнула кровь.
Глаза девушки остекленели – она даже не успела понять, за что ее лишили жизни.
— Дешевая игрушка вздумала, что достойна носить семя Су Ваньцзюня?!
Командующий взял белоснежный платок и принялся неспешно вытирать окровавленные руки.
— Е Лян, на выходе скажи слугам, чтобы прибрали здесь.
— Слушаюсь.
Е Лян буквально выполз из кабинета на карачках. И только оказавшись за дверью, он понял, что промок до нитки от холодного пота.
«Он… он что-то заподозрил?», – в голове у Е Ляна царил хаос.
В этот момент у него зазвонил телефон.
— Брат Е, пацан совсем от рук отбился, — раздался в трубке встревоженный голос. — Мы ему ноги переломали, а он всё равно буйствует!
— С перебитыми ногами бежать собрался? — Прошипел Е Лян.
— Да нет, — вздохнули на том конце. — Он самоубиться хочет!
Е Лян прищурился, его охватила ярость.
— Тогда переломайте ему и руки… хм… и язык отрежьте!
— Брат Е, он говорит, если вы ответите на один вопрос, он успокоится.
— Вопрос?
— Секунду, даю его!
Вскоре в трубке послышался голос Су Бэя – тихий и предельно слабый.
— Хе-хе… Е Лян.
— О чем ты хотел спросить?
— Ты… когда… когда ты вообще додумался до этой суицидальной идеи – предать моего отца?
Е Лян вздрогнул. Он огляделся по сторонам и, убедившись, что никого нет, позволил лютой ненависти отразиться в своем взгляде.
— С того самого момента, как он узнал имя моего духа-слуги… и без всякой причины сломал мне ногу!
… В пещере Нин Фань закончил свой рассказ о событиях в Районе F27.
Цяо Фэй и Хуэй-цзы смотрели на него уже совсем другими глазами. Они еще в начале заметили, что Нин Фань изменился, и теперь поняли почему.
— Я слышал, что в Районе F27 был жуткий переполох… Так это ты там делов натворил? — Хуэй-цзы до сих пор не мог в это поверить.
Снести территориальную стену к чертям! И за этим стоит Нин Фань?
Да у малого большое будущее!
Но Цяо Фэй, услышав, что тело Су Бэя было покрыто колотыми ранами, окончательно убедилась: Обезьяна не врет.
— Раз он не лжет, значит, брат Чуань действительно жив.
Друзья уставились на нее. На лице Цяо Фэй не было и тени радости – только густая, тяжелая тень.
— Капитан, в чем дело? Раз брат Чуань жив – разве это не повод для праздника?
— Нет. Напротив. Это худшее, что могло случиться. Уж лучше бы он… был мертв.
Хуэй-цзы и Нин Фань оцепенели.
Глаза Цяо Фэй медленно налились слезами.
— Брат Чуань… скорее всего, стал гуйжэнем.